Глава 31. Скорбь, восстановление, надежда и занятия любовью

Я плакал не переставая целую неделю. Все приходили ко мне домой и пытались утешить меня, а также других близких Кристал. Мы все плакали или хандрили по дому. Мы наслаждались теми немногими моментами, когда засыпали в изнеможении, потому что на несколько минут мы оцепенели от событий, которые спровоцировала Кристал. Кристал пропала, растворилась и, возможно, даже умерла где-то. Я не мог даже думать о ней без чувства полного опустошения, охватывающего меня. В течение двух дней в ту первую неделю я не вставал с постели, кроме как для того, чтобы сходить в туалет. Я ничего не ел. Эллен, Клэр, Пиджей и Надя по очереди обнимали меня, когда я плакал, или когда мы безутешно плакали вместе. Одна из наших ведущих исчезла. Любовь всей моей жизни ушла.

Однажды утром, через десять дней после того ужасного дня, Эллен получила короткое электронное письмо от Кристал.

Дорогие Джим, Эллен, Клэр, Пиджей, Надя и все остальные –

У меня не хватает слов, и я не могу объяснить свое поведение. Я отправилась в место, которое, как я надеюсь, поможет мне снова стать полноценным человеком, избавившись от вредных привычек, которые меня погубили. Я надеюсь, что на этом этапе я смогу прийти в себя. Я никогда не думала, что путь, на который я встала, был таким крутым и закончится таким печально известным образом. Я надеюсь, что каждый из вас сможет простить меня по-своему. Я никогда не жду, что вы примете меня обратно, просто, пожалуйста, простите меня. Я люблю вас всех и уже скучаю по вам каждую секунду каждого дня. Вы - все, о чем я могу думать. Я едва переставала плакать с тех пор, как уехала. Я не могу поверить в то, что я с вами всеми сделала. Я вас люблю.

Кристал

Я тупо прочитал распечатанную страницу с электронным письмом, вернул ее Эллен, а затем вышел из дома. Я сидел на крыльце и плакал еще два часа. По крайней мере, мы знали, что она в безопасности, там, где она может поправиться.

**********************************************

Мое сердце покрылось струпьями от незаживающих ран, которые оставила Кристал, и я перестал безудержно плакать – по крайней мере, большую часть времени. Я полагаю, другие чувствовали то же самое. Мы все знали, что причиняем боль друг другу, поэтому были особенно осторожны и чутко относились к чувствам и эмоциональному фонду друг друга. Нам было больно из-за того, что Кристал изменила нам всем. Нам было больно из-за того, что она ушла. Нам было больно из-за того, что она употребляла наркотики. Мы часто обнимались. Я чувствовал себя еще хуже, чем после смерти Карен после нашего недолгого брака, отчасти потому, что меня предали каким-то образом, который мне было трудно описать или рационализировать. Я винил себя за большую часть произошедших событий. Я продолжал мысленно играть в игру "Если бы только", думая обо всех словах, которые я должен был сказать, или обо всех действиях, которые я мог бы предпринять, чтобы изменить ситуацию, прежде чем она выйдет из-под контроля и Кристалл взорвется.

Кристал и я – вся наша большая семья – поддерживали эту свободную атмосферу секса и вовлеченности друг в друга. Границы, которые мы разделяли между собой, были тонкими и зыбкими. То, чем мы занимались друг с другом, было разнообразным, но за последние месяцы стало еще более извращенным, когда в этом участвовала Кристал.

Когда мы часто занимались "ванильным" сексом, возможно, в одной комнате с другими людьми, Кристал стало хотеться, чтобы член был в каждой дырочке ее тела, и если у нее оставались еще члены, она находила способ их вместить. Со временем мы стали бы еще более ненормальными, чем наше "нормальное" полиаморное поведение.

Мы серьезно недооценили то, что Кристал пристрастилась к наркотикам. Несмотря на то, что я заставил Кристал признаться в "нескольких" эпизодах употребления кокаина и экстази, тайник, который мы нашли в шкафу ее спальни, свидетельствовал о том, что она принимала наркотики несколько раз в неделю в течение нескольких месяцев. Мы с Эллен выбросили все наркотики и пилюли в унитаз, испытывая жгучую ненависть к тому ущербу, который пагубные привычки нанесли нашей семье. После этого мы еще немного поплакали. Именно в тот день я узнал, что Эллен, как и я, винила себя за то, что никак не вмешалась в дела своей сестры. По крайней мере, мы нашли компанию в наших страданиях и самообвинениях.

Терри уговаривал меня вернуться к работе, сначала медленно. Он помог мне вернуться к пению и репетициям, заставив поработать с Пиджей над несколькими новыми песнями. Так или иначе, я находил больше вдохновения в более грустных песнях сердца, чем в более легких, вдохновляющих или юмористических песнях, которые мы часто включали в наши программы. Синди уговорила меня принять участие в паре эпизодических выступлений с группой Hobo Palace на нескольких концертах неподалеку от Нэшвилла. На одном из них я катался на "Харлее" с Синди на заднем сиденье. Мне было неприятно признавать, что мне было приятно выбраться из дома, где столько всего произошло.

Терри и Дэн нашли способ скрыть исчезновение Кристал, но в нашем бизнесе не было ничего необычного в том, что певцы брали отпуск на несколько месяцев и исчезали из поля зрения. В обиходе был целый ряд фраз: взять передышку, поработать над каким-нибудь новым материалом, подготовиться к съемкам другого фильма, уехать в длительный отпуск в уединенное место.

Клэр неохотно отправилась на западное побережье, чтобы начать работу над своим новым фильмом. Я надеялся, что она сможет оставить все это позади и сосредоточиться на своей растущей карьере. Мы откровенно поделились с ней своими опасениями, и она пообещала приложить особые усилия, чтобы исправить ошибки, которые мы все почувствовали из-за действий Кристал и ее поспешного ухода. Она была хорошей актрисой, и я знал, что она сможет сохранить хорошее лицо, когда придет время.

Надя и Шон завершили покупку своего нового дома примерно в двадцати минутах езды отсюда. Примерно половину вечеров пара проводила с нами, а половину - у себя дома. Присутствие Нади всегда было желанным, и даже Шон был подавлен отсутствием Кристал. Надя взяла за правило всегда находиться в моей постели, когда была дома, и я с удовольствием прижимался к ее сладкой и восхитительной попке после того, как мы занимались любовью. Шон был очень терпимым и любящим мужчиной.

Пиджей переехала к Джейку Рэндаллу через несколько недель после того, как ее помолвка стала официальной и у нее появилось кольцо. Какое-то время только Эллен разговаривала с Пиджей, когда звонила нам, чтобы рассказать о своей жизни. Одной из причин, поднявших ей настроение, помимо помолвки и предстоящей свадьбы с Джейком, стало то, что Sony взяла на вооружение три ее недавно написанные песни, которые должны были прозвучать в новом фильме с Кэтрин Зета-Джонс. Они должны были появиться на сопутствующем альбоме с песнями, но в предпродаже, адресованном нескольким диск-жокеям, отзывы были исключительно положительными. Sony была очень щедра по отношению к молодому автору песен. Несмотря на исчезновение Кристал, Пиджей настояла на том, чтобы Sony предоставила Кристал и мне возможность исполнять песни без ограничений после их полного выхода на рынок.

Уход Пиджей из нашего дома также поверг меня в уныние. Я любил ее и знал, что она любит меня. Я всегда говорил ей, что она должна найти свое счастье и того, кого она полюбит. У меня были свои "любимые", и я не хотел лишать ее чего-то большего для нее самой.

К чести Джейка, он проявлял безудержную гордость за способности своей невесты писать песни и при каждом удобном случае хвастался ее достижениями. К его чести, он не утратил своего мастерства в написании песен. Он продолжал выпускать по хиту каждые пару месяцев наряду с другой хорошей музыкой. Он и Пиджей также начали сотрудничать над несколькими песнями, так что мы увидели хороший союз, возникший в результате их партнерства.

Я соблюдал целибат в течение месяца после отъезда Кристал, в это даже я сам не мог поверить. С тех пор, как я отправился в свое путешествие, я занимался сексом по три и более раза в день. После ужасной ночи, проведенной Кристал, мысль о сексе просто выводила меня из себя. Через месяц Эллен мягко принудила меня заняться с ней любовью, и, должен признаться, я почувствовал, что снова стал "нормальным". Мы с Эллен стали необычайно близки, особенно с тех пор, как много дней и ночей мы были единственными людьми, которые были рядом друг с другом.

Пиджей намекнула, что Джейк, возможно, когда-нибудь придет к идее полиамории. Она сказала, что заводила его и беспокоила разговорами с ним во время их сексуальных игр о сексе втроем и не только с некоторыми из нас. Я заметил, что Джейк вел себя более непринужденно, когда был рядом с Эллен и Надей, и даже позволял им иногда прижиматься к нему, когда мы были вместе, в то время как Пиджей прижималась ко мне без каких-либо явных сексуальных движений. Она даже позволила Эллен дотронуться рукой до ее груди. К чести Пиджей, она только ободряюще улыбнулась Джейку. Может быть, что-то и изменится, но пока они были прекрасной моногамной парой.

Терри прилетел в Калифорнию на три недели. У него был запланирован ряд встреч, плюс он намеревался провести пару недель с Тиной Дево, симпатичной пумой и топ-менеджером Sony, с которой я познакомился в Мичигане около шести лет назад во время своей поездки. Он также провел пару ночей с Клэр, которая снималась в Лос-Анджелесе в эпизодических ролях в фильме, и в постели Джилл Дэйнс вместе с Хелен, ее агентом. Как и остальные члены нашей группы, Клэр, Тина, Джилл и Хелен были нимфоманками, так что Терри вернулся из Лос-Анджелеса измученным и сексуально насыщенным.

Терри придумал еще один фильм, который мы с Кристал могли бы снять вместе, но до тех пор, пока мы не узнаем, что Кристал собирается делать со своим будущим, он заставил Sony отложить съемки. В этом фильме Клэр будет нашей полноправной партнершей, и этот момент меня порадовал, поскольку ее роль в фильме стала еще более важной. Она была не просто второстепенным персонажем. Она играла ключевую роль в сюжете и часто появлялась на экране. Тем не менее, никто из нас ничего не слышал непосредственно о Кристал, и мы задавались вопросом, увидим ли мы ее когда-нибудь снова.

Съемки Клэр прошли хорошо, и если кто-то и догадался, кто она такая, то никто не сделал никаких замечаний по поводу ее участия в фильмах для взрослых или в качестве эскорта. Она получила похвалу от некоторых рецензентов, которые следили за новыми талантами, похвалу, которая, без сомнения, проложила путь к успеху Терри, снявшей нас всех в одном фильме.

Дэн и Синди Уандер начали встречаться и сразу же прониклись друг к другу серьезными чувствами. Пара слетала в Вегас на долгие выходные и вернулась оттуда женатой. Несколько недель спустя мы устроили для них прием и вечеринку. Они уже были "близки" до своего побега, но их свадьба действительно стала сюрпризом для всех нас. Дэн и Синди продолжали проводить с нами "качественное" время, и теперь Синди стала "постоянным" членом нашей полиаморной семьи, появляясь у нас дома с Дэном пару раз в неделю, если она была в городе, а не выступала со своей группой The Hobo Palace. Эта пара давала друг другу бесплатные пропуска играть у нас дома.

Раз в месяц я приезжал в Гринвилл, штат Огайо, на выходные, чтобы повидаться со своими детьми и с Джорджем, Саммер и Эди. Эллен рассказала Саммер и Эди о том, что случилось с Кристал, поэтому в первые несколько моих приездов они были особенно любящими и поддерживали меня. К началу сентября Эди была уже почти на шестом месяце беременности, и я был готов к тому, что мне позвонят и я вернусь в Гринвилл, чтобы принять участие в рождении моего третьего ребенка. Я почти сразу понял, когда она забеременела. Эди приехала навестить нас и помочь распространить новости, чтобы свести к минимуму ущерб от небольшого "скандала с секстингом" в нашей большой семье. К счастью, все эти заголовки исчезли, но не без некоторых незначительных последствий. При каждом посещении у меня была возможность снова заниматься любовью с Саммер и Эди, от чего я никогда не уставал. Эти две женщины дороги мне, и я всегда хочу, чтобы они были частью моей жизни. Кристал нравился Джордж, и во время некоторых моих визитов она приходила ко мне, и они составляли пару.

Через месяц после отъезда из Нэшвилла Кристал начала общаться со своей матерью, но не слишком часто, лишь для того, чтобы дать ей знать, где она находится и что с ней все в порядке. Ким позвонила нам с Эллен после того, как поговорила со своей дочерью, и рассказала нам, что сказала Кристал. От Ким мы узнали, что Кристал зарегистрировалась в реабилитационном центре и находится под постоянным наблюдением психиатра и других врачей. Ким подумала, что нам лучше не знать, где находится это учреждение, и мы не стали настаивать на этом. Ким сказала нам, что это где-то на западе.

Мы не знали, как Кристал относится ко всем нам, и, несмотря на вопросы Ким к Кристал, нам нечем было поделиться. Следует ли нам интерпретировать ее отсутствие общения как окончательное решение с ее стороны разорвать отношения с нами? Планировала ли она вернуться и попытаться продолжить с того места, на котором остановилась? Что-то среднее? Мы были в недоумении, о чем она могла подумать, и я боюсь худшего – что больше никогда ее не увижу. Когда я чувствовал себя так, то уходил и хорошенько выплакивался.

Родители Кристал и Эллен, Ким и Дон, приехали в Нэшвилл погостить на две недели. Надя и Шон тогда остались с нами, главным образом для того, чтобы Надя и Дон могли вместе гулять и заниматься любовью по вечерам. Мы, смеясь, называли Дона "дедушкой" в рамках полиаморного соглашения Нади с Шоном. Дон был почти на сорок лет старше Нади и технически мог бы быть ее дедушкой.

Ким была огорчена тем, что Кристал употребляет наркотики, поскольку понятия не имела, что она употребляет что-то еще, кроме марихуаны. Она сказала, что та ночь, когда Кристал поделилась с ней травкой, была первой и единственной в ее жизни, когда она употребляла что-то подобное. Она также испытывала чувство вины, задаваясь вопросом, не совершила ли она, воспитывая Кристал, что-то неправильное, что поставило ее на путь саморазрушения. Ким, Эллен и я также много плакали из-за Кристал и того вреда, который она, казалось, нанесла себе и нашей большой семье. Мы знали, что она попала в какую-то темную яму в своей жизни, и надеялись, что забота, которой она искала, прогонит ее демонов.

Во время их визита я ухаживал за Ким так, что у нее глаза на лоб полезли. По ее просьбе, с большой заботой и смазыванием, я познакомил Ким с анальным сексом, который, по ее словам, она должна была попробовать хотя бы раз в жизни. После того, как она к этому привыкла, она объявила, что хочет, чтобы ей сделали двойное проникновение, и однажды вечером Шон пришел и помог, пока мы расширяли горизонты Ким и в этом направлении. В какой-то момент она так громко закричала от удовольствия, что я подумал, что полиция Нэшвилла приедет для расследования. Дон вместе со мной и Шоном наблюдал за тем, как его жена насадила Надю на его член, и его рот открылся от того, что его жена уговаривала нас сделать с ней. Когда они уходили, Ким взяла с меня обещание повторить представление как-нибудь позже.

Нэнси Мартин, моя сексуальная подруга из ЦРУ, которая отправила меня с "заданием по знакомству" в Россию, приехала в Нэшвилл из Лэнгли, штат Вирджиния, чтобы провести с нами несколько дней в середине лета. Терри, Эллен, Клэр, Дэн, Пиджей и я, к ее большому удовольствию, всячески помогали ей, но не отпускали. Тайна жизни и работы Нэнси заинтриговала Терри, и он пообещал навестить ее в Вашингтоне после очередной поездки в Лос-Анджелес. Нэнси устроилась на канцелярскую работу в Вашингтоне, вместо того чтобы продолжить полевую работу в Европе. Это было почти все, что она могла рассказать нам о своей "государственной" работе. Нэнси рассказала нам, что Таня, моя любовница и контакт, с которым я познакомился в Москве, иммигрировала из России в Англию по постоянной визе и что теперь она работает в МИ-6 в Лондоне и говорит по-английски практически как родная.

Летом я получил письмо и фотографию от моего сексуального детектива Марго и нашей подруги-аспирантки Кэролайн из Лондона. Кэролайн на короткое время попала под подозрение, когда кто-то шантажировал меня, и именно так я познакомился с Марго и восстановил связь с Кэролайн после исторической оргии дебютанток в Оклахоме во время моей поездки.

Эллен знала об оргии в Оклахоме много лет назад, а также об угрозе шантажа, которой по ошибке подверглась больная молодая женщина. Я показал Эллен письмо и фотографию от Марго и Кэролайн. Сначала она рассмеялась.

Когда мы сидели за кухонным столом, держа в руках письмо Марго и фотографию, я начал вслух размышлять о том вечере в Оклахоме. Я сказал Эллен: - Знаешь, то, что я сделал на том балу дебютанток в Оклахоме, было, наверное, еще хуже, чем то, что сделала Кристал в баре "Роуд хаус". Я никогда не встречал этих дебютанток до той ночи, но я трахнул каждую из них в духе "веселья". Разве не об этом Кристал твердила нам в полицейском участке: "Все это было так весело!"

Эллен посмотрела на меня в шоке, но я продолжил. - Действительно, Кристал дала мне зеленый свет на все, что я мог найти в сексуальном плане во время моего путешествия. Мы знали, что, возможно, мы родственные души, но из-за моих путешествий ни один из нас не оказывал никакого влияния на другого. Когда я рассказал ей подробности, она рассмеялась, а позже мы трахались как кролики.

Эллен воскликнула с оттенком шока в голосе: - Ого! Подождите минуту. Ты не должен оправдываться перед моей сестрой. Это не игра в "зуб за зуб", особенно за то, что ты сделал в открытую пять или шесть лет назад. Она здорово облажалась – и с тобой, и со всеми нами. То, что она сделала, было другим, к тому же, нравится нам это или нет, но двойные стандарты все еще существуют, хотя я знаю, ты считаешь, что ко всем нам нужно относиться одинаково.

Она продолжила: - Твоя маленькая оргия в Оклахоме не является смягчающим фактором в том, что сделала Кристал, и не делай из этого смягчающего фактора. Она принимала наркотики и трахалась со многими парнями за пределами нашего круга, о чем никто из нас не знал. У нас было молчаливое соглашение не выходить за эти границы без разрешения других, и когда мы это делали, человек, с которым мы были, должен был быть приемлемым для остальной группы, независимо от того, был он там или нет.

— Но с Кристал…выпивка и наркотики сняли все ее запреты, - рискнул я. - Она призналась, что не знала имен большинства людей, с которыми переспала в ту пятницу вечером в том захолустном баре. Ну, разве это не то же самое, за исключением выпивки и наркотиков?

Эллен покачала головой: - Ты придумываешь отговорки, чтобы снять ее с крючка. Она принимала наркотики. Она напилась. У нее был незащищенный беспорядочный секс с десятком разных парней, которых она не знала, и все это она делала до того вечера, когда ее арестовали. В моем понимании, и в твоем тоже, она была трижды виноватой.

После ухода Кристал каждый из нас прошел тестирование, но, к счастью, в сексуальном плане мы были чисты. Клэр предположила, что в пятницу вечером Кристал, возможно, впервые взяла на себя "весь бар" – она видела, как это делали некоторые ее подруги из порноиндустрии, когда Клэр работала в этой сфере. Клэр заверила нас, что никогда не позволяла себе подобного. Тем не менее, после того, как я ушел в ее последний день, Кристал призналась женщинам, что посещала сеансы группового секса с людьми, которых мы не знали и которых она знала не очень хорошо.

Мне было трудно спорить с Эллен: - Но если я не дам Кристал немного поблажки, то никогда не смогу простить Кристал, а я хочу попытаться вернуть все, как было, – может быть, если она позволит нам вернуться. Если она вообще вернется к нам.

Я на минуту задумался. - Послушай, я знаю, что у твоей сестры было несколько любовников до того, как я появился на сцене, но с тех пор, вплоть до этой чертовой бури, я знал о каждом из ее любовников. Черт возьми, я даже уговаривал ее взяться за некоторых из них, даже когда я их не знал. Например, за Джорджа Ринарда, когда она снималась в своем фильме в Европе.

Эллен снова покачала головой: - Разве Кристал не говорила тебе, что благодаря тебе она чувствовала себя не похожей ни на кого в мире – ни эмоционально, ни физически? Она сказала нам всем, что мы ее заводим и заставляем чувствовать себя любимой больше, чем кто-либо в мире. Если это так, то почему она пошла на поводу у тебя? У всех нас?

— Но не лицемерю ли я, если злюсь на нее за те месяцы, что она делала это, но в другое время я давал ей такие разрешения. Я даже организовал некоторые из них, потому что думал, что они будут "веселыми", как она об этом говорила. Я знал, что это заведет ее и возбудит. Что эти сеансы сделают ее счастливой.

Эллен подошла и, сев ко мне на колени, поцеловала меня в лоб. Она сказала: - Нет, это совсем другое дело. Она разрушила все наши ожидания относительно нее и то, какими должны были быть ее отношения с нами. Она знала, что мы о ней думаем, и знала, чего мы от нее ожидаем. Она нарушила наше доверие.

Я должен был признать, что большая часть жизни связана с тем, чтобы соответствовать ожиданиям окружающих тебя людей. Когда мы с Клэр отправились в отпуск на Галапагосы к Мансардам, Кристал ожидала, что во время поездки будет какой-нибудь беспорядочный перепихон. Она даже упомянула "подручных", когда с улыбкой и развратным смехом выпроваживала меня за дверь. Люба и Рената появились словно по заказу Кристал, и они бы прекрасно вписались в круг, если бы все мы были там. Я не был уверен, что какие-то похотливые чуваки, решившие по-быстрому потрахаться в подсобке бара, подойдут для этого круга. Это был исключительно выбор Кристал, и она знала, что мы бы этого не одобрили. Кристал не оправдала ожиданий ни одного из нас – ни в том, что касалось ее наркотиков, ни в том, что она пила, ни в том, что она трахалась с незнакомцами. Она знала, что мы бы ее отчитали и попросили остановиться. Черт возьми, до "Ночи пьяных" я уже несколько раз просил ее бросить употреблять наркотики – вернуться к нашему образу жизни "Без наркотиков". Мы все были разочарованы ее выступлением.

Я кивнул, соглашаясь с Эллен: - Ты права. Все наши отношения основаны на определенных ожиданиях. То, что правильно в одной ситуации и в одно время, не подходит ни днем позже, ни при других обстоятельствах. Ожидания хрупки и их легко разрушить. В нашей полиаморной группе мы были очень осторожны, делясь мнениями друг с другом, прежде чем начать что-то новое в поведении или каким-то образом изменить отношения. Я думаю о том, как мы все поддерживали Клэр в ее отношениях с Мансардами.

Эллен сказала, подводя итог нашему короткому разговору: - Я думаю, что знаю, почему Кристал ушла в то утро.

— Расскажи мне.

— Кристал пришлось столкнуться с реальностью в то утро, особенно когда мы с Клэр набросились на нее, а ты стоял там с выражением крайнего разочарования на лице, которое, я надеюсь, я никогда не увижу направленным на меня. У Кристал были определенные ожидания относительно СЕБЯ, и внезапно она поняла, что подвела не только тебя, меня, Клэр и других, но и саму себя. Она не оправдала своих собственных ожиданий, и это, возможно, было худшим из всех возможных последствий для нее.

Эллен продолжила: - Внезапно Кристал осознала, что стала зависимой от рекреационных наркотиков, таких как экстази и кокаин, и всю свою жизнь она была непреклонна в том, что никогда не притронется к ним. Она никогда не хотела напиваться до такой степени, чтобы потерять контроль, и, по–видимому, начала выпивать - по крайней мере, в ту ночь. Она всегда заявляла о своей любви душой, телом и духом к людям, которых обожала, и выходы на улицу для откровенного секса и близко не соответствовали ее представлению о себе. Слово "Веселье" для нее стало синонимом нарушения того, что она считала основными ценностями.

— И она сбежала?

Эллен покачала головой: - Да, она пыталась убежать от самой себя.

Я рискнул: - Но от себя не убежишь.

Эллен ответила: - Ей нужна была помощь извне, чтобы вернуться на правильный путь. Вот почему она в реабилитационном центре. Я не знаю, какие они, но у них есть врачи, психиатры и другие люди, которые работают с тобой и помогают тебе вернуться туда, где ты хочешь быть.

— Как ты думаешь…Кристал вернется и станет такой, какой она была до того, как все это началось?

— Сомневаюсь. Она прошла через ад – ад, который сама создала, и она это знает.

Эллен на минуту задумалась и добавила: - Она вернется со шрамами и травмами, от которых потребуется много времени, чтобы оправиться. Если она вернется, то ее будет мучить чувство вины за то, что она сделала с тобой – со всеми нами. Возможно, она не сможет справиться с чувством вины и находиться в нашем присутствии. Я просто не знаю.

У меня на глаза навернулись слезы. - Эллен, я не хочу, чтобы она чувствовала себя виноватой вместе с нами. Я просто хочу, чтобы она вернулась полноценной личностью, даже если мы больше никогда не встретимся. Я просто хочу, чтобы у нее все было хорошо. Я надеюсь, что она вернется, хотя бы для того, чтобы мы могли поговорить с ней – сказать, что любим ее.

Эллен крепко обняла и поцеловала меня. - Джим, что бы ты ни решил, это будет "правильным" решением в этой неразберихе. Никто не ожидает, чем это закончится для кого-либо из нас. Кристал оставила все как есть, не поговорив с нами. Конечно, мы все хотели бы снова собрать Шалтая-Болтая, но мы не можем. Мир много раз менялся с тех пор, как был нанесен ущерб, и нам всем приходилось думать об этом, переваривать, справляться с этим и пытаться прийти к какому-то решению. Но здесь нет правильного ответа. Если ты не хочешь, чтобы она возвращалась - ничего страшного. Если ты хочешь, чтобы она вернулась, даже при наличии множества условий, это тоже нормально. Мы по-прежнему будем любить тебя и мы по-прежнему будем любить ее.

Я только прошептал в ответ: - Спасибо. - Думаю, я смотрел в пространство еще минут пять после того, как Эллен вышла из комнаты.

Когда я очнулся от своих размышлений, то уставился на фотографию и письмо из Лондона. Марго и Кэролайн решили держаться вместе, создав гражданское партнерство в соответствии с законодательством Великобритании, которое давало им те же права, что и законный брак. Они жили вместе. Марго написала, что они поженятся официально, как только позволят законы, и что они могут уехать в Голландию или Францию, если когда-нибудь почувствуют необходимость в следующем шаге раньше, чем это позволят британские законодатели. Кэролайн получила диплом и устроилась на работу детективом вместе с Марго. На фотографии были запечатлены две счастливые, привлекательные и полураздетые женщины, сидящие на кровати Марго в окружении множества секс-игрушек, которыми они могли бы занять себя на целый месяц. Они обе спросили, когда я заеду, и поставили множество маленьких сердечек, крестиков и букв "О" после своих подписей. Марго написала на обратной стороне фотографии: - Не забывай о нас. Заходи. Приводите и своих друзей любого пола – у нас широкие взгляды. - Там были отпечатки двух пар губ. Я повесил фотографию на стену за своим столом вместе с несколькими другими.

***************************************************

В конце августа мы получили открытку от Джеда и Салли из Айовы, в которой они сообщали об их бракосочетании, а также фотографию пары с Дженис, Леа и Самантой в платьях подружек невесты. Джед написал, что в то время как Сэм уезжала в конце учебного года, Леа и Дженис решили остаться с ним и Салли "навсегда". Они получили работу в университете. Это подтвердило некоторые эмоции, которые я наблюдал между Джедом и женщинами, когда они приехали к нам в Швейцарию, когда мы заканчивали съемки фильма "Вниз по склону", и в течение следующей недели они оставались с нами в Нэшвилле.

В сопроводительном письме Джед сообщал, что его новая большая семья решила выйти из бизнеса "выпускного класса". Он напомнил мне, что у него было около тридцати выпускников его частного предприятия, и сказал, что каждая из них часто навещала его просто для того, чтобы "оставаться на связи". Я мог только догадываться, что, вероятно, означало "навещать, чтобы оставаться на связи". Я одарил Джеду и его женскому окружению одной из своих редких улыбок. В некотором смысле, мы были одного поля ягоды, как ядро полиаморной компании.

Леа, Салли и Дженис вложили в конверт вторую записку, в которой призывали меня вернуться в Айову, хотя бы на выходные. Они также разложили приветственный коврик для гостей из нашей большой семьи.

Летом и в начале осени Лорен, сестра моей жены Карен, несколько раз прилетала в Нэшвилл из Берлингтона, штат Вермонт, на долгие выходные. Будучи похожей на мою покойную жену - ее сестру Карен, я удивлялся тому, как мне удалось оправиться от опустошающего горя, которое я испытал, когда ее сестра внезапно умерла в возрасте всего тридцати двух лет. Благодаря Лорен я почувствовал связь с радостным десятилетием, которое мы прожили с Карен, и с приятными временами прошлого, которые я теперь разделяю с Лорен. У нас были комфортные и близкие отношения, которые, я сомневался, когда-нибудь закончатся.

Когда мы впервые встретились лицом к лицу после ухода Кристал, Лорен крепко обняла меня и прошептала цитату из доктора Мартина Лютера Кинга-младшего: - Тот, кто лишен способности прощать, лишен и силы любви. - Эти слова подготовили почву для того, что в конечном итоге произойдет, хотя я часто сомневался в том, вернется ли Кристал.

Лорен откровенно поговорила с Эллен, Клэр и мной о Кристал. В отличие от некоторых других, которые просто сочувствовали нам по поводу сложившейся ситуации или время от времени присоединялись к нам, чтобы поплакать, Лорен заставила нас задуматься о том, что мы будем делать, если Кристал вернется. Что мы будем чувствовать, примем ли мы ее с распростертыми объятиями или останемся на расстоянии, как она отреагирует на это. Нарушим баланс с другими, оставшимися в нашем кругу друзей, и так далее. Мы обсудили все условия, которые мы поставили бы перед ней по поводу ее возвращения: самые очевидные из них - никаких наркотиков и беспорядочного времяпрепровождения.

Лорен была всеохватывающей, и в наши глубокие дискуссии могли быть вовлечены не только Эллен, Клэр и я, когда они были рядом. Лорен любила нас всех, но в то же время была достаточно отстраненной и ясно представляла себе нашу ситуацию, чтобы оставаться объективной. Какими бы болезненными ни были некоторые обсуждения, в итоге мы стали лучше относиться к вариантам и к тому, что произойдет после вдумчивых занятий, которые она провела с нами.

Не то чтобы Лорен навязывала ответы каждому из нас. Вместо этого она навязывала нам вопросы, заставляя записывать их и размышлять над каждым из них, чтобы прийти к какому-то личному выводу или решению. Мы обсуждали различные варианты и ответы на каждый из них. Она позволяла нам найти ответ, который устраивал бы каждого из нас, вместо того, чтобы навязывать свое мнение или волю кому-либо из нас. Любовь Лорен проявлялась в каждом нашем общении. После того как она уехала домой в Вермонт, мы продолжили наш диалог частыми телефонными звонками и электронными письмами.

Лорен заставила каждого из нас почувствовать, что впервые с тех пор, как Кристал уехала, у нас может быть будущее за пределами завтрашнего дня. Несмотря на глубокие и проникновенные вопросы и беседы Лорен, Кристал по-прежнему не общалась ни с кем, кроме своей матери, и даже Ким редко получала от нее весточки. Хотя иногда мне этого очень хотелось, я не обращался к Кристал, как и Эллен, и другие. Кристал не обращалась к нам. Каждый из нас медленно выздоравливал по-своему.

********************************************

За шесть месяцев до того дня, как Кристал ушла, однажды субботним днем мой мобильный телефон зазвонил с уникальной мелодией звонка, предназначенной только для одного человека в моей жизни. Это была песня из фильма и хита, который мы записали, "Голая правда".

Я посмотрел на определитель номера и замер, увидев на экране своего iPhone слово "КРИСТАЛ", написанное заглавными буквами. Лорен помогла мне подготовиться к этому моменту. Эллен была на моей стороне, независимо от того, что будет сказано во время этого разговора.

Я неуверенно ответил нейтральным тоном: - Привет.

Я услышал, как кто–то – Кристал - на другом конце провода глубоко вздохнула.

Я услышал, как кто-то размеренным голосом, не торопясь произносит каждое слово: - Джим. Это Кристал. Пожалуйста, помолчи минутку, дай мне выговориться... и, пожалуйста, не вешай трубку, пока я не закончу. Мне просто нужно, чтобы ты выслушал меня минутку.

Мое сердце подпрыгнуло к горлу, а душа воспарила, когда я услышал ее голос. На мгновение я подумал, что если Кристал обращается ко мне, то, возможно, у нас есть надежда. Но потом мой темный ангел затуманил мои мысли, и я задался вопросом, был ли этот звонок "прощай навсегда".

Эллен появилась на пороге гостиной. Она услышала характерный сигнал вызова и сразу поняла, кто звонил. Она следила за выражением моего лица, пытаясь понять, о чем идет речь.

Я услышал легкую дрожь в голосе Кристал и даже сдавленный всхлип. Кристал, заикаясь, сказала: - Я была в реабилитационном центре недалеко от Тусона с тех пор, как уехала из Нэшвилла. Я прошла шестимесячный курс лечения "жестокой любовью", который включал ежедневные визиты к психиатру и физиотерапевту пять дней в неделю, а также многие другие процедуры, которые мне помогли... из того мрачного места, куда я попала перед отъездом.

Ее голос снова дрогнул. Она запинаясь спросила: - Ты здесь? Ты слушаешь?

Я выдавил из себя: - Да, я здесь. Очень. Внимательно. Слушаю.

— Джим, я думаю, что я совсем другой человек, чем та, кто ушла. Во-первых, я не употребляю наркотики. Я могу пообещать, что больше никогда не пойду по этому пути. С другой стороны, я, возможно, никогда в жизни больше не употреблю алкоголь. Я участвую в программе анонимных алкоголиков с тех пор, как приехала сюда. Возможно, я даже вернусь к "нормальной жизни", что бы это ни значило. С тех пор, как я уехала, у меня тоже не было секса – вообще никакого. Если тебе интересно, я действительно заразилась венерическим заболеванием – хламидиозом... у меня была тяжелая ночь, но с медицинской точки зрения это лечится антибиотиками и давно прошло. Я только на прошлой неделе прошла повторное обследование. Я также погасила задолженность за вождение в нетрезвом виде, побывав в реабилитационном центре и в ассоциации анонимных алкоголиков, потеряв лицензию и заплатив солидный штраф. Мне все еще предстоит отрабатывать общественные работы, когда я вернусь в Теннесси, но суд согласился простить меня, когда я это сделаю, поскольку я была в реабилитационном центре.

Я услышал, как Кристал сделала еще один глубокий вдох и попыталась рассмеяться, как будто хотела разрядить обстановку после разговора: - Мой психиатр считает, что мне следует поехать домой на День благодарения... если вы меня примете. Она хочет, чтобы я пообщалась с каждым из вас и посмотрела, могу ли я вообще подумать о том, чтобы перестроить эту часть своей жизни... о том, что касается каждого из вас, и сможете ли вы принять меня обратно на какой-то основе.

Я услышал пыхтящий звук, как будто кто-то переводил дыхание. Кристал продолжила: - У меня нет никаких реальных планов... Я хотела бы посетить вас... кроме как пообщаться с каждым из вас – это может помочь мне вылечиться, и я могла бы рассказать об этом подробнее... если вам интересно. Мой психиатр считает, что это поможет нам всем исцелиться. Я знаю от своей мамы, что причинила вам всем сильную боль. Не могу сказать, что мне очень жаль, но это так. - Я услышал сдавленное рыдание. - Она считает, что мы все могли бы принять более разумное решение о моем возвращении туда после короткого визита. Если бы это сработало, я, возможно, смогла бы... если ты хочешь, чтобы я... вернулась... навести меня на Рождество.

На другом конце провода я услышал еще один громкий вздох, сдавленный стон и всхлипывание. Кристал едва сдерживалась. Мне было ненамного лучше. Слезы текли по моим щекам и капали на рубашку. Эллен подошла и обняла меня. Я держал телефон так, чтобы Эллен могла слышать слова Кристал о визите. По ее щекам тоже потекли слезы.

Кристал неловко продолжила слабым голосом: - Если я тебе не нужна... если ты больше никогда не захочешь меня видеть, я все пойму. Я не буду утомлять тебя очередными "прости", а скажу только, что это то, что я чувствую в глубине своего сердца. Я могу только надеяться на твое прощение и терпимость, если не сейчас, то, возможно, когда-нибудь в будущем, когда раны, которые я тебе нанесла, заживут. Мы могли бы поговорить и об этом, если хочешь.

Кристал сделала еще один глубокий вдох и выдавила из себя еще пару предложений. Я думаю, поскольку я ничего не сказал, она воспрянула духом, решив, что ей, возможно, будут рады вернуться в ее дом. - Спасибо, что выслушал. Я надеюсь, что... ну, может быть... Я бы приехала туда во вторник перед Днем благодарения и уехала в воскресенье – на пять ночей. Если хотите, я могу остановиться в другом месте и просто приходить раз или два в гости. Если бы я могла остаться там, я бы с радостью сняла комнату для гостей и не мешала, но ты этого хочешь. Я не жду ничего, кроме того, что мы будем время от времени разговаривать и взаимодействовать. Я... Я... Я...

Я прервал Кристал, прежде чем она успела сформулировать следующую мысль или снова подавиться. Я с трудом сглотнул, чтобы вернуть голос, который потерял, когда впервые услышал ее: - Кристал, вернись домой. Мы хотим, чтобы ты вернулась – все мы. Вернись домой! Вернись домой сейчас же. Возвращайся домой, когда будешь готова, но как можно скорее.

Эллен начала громко плакать прямо рядом со мной, примерно в то же время, когда я разразился сдавленными рыданиями. Я знал, что Кристал услышала мои внезапные рыдания и, без сомнения, рыдания ее сестры. На другом конце провода я услышал, как Кристал разразилась неконтролируемыми рыданиями. Я смеялся сквозь слезы над тем, как жалко мы трое выглядели. Кристал все повторяла: - О, Боже. О, Боже.

Эллен взяла у меня трубку, чтобы поговорить со своей сестрой. Сквозь сдавленные стоны она сказала: - Это Эллен. Джим сейчас не может говорить, он так рад тебя слышать. Мы хотим, чтобы ты вернулась. Возвращайся домой, сестренка. Мы любим тебя. Мы хотим, чтобы ты вернулась. Пожалуйста. Пожалуйста, вернись домой.

Плач на другом конце провода усилился на пару минут, не то чтобы мы не реагировали на ее рыдания так же, как и на нашем конце.

Наконец, Кристал собралась с духом и сказала: - Я так сильно люблю вас всех. Вы не представляете, как сильно болело мое сердце за всех вас... о том, что я сделала. Мне было так больно, что я едва могла жить. Я никогда не прощу себя за то, что произошло... О, Боже.

После еще нескольких вздохов Кристал пискнула: - Я отправлю тебе по электронной почте свои планы на поездку, но, пожалуйста, просто позволь мне вернуться домой и не встречай меня в аэропорту... иначе я никогда не вернусь домой целой и невредимой, не пролив при этом миллион слез. Я не хочу устраивать сцену в аэропорту.

После еще пары минут плача без какой-либо связи, я выдохнул: - Иди и будь в безопасности, Кристал. Мы любим тебя. Я поищу твое электронное письмо с сообщением о твоем приезде. Если тебе понадобится еще раз поговорить, пожалуйста, перезвоните нам – может быть, в следующий раз мы не будем так сильно плакать на том конце провода. Мы любим тебя. Мы действительно любим тебя. Пока прощай. До скорой встречи.

Она слабо пробормотала: - Прощай. Я тоже тебя люблю, - и я повесил трубку. Мы с Эллен стояли, крепко обнявшись. Несмотря на мои слезы, я знал, что надежда может быть. Голос Кристал звучал для меня так, словно надежда могла быть. Любовь всей моей жизни возвращалась домой.

Через несколько минут наши слезы иссякли. Мы с Эллен посмотрели друг на друга и, в конце концов, рассмеялись над тем, в каком плачевном состоянии мы были. Я попросил ее, улыбаясь сквозь слезы: - Не могла бы ты, пожалуйста, рассказать остальным?

Эллен кивнула, и я последовал за ней в гостиную, где она взяла свой мобильный телефон и начала звонить Клэр, Наде и Шону, Пиджей и Джейку, Терри, Дэну и Синди, а также Билли, лидеру нашей группы. Я слушал, не в силах вымолвить ни слова, пока Эллен медленно сообщала каждому из них новость об ожидаемом возвращении Кристал. В конце этих коротких разговоров Эллен подняла голову и посмотрела на меня: - Ты хочешь, чтобы я позвонила Лорен или Анне?

Я покачал головой. - Нет, я сделаю эти два звонка сам.

Сначала я позвонил своей сестре. Судя по моим предыдущим звонкам Анне, она издалека следила за мелодрамой, связанной с употреблением Кристал наркотиков, а затем за ее бесславной ночью дебоша и арестом. Потом за ее внезапным отъездом на следующий день. Анна сказала мне, что она рада, что мы в какой-то мере движемся к примирению. Она вновь заявила о своей любви к Кристал и выразила надежду, что мы помиримся таким образом, который устроит нас обоих.

Мой звонок Лорен занял больше времени, и мне пришлось ждать, пока она закончит работу в тот день. Моя свояченица больше, чем кто-либо другой, настаивала на том, что Эллен, Клэр и я будем делать с этого момента. Во время своего последнего визита, всего несколько недель назад, она неустанно спрашивала, как мы будем относиться к Кристал, если снова увидимся: будем ли мы снисходительны или рассердимся, будет ли боль слишком сильной, сможем ли мы когда-нибудь снова заняться с ней любовью. У нее был бесконечно длинный список подобных вопросов, которые заставили нас задуматься о наших отношениях с Кристал – прошлых и будущих. Благодаря Лорен я понял, сколько душевной энергии и энергии взаимоотношений я вложил в Кристал и не хотел ее терять.

Лорен была рада, что Кристал вернется, пусть даже на долгие выходные, и еще больше рада, что мы хорошо подготовились к ее возвращению. Мы знали, что перед нами и перед Кристал было множество вариантов, даже если бы она о них не думала. Нам не пришлось бы начинать "мерзнуть" по ее прибытии, думая о том, как справиться с ситуацией или что мы будем делать.

Лорен предупредила, что нам может не понравиться то, что сказала Кристал, когда она приехала на праздник Благодарения. Лорен сказала: - Кристал может приехать, чтобы попрощаться или отвергнуть стиль жизни, который вы все приняли, или даже сказать вам, что она влюбилась в кого-то другого. Это был бы не первый случай, когда две одинокие души в реабилитационном центре влюбляются друг в друга.

Я пытался выбросить все эти идеи и варианты из головы. Я прокручивал в голове каждое слово из звонка Кристал, и мне хотелось верить, что у нас есть надежда – надежда для всех нас снова построить прочные и любящие отношения с Кристал. Я был более чем готов простить и протянуть руку помощи, чтобы вернуть ее.

Лорен объяснила мне еще одну возможность: Кристал, скорее всего, захочет вернуться к своему психиатру, чтобы пройти собеседование и разобраться в своих чувствах по поводу визита. Она предупредила меня, что Кристал, возможно, попросит меня поехать с ней в Тусон на встречу с ее психоаналитиком для проведения разбора полетов. Работа медсестрой и общение с другими психиатрами дали Лорен эти знания.

*******************************************

Несколько дней спустя я получил электронное письмо от Кристал:

Джим (и все остальные).

Мой самолет приземлится в Нэшвилле в 16:00 во вторник перед Днем Благодарения. Я заказала лимузин, так что он должен подъехать к дому около 17:30. Я так нервничаю, что плохо сплю и ем, но, с другой стороны, я тоже плохо спала и не ела с тех пор, как рассталась с тобой полгода назад. Я не могу дождаться, когда увижу тебя снова. Я люблю вас всех. О, я не могу сказать этого достаточно ясно или подчеркнуть эти слова. Если я напишу еще что-нибудь, то снова расплачусь. Я тебя люблю.

Люблю. Кристал.

Все, кого я знал, хотели увидеть Кристал в ее первый вечер дома, и они умоляли нас с Эллен разрешить им присутствовать дома. Мы с Эллен приняли решение о том, кто будет "Встречающим комитетом": Эллен, Клэр, Пиджей, Синди, Надя, Терри, Джейк, Дэн, Шон, родители Эллен и Кристал и я. Так или иначе, мы все были глубоко потрясены грехопадением Кристал и ее тайным добровольным изгнанием в реабилитационный центр в Аризоне.

Мы также решили, что оставим всю эту компанию дома на ночь во вторник, а в среду устроим большой ужин в честь Дня Благодарения, сохраним четверг и проведем остаток выходных для "дружной семьи". Это также позволило бы Шону отвезти Надю домой к своим родителям на этот особенный день, а Джейку - отвезти Пиджей домой к своим родителям. Это также освободило бы Дэна и Синди, у которых родители приехали к ним домой на День Благодарения. Остальные из нас отпраздновали бы День Благодарения вместе, вероятно, используя остатки со вчерашнего дня.

Я начал ходить взад-вперед за неделю до приезда Кристал. Мне казалось, что я вот-вот выпрыгну из собственной кожи. Каждая из женщин отводила меня в сторону, чтобы попытаться преодолеть мое беспокойство, занимаясь любовью или делая мне минет мирового класса. Это взаимодействие помогало – примерно на два часа, а потом я снова начинал нервничать.

Меня мало утешало, что Эллен и Клэр тоже плохо спали по тем же причинам. Несколько раз вечером мы втроем оказывались на кухне в четыре часа утра, пили чай и просто разговаривали о разных вещах – даже не о визите Кристал, просто чтобы чем-то занять свои умы.

Несмотря на всю подготовку, которую я провел мысленно и с Лорен, внезапная необходимость заняться "настоящим делом" вызвала у меня некоторые опасения по поводу того, как я на самом деле поведу себя, столкнувшись лицом к лицу с Кристал. Буду ли я придерживаться своего сценария, или эмоции каким-то образом захлестнут меня и заставят вести себя с ней непредсказуемым образом?

В понедельник, чтобы развеять мою тревогу, Эллен и Клэр развели меня как угодно, но только не на полную катушку. Они тоже хорошо провели время. День начался с бурного поцелуя с обнаженными женщинами в моей постели.

За остаток утра я получил от них двоих больше ласк, чем за всю предыдущую неделю, а за предыдущую неделю у меня их было предостаточно. Мы все использовали секс как средство снять напряжение из-за приезда Кристал на следующий день. Должен признать, что это, похоже, сработало.

На обед приехала Надя, а затем отвела меня в сторонку, где мы пару часов занимались любовью. После этого к нам присоединились Клэр и Эллен, и они втроем нападали на меня часть дня.

Ближе к вечеру мы сделали перерыв, чтобы приготовить большую индейку, которую собирались приготовить на медленном огне во вторник вечером, чтобы довести до совершенства примерно в час дня в среду. Птица была огромной, и мне пришлось измерить ее, чтобы убедиться, что она поместится в нашей духовке, не подвергая индейку остеопатической обработке. Мы также приготовили различные гарниры, насколько это позволяло время приготовления.

В понедельник вечером Синди Уандер приехала домой одна, вступила в перепалку и напомнила мне, почему я считаю ее одной из настоящих чудес западного мира. Другие женщины в доме присоединились к нам в постели после того, как я в третий раз испытал оргазм в тесноте Синди.

После этого начался свободный секс для всех, часто с использованием различных секс-игрушек, пока стоны, вздохи, поцелуи и слюноотделение не закончились, и мы не заснули в объятиях друг друга в моей постели. Я проснулся примерно через два часа, насладился окружавшими меня обнаженными женскими формами и остаток ночи пролежал без сна.

Продолжение следует.....