3

Спустя минуту в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием парня. Егор лежал, уставившись в потолок, и на его лице медленно проступала смесь блаженства и глубокого, горького разочарования.

«Всё. Пять минут — и всё кончено, — думал он с тоской. — Я слил всё так быстро. Теперь она заберет деньги и уедет, посмеиваясь про себя».

Карина поднялась с колен. С деликатной аккуратностью она стянула с его полуобмякшего органа использованный презерватив, завязала его и через всю комнату отправила в урну. Посмотрев на поникшего Егора, она сразу поняла, какие мысли роятся в его голове.

По правилам её бизнеса работа действительно была выполнена. Разрядка получена, время идет. Она могла бы одеться и уйти. Но Карине было мало этого. В ней самой впервые за долгое время проснулось настоящее, женское желание — не рабочее, а живое, горячее.

Она ласково шлепнула его по бедру.

— Ну-ка, первопроходец, подъем. Марш в душ, смой всё. А я пока подготовлю нас ко второму раунду.

— Карина... — Егор грустно посмотрел на нее, приподнимаясь на локтях. — Извини, что так быстро. Я правда не хотел... Наверное, наше время уже вышло, да?

— Эй, — Карина подошла к нему вплотную и, привстав на носочки, легонько прикусила его за мочку уха. — Кто тебе сказал, что всё кончилось? Настоящие мужчины так быстро не сдаются. Тем более с такими... выдающимися данными, как у тебя.

Она лукаво улыбнулась, и в её серых глазах заплясали веселые искорки.

— К тому же, открою тебе маленький секрет... Иногда «девушки с пониженной ответственностью» тоже хотят получить свою разрядку и настоящий, красивый оргазм. А сегодня мне кажется, что именно ты — тот, кто может мне его подарить. Так что не спорь с женщиной, бегом в душ. Через пять минут я жду тебя здесь абсолютно чистым и готовым к подвигам.

Егор посмотрел на нее круглыми от удивления и внезапно вспыхнувшей надежды карими глазами. Вся его грусть мгновенно испарилась, уступая место невероятному, окрыляющему чувству гордости. Его хотят. Сама Карина хочет его!

Он сорвался с кровати и почти побежал в ванную, а Карина, глядя ему вслед, тихо и искренне рассмеялась, сбрасывая шелковое платье и оставаясь абсолютно обнаженной. Сегодняшняя ночь обещала быть очень жаркой.

Егор вышел из душа, сияя как начищенный пятак. Вода смыла остатки усталости, а слова Карины о том, что он может доставить ей удовольствие, подействовали сильнее любого энергетика. Он был готов на всё, лишь бы доказать ей, что он — мужчина, способный волновать такую женщину.

Карина лежала на постели, закинув руки за голову. В тусклом свете бра её обнаженное тело казалось высеченным из темного мрамора. Черные почти высохшие вьющиеся кудри живописным беспорядком разметались по подушке, контрастируя с белизной простыней.

Егор опустился перед ней на колени, его карие глаза горели лихорадочным блеском.

— Карина... я хочу сделать тебе приятно. По-настоящему. Я хочу... — он замялся, подбирая слова, но его взгляд, направленный на её бедра, говорил сам за себя. — Я хочу ласкать тебя губами.

Карина удивленно приподняла брови. В её глазах промелькнула сложная гамма эмоций: от удивления до легкой тревоги.

— Егорушка... — она мягко коснулась пальцами его подбородка. — Ты понимаешь, о чем просишь? Я ведь не обычная девушка из университета. У меня... бывали разные люди. И правила безопасности для меня — закон. У меня просто нет с собой латексной салфетки для кунилингуса. Я не беру их на заказы, потому что никто, слышишь, ни один клиент никогда не просит об этом. Им это просто не нужно.

Егор на мгновение замер, но в его глазах не было страха или брезгливости. Только упрямое желание.

— Я не сомневаюсь в тебе, — тихо, но твердо сказал он.

— Послушай, — Карина вздохнула, её голос стал серьезным, лишенным профессионального кокетства. — Я честна с тобой. Я буквально вчера забрала результаты регулярных анализов, я чиста на сто процентов, осмотр у врача прохожу каждые две недели — это моя безопасность. Но риск есть всегда. И сейчас ты можешь сделать это только на свой страх и риск. В твоем здоровье я уверена, ты у нас чистый лист... Но готов ли ты пойти на это ради меня?

Егору было абсолютно плевать на гипотетические риски. Он уже был одержим этой женщиной. Запах её тела, её влажные черные волосы, её ярко-серые глаза, смотревшие на него с такой теплой тревогой — всё это сводило его с ума. Ему хотелось попробовать свою первую женщину на вкус, почувствовать её соки, слиться с ней в единое целое без всяких резиновых преград.

— Мне всё равно, — выдохнул он, придвигаясь ближе. — Я хочу этого. Очень хочу.

Карина затаила дыхание. В груди разлилось щемящее, почти забытое чувство благодарности. Этот девятнадцатилетний мальчик сейчас делал для нее то, на что не решались искушенные, богатые мужчины, считавшие её лишь «грязным тренажером». Она медленно развела свои длинные, стройные ноги, открывая ему доступ к своему самому сокровенному центру.

— Ну иди ко мне, мой безумный рыцарь... — прошептала она, закрывая глаза.

Егор медленно опустился между её бедер. Сердце колотилось в самые уши. Перед его лицом открылся аккуратный, скрытый в нежных складках бутон, источающий тонкий, едва уловимый мускусный аромат, смешанный с запахом геля для душа. Кожа Карины здесь была невероятно горячей, почти обжигающей.

Он робко прикоснулся губами к внутренней стороне её бедра, поднимаясь выше. Карина вздрогнула, её пальцы судорожно впились в простыни.

Когда Егор впервые коснулся языком её нежного лона, его обдало волной густого, сладковатого вкуса её естества. Это не было похоже ни на что, что он себе представлял. Это был вкус самой жизни, чистой женской природы. Парень осмелел. Он начал ласкать её длинными, влажными мазками снизу вверх, проходясь по всей длине половых губ.

Это было невероятно. Её тело, привыкшее к механическому сексу, взрывалось от каждой робкой ласки Егора. Его язык был горячим, шершавым и безумно нежным. Он двигался без системы, ведомый лишь интуицией и желанием угодить, и эта хаотичность заводила Карину сильнее, чем самая выверенная техника. Когда его губы плотно обхватили её набухший, сверхчувствительный клитор, а язык начал совершать быстрые, трепетные движения, она громко, не сдерживаясь, застонала, выгибая спину.

Он чувствовал себя первооткрывателем. С каждым его движением Карина вздрагивала, её бедра непроизвольно подавались навстречу его лицу. Он слышал её тяжелое, прерывистое дыхание, её хриплые стоны, и это наполняло его дикой, пьянящей силой. Он чувствовал пальцами, как её упругие ягодицы напрягаются, а тело начинает вырабатывать всё больше естественной смазки, которая теперь покрывала его губы и подбородок.

Егор углубил ласку. Он проник кончиком языка глубже во влажное, горячее влагалище, исследуя его изнутри, а затем снова возвращался к клитору, зажимая его между губами и нежно посасывая.

Карина металась по кровати. Её черные вьющиеся волосы растрепались, лицо раскраснелось, а ярко-серые глаза были полуприкрыты пеленой подступающего оргазма. Она поняла, что этот мальчик действительно ведет её к вершине, которой она не видела уже очень, очень давно.

— Да... Егор, боже... именно так... еще... — умоляюще шептала она, запуская пальцы в его короткие волосы и непроизвольно прижимая его лицо к себе всё сильнее.

Воздух в комнате казался раскаленным до предела. Запах Martini, клубники и интимный, мускусный аромат возбужденного женского тела смешались в единый дурманящий коктейль. Егор действовал уже не просто интуитивно — он был ведом самой природой. Его губы и язык ласкали Карину с жадностью и благоговением, проникая в самые потаенные уголки её лона.

Для Карины мир сузился до размеров этой постели. Напряжение внутри нее росло, скручиваясь в тугой, пульсирующий узел в самом низу живота.

Каждое прикосновение горячего языка Егора отзывалось в её теле электрическим разрядом. Клитор набух, став сверхчувствительным, а внутренние мышцы влагалища судорожно сжимались в предвкушении разрядки. Оргазм уже стоял у порога — неотвратимый, мощный, грозящий снести все её ментальные барьеры. Карина до боли закусила губу, стараясь растянуть этот миг. Она отчаянно цеплялась за уходящие крупицы контроля, пытаясь замедлить дыхание, задержать эту сладкую, невыносимую пытку как можно дольше, балансируя на самом краю бездны. Но тело её предавало: бедра непроизвольно выгибались навстречу лицу парня, а пальцы судорожно сжимали его русые волосы.

Егор чувствовал эту внутреннюю бурю. Он видел, как подрагивают её длинные стройные ноги, как вздымается грудь и как натягивается высокая шея, когда из её горла вырывается очередной хриплый, искренний стон. В этом не было ни капли той наигранной, профессиональной симуляции, которую она продавала клиентам. Это была чистая, первобытная женская страсть.

И это осознание ударило Егору в голову сильнее любого алкоголя. Его собственное тело отозвалось мгновенно. Кровь мощной волной хлынула в пах, и его крупный, толстый орган с бугристыми венами ожил прямо у её бедер, мгновенно налившись каменной, звенящей твердостью. Он больше не мог сдерживаться. Жажда обладания этой женщиной полностью затмила разум.

Егор резко приподнялся на коленях. На нем не было презерватива, но в этот момент дикого, животного вожделения рациональные мысли просто сгорели. Он навис над Кариной, раздвинул её бедра еще шире и, упершись руками по обе стороны от её плеч, одним мощным, плавным движением направил свой набухший орган внутрь её влажного, горячего лона.

Карина в этот момент находилась на самом пике оргазма. Разум заволокло плотным туманом наслаждения, когда изнутри её буквально взорвало волной судорог. И в эту долю секунды в нее вошла его плоть.

Краем угасающего сознания она поняла: на нем нет презерватива. Холодная мысль о безопасности на мгновение вспыхнула в её голове, но тут же утонула в океане эндорфинов и физического экстаза. Слишком поздно. Ничего уже нельзя было изменить.

Егор вошел в нее на всю глубину своего внушительного размера.

Её влагалище, максимально сжатое спазмами оргазма, плотно, как тисками, обхватило его толстый ствол. Карина была ошеломлена тем, насколько глубоко и плотно он заполнил её изнутри. Бугры вен на его члене буквально соскабливали нежные стенки её лона, доводя её оргастические судороги до предела. Она громко, во весь голос вскрикнула, запрокинув голову назад, её пальцы глубоко вонзились в его мускулистые плечи.

Но неопытность юноши снова сыграла с ними злую шутку. Егор никогда раньше не испытывал ничего подобного. Плотные, горячие тиски женского оргазма, обхватившие его плоть, и это невероятное скольжение без латексного барьера лишили его последних крох контроля.

Едва головка его члена с силой толкнулась в самый зев её матки, как плотина в его теле прорвалась.

Егор судорожно выдохнул, его тело вытянулось в струну, и мощная, обжигающе горячая струя семени хлынула глубоко внутрь Карины. Он содрогался всем телом, делая один короткий, судорожный толчок за другим, изливая в нее всё то напряжение, что копилось в нем долгие месяцы ожидания и страха.

Карина чувствовала эти горячие, пульсирующие толчки глубоко внутри себя, сливающиеся с остаточными волнами её собственного, невероятно яркого оргазма. Это было дико, неправильно, опасно... но чертовски красиво.

Когда последняя, самая мощная волна оргазма окончательно утихла, оставив после себя лишь приятную, истому во всем теле, Егор без сил повалился рядом с ней на бок. Он тяжело, прерывисто дышал, уткнувшись лицом в её плечо. Его рука всё еще собственнически лежала на её талии.

Карина лежала, глядя на тусклые блики света на потолке, и чувствовала, как внутри нее медленно оседает горячее семя парня. Как горячий ручеек уже пробивается наружу. Обычная девушка на её месте уже впала бы в панику от перспективы незапланированной беременности, но Карина лишь мысленно усмехнулась своей предусмотрительности.

Она не была глупой. Ещё два года назад после «залета» она установила качественную внутриматочную спираль. Это была её личная, бронированная гарантия. Но дело было не только в обычной безопасности. В её бизнесе существовала особая каста клиентов — очень узкий, проверенный годами круг состоятельных мужчин. Они платили по тройному, повышенному тарифу за редкую привилегию: заниматься этим без латексного барьера, ощущая живое женское тепло во всей полноте. Они делали с ней всё что хотели.

Для Карины это был элитный сегмент услуг. Но взамен она головой отвечала за свое здоровье перед этими людьми — малейшая инфекция стоила бы ей не просто репутации, всего заработка, а порой даже самой жизни! Поэтому её медицинская карта была идеальной, а анализы сдавались с точностью швейцарских часов.

«Ладно, залететь я не залечу, спираль на месте, — лениво подумала она, поворачивая голову к спящему мальчику. — Но вот его здоровье...»

Она внимательно посмотрела на Егора. В полумраке его лицо казалось совсем юным, безмятежным и трогательным. Короткая русая челка смешно топорщилась, а губы были слегка приоткрыты. Он выглядел как ангел, только что переживший свое первое грехопадение.

Но в голове Карины, привыкшей к обману и мужским уловкам, вдруг зашевелился червячок сомнения.

«А девственник ли ты на самом деле, Егорушка?» — мысленно спросила она его.

Её профессиональный опыт подсказывал, что здесь что-то не сходится. Да, он зажался вначале. Да, у него пропала эрекция от страха, и кончил он невероятно быстро — это были классические маркеры первого раза. Но то, что произошло потом...

Она вспомнила, как нежно и одновременно уверенно его руки скользили по её телу в душе. Вспомнила его прикосновения к её бедрам. Но главное — его кунилингус. Егор ласкал её лоно с такой жадностью, так лихо и глубоко проникал языком во влагалище, так точно улавливал её малейшие вздрагивания, словно занимался этим всю жизнь. Настоящие девственники обычно тычутся вслепую, действуют неуклюже и боятся лишний раз коснуться чувствительных мест, пока им не укажешь пальцем. А этот мальчик... он брал её так, словно читал её тело как открытую книгу.

«Уж больно умело ты работал языком, парень, — Карина прищурила свои ярко-серые глаза. — Неужели развел меня своей робкой улыбкой и карими глазами? На жалость надавил, чтобы получить незащищенный секс с элитной индивидуалкой, да еще и скидку выбить?»

От этой мысли её кожа покрылась легкими мурашками. Если Егор соврал, и она была у него далеко не первой, то все его клятвы о здоровье и «чистом листе» могли оказаться пустой ложью. А это значит, что её безопасность и её узкий круг VIP-клиентов теперь под угрозой.

— Ну надо же... — тихо прошептала она в пустоту комнаты. — Обыграл меня на моем же поле?

Карина понимала: теперь у нее просто нет выбора. Ей придется снова идти к своему гинекологу на внеплановый осмотр и сдавать полный спектр анализов на ЗППП. Рисковать своим телом, которое кормило её и обеспечивало ей жизнь, она не могла.

Она аккуратно убрала его тяжелую руку со своей талии и села на край кровати, глядя на спящего парня со сложной смесью раздражения, восхищения и нарастающей тревоги.

Егор спал крепко, безмятежно, растянувшись на пол-постели. Его широкая юношеская грудь ровно вздымалась, а на губах блуждала легкая счастливая улыбка. Он выглядел абсолютно беззащитным.

Карина тихо, стараясь не скрипнуть половицами, поднялась с кровати. Тело после бурной ночи приятно поднывало, но в душе уже не осталось и следа от недавней нежности. Её выжгло холодным, липким страхом.

Она быстро оделась в ванной, стараясь не смотреть в зеркало. Её роскошные черные вьющиеся волосы, еще хранившие запах его тела, она наспех перехватила резинкой. Забрав свои вещи и деньги, оставленные на столе, она бросила последний взгляд на спящего парня.

«Если ты мне соврал, мальчик... я тебя возненавижу», — мысленно произнесла она, тихо прикрывая за собой дверь номера.

Наташа и Алик Самарские@ продолжение следует