Тот вечер начался обычно. Мы устроились на диване, я, как всегда, у её ног на пушистом ковре. Жена листала ленту, попивая вино, а я массировал её ступни, время от времени поднося их к губам и целуя подъём, пятки, каждый пальчик. Она рассеянно гладила меня по голове, пока её внимание не привлек какой-то ролик.

— Смотри, — сказала она, поворачивая экран телефона ко мне.

На экране была классическая сцена из тех, что прячут в закрытых разделах и приватных коллекциях. Уютная спальня, белоснежное бельё, и женщина — красивая, ухоженная, с длинными волосами. Рядом с ней на кровати был крупный чернокожий мужчина, чья фактурная, тёмная кожа контрастировала с её бледными бёдрами. А в углу комнаты, на коленях, сидел другой мужчина — её муж. Он не сводил глаз с происходящего на постели. В его взгляде не было ревности, только благоговение, восторг и полное принятие.

Жена молча прокрутила дальше. Ещё одно видео. Та же эстетика: красивая женщина в окружении двух мужчин. Один — любовник, сильный, уверенный, дарящий ей наслаждение. Другой — муж, который после того, как любовник уходит, подползает к ней и благоговейно целует её ноги, собирая губами капельки пота и следы недавних ласк.

— Нравится? — спросила она, останавливая видео на моменте, где покорный муж припадает к стопам жены.

У меня пересохло во рту. Я поднял на неё глаза и честно ответил:

— Да...

Она отложила телефон в сторону и откинулась на спинку дивана, задумчиво глядя в потолок. Я продолжал сидеть у её ног, боясь пошевелиться и прервать её размышления. Мои руки сами собой гладили её щиколотки.

— Интересно, каково это? — задумчиво произнесла она. — Лежать в объятиях сильного мужчины, чувствовать его руки на своём теле, его силу... А потом смотреть, как мой собственный муж ползает у кровати и смотрит на это. И не просто смотрит, а... млеет от этого.

Она посмотрела на меня сверху вниз, и в её глазах заплясали лукавые огоньки.

— Ты бы смог? Смотреть, как другой, более достойный, дарит мне наслаждение? Как он берёт меня, а ты... ты просто ждёшь своей очереди целовать мне ноги?

Я припал губами к её ступне, покрывая поцелуями свод, зарываясь носом между пальцами, вдыхая её запах.

— Я бы полюбил тебя за это ещё сильнее, — прошептал я в её кожу. — Видеть тебя счастливой, удовлетворённой, уставшей от страсти... Это высшее счастье для меня.

Жена удовлетворённо улыбнулась и снова взяла телефон.

— А представь, — начала она фантазировать, листая какие-то фото, — мы приглашаем его домой. Я надеваю то самое чёрное платье, которое так тебе нравится, и самые высокие каблуки. Мы ужинаем втроём. Ты прислуживаешь за столом, наливаешь вино. А он смотрит на меня так... по-хозяйски. Потом мы уходим в спальню. А ты остаёшься в гостиной и ждёшь. Слышишь каждый звук, каждый вздох.

Её голос становился всё более мечтательным. Она отставила бокал и положила обе ноги мне на плечи, заставляя смотреть на неё снизу вверх.

— А когда он уйдёт, я позову тебя. Я буду лежать в разорванной простыне, уставшая, счастливая, пахнущая им, и ты подползёшь к кровати. Я протяну тебе ногу... и ты будешь целовать её, смывая языком всё, что осталось. И благодарить меня за то, что я позволила тебе быть частью этого.

От её слов у меня внутри всё переворачивалось от восторга и возбуждения. Я целовал её ноги с удвоенной страстью, скользя губами от щиколоток к пальцам, задерживаясь на подошвах, проходясь языком по своду стопы.

— Ты правда этого хочешь? — спросил я, едва дыша.

Она загадочно улыбнулась и притянула моё лицо к своим ступням, заставляя целовать ещё и ещё.

— Я хочу видеть, как ты будешь счастлив от моего счастья, — ответила она. — А пока... целуй. Целуй мои ноги и мечтай вместе со мной.

И я целовал. Я пил её пальцы, массировал языком подушечки, проводил губами по нежной коже подъёма. Я был на седьмом небе. Не только от привычного ритуала, но и от того, что она говорила. Она увлеклась этой темой! Она фантазировала! Она примеряла на себя роль женщины, которой поклоняются двое — один силой, другой преданностью. И я радовался, как ребёнок, понимая, что наши самые сокровенные мечты становятся всё ближе к реальности. Что моя Госпожа не просто соглашается на мои фантазии, но начинает делать их своими.

***

Вопрос был решён проще, чем я мог себе представить. Жена зарегистрировалась на сайте, где состоятельные пары ищут молодых людей для особых встреч. Оказалось, студентов из Африки, приезжающих учиться в наши вузы, такие предложения совсем не смущают. Для них это был лёгкий заработок и возможность провести время с красивой белой женщиной, которая сама этого хочет. Жена выбрала парня по фотографии — высокого, широкоплечего, с тёмной бархатистой кожей и открытой улыбкой. Звали его Кадер.

Договориться было несложно. Он пришёл ровно в назначенное время — субботний вечер. Я открыл дверь, проводил его в гостиную, помог раздеться. Он был заметно крупнее меня, от него пахло свежим парфюмом и молодостью. Жена вышла к нам в том самом чёрном платье и на умопомрачительных шпильках, в которых она была неотразима. Она улыбнулась Кадеру, а на меня даже не взглянула. Я опустился на колени у порога комнаты — моё место было обозначено заранее.

Они пили вино, разговаривали о какой-то ерунде, а я стоял на коленях, чувствуя, как тяжёлый металлический пояс верности сжимает мои бёдра, напоминая о моём положении. Ключ висел на тонкой цепочке на шее жены, поблёскивая в вырезе платья.

Потом она взяла его за руку и повела в спальню. Я пополз за ними на коленях.

В спальне горел только приглушённый свет. Жена грациозно скинула платье, оставшись в чулках и туфлях. Кадер разделся сам, не стесняясь своей наготы. Его тело было прекрасным — как у античной статуи, только из тёмного дерева. Он был великолепен. А я смотрел на это с колен, чувствуя, как пояс верности больно давит на распухшую от возбуждения плоть.

Он уложил её на кровать. И началось то, ради чего мы всё это затеяли. Он ласкал её долго и умело. Его большие тёмные руки контрастировали с её бледной кожей, когда он гладил её грудь, живот, бёдра. Она стонала, выгибалась, впивалась пальцами в простыни. Я смотрел и млел. Каждое её движение, каждый стон отзывались во мне сладкой болью.

— Иди сюда, — вдруг приказала она, повернув голову в мою сторону.

Я подполз на коленях к краю кровати. Она протянула ко мне ногу, и я приник к ней губами, целуя подъём, щиколотку, пальцы, которые пахли её возбуждением и духами.

— Хороший мальчик, — выдохнула она и снова повернулась к Кадеру.

А потом он вошёл в неё. Она вскрикнула и закусила губу. Я видел, как её тело принимает его, как двигаются его бёдра, как её ноги в чулках обвивают его талию. Видел, как капли пота стекают по его чёрной спине на её белую грудь. Я не мог оторвать взгляд. Это было самое прекрасное, что я видел в жизни — моя жена, моя Госпожа, получающая наслаждение от другого мужчины.

Она кончила не один раз. Я слышал это по её стонам, по тому, как сжимались её пальцы на простынях. Кадер оказался щедрым любовником. Он доводил её до исступления снова и снова, меняя позы, не жалея сил. А когда, наконец, с громким стоном излился в неё, она обмякла в его объятиях, тяжело дыша, покрытая лёгкой испариной.

Он ещё несколько минут лежал на ней, потом перекатился на спину. Я поднялся с колен (пояс верности страшно мешал), подошёл к кровати, взял со столика заранее приготовленные купюры и протянул Кадеру.

— Спасибо, — сказал я тихо. — Вы были великолепны.

Он усмехнулся, взял деньги, не глядя на меня, поцеловал жену в плечо и встал, чтобы одеться. Но жена остановила его. Она притянула его к себе и нежно, с благодарностью, поцеловала головку его члена, всё ещё влажного после их близости.

— Приходи ещё, — прошептала она, глядя ему в глаза. Он улыбнулся и кивнул.

Я проводил его до двери, помог одеться, пожал руку на прощание. Когда щёлкнул замок, я пулей полетел обратно в спальню. Жена лежала в той же позе, раздвинув ноги. Из её влагалища медленно вытекала сперма Кадера, смешиваясь с её соками.

— Ну? — спросила она, глядя на меня томным, удовлетворённым взглядом. — Чего ждёшь? Ты это заслужил.

Я рухнул на колени перед кроватью, припал лицом к её промежности и начал вылизывать. Вкус был терпким, солоноватым, незнакомым. Вкус другого мужчины, вкус её измены, вкус моего унижения и моего счастья. Я пил это, как самый дорогой нектар, чувствуя, как от каждого движения языка по её нежным складкам меня пронзают волны невыразимого блаженства. Жена гладила меня по голове и довольно постанывала, иногда поощрительно сжимая бёдра.

— Какой же ты у меня... правильный, — прошептала она. — Самый лучший муж на свете.

Я мычал в ответ, уткнувшись лицом в её лоно, и был абсолютно, бесконечно счастлив. Мы сделали это. Наша фантазия стала реальностью. Жене понравилось. И это было только начало.