Когда сумерки окончательно сгустились над городом, Саша вызвала такси. Сердце колотилось в такт колесам машины, отсчитывающей километры до назначенного адреса.

Она вышла у высокого красивого дома с панорамными окнами. Оказавшись у элитного жилого комплекса, она остановилась у входа и быстро написала Оксане, что подошла. Ответ пришёл незамедлительно: Оксана сообщила, что её сейчас пропустят на охране, и указала номер квартиры на верхнем этаже.

Сердце Саши колотилось в такт цифрам, сменявшимся на табло скоростного лифта. Выйдя на нужном этаже в просторный, тихий и уединённый коридор, она подошла к массивной двери квартиры. Около квартиры был пакет.

Саша затаила дыхание и заглянула внутрь пакета. Там лежала простая, но дорогая хлопковая мужская майка-алкоголичка, лаконичные мальчиковые плавки-боксёры и... кое-что ещё. На самом дне покоилась небольшая коробка и уже знакомый тюбик с лубрикантом. Открыв её, Саша увидела тот самый страпон без бретелек, который благодаря своей анатомической форме безупречно имитировал мужской половой орган.

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что на роскошной этажной площадке абсолютно пусто, Саша решилась на безумный шаг. Прямо там, в коридоре, она полностью сбросила свои вещи. Сердце колотилось в самых ушах. Вспомнив, как профессионально и уверенно Оксана надевала этот девайс в магазине, Саша повторила её движения. Она щедро нанесла смазку и аккуратно, преодолевая секундное сопротивление тела, вставила меньшее основание игрушки в себя, чувствуя, как внутри разливается знакомая интимная влага.

Затем она быстро натянула мальчиковые плавки и майку. Ткань плотно облегла её худое тело, скрывая место фиксации, а плотный стержень страпона теперь естественно и дерзко приподнимал ткань боксёров спереди. Теперь её сходство с хрупким, изящным юношей было абсолютным. Подхватив свои джинсы, она сделала шаг к двери и уверенно постучала.

Дверь открылась почти мгновенно, словно Оксана стояла прямо за ней. Хозяйка квартиры была в роскошном домашнем кимоно. Скользнув взглядом по фигуре Саши и сразу заметив характерный контур под тканью плавок, Оксана прикусила губу, а в её глазах вспыхнул искренний, дикий восторг.

— Привет, Саш. Я тебя ждала - произнесла Оксана, отступая в сторону и приглашая своего чувственного «мальчика» внутрь.

Саша уверенным, чуть размашистым шагом прошёл в квартиру. Оксана мягко притянула его к себе и нежно, почти по-хозяйски чмокнула в губы.

— Проходи. Чай будешь? — спросила Оксана, окинув его фигуру довольным взглядом.

Саша лишь послушно кивнул и тихо поблагодарил.

— Проходи на кухню, дорогой! Там есть угощения, — ласково скомандовала Оксана.

Юноша прошёл на стильную, залитую мягким светом кухню и сел за стол. Оксана поставила перед ним две массивные кружки.

— Сейчас вода согреется, и я налью. А пока чайник греется... можно ли столь прекрасному юноше предложить сигарету? — Оксана загадочно прищурилась и достала из кармана кимоно изящную пачку. — Думаю, такой юноша, как ты, любит более утончённые вещи, чем обычный грубый табак.

Саша посмотрел на тонкую сигарету. Внутри него окончательно закрепился образ, предложенный этой женщиной.

— Я до этого не курил, — ответил Саша, намеренно выбрав мужской род. Игра захватила его полностью.

— Что же, предлагаю попробовать, — Оксана вложила сигарету между его губ и поднесла вспыхнувшую зажигалку. — Теперь втягивай, малыш.

Саша сделал первую глубокую затяжку, и его горло тут же перехватило — он громко закашлялся.

— Ничего страшного, — ласково улыбнулась Оксана, ничуть не удивлённая. — Привыкнешь.

В этот момент с щелчком выключился чайник. Оксана быстро разлила кипяток по кружкам, а затем, вместо того чтобы сесть напротив, плавно опустилась прямо на колени к Саше. Ткань её халата скользнула по его бедрам. Заглянув юноше прямо в глаза, она с заговорщической улыбкой спросила:

— Расчёт сразу или потом?

Саша на секунду растерялся, не совсем понимая, о каком именно расчёте говорит Оксана, но внутренний голос подсказал, что настоящий мужчина в такой ситуации должен быть уверенным.

— Позже, — твёрдо ответил Саша, затягиваясь сигаретой уже более аккуратно.

— Хорошо, юноша, — Оксане явно понравился этот ответ.

Её ухоженные пальцы запустились в короткие волосы Саши. Она наклонилась к его шее и глубоко вдохнула.

— Как приятно пахнет... Юноша следит за собой, — прошептала она.

Затем её ладони скользнули вниз по белой майке-алкоголичке, очерчивая контуры его худых ребер и плоской груди.

— Думаю, она мешает, — шепнула Оксана.

Одним точным движением она стянула майку через Сашину голову, оставляя его торс полностью обнажённым в полумраке кухни. Оксана начала покрывать его шею и плечи горячими поцелуями, лаская пальцами маленькие, напряжённые бугорки груди. Её рука медленно двинулась ниже, проскользнула под резинку мальчиковых плавок и уверенно накрыла плотный, пробуждающийся стержень.

— Ой, кажется, у нас тут кто-то уже вовсю возбуждается, — сладостно прошептала Оксана. — Покажешь, что у тебя там?

Саша безмолвно кивнул, чувствуя, как внутри всё плавится от этого напора. Оксана поднялась с его колен, и Саша послушно встал, неторопливо спуская плавки вниз. Перед глазами Оксаны предстал плотный, идеально имитирующий мужскую плоть член страпона, зафиксированный в его теле.

— Ох... какой он маленький, аккуратный. Как раз такой, какой и нужен утончённому юноше вроде тебя, — восхитилась она.

Оксана опустилась перед ним на колени. Её ладонь обхватила гладкий стержень, совершая медленные, дразнящие движения вверх и вниз. Саша отвёл голову назад, шумно выдыхая сквозь зубы и закрывая глаза от накатывающего удовольствия, которое отдавалось глубоко внутри его собственного лона. Но на этом Оксана не остановилась. Она приблизила губы и орально принялась ублажать его, бережно и страстно лаская девайс, словно это была самая настоящая часть Сашиного тела. Саша судорожно сжимал пальцами края кухонного стола, полностью теряя связь с реальностью. Так продолжалось несколько минут, пока экстаз не достиг своего пика.

Оксана медленно поднялась, её губы блестели от смазки. В её глазах горел первобытный, дикий огонь.

— А теперь, Сашенька, пора в меня войти... но прежде...

Одним резким движением Оксана смахнула со стола кружки с недопитым чаем — они со звоном покатились по полу. Она с грацией дикой кошки запрыгнула на освободившуюся столешницу и легла спиной, широко распахивая полы своего шёлкового кимоно. Под ним не было абсолютно ничего. Она полностью обнажила свои роскошные бёдра и влажное, призывно сияющее лоно.

Упёршись ступнями в край стола и выгнувшись навстречу Саше, Оксана властно выдохнула ему прямо в губы:

— Дорогой... будь со мной погрубее. Отшлёпай меня.

Саша положил ладонь на роскошное бедро Оксаны, медленно ведя пальцами вверх, словно делал набросок на холсте в своей академии искусств. Но игра требовала совершенно иных действий. Он замахнулся, и по кухне разнёсся первый хлопок — однако удар вышел слишком робким и мягким. За ним последовал второй, такой же нерешительный.

— Грубее, дорогой. Не бойся меня, — с придыханием потребовала Оксана, выгибаясь на столе ещё сильнее.

Юноша сделал широкий, сильный замах и наотмашь ударил по округлой плоти.

— Ах! — громко и сладостно вскрикнула Оксана.

Почувствовав вкус этой первобытной власти, Саша нанёс ещё один хлёсткий удар, а затем целую серию, оставляя на нежной коже Оксаны чёткие, пламенеющие розовые следы. Хозяйка квартиры шумно дышала, её лоно судорожно сжималось от предвкушения. Подтянув бёдра к самому краю стола, она безмолвно увлекла Сашу на себя.

Юноша шагнул вплотную и аккуратно направил плотный стержень страпона внутрь её горячего, сочащегося нектаром тела. Саша входил в неё медленно, сантиметр за сантиметром, словно чуткий исследователь, изучающий скрытые глубины произведения искусства. Внутренние мышцы Оксаны плотно обхватили девайс, передавая это давление Саше, и её собственное лоно отозвалось глубокой, пульсирующей волной удовольствия.

— Да, Сашенька, молодец... Не торопись, — жарко шептала Оксана, цепляясь ногтями за его обнажённые плечи.

Саша начал размеренные, глубокие поступательные движения. Латексный стержень двигался внутри Оксаны, а его основание ритмично вжималось в клитор Саши, связывая их в единый, неразрывный узел наслаждения. Они двигались в такт этому безумному кухонному ритму, отдавая друг другу всю накопленную страсть, пока оба окончательно не выбились из сил.

Тяжело дыша, Саша медленно отстранился. Оксана осталась лежать на столе, её кимоно было полностью распахнуто, а на губах блуждала сытая, торжествующая улыбка.

— Прекрасно, юноша, — ласково произнесла она, приподнимаясь на локтях. — Мы обязательно продолжим наши уроки, чтобы вы научились доставлять женщине ещё больше утончённого удовольствия.

Она грациозно спустилась со стола, её пальцы скользнули по плоской груди Саши, а затем спустились ниже, обнимая его за талию со спины.

— А теперь, дорогой... Я ведь обещала, что сегодня мы поможем вам осознать всю сладость ваших собственных ягодиц и тайных дырочек. Предлагаю перейти в комнату. Там нас ждёт финал.

Оксана завела Сашу в комнату и мягким, но не терпящим возражений жестом предложила ему встать на четвереньки на мягкий шёлковый плед. Саша послушно подчинился, чувствуя, как прохладный воздух спальни касается его обнажённых бёдер. Оксана на мгновение ушла и вернулась уже полностью обнажённой, но теперь между её бёдер на специальном кожаном ремне висела массивная, реалистично пристёгнутая плоть. Она щедро нанесла смазку на Сашину дырочку и на саму игрушку, после чего подошла сзади.

Оксана начала медленно, миллиметр за миллиметром, входить в него. Саша судорожно вздохнул, крепче сжимая пальцами ткань пледа, пока его тело привыкало к новому, невероятно полному объёму внутри. Это продолжалось некоторое время: Оксана двигалась размеренно, заставляя Сашу отзываться на каждый толчок тихими стонами. Внезапно юноша почувствовал, как изнутри искусственной плоти в его задний проход начало заливаться что-то приятно прохладное — это было молоко, заправленное в специальный резервуар девайса. Ощущение этой холодной жидкости внутри горячего тела вызвало у Саши мощную вспышку острого, ни на что не похожего удовольствия.

Когда всё закончилось, Оксана ласково помогла ему подняться, и они вместе пошли в душ. Стоя под тёплыми струями воды, Оксана внимательно посмотрела на Сашу и тихо сказала, что сейчас все его мышцы максимально расслаблены, и организму нужно полностью освободиться от всего лишнего. Саша, окончательно потеряв всякое смущение под её взглядом, доверился моменту. Из его передней дырочки прямо на кафельный пол ударила горячая жёлтая струйка, а следом расслабился и задний проход, мягко выдав аккуратную колбаску, которую тут же смыло водой.

Оксана с искренним восхищением и теплотой наблюдала за этим полным физическим очищением своего утончённого эротмена. Закрывая стеклянную дверцу душевой кабины, она улыбнулась и спросила, какой халат ему принести, когда он закончит смывать с себя остатки молока и смазки — строгий мужской или нежный шёлковый?

Саша, вытирая воду с лица, тихо ответил: «Шёлковый». Оксана кивнула. Она ушла за вещами, а Саша остался стоять под тёплой водой, чувствуя абсолютную легкость во всем теле.

Вода в душе приятно смыла остатки смазки и пережитого шока, оставив во всём теле невероятную лёгкость. Саша накинул на себя предложенный Оксаной шёлковый халат и медленно вышел из ванной комнаты. На кухне уже всё было идеально чисто и убрано, ничто не напоминало о недавней буре страсти на столе.

Оксана сидела за кухонным столом, полностью одетая и спокойная. Она была сосредоточенно погружена в свой смартфон, что-то быстро нажимая на экране. Саша сделал шаг вперёд, и в этот самый момент его собственный телефон, оставленный на подоконнике, издал резкий, короткий звук уведомления. Саша подошёл, взял мобильный в руки и замер: его скромный банковский баланс только что пополнился внушительной, круглой суммой от Оксаны.

Оксана заблокировала экран, отложила телефон в сторону и ласково посмотрела на застывшего юношу.

— Игра окончена, ангелочек, — мягко произнесла она, возвращаясь к своему привычному, заботливому тону.

Оксана встала, налила в две кружки горячий, ароматный чай и жестом пригласила его присесть. Саша подошла и сел напротив неё, бережно кутаясь в полы нежного шёлка. Наваждение ролей понемногу отступало, и сейчас, согревая пальцы о тёплую чашку, Саша заговорила уже своим привычным, нежным девичьим голосом. В её глазах читалась явная тревога.

— Зачем эти деньги, Оксан?.. — тихо спросила Саша, глядя на экран телефона. — И зачем было доводить всё до этого... до туалета, до этого дна? Зачем такая жестокость?

Оксана лишь тепло, обезоруживающе улыбнулась и сделала глоток чая. На её лице не было ни капли раскаяния — только абсолютная честность.

— Ну как же, Сашенька? Мы же договорились с тобой ещё до этого, что расчёт будет позже. На кухне ты был моим идеальным, послушным юношей. Я просто заплатила за работу своему прекрасному эротмену. Саша внимательно слушала её, чувствуя, как внутри разливается удивительное спокойствие. Перевод денег больше не пугал её — в мире Оксаны это было высшим признанием её андрогинной силы и честности их общей игры. Она сделала первый глоток чая, окончательно принимая свою новую, свободную от любого стыда суть.

— Можно вопрос? — тихо спросила Саша, согревая пальцы о тёплую чашку чая.

— Конечно, — мягко ответила Оксана, не отрывая взгляда от экрана своего смартфона.

— А дно существует? — Саша замялась, подбирая слова. — Ну... куда может опуститься ангел?

— Нет, дорогая, дна нет ангелочек.

Оксана поставила чашку на стол, и её взгляд вдруг стал невероятно глубоким, почти гипнотическим.

Каждый раз, когда тебе будет казаться, что ты уже окончательно опустилась на самое дно, кто-то обязательно постучит к тебе снизу. Сверху откроют очередной потайной люк, и ты полетишь ещё дальше вниз. И так будет происходить каждый божий раз.

Она сделала короткую паузу, наслаждаясь тем, как Саша заворожённо ловит каждое её слово, и вкрадчиво добавила:

— Ангелочек, хочешь сейчас я покажу тебе настоящее дно? — тихо спросила Оксана, и в её глазах больше не было привычного тепла. Там остался лишь холодный, исследовательский интерес.

Саша медленно мотнула головой в знак согласия. Разум словно отключился, уступая место полному, слепому подчинению.

— Кажется, с тобой я готова на всё, — едва слышно, но твёрдо ответила она.

Оксана молча повернулась и направилась в ванную комнату, увлекая Сашу за собой. Но вместо душа она подошла к унитазу. На глазах у студентки Оксана уверенно скинула халат и села на фарфоровую чашу. Вся её былая элегантность и статус роскошной хозяйки бутика мгновенно испарились, уступив место чистой, первобытной физиологии. Оксана начала слегка тужиться. Сначала с резким звуком в воду стрельнула горячая жёлтая струя, а следом, ломая последние барьеры цивилизованного стыда, из её заднего прохода медленно вышла плотная, тёмная колбаска.

Саша стояла, не в силах отвести взгляд. Это было отвратительно и одновременно завораживающе в своей абсолютной, запретной откровенности. Оксана поднялась. Она намеренно не стала вытираться. Сделав шаг в сторону, она посмотрела на застывшую Сашу потяжелевшим, властным взглядом.

— Подойти поближе, — скомандовала она.

Саша послушно шагнула вперёд, глядя на дно унитаза.

— А теперь нагнись, — строго, ледяным тоном приказала Оксана.

Саша, подчиняясь этой стальной воле, глубоко прогнулась в пояснице, зависая лицом прямо над фаянсовым ободком. Шёлк её халата задрался, полностью обнажая бёдра.

— Я хочу, чтобы ты чувствовала этот запах. Настоящий запах человеческого нутра. Чувствуешь? — Оксана говорила почти над самым её ухом.

В этот момент Сашу что-то резко и сильно толкнуло сзади — Оксана вплотную прижалась к её ягодицам своим грязным, неочищенным телом.

— Смотри вниз. Это люк, — жёстко продолжала Оксана.

В следующую секунду начались резкие, грубые толчки. Оксана, не стесняясь своей физической грязи, плотно притерлась к Саше и начала яростно имитировать агрессивный секс, вбиваясь в её бёдра. Это было грубо, быстро и совсем не похоже на те ласки, что были на кухне.

— Если ты действительно хочешь опускаться на самое дно, то я помогу тебе! — Оксанино дыхание стало рваным, толчки — ещё более резкими, заставляя Сашу судорожно цепляться руками за края раковины.

Но так же внезапно, как всё началось, Оксана резко прекратила движение и отстранилась. В ванной комнате повисла звенящая, тяжёлая тишина.

—. ..Либо ты можешь навсегда остаться моим утончённым ангелом, — уже совершенно спокойно, вернув свой прежний холодный тон, произнесла она.

Оксана сделала короткий жест рукой в сторону двери, требуя:

— Выйди.

Саша, тяжело и шумно дыша, медленно выпрямилась. Её колени мелко дрожали, а к горлу подкатывал ком от едкого запаха и пережитого шока. Она послушно развернулась и вышла из ванной, оставив Оксану одну, пока та неторопливо отрывала туалетную бумагу и начинала себя подтирать.

Было уже совсем поздно. Город за окном окончательно погрузился в ночную тишину. Оксана посмотрела на настенные часы, а затем перевела взгляд на Сашу, которая всё ещё пыталась справиться с дрожью после пережитого.

— Кажется, твоё общежитие только что закрылось, — спокойно произнесла Оксана, и в её голос снова вернулись прежняя мягкость и забота, будто той жестокой сцены в ванной никогда и не было. — Оставайся сегодня у меня. Места здесь много, а завтра утром я сама отвезу тебя назад.

Саша подняла на неё глаза. Границы между страхом, покорностью и странной, непреодолимой привязанностью стёрлись окончательно. Ей больше не хотелось бежать. Она посмотрела на роскошную женщину и тихо, почти по-детски спросила:

— А мы можем... лечь вместе?

Оксана на секунду замерла, а затем её лицо озарилось искренней, невероятно тёплой улыбкой.

— А я думала, ты так и не спросишь, — тихо ответила она.

Она нежно взяла Сашу за руку и повела её в спальню. В комнате было прохладно, а сквозь огромное панорамное окно лился чистый, призрачный свет полной луны, заливая огромную кровать серебром. Они вместе забрались под тяжёлое шёлковое одеяло.

Все маски, роли, латекс, грязь и деньги остались где-то там, за порогом этой ночи. В этой тишине были только Оксана и её хрупкий, преобразившийся ангелочек. Саша пододвинулась ближе и доверчиво легла головой на мягкую, тёплую грудь Оксаны, слушая мерный, успокаивающий стук её сердца. Оксана нежно обняла её за плечи, запуская пальцы в короткие мальчишеские волосы, и они вместе спокойно заснули под бледным светом луны.