Алёна с Ингой прервали свои ласки и уже спокойно расселись на диванчике. Алёна, немного отдышавшись, сказала мне:

— Полночь. Сейчас ты вправе коснуться одной из нас и остаться с ней на один час совсем наедине. Когда ты проснешься утром, ты можешь касаться уже любую или любого из нас. Причем вовсе не обязательно одного. Но твое касание — это разрешение человеку, которого ты коснешься, касаться тебя в ответ в течение получаса. Везде касаться, но без нарушения твоей девственности. Воспользоваться тут же ли твоим разрешением или нет — это уже решает тот, кому ты разрешишь своим касанием.

— А если я сейчас коснусь вас обеих? Я не хочу выбирать между вами. Я хочу быть с вами обеими.

Я сделала красноречивый жест, как бы обнимая необъятное. Алёна взмахнула ресницами и пристально посмотрела на меня. Ее сомкнутые коленки на секунду разошлись в стороны, отчётливо показав прелестные очертания нижней части живота и Упоительной Складочки.

— Пожалуйста, не делай этого. Сейчас это будет нарушением уговора с твоей стороны. Денис такого не потерпит. Начиная с сегодняшнего утра это ограничение для тебя уже не будет действовать. И ты будешь вольна выбирать уже касания и двоих, и троих, и так далее. Если, конечно, тебе это будет интересно.

— А можно мне с вами обеими быть сегодня вечером?

Алена взглянула на Ингу. Инга сидела на краю стола, ­­ положив ножку на ножку и как бы раскачивая ею в такт нашему разговору. Тоненькая бретелька гладкой, прозрачной сорочки соскользнула с её плеча, верх сорочки опустился и открывал дивную грудку-грушу почти целиком. Она пожала плечиком:

— Разве что совсем уж поздно.

Потом потянулась к ящику комода, открыла его и извлекла на свет пару чулок и круглые кружевные подвязки.

— У меня сегодня вечерний спектакль. Зрители вряд ли отпустят меня раньше пол-десятого, а то и десяти. Ну и еще мне нужно какое-то время, чтобы отойти от спектакля.

Выдвинув другой ящик, Инга достала из него лифчик и трусики:

— Театр — это взаимообмен энергией актеров и зрителей. Обычно зрительский зал дарит мне больше энергии, чем я отдаю зрителям. Но случается и наоборот - тут заранее не скажешь. Так что решить я смогу только, вернувшись домой после спектакля.

Она повернулась спиной к сидевшим в комнате и начала быстро и решительно одеваться. Алёна подвела итог:

— Ну общем, пока на вечер ничего не загадываем. Там уже видно будет что и как.

Проводив Ингу, мы прошли в мою комнату.

— Устала за вечер? – поинтересовалась у меня Алёна, усаживаясь в кресло.

— Я даже не знаю, как назвать свое состояние сейчас. Я и устала, и воодушевлена одновременно. Это была какая-то феерия чувств. На меня словно вся вселенная обрушилась враз. Я благодарна этой вселенной и хочу быть частью ее. Я хочу быть с вами.

— Ты говоришь обо мне и Инге?

— В первую очередь о вас обеих вместе, если я вам обеим интересна в ласках.

— А ты уже пробовала ласки с девушками?

— Мне это предлагали, и я даже была почти была готова согласиться. Но та, что предлагала, уговаривала меня на это слишком уж настойчиво. Слишком уж на меня давила, и это остановило меня как фальшивая нота в красиво начатой мелодии.

— А мы с Денисом слишком давим на тебя?

— Конечно, давите, но не слишком. Потому что делаете это тонко, давая мне интригующую возможность выбора. Это довольно непривычно для меня в отношениях. Никогда с таким не сталкивалась. Мне вправду с вами очень интересно, хотя я и сама не знаю, что будет дальше и останусь ли я только лишь наблюдательницей-невидимкой в этом доме. Алёна, а можно деликатный вопрос?

— Спрашивай.

— Скажите, а ваши первые ласки с девушкой были до знакомства с Денисом или после?

— Тебе ни за что не отгадать, при каких обстоятельствах это случилось первый раз...

— Теряюсь в тумане догадок.

— Это случилось на моей свадьбе. Точнее в начале нашей первой брачной ночи. Как говорится, до того, а не после того, или вместо того.

— Вот такого поворота я точно не ожидала.

— А я уж тем более. На следующий день, после того как мы записались на бракосочетание, Денис обратился ко мне с просьбой. Это была с его стороны именно просьба, а не условие.

— Неужели у вас была брачная ночь втроем?

— Только начало ночи, в котором Денис оставался лишь наблюдателем моего дебюта с девушкой. Потом он проводил ее до двери, и мы остались вдвоем. И между нами случилось то, что в общем-то должно было случиться давно. Но Денис хотел, чтобы это было именно в нашу брачную ночь. Но только внес элемент креативности в начало ночи.

— А кто была эта девушка, с которой вы дебютировали? Так сказать, знакомая Дениса?

— Просто его добрая знакомая, они никогда не были между собой в отношениях любовников. Она была, и до сих пор остается его «другом женского пола №1», как он выражается. А друг женского пола №1, по мнению Дениса, не может быть и не должна быть любовницей. Потому что это всепонимающая женщина, перед которой сильный мужчина может быть угодно откровенным, не боясь показаться в ее глазах слабым.

— Она была старше Дениса и вас?

— Она его отдаленная родственница и старше Дениса на одиннадцать лет. Но они дружили как равные и предельно откровенные друг с другом. Она знала его слабости, а он знал ее слабости. В том числе знал, что она бишка, западающая на заметно более юных девушек.

— И поэтому попросил вас сделать такой подарок ей в день вашей свадьбы?

— Именно так.

— Я в начале была очень смущена этой его просьбой и тем, что он полностью оставил выбор за мной. А потом как то привыкла к этой мысли, и все произошло естественно. С ней это было единственный раз – Денис не хотел искушать судьбу повторением.

— Это так необычно. Я не знаю, наступит ли когда-нибудь момент для меня в вашем доме, когда я перестану удивляться.

— Возможно, и ты нас удивишь. Однако время совсем позднее. Так что приятных снов нам в наших опочивальнях...