Подземка в пятницу в час пик: Совершенно потрясающее скопление людей – скопление звуков, запахов, рук, ног, животов, сумок: Квинтэссенция цивилизации.

Меня вносит в переполненный вагон людской поток. Крутит, сдавливает, сжимает... В какой – то момент я обретаю более – менее устойчивое положение, повисая на поручне, упираясь подбородком в плечо солидного господина, а коленями – в большую хозяйственную сумку сидящей дамы. Рядом, примерно в той же позе, висит молоденькая девчонка – готт. Уши заткнуты наушниками, голова буквально впечатана в мою шею. Впрочем, ей всё равно – в её наушниках Вилли Вало, а всё остальное несущественно.

Мой взгляд упирается в парочку, прижатую к двери вагона. Девушка, очень высокая гламурная блондинка, в лучших традициях Пэрис Хилтон, буквально лежит на своём, ещё более высоком, парне. На нем черная майка, на ней – розовая. Лица обоих скрыты за тёмными очками. Вместе они похожи на моделей, сошедших в этот переполненный вагон с обложки молодёжного журнала.

Впрочем, не так уж они и прижаты – между ними и спиной господина, столь любезно предоставившего мне своё плечо, расстояние сантиметров в пять. Я вижу не обтянутую капроном ногу, гладкую и загорелую, явно принадлежащую блондинке. Судя по всему, юбка на ней длиною с ладонь, если не меньше. Розовые от модного нынче блеска губки двигаются, и до меня долетает её шепот:

Прекрати, на нас же смотрят!

Я замечаю некоторое движение под розовой майкой. Руки парня, невидимые для большей части пассажиров, но видимые для меня, ласкают груди девушки.

Не беспокойся, детка:

Удивительно, что я слышу их шепот сквозь шум вагона и отголоски песни в наушниках девочки – готта.

Ну перестань же!:

Я буквально вижу его наглые пальцы, весьма настойчиво сжимающие нежные соски под розовой тканью. Ноздри блондинки слегка дрожат – ей приятно.

Ты ведь хочешь: хочешь, я знаю...

Вагон слегка покачивается. Блик от лампы ложится на розовые губы.

Да:

Скажи мне, чего тебе хочется, детка?:

Я: Мне:

Скажи, не стоит стесняться:

Руки перемещаются, по всей видимости, ниже. Я вижу, как напряженные соски девушки натягивают майку на её довольно – таки скромной груди. Розовый язык проводит по розовым губам.

Я хочу: О: чтобы ты влупил мне по самые яйца:

Прямо сейчас?. .. – губы парня кривятся в усмешке.

Да: О, чёрт, да! Здесь и сейчас, Рю! – блондинка срывается с шепота на хрип, сглатывает, и я вижу, как движется едва заметный кадык на его (её?) шее.

Чёрт, это попросту два пидораса: Несмотря на это, я не могу отвести от них взгляд – мне мешает голова девочки – готта.

Мы ведь ещё никогда не трахались с тобой в подземке: Вокруг такое количество людей – тебя это заводит, детка?

М – м – м: Да:

Что – то есть в этой сцене, порочное и вместе с тем притягательное. Что – то, что заставляет меня жадно ловить каждое слово, каждый вздох, каждое их движение.

Тебе не будет больно:

Вагон снова покачивается, и я вижу, как и без того короткая юбка ползёт по ноге ещё выше. Блондин откидывает голову назад, на плечо своего парня. Его ноздри раздуваются ещё сильнее, белые зубы прикусывают розовую, покрытую блеском губу. Я вижу смуглую ладонь на его бедре. Свет лампы, освещающей вагон, отражается от камня в кольце на мизинце парня. Я буквально чувствую исходящий от них жар.

: двигайся: давай же:

Это длинный перегон. Вагон мерно покачивает, и блондин покачивается вместе с ним, медленно, слишком медленно для того, чем они сейчас занимаются. Зубы ещё сильнее впиваются в губу, и я вижу, как на розовом блестящем покрытии появляется темно – красная капля. Это похоже на замедленную съёмку. Я вижу, как капля медленно ползёт, оставляя яркую дорожку и, наконец, срывается с подбородка от слишком резкого движения.

Да:

За окнами вагона мелькает перрон. Поезд замедляет ход, и пассажиры приходят в движение. Эта станция – узловая, почти все они выйдут на ней. Господин, на плече которого лежал мой подбородок, начинает пробираться к выходу, на несколько мгновений заслоняя от меня необыкновенно бесстыдно – эротическую картину, и мне приходится отвернуться, освобождая ему дорогу:

Я оборачиваюсь так быстро, как только могу, пытаясь рассмотреть ещё что – нибудь, но этой парочки уже нет. Быть может, они были просто галлюцинацией, порождённой моим уставшим от рабочей недели мозгом? Вполне возможно:

Что – то задевает моё бедро. Я неохотно перевожу взгляд на уже закрывающуюся дверь вагона и вижу их.

Щёки блондина всё ещё окрашены румянцем. Волосы на висках немного темнее, от пота. На нём короткая юбочка в чёрно – серую клетку и розовые балетки – ни за что не догадаешься, что перед тобой не девчонка. На его парне – драные голубые джинсы и майка с надписью "Fuck me". Он слегка приподнимает свои модные тёмные очки:

За ту секунду, пока поезд ещё не набрал ход, парень подмигивает мне. Его губы складываются в воздушный поцелуй:

Вагон едет дальше. Удивительное это место – подземка в пятницу, в час пик: