В гостинице

Я сегодня впервые увидел мастурбирующую женщину... Нет, она меня не видела и не знала о моем присутствии, занятая своим делом. Когда я вошел, она ритмично погружала в себя свои пальчики, и ей было не до меня. Мне нужно было уйти, но я замер и не дышал, так сильно меня загипнотизировала эта картина.

Она лежала ко мне ногами на обычной гостиничной койке прямо среди слегка скомканного покрывала. Голова её была слегка повернута к стене и тоже лежала на покрывале, так как на подушке лежала её сильно прогнутая спина и ягодицы. Лицо мне было трудно разглядеть, как я ни старался. Впереди торчал один подбородок, который и закрывал остальную часть лица. Его обрамляли смолянистые, распущенные и разбросанные в стороны волосы. И мне даже показалось, что она лежит, уткнувшись в них носом.

Зато нижняя часть женских прелестей лежала передо мной, как на ладони, будто специально приподнятое на подушке, и выпяченное мне напоказ...

Меня охватила дрожь возбуждения. И в тоже время, мне казалось, что если она увидит меня здесь, то я провалюсь сквозь землю... И тем ни менее я не мог пошевелить даже пальцами, дабы не спугнуть такое зрелище. С этой минуты мне хотелось непременно доглядеть все до конца...

Приподнятые ноги, согнутые в коленях, были слегка разведены, но так, что между ними помещалась одна рука, вторая лежала рядом с ягодицами, иногда перебирая пальцами ткань покрывала. Тело женщины было очень молодо и казалось идеально чистым и гладким, как шёлк!

Я не нашел на нем ни одного изъяна, кроме одного маленького прыщика на левом бедре. Лобок и всё вокруг лона было тщательно обрито так, что казалось, передо мной лежит еще ребенок! А между ног красовалось изумительной красоты лоно, такое же чистое, как и все тело. Развернутое пальцами оно легко напоминало мне живой бутон молодой розочки. И даже застывшая на одном из лепестков чистой воды капелька, походила на свежую росу.

Женщина, блаженно пожимая бедрами, тихо постанывала в такт своих нетерпеливых движений. Она всовывала в себя пальчик или два и вращала их внутри кругами, затем снова двигала ими туда, сюда... и снова вращала их, с каждым выдохом воздуха, издавая сладкий стон. И это длилось очень долго. Я не знал, куда себя девать. Меня, словно в тумане, обволакивало сладкой негой, а внутри нарастал огонь, готовый поглотить меня целиком! Но я стоял рядом, как истукан, завороженный открывшимся мне зрелищем...

Я наблюдал за этой женщиной, за каждым ее движением и все сильнее проникался к ней нежностью, она не казалась мне вульгарной или пошлой. Какое-то женское обаяние и неискушенность, что ли, вызывали во мне уважение, прилив самых светлых и нежных чувств к ней.

Похоже, у нее давно не было мужчины, и она медленно и самозабвенно отдавала себя на алтарь похоти. Она ублажала себя, как могла. А могла она совсем немного. Примитивно ласкала себя внутри пальцами, наслаждаясь их движением, очень напоминающим движение мужского члена, иногда вынимая их наружу. И при этих движениях из лона слышались характерные хлюпающие звуки, которые говорили о том, что она уже приближается к своему оргазму и прозрачная слизь переполняла её. Она стала появляться все чаще у входа или стекала через промежность на покрывало тонкими струйками. Она зависала на пальцах, когда они отрывались от дырочки, и тягуче тянулась за ними...

Её цветок уже не смыкался вокруг дырочки и она зияла светло-розовыми краями, поблескивая от смазки и уходила в манящую меня темноту. Погладив себя вокруг вздрагивающими пальцами, она вновь погружала их в себя, и двигала ими внутри...

Мне показалось очень странно, что она даже ни разу не коснулась своей прекрасной груди? Предоставленные сами себе, они возвышались над её гибким телом и слегка перекатывались изнутри вроде, как шарами... А сверху венчались почти темно-коричневыми ободками с торчащими кверху напряженными сосками.

Странно, что она ни разу не погладила своего клитора, который вырос из-под лепестков и свисал вниз внушительным отростком, и только монотонно погружала в себя пальцы... И тем ни менее напряжение нарастало, и женщина все чаще вздрагивала всем телом, тут же сжимая свои бедра и замирая... тихо завывая при этом! По её возбужденному телу пробегала волнами дрожь, словно по глади моря мелкая зыбь... но как только они притухали, она вновь разводила ноги и продолжая ласкать себя пальцами.

Стоны ее были настолько нежны, настолько трепетны, что у меня кожа на спине и то вставала мурашками...

А она все чаще прерывалась, замирала, и по ней пробегали еще более мощные разряды дрожи... и даже мне уже хотелось, чтобы она скорее закончила с этим зрелищем и отпустила меня к себе в номер, но она продолжала ласкать себя. И мне, казалось, что время совсем остановилось...

И вот, наконец, я заметил, как она приподнялась вверх всем своим тазом, как сжался её и так плоский живот...

И со стоном, тяжело дыша, она часто стала вскидываться и падать вниз, дрожа уже всем телом...

Рука ее выскочила изнутри и упала рядом с ягодицами. Одновременно пальцы обеих рук вцепились мертвой хваткой в покрывало, стягивая его в кулаки... И она забилась, неистово крича охрипшим грудным голосом... Я увидел, как сокращается и играет все ее лоно! Это было чарующее зрелище! И потом из него хлынул целый поток прозрачной слизи... да, так много, что она залила всю промежность и промочила насквозь и подушку и покрывало...

Это был феерический оргазм!