"Ну что, Мариночка, опять ничего не получается?" "Нет, дядя, не выходит... пока", задыхаясь ответила 5 – летняя моя племянница, оставленная в мое попечение на неделю ее родителями, уехавшими в командировку. На прощание моя сестра, мама Марины, мне напомнила: "... ты только следи за ее стулом! Если не будет какать больше 2 дней, ставь клизму!" "Хорошо, так и буду делать!", я тогда ответил.

Это было позавчера и сегодня вечером уже исполняется ровно двое суток с последнего опорожнения Мариночки "по большому". В течение дня я несколько раз сажал ее на горшок и велел тужится, но желаемого результата так и не добился. Теперь ей уже надо – бы ложится спать, а стула все нет и нет. "Вот видишь, Марина, я же говорил тебе – не ешь так много конфет, запорится животик, а ты меня не слушала! Что теперь будем делать?", я спросил ее. "Я покакаю завтра утром!", сказала девочка. "Нет, Марина, я не собираюсь ждать до утра! Ты не какаешь уже двое суток, поэтому придется тебе ставить клизму!" "Ой, дядя, не надо!", захныкала Марина, "я сама покакаю, я не хочу клизмы!" "Хочешь, не хочешь, а надо!", я ответил, "если тут было – бы твоя мама, она тоже делала – бы тебе сегодня вечером клизму. " Девочка на это ничего не ответила, лишь тяжело вздохнула и продолжало тужится, сидя на горшке. Я пошел на кухню, выбрал из шкафчика предусмотрительно там оставленный сестрой клизменный балончик, помыл его с наружи водой из под крана, затем взял металлическую кружку (как сказала сестра, ее объем как – раз соответствует одному балончику клизмы), налил туда прохладную воду, затем добавил в нее чайную ложку соли и столовую ложку растительного масла. Все тчательно размешал, затем стиснул "грушу" и погрузил ее "носиком" в кружку. Балончик медленно наполнился водой и, действительно, высосал кружку до последней капли. Что – бы выпустить из клизмы воздух, я слегка надовил на "грушу" и, как только из ее "носика" появилась струйка воды, снова отпустил. После этого я тчательно смазал наконечник клизмы маслом и наконец отправился к моей бедной племяннице. Девочка предстовляла собой довольно жалкий вид – платице ее было задрано вверх, колготки и трусики спущены до колен, попочка казалось прилипши к зеленому горшочку, а по красным щечкам одна за другой капали слезы. "Успокойся, Мариночка, не плачь!", я ей сказал, "все будет в порядке, сейчас сделаю тебе клизмочку и покакаешь! Ты ведь уже большая девочка, к тому – же мамочка тебя ло сих пор клизмовала уже неоднократно, не так ли?"

"Мамочка – да!", сквозь слезы выдавила Марина, "а вы нет! Я вас стесняюсь... " "Ну что ты, не надо стеснятся, я же твой родной дядя!". Я положил клизму на тумбочку рядом с кроватью, затем взял девочку на руки, осторожно оторвал ее попочку от горшочка, уложил Мариночку на кровать, повернул ее на левый бок, а ножки согнул в коленах и прижал к животику. К моему удивлению, девочка особо не сопротивлялась, лишь шептало при себя:"дядя, не надо... не хочу клизму... ". Я взял в правую руку балончик, а двумя пальцами левой руки раздвинул кругленькие ягодицы племянницы. "Ну, вот, Мариночка, это и есть та поршивая дырочка, которая не хочет выпускать из себя каку! Счас мы ей покажем!". Сказав это, я одним резким движением правой руки ввел наконечник клизмы в анальное отверствие девочки. "Ой, больно, дядя!", взвыла Марина. "Ничего, потерпи, дорогая, это быстро закончится!". Я взял "грушу" обоими руками и сильно сжал ее. Вода булькая вошла в кишечник девочки. Я сложил "грушу" пополам и еще раз стиснул ее, что – бы убедится в ее полном опустошение. Затем я вынул наконечник из попочки племянницы и тут – же обоими руками сжал вместе ягодицы девочки. "Ну, вот и все, а ты, дурочка. боялась!", я произнес сакраментальную фразу, "теперь пару минут спокойно полежишь и потом сможешь садится на горшок!" "Дядя, мне уже сейчас хочется какать!", сказала Марина. "Прекрасно, Мариночка, так и должно быть после клизмы!", я ответил, "однако пару минут все – же надо подождать!". Спустя некоторое время я поднял девочку с кровати и посодил ее на горшочек. Вода фонтаном вырвалось из ануса Мариночки, неся с собой газы и куски размягченного кала. Девочка шумно оророжнялась "по полной программе" и по ее глазам я понял, что с каждой порцией выдавленной каки у нее наступает заметное чувство облегчения. Наконец – то процесс испражнения закончился. Я принес теплой воды, очень тчательно подмыл задний проход Мариночки, затем еще вытер его ватой, и, после этого с чувством выполненного долга уложил девочку спать.