Я – воин. Это звучит гордо. На самом деле я просто солдат. Рядовой боец. По мере возможностей тяну лямку обыкновенной срочной службы. Скоро уже четыре месяца будет. Деды у нас ведут себя относительно прилично, не ангелы конечно, но того, чем пугают газеты, нет. Офицерам вообще все пофиг. Главные проблемы у нас – общие для всех, наверное, новобранцев в мире. Это голод и недосып, да еще непривычное обилие физических нагрузок. И от этого никуда не деться. Деды говорят, что когда – нибудь это пройдет, привыкнем. Но это когда еще будет. Хотя привыкание уже заметно, и это нам отнюдь не в радость. У нас появился утренний стояк. Первые месяцы было не до того, только бы голову до подушки донести. Потом – подьем, и понеслось. А теперь стоит. И утром, и вечером, и днем иногда. Особенно если женщины на глаза попадутся. А они и в расположении части есть. Да и за забором по улице ходят. Так что я теперь дрочу не меньше трех раз в неделю. И другие, похоже, тоже. Есть, знаете ли, признаки. Другие – это Сашка и Димка. Мы с ними еще в учебке сошлись. Сашке хорошо, он сам из этого города. У его родителей какой – то одноклассник теперь – большая шишка в военкомате или еще где – то. В общем, помог. Сашка практически дома служит. А наши с Димкой дома далеко, мы сюда случайно попали. Правда, в город нас еще не выпускали, так что Сашка своего везения пока не ощутил. Но у него скоро день рождения, обещали домой отпустить до утра. И что самое приятное – с нами, друзьями, вместе. Похлопотали за это, конечно. В этом вопросе мы коррупцию одобряем, нам бы только вырваться отсюда, наесться и отоспаться. Хорошо бы еще поебаться, но это уже из области фантастики.

Вот наконец настал тот день. Отец – командир благословил нас на первый выход в люди, не забыв прочитать нам кучу наставлений о правильном поведении. Выйдя на волю, мы слегка растерялись. Кругом столько народу – и все не в форме! Кое – как придя в себя, Сашка потащил нас к себе. Сначала, само собой, пришлось зайти в магазин. Еды, сказал Сашка, будет навалом, мать позаботится, а вот с водкой беда. Его дома взрослым пока еще не считают, поставят одну бутылку на стол – и все. Так что надо самим позаботится, если хотим нормальный праздник. Через час, держа в руках позвякивающие пакеты, мы звонили в Сашкину дверь. Открыла мать, Юлия Сергеевна, красивая еще женщина, но уже с признаками возраста на лице? хотя честно сказать, видали мы такие признаки и у женщин вдвое моложе ее, все от образа жизни зависит.

– Ну наконец – то! – обрадовалась она, обнимая сына, – Я уже заждалась, думала – не отпустили.

Впустив нас в дом и не переставая кружится вокруг Сашки, она проводила нас к нему в комнату, потом что – то вспомнила, всплеснула руками и убежала в кухню.

– Ну вот – сказал Сашка – располагайтесь пока здесь. Скоро начнем.

В дверях снова возникла его мать

– Ребята, вы бы переоделись. Не надоело вам в этом ходить? Саш, дай им что – нибудь из своего. Кстати, а девушки скоро придут?

Сашка озабоченно наморщил лоб.

– Ма, какие девушки?

– Как это какие? – в свою очередь удивилась она – Ваши, какие же еще.

– Мам, ну ты же знаешь, у меня нет никого. А ребята вообще первый раз в нашем городе. Нет у нас никаких девушек.

– Ну что ж, тогда получается, все в сборе. Отца тоже не будет, в командировку вчера уехал, только послезавтра вернется. Ну ладно, переодевайтесь, через полчаса все готово будет.

Из одежды Сашка нам выдал по спортивным штанам и футболке разной степени изношенности. Впрочем, сам он оделся так же.

– Мужики, а давайте – ка белье постираем, пока есть где. Машинка автоматическая, только покидать в нее надо, а потом достать не забыть. Никаких хлопот. Можем и сами в душ сходить.

Предложение встретили с одобрением, человек знал, что предлагал. Все – таки баня раз в 10 дней – это мало. Сашка повел нас в ванную, показать где и что. Осматривая расположение полотенца, мыла, и прочих шампуней, мы с Димкой наткнулись на корзину для грязного белья. В ней, на куче всего прочего лежали, словно дразнясь, женские трусики. Темно – красные, полупрозрачные, с кружевами по краям, они вызывали в воображении образ женщины, на которую были одеты. Женщиной, единственной в этом доме, была Сашкина мать. Увидев, что мы его не слушаем и разглядев, куда мы смотрим, Сашка покраснел и вытолкал нас в коридор, сказав, что будет мыться первым. Мы с Димкой переглянулись, но ничего не сказав, потопали в комнату ждать своей очереди. Вскоре Сашка вышел, следующим был Димка, а я шел последним. Закрывшись в ванной, я первым делом включил воду и бросился к корзине. Трусиков не было. Вот же черт, Сашка, наверное, спрятал! Ну и куда он их мог деть? Вроде некуда. Если только в эту же корзину поглубже закопал. Точно, трусики были едва прикрыты футболкой, лишь бы не маячили на глазах. Я вытащил их, сжал в кулаке, затем расправил, стараясь разглядеть получше... что за хрень!? Трусы перемазаны в чем – то белом и липком! Сволочь ты, Дмитрий, подумал я, дрочить – дрочи, но о товарище тоже надо думать! И что мне теперь делать? Выход оказался прост – корзина большая, там такого должно быть еще много. Покопавшись, я нашел почти такие же, только розовые. Внимательно рассмотрев, я обернул ими хуй и с наслаждением принялся дрочить, представляя на члене вместо трусиков их хозяйку.

Залив спермой и эти трусы, я закопал их на самое дно в надежде, что обнаружат их не сегодня и быстро помылся. Когда я вышел, оказалось что все готово и ждали только меня одного. Рассевшись за столом, Юлия Сергеевна произнесла первый тост, естественно, за именинника. Мы выпили, закусив показавшейся мне удивительно вкусной, домашней едой.

– А теперь, Саша, представь мне своих друзей. Имена – то я из твоих писем знаю, а вот кто есть кто – нет.

– Пожалуйста, это Дмитрий – он показал на Димку – А это Юрий – ткнул пальцем в меня. – А это моя мама – Юлия Сергеевна.

– Ну что ты так официально – возмутилась та – можете называть меня Юля. А то мне неуютно одной среди вас с именем – отчеством.

– Что ж, Юля – Димка налил еще по одной – давайте за знакомство.

Застолье продолжалось, водка исправно наливалась и выпивалась, причем Юля пила наравне с нами, молодыми и здоровыми. Однако при такой замечательной закуске опьянения не замечалось, все чувствовали себя практически трезвыми. Вот только беседа постепенно переходила на более скользкие темы.

– Не понимаю – спрашивала Юля – как же можно без девушек в армию уходить? Даже письма вам никто не напишет! Никто не приедет, даже раз в год! Наверное, целоваться уже разучились?

– Может и разучились – отвечал Димка – проверить – то не на ком. А может, и вообще не умели, откуда нам знать, правильно мы это делали, или нет.

– Что там можно сделать неправильно!? – возмутилась Юля. – Всего – то и надо... .

Она пустилась в обьяснения, что все элементарно, губами надо делать вот так, а языком вот этак...

– Не, не понимаю... – гнул свое Димка. – Юр, вот ты понимаешь?

Я помотал головой.

– Юля, я конечно извиняюсь, может быть вы нам лучше покажете? – Димка смотрел на нее просящими глазами. – Юленька, ну всего один раз, и вопрос решится быстро и окончательно.

– Ладно, иди сюда – секунду подумав, Юля решительно тряхнула головой.

Димку не надо было просить дважды. В тот же миг он оказался рядом и накрыл ее губы своими. Поцелуй продолжался секунд пятнадцать, после чего Димка, с трудом оторвавшись, сел на свое место.

– Неплохо – сказала Юля, переведя дыхание – но над техникой надо еще поработать.