ХАЛИС

Сложное задание, отнявшее у меня почти неделю, наконец-то выполнено. Вернувшись в Зантир, не спешу с докладом к эмиру. Хочу сначала отдохнуть душой и телом, для чего отправляюсь в дом удовольствия. Я это заслужил. Чувствую, что одной девки будет маловато, заказываю сразу двух. Специально подбираю одна аталийку и одну дальфарку. Обожаю трахать заокеанских девок. Обеих пленили во время набегов, выставили на торги, где их и приобрёл хозяин этого чудного места. И теперь эти шлюшки работают здесь, обслуживая всех, кому это по карману. У темноволосой аталийки мордашка гораздо симпатичнее, зато у рыжей дальфарки грудь и задница покрупнее. Хочется немного экзотики, поэтому едва девки оголяются, интересуюсь, умеет ли кто-нибудь из них играть на лютне или флейте. Аталийку мой вопрос озадачивает, в то время как рыжая признаётся, что ещё на родине какое-то время путешествовала с парой странствующих музыкантов, и кое-чему у них научилась. После того как приносят музыкальный инструмент, рыжая начинает играть на флейте. И получается у неё очень даже неплохо. Далеко не идеально, но чувствуется, что девка в этом деле не новичок.

Пока рыжая музицирует, неторопливо раздеваюсь, и приказываю аталийке тоже что-нибудь сыграть, но уже на моей флейте. Правильно истолковав мой приказ, опустившаяся на колени девка приступает к делу. Тщательно и хорошенько мой член вылизывает и обсасывает, беря его в рот целиком, затем проделывает всё то же самое и с яйцами. Неплохо. Я бы даже сказал хорошо. Однако два рта лучше, чем один. Поэтому прерываю рыжую, приказав ей присоединиться к аталийке. И вот они уже одновременно вдвоём обрабатываю мои яйца и член. Для полного счастья не хватает только третьей девки, которая вылизала бы начисто мне задницу.

Первой решаю трахнуть аталийку. Она явно догадывалась, что я начну именно с неё, а потому пока сосала, ручонкой свою промежность разминала. Поставив девку на четвереньки, пристраиваюсь сзади, без лишних прелюдий запихиваю в неё свой член до упора и от души засаживаю, размашисто шлёпая шлюшку по тощей заднице. Ненадолго делаю паузу, чтобы дать рыжей немного пососать и распробовать соки из дырки аталийки с моего члена, прежде чем вновь продолжать трахать стоящую раком девку. Раз уж у тёмненькой такая смазливая и обманчиво-невинная мордашка, на неё я в итоге и кончаю.

Пока перевожу дух, приказываю рыжей всё это липкое добро губами и языком с лица аталийки собрать, после чего они обе вновь приступают к отсосу. И вроде бы никуда не торопятся, а член уже вновь набирает силу и стоит колом. Дальфарка, понимая, что сейчас её очередь, тут же встаёт раком, выпятив задницу. А вот и не угадала. Приказав девке перевернуться на спину, сношаю рыжую в такой позе, вдавливая её в матрас, но совсем недолго.

— Закинь руки мне на плечи и держись крепче! - приказываю грудастой.

Рыжая так и делает. И вот уже я сношаю дальфарку на весу, придерживая за мясистую задницу. Аталийка без дела тоже не остаётся. Устроившись снизу и чуть сбоку, она лижет и сосёт мои яйца, ускоряя разрядку. Последний резкий рывок, и струя тёплого семени, не такая крупная, как в прошлый раз, устремляется прямиком во влагалище дальфарки. После глубокого вдоха и выдоха, отношу девку на кровать, приказав аталийке хорошенько пещерку подруги почистить, а уже после этого они вместе своими языками приводят в порядок мой член. Молодцы, хорошо поработали. Я и раньше думал, что все заокеанские девки прирождённые шлюхи, в чём лишний раз сейчас и убедился. Забрать бы их всех до единой, и раскидать по нашим борделям, где им и место. Увы, такое не под силу даже императору.

Покинув увеселительное заведение, возвращаюсь к себе домой, но не сразу верю своим глазам, обнаружив там Таркиса.

— Здравствуй, Халис. Давно не виделись, - говорит он.

С трудом сдерживаюсь, чтобы в ответ не прикончить этого ублюдка на месте. Мой старший брат. Когда-то я гордился им, пока этот двуличный выродок не показал своё истинное лицо. Он предал Империю. Сначала Таркис вместе с кучкой других стихийных магов принял участие в покушении на императора Талия, а затем вся эта свора и вовсе переметнулась к нашим заокеанским врагам, начав воевать против нас на их стороне. Вот из-за таких тварей, готовых ударить в спину, мы эту войну и проиграли!

Когда стало известно, что среди заговорщиков был мой старший брат, я уже был готов пуститься в бега, чтобы самому не угодить на плаху или виселицу. Однако вскоре император Талий был убит, а его сын Азрет, ставший новым правителем, проявил не свойственное отцу милосердие. Родственники и друзья мятежников, отрёкшиеся от предателей, были прощены. Некоторым из них даже отречение не помогло, и их всё равно казнили, но таких было совсем немного. Многие наши маги погибли на этой войне, ещё какая-то часть попала в плен. Теми, кто ещё остался в строю и сохранил верность Империи, старались понапрасну не разбрасываться.

Буквально сразу после заключения мирного договора, но ещё до обмена пленными, в Империи один за другим начали вспыхивать мятежи. Создавая коалиции из нескольких городов, смутьяны объявляли о выходе таких территорий из состава Империи. У потрёпанной армии не хватало времени и сил, чтобы давить этих тараканов везде и сразу. Во многом благодаря пережившим войну магам, таким, как я, начавшая трещать по швам Империя всё же смогла сохранить свою целостность.

— В следующий раз поставлю защитное заклинание понадёжнее, - говорю я, глядя брату в глаза.

— Я тебе не враг.

— Ты предатель. А это намного хуже, чем враг. Достойного врага можно не только ненавидеть, но и уважать. Таких, как ты, уважать не за что.

— К чему теперь все эти упрёки? Талий был безумным, злобным монстром. Начатая им война уже закончилась.

Да, был. Но не таким, как ты, его судить.

— Зачем ты вернулся? – спрашиваю напрямик.

— Мне нужна твоя помощь.

— Ты сейчас серьёзно?

— Более чем. Мне поручено отыскать одного человека. Он был солдатом в дальфарской армии, но когда состоялся обмен пленными, его среди них не оказалось. Если поможешь мне его отыскать...

— Забудь! Ты не только гнусный предатель, но ещё и редкостный кретин, если веришь, что я буду тебе помогать после того, что ты сделал.

— Я...

— Если сейчас же уйдёшь, я так и быть сделаю вид, что не видел тебя, и этого разговора не было. Но если ещё хоть раз попадёшься мне на глаза – пощады не жди.

Вняв моему совету, Таркис уходит, напоследок грустно на меня посмотрев, но ничего при этом не сказав. Зря я, наверное, его отпустил. Надеюсь, я об этом ещё не пожалею. После того как наш отец умер, Таркис остался для меня единственным близким человеком. Всё, хватит думать об этом гнусном предателе! Сейчас быстренько перекушу, и пойду с докладом к Калиду. Наверняка он меня уже заждался.

РИЗ

После секса Лисандра приводит себя в порядок, устало зевает, затем ложится спать. Да и мне хотя бы пару часиков вздремнуть тоже не помешает. Провести без сна вторую ночь – удовольствие сомнительное. В седле крепко держаться ещё смогу, но если вдруг на нас нападут, и придётся отбиваться, недосып мне ещё аукнется. Пока есть возможность хорошенько отдохнуть в нормальных условиях, надо ей воспользоваться. Но прежде чем лечь спать, хочу немного прогуляться и размять ноги, а заодно удостовериться, что в городе всё спокойно. Оружие на всякий случай с собой беру, хоть и надеюсь, что воспользоваться им мне не придётся. Покинув постоялый двор, неторопливо шагаю по улице. Приметив трактир, подумываю, чтобы зайти, немного посидеть и послушать, о чём говорят местные, но всё же отказываюсь от этой затеи. Когда тебя разыскивают, не стоит лишний раз без необходимости светить физиономией.

Хочу уже пройти мимо, как вдруг на улицу из трактира выходит Хасим, сразу замечает меня и начинает громко кого-то звать. Дерьмо! Резко сорвавшись с места, пытаюсь удрать. Идиот! Лучше бы сидел на постоялом дворе, и не высовывался. Хотя если бы Хасим заглянул туда, и нашёл нас спящими, было бы ещё хуже. Через переулки пытаюсь оторваться от преследователей, пока не оказываюсь в тупике. Бегу обратно, но на выходе из переулка меня настигает Хасим вместе с тремя бойцами. Рассредоточившись, они тут же отрезают мне путь к отступлению. Остаётся лишь переулок позади, но, похоже, преследователи знают, что он ведёт в тупик. Ну и ладно, твари, придётся тогда размять не только ноги, но и руки. Обнажив клинок, вступаю в бой с четырьмя противниками. Точнее с тремя. Пока его прихвостни пытаются пустить мне кровь, Хасим просто стоит в сторонке и наблюдает. Все противники вооружены саблями. Отбиваться сразу от трёх врагов одновременно одним единственным коротким клинком оказывается не так-то просто. Надо бы как можно скорее число врагов сократить.

Сделав обманный выпад, якобы подставляюсь под удар, чем тут же пользуется ближайший противник. Пытаясь одним размашистым ударом вспороть мне глотку, головорез сам обзаводится дыркой в брюхе. И вот врагов уже двое. Чтобы разделаться с ними, приходится немного попотеть. Видно, что опыта сражений в паре у этих двоих маловато. У одного из них хватает мозгов понять, что если атаковать меня одновременно с двух сторон, то шансы на победу заметно возрастут. Вот только при попытке обойти меня хитрец получает клинком в правую ногу чуть выше колена. Слишком уж это был очевидный манёвр. Третий противник спешит перейти в контратаку, за что вскоре обзаводится дыркой в груди, от которой лёгкий кожаный доспех никак не спасает. Остаётся лишь хромой подранок, хаотично размахивающий перед собой саблей. Быстрая контратака с моей стороны вынуждает его сместиться в сторону, но во время этого простенького манёвра раненный противник теряет равновесие и падает. Не дав ему возможности подняться, добиваю головореза, быстрым размашистым ударом перерезав ему горло. Пока он хрипит в предсмертной агонии, схватившись двумя руками за шею, вытираю об его одежду кровь с клинка.

С тройкой покончено. Остался только Хасим, которому, по-хорошему, следовало сбежать ещё до того, как я добил подранка. Однако даже растеряв всех своих псов, главный надсмотрщик не выглядит испуганным.

— Давай сделаем так: ты говоришь мне, где прячется девчонка, мы расходимся, я возвращаюсь к Селиму, говорю, что ты мёртв, и никто больше тебя не ищет, - предлагаем Хасим спокойным голосом.

Значит, в списке приоритетов нахождение изумрудов стоит на первом месте. Вопрос в том, вернёшь ли ты их Селиму или же оставишь себе.

— Может, лучше сразу разойдёмся? – озвучиваю альтернативу.

— Ясно. Значит, сам найду. Наверняка сучка сейчас где-то неподалёку ошивается или дрыхнет.

Угадал. Только это знание ничем тебе не поможет. Поговаривали, что в молодости Хасим был опытным наёмником и сильным бойцом, но со временем отошёл от дел. Поглядим, на что он способен сейчас, когда ему уже перевалило за пятьдесят. Результат превзошёл все мои ожидания. Даже Гилнера одолеть и то было проще, хотя он и бился в полную силу. Соперник мне попался по-настоящему опасный. Пока обмениваемся ударами, Хасим не может меня ранить, но и я его задеть тоже не могу. Во всём, что касается защиты, он будто мои мысли читает. Всё меняется, когда Хасим, ловко подобрав оружие одного из убитых приспешников, начинает орудовать сразу двумя саблями. Из живого человека из плоти и крови он будто превращается в смертоносный вихрь. Отражать удары становится всё сложнее. Любая ошибка может стать для меня последней. Под таким натиском потихоньку отступаю, рассчитывая на то, что Хасим в какой-то момент ошибётся сам или выдохнется, открывшись для удара, как вдруг мой противник вздрагивает, роняет оружие и как подкошенный падает на землю. Из его затылка торчит метательный нож. Тем, кто его так метко швырнул, оказывается подоспевший Горис.

— Только не говори, что просто случайно проходил мимо, - обращаюсь к вмешавшемуся в поединок соотечественнику, убирая клинок в ножны.

— Почти. Я искал тебя. И нашёл бы гораздо позже, если бы не услышал звон стали.

— Неужели ты тоже сбежал?

— Нет. В Зантире у моего господина были кое-какие дела, а живёт он в Джакосе. Его так впечатлили твои боевые навыки, что он подумывал выкупить тебя. Но когда надумал и пришёл к Селиму, выяснилось, что ты сбежал.

Вот, значит, как. То есть, если бы я не пошёл за Лисандрой, а просто остался в своей клетке, то всё равно обрёл бы свободу. Хотя нет, не обрёл бы. Выкупленный раб так и остаётся рабом. Меняется лишь хозяин и размер поводка. У Гориса поводок явно длинный, раз мой бывший боевой товарищ может свободно и в одиночку расхаживать по городу, да ещё и с оружием. Похоже, хозяин ему доверяет. Возможно, идею выкупить меня у Селима ему тоже предложил Горис.

— Где ты сейчас остановился? – интересуется Горис.

— На одном постоялом дворе. Но я не один. Вместе со мной...

— Сбежала ещё одна девушка. Домашняя рабыня. Я в курсе.

— Мы планируем вернуться в Дальфар, и такая возможность у нас есть. Ты с нами?

— Рад бы, но не могу.

— Почему?

Горис тяжело вздыхает.

— Потому что здесь у меня любимая женщина и маленький ребёнок. Если бы не они, я бы согласился, - объясняет Горис причину отказа.

— Так в чём проблема? Просто возьми их с собой. Там им будет намного лучше, чем здесь.

— Уверен? Ты правда думаешь, что шоранку с ребёнком в Дальфаре примут с распростёртыми объятиями?

Не примут. Горис прав. Шоранцы вероломно на нас напали, и принесли моему королевству много горя. Прежде чем всё это забудется, должны пройти десятилетия, да и то при условии, что новый император не захочет пойти по стопам своего отца. Понятно, что женщина Гориса и их ребёнок ко всему этому не имеют никакого отношения, но попробуй объяснить это тем, кто лишился родных и близких на этой войне. А ведь той же Лисандре после возвращения домой наверняка тоже придётся несладко. Сначала её родные обрадуются, узнав, что она жива, но когда выяснят, через что ей пришлось пройти, находясь в плену, запросто могут от неё отречься. Так уж у аристократов заведено – клеймить позором пострадавших, будто в случившемся есть их вина. Терпеть не могу таких лицемеров. Пока я был ребёнком, мне тоже очень часто любили напоминать о моём происхождении, смотрели на меня свысока, словно на навозного жука. Над детьми вообще очень легко глумиться, будто это они выбирали, когда, от кого и при каких обстоятельствах им родиться. Вот только теперь я взрослый, и на такую ерунду больше внимания не обращаю. Да и желающих напомнить мне о моей незаконнорожденности со временем заметно поубавилось. Так что мне, в отличие от Лисандры и Гориса, возвращение на родину ничего плохого точно не сулит.

— Понимаю. Надеюсь, всё у тебя будет хорошо, - говорю Горису.

— Надеюсь, у вас тоже. Береги себя.

— Постараюсь.

Горис на прощание протягивает мне руку. Пожимаю её, понимая, что скорее всего, это наша последняя встреча. Горис уходит, а я решаю немного задержаться, чтобы обыскать покойников, но кроме небольшого количества монет ничего интересного не нахожу. Забрав деньги, возвращаюсь на постоялый двор, и узнаю от его хозяина, что пока отсутствовал, мною и Лисандрой интересовались какие-то вооружённые люди, похожие на наёмников, но он нас не выдал, соврав, что не видел никого похоже. Поощряю такую лояльность ещё парой монет. Похоже, остаток ночи всё же пройдёт спокойно.

Вернувшись в комнату, снимаю штаны и рубаху, и ложусь рядом со спящей Лисандрой. Пытаясь заснуть, вновь вспоминаю седовласую ведьму. Интересно, что привело её сюда? Не конкретно на постоялый двор, а в Шоранскую Империю. В Дальфаре и Аталии таких как она, отлавливают и казнят. Возможно, в этом и причина. Не удивлюсь, если седовласая, не моргнув глазом, по приказу своих шоранских хозяев пытала и убивала собственных соотечественников. Но не зная этого наверняка, остаётся об этом только гадать. С таким же успехом всё это время она могла заниматься чем-то безобидным. Например, искать мужиков для своей хозяйки. В любом случае, беспокоиться о ведьме не стоит. Разок хорошенько пристроившись, она явно сможет провернуть это снова. Выкинув мысли о ведьме из головы, закрываю глаза и засыпаю.

Утром во время завтрака вдруг обнаруживается, что пропали деньги, но только те, что были у Лисандры. Монеты, которые я забрал у Хасима и его псов, на месте. Похоже, нас обчистили как раз в тот промежуток времени, когда я отсутствовал. К счастью, изумруды воришка не умыкнул. Мешочек с ними Лисандра догадалась спрятать под матрасом. Скорее всего, хозяин этого чудного места нас и обокрал, ведь у него наверняка есть запасной ключ от комнаты. Да и понимает этот выродок, что скандалить и жаловаться мы не будем, ведь шуметь не в наших интересах. Тем не менее, когда нашу лошадь выводят из конюшни, и Лисандра забирается ей на спину, возвращаюсь на постоялый двор, чтобы со всей силы заехать его хозяину кулаком в челюсть. Ворюга падает на пол, схватившись за рот, недобро на меня поглядывает, но никаких вопросов не задает. Понимает жадный сукин сын, за что ему прилетело. Хоть немного напоследок отведя душу, встряхиваю руку и выхожу на улицу.

ТАЛЕЯ

— Как ты меня нашла? – спрашиваю я.

— Тебя нашёл Дион, а я просто наблюдала за ним, - отвечает Сайрелла.

— Нашёл? Значит, до недавнего времени он не знал, где я?

— Какая разница, знал он об этом или не нет? Сейчас ни это важно. Создавая “Теневое Око”, Сайлас мечтал завладеть силами жнеца. За время, прошедшее с твоего побега, он и его сынок в данном направлении очень сильно продвинулись. Я бы даже сказала, что от поставленной цели их отделяет всего пара шагов.

Звучит пугающе, но пока это просто ничем не подтверждённые слова. Страшилки для доверчивых дурачков и дурочек.

— Дион ведь уже обращался к тебе? – спрашивает Сайрелла.

— Обращался, - не вижу смысла хранить это в тайне.

— И что он от тебя хотел?

— Чтобы я ритуал какой-то провела. В подробности не вдавался, но хотел, чтобы это сделала именно я.

— Я тоже не знаю всех подробностей, но хочу ему помешать.

— Так мешай, раз хочешь. Я-то здесь при чём?

— Не всё так просто. Одна я не справлюсь. Мне нужна твоя помощь.

Ожидаемо. Непонятно только, почему и Диону и Сайрелле понадобилась именно я. Неужели не нашлось других кандидатов? Спрашивать об этом прямо бесполезно. Придётся как-то самой догадаться.

— И что я получу взамен? – решаю немного поторговаться.

— Полную свободу от “Ока”. Ну и глубокое моральное удовлетворение. С момента твоего побега многое изменилось. Ставки очень сильно возросли.

— Давай только без всех этих расплывчатых фраз про изменения и выросшие ставки. Говори прямо, что тебе нужно.

— Хорошо. Прямо, так прямо. Необходимо наведаться в одно местечко и кое-что оттуда забрать. Так мы со стопроцентной вероятностью сможет сорвать готовящийся ритуал. Но там есть охранная печать, и в одиночку её никак не снять. Для этого мне твоя помощь и нужна.

Не веря до конца в сказанное, мысленно взвешиваю все “за” и “против”, и принимаю решение всё же взглянуть на эту печать. Стоит мне только дать своё согласие, как дальнейшие события начинают развиваться чересчур стремительно. Воспользовавшись телепортацией, Сайрелла куда-то переносится, прихватив меня с собой. Куда именно, понять не могу, ведь мы оказываемся в кромешной темноте. Да и как-то тут прохладно.

— Подожди немного, сейчас станет светлее, - говорит Сайрелла.

Жду. И вскоре в воздухе загорается какой-то зелёный огонёк, благодаря которому наконец-то удаётся хоть что-то разглядеть. Место, куда мы переместились, напоминает храм или скорее гробницу. Подобно большому светлячку зелёный огонёк вдруг приходит в движение. Следуя за ним и Сайреллой, продвигаюсь вглубь гробницы, пока в какой-то момент мы не натыкаемся на какую-то невидимую магическую преграду, не позволяющую нам пройти дальше.

— Предусмотрительный ублюдок, - ворчит Сайрелла, коснувшись ладонью невидимого барьера.

— Значит ли это, что раньше этого барьера здесь не было? – сразу уточняю.

— Не было. Похоже, Дион что-то почуял, и решил подстраховаться.

— Так давай быстренько его сломаем, заберём то, зачем пришли, и уберёмся отсюда.

— Быстренько не получится в любом случае. Да и попытка сломать барьер незамеченной не останется. Дион сразу это почувствует, и примчится сюда.

— Почему ты думаешь, что барьер поставил именно он? Может, это Сайлас или кто-то другой.

— Нет. Это Дион, - уверенно повторяет Сайрелла, ничего при этом не добавляя.

Мне показалось, или в её голосе промелькнул хорошо скрываемый страх? Странно. Рассказывая мне всю правду и помогая с побегом из крепости Сайласа, Сайрелла не боялась, а сейчас боится, хоть и старается этого не показывать. Похоже, ставки действительно выросли, как бы пафосно это не звучало. Само же это местечко мне не нравится. Какая-то у него аура пугающая. Чувствуется, что в глубине этой гробницы притаилось что-то очень нехорошее и опасное. Может оно и к лучшему, что барьер не пускает нас дальше. Но Сайрелла явно так не считает.

— Ничего страшного. Это всего лишь отсрочка. Я найду способ незаметно этот барьер снять, не привлекая внимания Диона, - говорит она, глядя на невидимую преграду.

— Желаю удачи с поиском. Только сначала верни меня в Джакос, - требую я.

Обернувшаяся Сайрелла какое-то время напряжённо смотрит на меня, но всё же кивает.