Утро следующего дня выдалось странно тихим.

Дима уехал рано, даже не попрощавшись - ещё до того, как я проснулась по-настоящему. На кухне осталась только короткая записка от Ники: «Уехала по делам. Дима на собеседование. Вернусь поздно». Я перечитала её дважды и медленно села за стол. В теле ещё жило тепло вчерашней нежности - совсем другое, чем после Макса или Андрея.

Телефон завибрировал. Сообщение от Андрея:

«Привет, Карина. Сегодня я отвезу тебя в больницу вместо Макса. Заберу тебя в 11. Будь готова.»

Я закрыла глаза. После всего, что было на базе отдыха и вчера с Димой, мысль снова оказаться в больнице вызывала странную смесь страха и привычного уже тянущего тепла внизу живота. Доктор Кириллов. Его руки. Его голос. То, что у нас было в прошлый раз.

Я приняла душ, стоя под прохладной водой дольше обычного. Пальцы сами собой задержались между ног - там всё ещё было чувствительно. Я резко убрала руку. Не сейчас.

Надела простое светлое платье, почти такое же, как в прошлый раз. Волосы распустила. Когда внизу коротко посигналили, сердце уже колотилось чаще, чем должно было.

Андрей ждал у машины. Тёмные джинсы, серая футболка, спокойное лицо. Он открыл дверь, пропустил меня внутрь и, едва я села, положил ладонь мне на бедро - привычно, собственнически.

— Как ты после нашего отдыха? - спросил он, заводя мотор.

— Нормально, - соврала я.

Он покосился на меня, но ничего не сказал. Просто сжал пальцы на руле сильнее и поехал.

Дорога до больницы прошла в молчании. Его рука так и осталась на моём бедре, иногда поднимаясь выше под край платья. Я не останавливала его. Тело уже слишком хорошо знало, чего хочет, даже когда разум пытался думать о другом.

В больнице меня ждали. Медсестра провела меня по знакомым коридорам. Я переоделась в одноразовую рубашку и села на кушетку, чувствуя, как ткань сразу прилипает к коже. Соски затвердели от прохлады раньше, чем я успела опомниться.

Дверь открылась.

Доктор Кириллов вошёл с планшетом в руках. Тот же спокойный серый взгляд, та же лёгкая щетина, тот же чуть расстёгнутый халат. Он закрыл дверь, щёлкнул замком - уже без спроса - и посмотрел на меня долгим взглядом.

— Карина, - сказал он низким голосом. - Сегодня последние контрольные анализы. А затем еще пару-тройку дней и все будет готово.

Он подошёл ближе, остановился между моих ног и медленно надел перчатки.

— И тебе придётся сделать выбор. Либо мы запускаем обратную перестройку - и ты снова становишься парнем. Либо... - он поднял глаза, - мы доводим женский вариант до конца. Полностью. Навсегда. Организм уже не выдержит третьей перестройки.

Я сглотнула. Горло внезапно пересохло.

— Навсегда? - тихо переспросила я.

— Навсегда, - подтвердил он. — Без возможности вернуться. Тело станет полностью функциональным. Менструальный цикл, возможность забеременеть, всё. Ты будешь обычной девушкой. До конца жизни.

Он произнёс это спокойно, почти буднично, но его пальцы уже легли мне на колени и медленно развели их в стороны.

— А пока... нам нужно ещё раз проверить реакцию тканей. И, Карина... - он чуть наклонился, - судя по твоему виду, сексуальное напряжение снова высокое. Хочешь, я помогу его снизить?

Я смотрела на его рот. На спокойные серые глаза. На сильные руки в тонких перчатках. Внутри уже поднималось знакомое, липкое тепло. Сопротивление было слабее, чем когда-либо раньше. Вчера я испытала совершенно новые эмоции с Димой, близость, легкую влюбленность, но сейчас все как будто вернулось назад. Как будто во мне жило две личности, которые хотели абсолютно разных вещей. И ни одну из них я не могла контролировать.

— Хочу, - выдохнула я.

Доктор медленно снял перчатки. Сначала одну, потом вторую. Положил их на металлический лоток с мягким звуком. Его голые ладони были тёплыми, когда легли мне на бёдра. Пальцы слегка сжали кожу, потом начали подниматься вверх - медленно, почти лениво, под край одноразовой рубашки.

Я уже была влажной. Он это почувствовал сразу. Кончики пальцев скользнули между складок, развели их и просто легли там, не входя пока. Я тихо выдохнула через рот.

— Всё ещё такая чувствительная, - низко заметил он, глядя между моих ног. - Даже сильнее, чем в прошлый раз. Кожа горячая. И мокрая уже от одного разговора. Тело явно сделало выбор раньше, чем ты.

Я молчала. Только слегка развела бёдра шире, почти невольно. Он принял это как разрешение. Два пальца вошли сразу - глубоко, без предварительных ласк. Я резко выгнулась, тихо вскрикнув. Он начал двигать ими медленно, сгибая внутри, находя ту самую точку. Большим пальцем лёг на клитор и стал натирать короткими, точными кругами.

— Скажи правду, Карина, - продолжал он ровным, почти мягким голосом, не сбивая ритма. - Ты уже думала о том, чтобы остаться в этом теле навсегда?

Его пальцы ускорились. Влажные звуки стали громче. Я кусала губу, чувствуя, как быстро, слишком быстро поднимается оргазм. Грудь тяжело вздымалась под тонкой рубашкой, соски тёрлись о ткань при каждом движении.

— Думала... - выдохнула я срывающимся голосом. - Иногда. Когда... когда остаюсь одна.

— Иногда - это уже начало. - Он наклонился ниже, почти касаясь губами моего уха. Дыхание горячее. - Представь. Больше никаких анализов. Никаких страхов, что однажды утром всё исчезнет. Просто ты. Девушка. С этой шикарной грудью. С этой восхитительной киской. Каждый день. Каждый мужчина будет смотреть на тебя... вот так.

Я кончила резко. Внутренние мышцы сильно сжались вокруг его пальцев, бёдра задрожали, изо рта вырвался долгий, высокий стон. Он не остановился. Продолжал двигать пальцами, растягивая волну, пока я не начала слегка отстраняться от сверхчувствительности. Только тогда медленно вытащил. Пальцы блестели.

Кириллов расстегнул брюки одной рукой. Член был уже полностью твёрдым - толстый, с тёмной головкой, влажной на кончике. Он провёл ею по моим складкам снизу вверх, собирая влагу, и посмотрел мне прямо в глаза.

— Сейчас я войду, - сказал он спокойно. - И пока буду трахать тебя, ты будешь думать о своем выборе. Хорошо?

Я кивнула. Слов уже не осталось. Только тяжёлое дыхание и пульсация между ног.

Он приставил головку и вошёл одним медленным, глубоким толчком - до самого конца. Я громко выдохнула, запрокинув голову. Он заполнил меня плотно, горячо. Несколько секунд не двигался, давая почувствовать, как внутренние стенки обхватывают его. Потом начал размеренные, глубокие толчки. Кушетка тихо, ритмично скрипела.

Его рука легла мне на горло - не сжимая, просто держа. Большой палец слегка гладил артерию. Вторая рука сжимала бедро, фиксируя.

— Представь, что это навсегда, - шептал он в такт движениям. Голос низкий, почти гипнотический. - Что ты больше никогда не станешь парнем. Что каждое утро будешь просыпаться с этой грудью... с этой мокрой киской... Что будешь отдаваться мужчинам вот так.. Теряя контроль над собой.. Растворяясь в удовольствии..

Я стонала уже во весь голос. Ноги обхватили его пояс, пятки впивались в ягодицы, заставляя входить ещё глубже. Оргазм приближался снова - тяжелее, глубже предыдущего. Когда он накрыл, я выгнулась дугой, сильно сжав его внутри, и протяжно, почти жалобно застонала. Доктор ускорился. Несколько жёстких, глубоких толчков - и он кончил с низким стоном сквозь зубы, заливая меня горячим.

Мы замерли. Он всё ещё был глубоко внутри, пульсируя. Пот блестел у него на висках. Потом медленно вышел. Я почувствовала, как тёплая сперма начинает вытекать на пелёнку.

Мужчина уже привычно протянул мне салфетки, помог сесть. Пока я дрожащими руками вытиралась и надевала рубашку, он застёгивал брюки и снова становился врачом - ровный голос, спокойные глаза, планшет в руках.

— Анализы сдашь у медсестры в конце коридора. - Он поднял глаза. - Думай хорошо, Карина. Времени почти не осталось. И чем дольше ты откладываешь... тем сложнее будет выбрать возвращение.

Я кивнула. Оделась быстро. Ноги слегка дрожали, когда я спустилась с кушетки. Между ног было мокро и горячо. А в голове гудело одно единственное слово, которое он повторял снова и снова:

Навсегда.

Я вышла из больницы, всё ещё чувствуя, как между ног влажно и горячо. Сперма Кириллова медленно пачкала бельё. Андрей ждал у машины, прислонившись к капоту. Едва я подошла, он открыл дверь, пропустил меня внутрь и сразу положил ладонь мне на бедро - выше, чем обычно.

— Ну как? - спросил он, заводя мотор.

— Сказали... Скоро придется сделать выбор. Окончательный, - тихо ответила я, глядя в лобовое стекло.

Андрей покосился на меня. Пальцы на бедре слегка сжались.

— Тогда у нас ещё есть время. - Он переключил передачу. - Поехали ко мне. Отдохнёшь.

Я кивнула. Сил спорить уже не было. Его рука осталась на моём бедре всю дорогу, иногда поднимаясь под край платья, гладя кожу. Я не останавливала. После кабинета врача тело было слишком чувствительным и слишком податливым.

Квартира Андрея оказалась небольшой студией на окраине - чисто, минималистично, пахло его одеколоном и чем-то древесным. Едва дверь закрылась, он притянул меня к себе и поцеловал глубоко, жадно, сразу запуская руки под платье. Я ответила, уже чувствуя, как внутри снова поднимается знакомый жар.

Мы не дошли до кровати. Он развернул меня, заставил опереться руками о кухонный стол, задрал платье и спустил бельё. Вошёл сразу - одним жёстким толчком. Я всхлипнула, прогибаясь. Он начал двигаться глубоко и быстро, держа за бёдра.

— Всю дорогу думал об этом, - сквозь зубы выдохнул он. - О том, как хочу тебя...

Я уже стонала в голос, когда за спиной вдруг раздался голос.

— Ого. А вы тут быстро начали.

Я резко обернулась.

В дверном проёме комнаты стоял Влад. Еще один наш одногруппник. Высокий, темноволосый, с короткой стрижкой и всегда чуть насмешливым взглядом. Тот самый, который на парах сидел на заднем ряду и иногда кидал пошлые шутки. Сейчас он стоял в простой чёрной футболке и джинсах, скрестив руки на груди, и смотрел на меня - полуголую, с членом Андрея глубоко внутри - с плохо скрываемым интересом.

Кровь бросилась мне в лицо. Я попыталась выпрямиться, но Андрей держал крепко.

— Спокойно, - низко сказал он мне на ухо. - Он в курсе. Случайно проговорился ему вчера про тебя... Владик захотел лично убедиться.

Влад медленно усмехнулся и сделал шаг ближе.

— Андрей говорил, что ты очень горячая. Но чтобы вот так... на столе... - он присвистнул. - Красивая. Реально красивая.

Я чувствовала, как Андрей всё ещё твёрдый внутри меня. И как предательски сильно сжимаюсь от того, что на нас смотрят. Стыд горел, но тело уже реагировало иначе - ещё сильнее текло.

Влад подошёл вплотную. Протянул руку и провёл пальцами по моей щеке, потом по нижней губе.

— Можно присоединиться? - спросил он спокойно, глядя мне в глаза. - Или ты только для него?

Андрей медленно вышел из меня, оставляя пустоту. Я стояла, тяжело дыша, платье задрано, бельё на щиколотках, и смотрела на двух одногруппников, которые теперь оба смотрели на меня как на добычу.

Внутри поднималась знакомая, тёмная волна. Сопротивления почти не осталось.

Влад не стал ждать моего ответа.

Он просто взял меня за подбородок, приподнял лицо и поцеловал - жёстко, глубоко, с языком. Одновременно его рука сжала грудь прямо через тонкую ткань платья. Я тихо застонала ему в рот. Андрей стоял сзади, уже снова твёрдый, и провёл головкой по моим мокрым складкам.

— На колени, - коротко приказал он.

Я опустилась. Пол был жёстким. Два члена оказались прямо перед лицом - оба твёрдые, горячие, блестящие. Влад первым положил ладонь мне на затылок. Я открыла рот и приняла его. Солёный вкус, толстая головка, запах чистой кожи. Андрей не стал ждать своей очереди - просто провёл своим членом по моей щеке, оставляя влажный след.

— Давай по очереди, - бросил он.

Я переходила от одного к другому. Брала глубже, облизывала, помогала руками. Слюна уже стекала по подбородку. Владик держал меня за волосы крепче, иногда толкаясь глубже, заставляя подавиться. Андрей гладил меня по голове, когда я сосала ему, и тихо, довольно стонал.

— Хорошая шлюха, - низко сказал Влад. - Андрей не соврал.

Эти слова ударили прямо в низ живота. Я сильнее сжала губы вокруг него и взяла до самого основания. Он выругался сквозь зубы.

Андрей поднял меня за плечи, развернул и заставил опереться руками о край стола. Вошёл сразу - жёстко, до конца. Я вскрикнула. Владик встал спереди, и я снова открыла рот, принимая его, пока Андрей трахал меня сзади. Меня раскачивало между ними. Влажные шлепки, тяжёлое дыхание, мои собственные сдавленные стоны.

Потом они поменялись. Теперь Влад входил в меня - толще, чуть грубее, - а я сосала Андрею. Оргазм накрыл внезапно, когда Влад особенно сильно толкнулся и одновременно шлёпнул по ягодице. Я застонала прямо на члене, сжавшись. Они не остановились.

В какой-то момент меня уложили на спину прямо на кухонный стол. Андрей держал мои ноги разведёнными, Влад трахал глубоко и быстро. Потом наоборот. Я уже не следила, кто именно внутри. Только чувствовала, как меня заполняют, растягивают, используют. Сперма одного смешивалась с влагой, когда входил второй. Я кончала снова - уже почти болезненно, слишком чувствительно.

Когда всё закончилось, я лежала на столе, тяжело дыша. Платье было скомкано под лопатками, бёдра блестели от спермы и моей собственной влаги. Оба парня стояли рядом, тоже тяжёло дыша, и смотрели на меня с одинаковым тёмным удовлетворением.

— Вот теперь точно шлюха, - тихо сказал Влад, проводя пальцем по моей внутренней стороне бедра и поднимая белёсую каплю. - Наша.

Андрей только хмыкнул и протянул мне бумажные полотенца.

Я приводила себя в порядок дрожащими руками. В голове было звонко и пусто. Только одно ясное ощущение: сегодня меня окончательно сломали. И тело... тело приняло это почти с благодарностью.

— --

Андрей отвёз меня домой уже ближе к вечеру. Всю дорогу я сидела молча, глядя в окно. Между ног было липко и немного саднило. Его рука лежала на моём колене, но я почти не чувствовала.

У квартиры я вышла, не прощаясь. Поднялась по лестнице на ватных ногах. Ключ повернулся слишком легко.

В гостиной горел только торшер.

Ника сидела на диване, закинув ноги на колени Макса. Его рука лежала у неё под футболкой. Они целовались - медленно, глубоко, будто имели на это полное право. Когда дверь закрылась, Ника сначала даже не отстранилась. Только через несколько секунд медленно оторвалась от его губ и посмотрела на меня.

В зелёных глазах не было ни удивления, ни вины.

— Привет, - тихо сказала она. - Ты рано.

Макс тоже посмотрел на меня. В его взгляде было спокойное, почти ленивое торжество.

Я стояла на пороге, чувствуя, как по внутренней стороне бедра медленно сползает ещё одна капля, и понимала с пугающей ясностью:

Ника больше не моя. Окончательно. И она даже не считает нужным это скрывать.

Макс первым поднялся. Он посмотрел на меня ещё раз - в этот раз чуть виновато, - а затем наклонился, коротко поцеловал Нику в висок и направился к двери.

— Я поеду. Напиши, если что.

Дверь закрылась. В квартире стало очень тихо.

Ника осталась сидеть на диване. Ноги подобрала под себя, футболка съехала с одного плеча, на шее темнел свежий след от его пцелуев. Она смотрела на меня спокойно, без злости, без вины - просто ждала.

Я всё ещё стояла у порога. Платье липло к бёдрам. Между ног было мокро и садняще после Влада и Андрея. Я чувствовала себя грязной. И странно опустошенной.

— Садись, - тихо сказала Ника. - Или будешь так стоять?

Я подошла и села в кресло напротив. Не на диван. Расстояние казалось важным.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Потом Ника вздохнула и провела ладонью по лицу.

— Ты видела. И я не буду делать вид, что ничего не происходит.

— Да, - хрипло ответила я. - Видела.

— Макс... - она чуть пожала плечами. - Он просто оказался в нужное время. И с ним я ощутила что-то настоящее. Как будто мы с ним одно целое, как будто на одной волне.. Я не знаю, как это объяснить. Как будто все по-настоящему. И я больше не хочу притворяться, что жду, пока ты решишь, кем будешь. Парнем. Девушкой. Кем угодно.

Я сглотнула. В груди было тесно.

— То есть всё? - тихо спросила я. - Мы закончили?

Ника помолчала. Потом покачала головой.

— Не совсем. Я все еще очень дорожу тобой, Карина. Правда. И не хочу, чтобы ты просто исчезла из моей жизни. - Она наклонилась чуть вперёд. - Даже если через несколько дней ты выберешь вернуться... стать Ваней снова... мы можем остаться друзьями. Просто друзьями.

Её голос был ровным. Почти добрым. И от этого было еще больнее.

— А если я останусь? - спросила я едва слышно. - Девушкой. Навсегда.

Ника слегка улыбнулась - грустно и устало.

— Тогда будем лучшими подругами - Она сделала паузу. - Но отношений у нас больше не будет. В каком бы теле ты ни была.

Я опустила глаза. Смотрела на свои руки - тонкие, женские, с аккуратными ногтями - и чувствовала, как внутри окончательно что-то обрывается.

— Я понимаю, - тихо сказала я.

Ника кивнула. Встала, подошла и коротко, почти сестрински коснулась губами моей щеки.

— Иди в душ. Ты... пахнешь сексом. Завтра поговорим, если захочешь. А сейчас мне нужно побыть одной.

Она ушла в спальню. Дверь тихо закрылась.

Я осталась сидеть в кресле. В квартире пахло её духами, Максом и моим собственным стыдом. Между ног всё ещё было липко. А в голове гудело только одно: скоро мне надо выбрать.

И впервые за все эти дни я по-настоящему не знала, чего хочу. Потому что тот, кем я был, уже мёртв. А та, кем я становлюсь... ещё не родилась до конца.