С дочерью уже полтора года у нас происходил чудесный секс, но на этот раз все произошло по дороге домой. Лана сама проявила инициативу. Ей захотелось попробовать в машине. Все началось в пятницу, когда я вез дочь домой с занятий по бальным танцам. Она у меня ими занимается с 6 лет. К концу тренировки уже стемнело, и, подождав меня у Дворца культуры со своим партнёром по танцам и другими ребятами, которые, кто то ждал своих родителей, кто то прощался и шли на автобусную остановку. Моя Забавушка, запрыгнув в машину, почему то на заднее сидение, поцеловала меня в губы,  и я понял, что дочь возбуждена. 

   - Привет, папочка, как дела? - спросила она, как всегда со своим жизнерадостным задором. Я быстро ей рассказал свои дела, а потом спросил, как прошла тренировка. 

   - Пап, хорошо и остался месяц до соревнований в Вене! - ответила Лана. А мне прям не верилось, что дочь поедет на соревнования. Она ещё заканчивала первый курс медицинского колледжа, а потом хочет дальше учиться уже в медицинском государственном университете. Меня это радовало и навевало грусть.

      Я по-настоящему начал замечать, какой красивой стала моя дочь, всего за год до того, как она окончила школу. Занятия бальными танцами хорошо повлияли на формирование фигуры. К девятнадцати годам дочь стала очень фигуристой. У нее были черные волосы, гладкая кожа и светло - карие глаза. Для нее я сделал бассейн и летом она каждые выходные, как приезжала Надя, лежали, загорая на солнышке совсем голые, чтобы не было полосок от купальника.

        Я почти каждый раз ловил себя на том, что смотрю больше на нее из кухонного окна, чем на свою Надю. У меня пересыхало во рту, и я буквально чувствовал, как кровь приливает к моему телу.

         В прошлый раз наш секс, когда она увидела, как я нюхал ее ношенные трусики, я заметил, что у нее все обильней и обильней на ластовице трусиков бывают выделения сока оргазма. И я вспомнил, что то, ее маму, и полагаю, дело в хороших генах: ее мама была очень красивой, тоже грудь троечка, и тоже любила помастурбировать и часто любила при мне. Тоже очень обильно кончала. 

         Сейчас я был безмерно счастлив, что у меня красивая жена, красивая дочь, и у нас наша семейная тайна и для мужчины моего возраста, я все еще в отличной форме.

        Мы жили в 45 километрах Дворца культуры и Лана раньше часто дремала по дороге домой. Она так усердно занималась танцами, что уставала. На ее восемнадцатилетие у нас произошел, впервые, секс и уже почти полтора года, дочь иногда сама проявляла инициативу. Если ей хотелось нашего секса, она всегда мне говорила и ее инициатива мне была приятна. После тренировок, казалось она должна была уставать, но ей хотелось приятно со мной "бодрствовать". Ну, а раз уж дочери хотелось секса со мной, за которыми следовали еще несколько часов интенсивных занятий сексом, то мне оставалось быть счастливым папой.

         Когда Лана села на заднее сидение, я не стал спрашивать, чего это она села назад, а не как обычно на свое место, где я любил смотреть на ее засвет трусиков, когда она садилась в короткой юбке, или коротком платье и хоть у меня было чувство предвкушения, я спросил:    - Устала,  хочешь поспать? Лана улыбнулась, и ответила:

   - Устала, пап, но хочу тебя! Вот хочу прям, аж, вся писечка там у меня зудиться! Поехали в посадки! - попросила Лана. И как же я мог не придать этому значение и не согласиться.

   - Да, Забавушка моя, конечно! - сказал я.

      Уже, когда заехали в лесопосадки, я пересел к дочери и едва я только присел, как дочь прижалась ко мне, я почувствовал запах ее духов, боже, это было так возбуждающе, когда дочь стала меня целовать. Прижимаясь ко мне, я хорошо чувствовал, как груди прижимались ко мне, открывая мне великолепный вид на ложбинку грудей и я тут же поймал себя на том, что инстинктивно возбуждаюсь.

       Внезапно моя дочь накрыла своей рукой бугорок моей ширинки. Придав этому особое значение инициативы дочери, я ответил на ее жест, взял ее руку в свою, и мы соединили пальцы, а потом я стал ласкать ее груди.

        После этого начала нашего сладострастия, все началось у нас происходить очень быстро. Лана, моя красавица, щедро одаренная природной красотой, начала медленно водить рукой по моей щеке, а потом положила наши руки себе на колени. К этому моменту я уже хотел дочь, и я знал, к чему все идет, и что мне следует быть во всем взаимным, ведь моя дочь была такой сексуальной, а мои чувства к ней были жаждали взаимности во всем.

         Ее глаза все еще были закрыты, но она начала вести мою руку вверх по бедрам, туда, где я едва касался ее под юбкой. Я не мог остановиться. Я медленно вел руку вверх по ее бедрам, ощущая гладкую кожу, отмечая, какая она мягкая от крема, который она каждый день наносила на ноги после бритья. Я увидел, что под юбкой белоснежные на ней трусики, когда немного забрал юбку. До меня дошло, что дочка знает, что я люблю только светлые трусики, светлое белье и терпеть не могу чёрное. Она явно об этом знала от Нади, ведь я часто видел засвет только светлых трусиков. Мои чувства и похоть взяли верх, и я с любопытством залез под резиночку трусиков и погладил ее половые губы средним пальцем, гадая, будет ли какая-то реакция, или, может быть, я сошел с ума и не услышу стон. Но нет. От моих ласк Лана зашевелилась и тихо застонала. Я продолжал ласкать ее, пока не нашел ее точку кайфа 

   - Ммм, папочка, родно мой! - начала дочка дышать, и смотреть на меня. А я, смотря на дочь, облизал мокрый палец, попробовал сок, а затем ввел средний палец внутрь нее. 

   - Какая же ты у меня вкусная! - прошептал я.

   - О, папа! - теперь Лана дышала тяжелее. Я понял, что мы скоро будем трахаться, но не мог позволить закончиться нашим сладостным ласкам.

        Наконец я остановился, с улыбкой посмотрел на дочь и на долю секунды встретился с ней взглядом, прежде чем прильнуть к ее губам. Она приоткрыла рот, и мы страстно стали целоваться. Одной рукой дочь гладила мои волосы, а свободной рукой она начала гладить член и начала ласкать его через брюки.

   - О, пап! - простонала Лана, - Ммм, это он уже, для меня?

   - Забавушка моя, ну,  конечно для тебя! - сказал расстегнул молнию брюках. Я обхватил рукой ее талию и притянул к себе. Лана тут же начала тереться об меня.

   - Папа, папочка, хочу тебя! Хочу, родной мой! - шептала дочь, с мой член уже начал сладостно зудеть и требовал разрядки. Я обхватил дочь за талию, прижал к себе и направил ее приоткрытый рот к головке члена.

   - О, папочка, я уже соскучилась за ним! Хочу его сосать! - сказала Лана и ведомая чистой девичьей похотью, она стала сосать член. Я застонал, положил ладони на затылок и гладил волосы,  прижимая голову, чувствуя, как головка упирается в горлышко. Лана вдруг перестала сосать, зная, что я могу кончить и улыбнувшись мне, краснея, спросила:

   - Папа, полижи мне! Киска хочет твой язык! - и меня, конечно, дважды не надо было просить, если сама дочь просит полизать ей киску.

       Я раздвинул ее ноги. Лана немного выгнулась, грудь высоко взметнулась и она подала вперёд навстречу моему наклону головы, свой таз. Дочь пристально смотрела, как я смотрел на ее киску,  застонала, когда я уткнулся лицом ей между ног. Ее запах пьянил, а влага была солененькой с лёгкой кислинкой. Я дразнил ее клитор кончиком языка. Лана раздвинув ноги еще шире, тихо сказала:

   - Как хорошо, папочка! - ее сок киски вытекал и я тут же его слизывал. Затем,  теребя клитор языком, который высунулся из своего капюшончика, почувствовал, как дочь вдруг напряглась, и стала трястись сжимая ногами мою голову до тех пор, пока не испытала свой восхитительный девичий оргазм.

         Все, я уже не мог терпеть, да и хорошо видел, что дочка жаждала члена. Я головкой поводил по мокрой щелочке и смотря на красивое лицо дочери, медленно всунул, чувствуя жар влагалища и как киска дочери принимала в себя меня целиком. Она как будто не могла насытиться и думала только о том, чтобы ее киску наполнил член, которого она так жаждала. Она кончила довольно быстро. Целовала меня страстно шепча:

   - Боже, папка мой, папочка! Мне так хорошо! Я начал ускоряться и спросил, принимает ли она противозачаточные, на что Лана ответила: 

   - Да, пап, Надя мне даёт, но сейчас нет!

   - Ну, тогда на животик?

   - Да, папочка, да! - и тут киска дочери сжала член, отчего я застонал. Как же дочь могла классно сжимать мышцами влагалища, особенно, когда я был готов вот - вот кончить. Киска моей Забавушки была слаще всего на свете, что я мог сейчас чувствовать. Я сказал ей, что ее киска прям создана для меня и что мне хотелось нашего секса и тогда, когда бы дочь вышла замуж. Лана застонала в знак согласия ответила:

   - Ох, папа и я тоже этого хочу, когда выйду замуж! И нежно покусывая мочку уха, я ускорил свои движения. Меня так возбуждало, когда ее сиськи подпрыгивали каждый раз, когда я входил в нее, и почувствовав свою кульминаю, я дочери прошептал на ухо:

   - Смотри дочка, как сейчас я буду кончать на животик! - и едва это сказал, я задрожал, высунул член и со стоном стал кончать на живот.

   - Боже, папочка, я твоя, я вся твоя! 

Я выжимал последние капли спермы и мы смотрели улыбаясь друг другу. Лана продолжала стонать и целовать меня:

   - Папочка, мой родной, мой, мой! - томным голосом говорила дочь, пока я изливал свою сперму на ее живот.               - Ну, как, тебе понравилось в машине? - спросил я, любуясь на то, как дочь стала надевать трусики.

   - Да,  понравилось! - ответила дочь и добавила, - Пап, давай, пока снего не выпал сюда приезжать? На что я согласился. Дочке понравилось заниматься сексом в нашей машине, и мы с тех пор еще несколько раз заезжали на наше любимое место.