Таня в этот момент чуть ослабила захват – ее кузина всхлипнула беспомощно, попка ее нанизалась на безжалостный пенис партнера еще раз, до упора, до скрипа волос, тело ее дрогнуло, она вскрикнула от наслаждения и, едва понимая, что с ней происходит, провалилась в сладкое небытие, накрытая волной сокрушительной силы оргазма. Прямая кишка женщины запульсировала в такт с пронизывавшей ее тело сладкой дрожью, крепко сжимая мужской член, обволакивая его, словно тугая перчатка.

– Вот черт: – выругался он негромко, пытаясь зафиксировать свое орудие на достигнутой им глубине: – Едва не спустил ей в задницу:

Таня, встревожено ловившая его затуманившийся взгляд, немного успокоилась и с интересом стала наблюдать за жестокими конвульсиями, ломавшими тело ее сестры.

– Да она кончила от анала, как последняя шлюха... – удивленно произнесла Таня.

Мужчина тяжело перевел дыхание: он не ожидал, что Ирина так заведется от анального секса и начнет оргазмировать под ним, будучи нанизанной как кура на вертел на всю длину его безжалостного члена. Он почти наполовину выдернул свой пенис – бедная женщина слабо попыталась подать свою попку назад, догоняя ускользающее орудие – подхватил Ирину ладонями под великолепные матовые полушария тяжелых, подрагивающих ягодиц, чуть приподнял ее чресла и решительно насадил ее великолепную задницу на свой закаменевший пенис до самого упора. Женщина едва слышно взвизгнула, то ли от избытка чувств, то ли от боли, всхлипнула жалобно и безвольно обмякла в крепких мужских руках, ткнувшись носиком во влажный пах сестры.

– Во дает! – восхитилась Таня своей кузиной – Ну это же надо, так заводиться от анала! Она уже минуты три кончает под себя:

Он пожал плечами, осторожно пошевеливая напряженным пенисом в глубине прямой кишки партнерши – охваченный со всех сторон словно тугой перчаткой половой член вновь едва не излился в тесную глубину женской попки.

– Слушай, – произнес он озабоченно, перехватывая собственную мошонку у основания и крепко надавливая на ноющую промежность – Если Ирка и дальше будет так обжимать своим анусом моего балбеса, я могу и не выдержать:

– Ну что ты, дорогой, потерпи еще немножко, – обеспокоено взмолилась Таня – Мне так нужно, чтобы ты ей еще и за щеку ввалил, и спустил этой суке прямо в рот:

– Что – то ты, родная, на сестричку взъелась, – удивился он, благополучно миновав очередной позыв к семяизвержению.

– Да так, ничего особенного, – пожала плечами женщина – Просто захотелось пустить ее по кругу, чтобы не корячила из себя недотрогу:

Скрипнула входная дверь и в комнату, не постучав, вошла родная дочь Ирины – Олеся, бойкая девица лет пятнадцати от роду. У нее явственно округлились глаза, и невольно приоткрылся рот – откровенно порнографическая сцена, увиденная ею, подействовала на девушку как удар током. Таня вскинула глаза на племянницу и произнесла, как ни в чем не бывало, разве что немного удивленно:

– Привет! Как дела?! – что, очевидно, означало, примерно, следующее: "Ну и какого: ты приперлась?!"

Олеся облизала ставшими вдруг сухими губы, ничтоже сумнящеся скинула на пол до неприличия короткую ночную рубашку – юная, упругая грудь задорно глянула по сторонам – и, оставшись в прозрачных кружевных трусиках, ничего не скрывающих, а только раззадоривающих взгляд, сказала то ли вопросительно, то ли утвердительно:

– Я поучаствую, ладно?!

И, не ожидая ничьего согласия, скользнула мужчине между ног, устраивая юную свою головку по собственному усмотрению.

– Лови! – Таня кинула племяннице небольшую, но высокую подушку.

Девочка обернулась, подтащила скользнувшую по напряженному животу Ирины подушку поближе, и ловко пристроила ее себе под голову.

– Ну, вы, девки, и даете! – негромко удивился мужчина и осторожно спросил Таню:

– А за эту нимфетку срок мотать не придется?

– Тебе ли этого бояться?! – улыбнулась в ответ женщина, поглаживая по голове все еще подергивающуюся в сладостных конвульсиях Ирину.

Тем временем Олеся, запрокинув голову, спросила ошалевшего от всего происходящего мужчину, продолжавшего крепко держать за роскошные бедра все еще продолжающую оргазмировать Ирину:

– Теть Таню я узнала, а это кто?!

– А есть какая – то разница?! – вопросом на вопрос ответил он.

– Да нет особой: – спокойно согласилась девочка.

– А, вы, я смотрю, ублажаете девушку анально?! – то ли вопросительно, то ли утвердительно произнесла Олеся, разглядев, наконец, какое именно из отверстий Ирины закупоривает мужское орудие.

– Если вас не затруднит время от времени при смене дырок засаживать в мой, клянусь, как на духу, сладкий ротик, я буду вам весьма признательна, – почти пропела девочка, ловко прошлась язычком по его подобравшейся мошонке и приникла губами к паху женщины, по – прежнему насаженной натруженной попкой на временно остановившейся поршень.

Ирина коротко вздохнула, сознание постепенно возвращалось к ней, и она уже с некоторым удивлением отметила, что, помимо каменного члена, заполнившего ее попку донельзя, что – то еще, не такое большое, но ласковое и умелое, продолжает терзать ее беззащитный пах.

– Да я сто лет так не кончала, – вымолвила она несмело, не поднимая глаз на сестру.

– Ну, вот и умничка: – ласково произнесла та в ответ, делая знак их общему партнеру, что стоит уже и продолжить.

Он понимающе кивнул, аккуратно извлек окаменевший пенис из растраханной попки Ирины и осторожно приблизил головку своего агрегата к большим срамным губам женщины, истекающим соками. Язычок Олеси на секунду замер и вновь принялся за работу, очевидно, уже более привычную и приятную, чем "розовые" игры: ловко и нежно вылизывая объемный ствол и до неприличия огромную головку незнакомого ей еще на вкус орудия.

Он скривился от не совсем ожидаемой ласки и, повинуясь умоляющему взгляду Тани, приподнял ладонью ствол своего пениса – Олеся недовольно наморщила юный лобик – и ткнул раздувшуюся головку в пах Ирины. Женщина коротко охнула и из последних сил задрала свой роскошный зад как можно выше. Грозное орудие ее партнера уверенно вонзилось в истекающий соками женский пах, и уже через какую – то секунду она оказалась нанизана на его каменный пенис, как курица на вертел, по самое "не хочу". В этот самый момент, присоединившаяся к святой троице девица, недолго думая, засосала в свой явно не безгрешный ротик клитор сходящей с ума от наслаждения женщины. Ирина вновь вздрогнула как от удара током: шкодливый язычок Олеси усиленно занимался кончиком ее напряженного клитора, а головка словно окостеневшего пениса мужчины уже добралась до преддверия матки и безжалостно долбила ее беззащитный пах, не зная устали и осечек.