Я — Ирина, 45 лет, сиськи уже немного обвисшие, но жопа всё ещё как у девчонки, и пизда до сих пор течёт, стоит только подумать о членах. Вчерашний вечер я запомню надолго. Муж в командировке, сын у друга на ночёвке, а я решила: «А почему бы и нет?» Добавилась в местный чат «зрелые шлюхи и молодые жеребцы», написала: «Готова на всё, приезжайте толпой». И приехали. Семеро. Все от 20 до 35, здоровые, волосатые, с членами как у коней.

Захожу в снятую ими квартиру — уже голая по пояс, только чулки и трусики-верёвочка. Они сразу окружили, как голодные волки.

— На колени, тётка, — рта не хватит на всех, — ржёт один, самый наглый, с татуировками на руках.

Я падаю на колени, не спорю. Хочу именно этого. Первый хватает меня за волосы, резко запихивает член в рот до самого горла. Я давлюсь, слюни текут ручьём по подбородку, капают на сиськи. Вкус солёный, вены набухшие, головка бьёт по нёбу.

— Смотрите, как глотает, блядь старая, прям как порнозвезда! — кричит другой и суёт свой сбоку, прямо по щеке хуярит, оставляя красные следы.

Я пытаюсь взять оба сразу — один в глотке, второй по губам скользит, размазывая предсперму по лицу. Глаза мне в рот пихают по очереди, держат за уши, ебут как дешёвую шлюху. Я стону, слёзы текут, тушь размазана, но пизда уже мокрая до колен.

— Давай, мамаша, работай языком, лижи яйца! — рычит тот, что слева, и прижимает мою голову к своим мошонкам. Я высовываю язык, слизываю пот, сосу волосатые шары, пока он дрочит над моим лицом.

Меня ставят раком прямо на полу. Один сзади сдирает трусики, плюёт на жопу и входит в пизду одним толчком. Я ору — больно и охуенно одновременно.

— Заткните ей пасть, а то соседи услышат!

Сразу два члена в рот — один глубоко, второй по языку елозит. Я задыхаюсь, слюни и сперма уже текут по шее, сиськи болтаются в такт толчкам. Тот, что в пизде, шлёпает по задницу так, что следы остаются:

— Течёшь, сука? Любишь, когда тебя толпой имеют?

Я только мычу с набитым ртом: «Мммххх... дааа... ебите меня... все...»

Они меняются местами. Теперь в жопу входит — без смазки, только слюни. Больно, но я сама прошу сильнее. Двое в рот, один в пизде, один в жопе, остальные дрочат вокруг, брызгают на лицо, на волосы. Я уже вся липкая, лицо в сперме, глаза заплывшие, но продолжаю сосать, как последняя блядь.

— Скажи, что ты наша спермоприёмница, тётка!

Выплёвываю на секунду член и хриплю:

— Я ваша... грязная... спермоприёмница... кончайте в меня... в рот... в пизду... заливайте всего...

Кончают по очереди и все разом. Первый в горло — густо, горячо, я глотаю, кашляю, остатки по подбородку стекают. Второй на лицо — прям в глаза, я даже не моргаю. Третий в пизду, четвёртый в жопу — чувствую, как вытекает, когда вынимают.

В конце меня кладут на спину, ноги к потолку, и последние трое дрочат прямо мне в рот. Я открываю широко, язык высунула, как собака. Кончают одновременно — лицо, рот, волосы, сиськи — всё в белом.

Лежу, тяжело дышу, вся в сперме, пизда и жопа горят, горло болит. Они фоткают, ржут:

— Будешь нашей постоянной блядью, Ирка?

Я улыбаюсь, облизываю губы:

— Приезжайте в любое время, мальчики... мамочка всегда голодная.

Иду домой в душ, но даже там трогаю себя, вспоминая. Лучший вечер за последние годы. И это только начало.