Москва, июль месяц. Сегодня выдался аномально жаркий, но облачный день. Мы гуляем с Анечкой по Садовому кольцу. Аня одела легкий, очень симпатичный, милекий, нежно голубого цвета сарафанчик и сандилии. Ну очень сексуальненько! Я просто не мог нарадоваться любованием такого прелестного создания! Но я старался держать себя в рамках приличия, ведь я очень, очень люблю Аню и не хочу её пугать своим порывом «сексуальной ненасытности».

Я и Анечка просто прогуливались, держась за руки, и непринужденно болтали про свои мечты о путешествиях. Когда мы уже подходили к району станции «Октябряская», я заметил, что на нас надвигаются очень тёмные тучи. «Наверное, будет ливень», — не успел подумать я, как начал накрапывать дождь.

Мы шли по Калужской площади и решили укрыться в метро. Побежали к входу в метро. Перед входом под аркой уже столпилась толпа людей, укрывающихся от дождя. И с каждой секундой дождь усиливался. И всё же мы успели изрядно промокнуть и еле втиснулись в толпу укрывающихся от непогоды людей под аркой. Я приобнял Аню и помог её протиснуться сквозь толпу, поближе к дверям в метро. Я предложил постоять у одной из колонн. Толпа всё увеличивалась, и нас почти прижало в угол между колонной и боковым проходом.

Анечка промокла до нитки, и её лёгкий сарафан плотно прилипал ко всем прелестям её великолепного тела. Явно просматривались изгибы бёдер и попы, а в районе полных грудей отчетливо торчали миленькие сосочки. «Аня одела сарафан на голое тело?!» — на секундочку прибалдел я, и в области паха у меня буквально «выспыхнуло», а в груди появилось ощущение жжения, будто я глотнуд кипятка. Я посмотрел на попу Ани — контуры трусиков четко просматривались.

Боже мой, это просто сказка! Передо мной стояла полность мокрая Аня с сексуально промокшими волосами и соблазнительно облипившим тело сарафаном! Я был не в себя от восторга, но при этом не хотел, чтобы её кто-то увидел в таком непристойном виде... Вдруг Аня стесняется...

Я приобнял Аню, прижался к ней, закрыв её своей спиной от толпы. Дождь лил как из ведра, вокруг толпа галдящих людей: кто в телефон уткнётся, кто разговаривает по нему громко, кто-то между собой переговаривается, кто ходит туда-сюда. Я посмотрел на Аньку и «окаменел»: передо мной такая маленькая, хорошенькая девчушечка с милейшим личиком и великолепнейшими, упругими, полными гудями с бесстыдно торчащими сосками. А её невинные глазки божественно очаровательны. Всё, у меня больше нет сил сдерживаться!...

Я крепко прижал к себе Аню и впился носом в её мокрые волосы. Они бесподобно пахли персиковым шампунем! Её горячее тело буквально «пышет» жаром, а сосочки уткнулись мне в грудь. Я опустил свои ладони на крупную попку Ани и смачно, но нежно сжал. Аня недоумевающе взглянула на меня. Господи, как же прелестно её испуганное личико с мокрыми волосами!!! Я сильнее прижал её таз к себе. Анька хотел что-то сказать, но я мигом приложил палец на её пухлые губки и прошептал: «Тс-с-с!». Аня замерла, и я в порыве страсти жадно поцеловал её, сумасшедше работая языком у неё во рту. Анька обмякла и приобняла меня за спину.

Я не мог больше терпеть ни секунды: я резко расстегнул ширинку на джинсах, нащупал пенис и высвободил его из трусов наружу. Анечка от удивления открыла рот и округлила свои губки, с неподдельным страхом смотря то на меня, то на член, то на толпу за моей спиной. Я и сам испугался: может быть, нас сейчас заметят? Но мой рассудок уже затуманился похотью, и перед глазами только милейшее личико Анечки и её великолепные груди. Я слегка приподнял Анину ножку, вскинул сарафан и нащупал рукой трусики, которые тоже уже намокли. Я уверенно отодвинул полоску ткани от киски и нащупал набухший клиторок. Да, моя сладкая! И крепко поцеловал Аню в губы.

Дождь не прекращался, шум воды и галдеж толпы стали фоном для меня. Мой член окончательно окреп и болезненно вздрагивал от желания. Я аккуратно приложил головку к киске и слегка надавил. Анины глаза были полны испуга, но её губки шептали: «Да!». Чмокнув Аньку в нос, я ввёл головку внутрь. Аня прикрыла свой рот ладошкой и тоненько простонала. Я оглянулся назад: серая толпа галдит и снует. Когда-то я читал в каком-то журнале, что некоторых людей возбуждает чувство опасности. Ранее я думал, что это чушь какая-то. Но теперь я прочувствовал это на себе по полной. Это нереально дико возбуждает!!!

Никто не смотрит? Вроде бы нет... Да ладно, смотрит. Да, всё видно. Да, видят! Ну и пусть смотрят, мы ведь с Аней любим друг друга!!! И в порыве любви я резко вставил член в Аньку по самый корень! Из уст Аньки вырвался тихий протяжный стон. За моей спиной из толпы послышалась музыка из телефона — звучал довольно-таки неплохой Drum n Bаss. И я машинально взял его ритм для своих движений.

Я бешено дергался, грубо сжимая Анину попку, а сама Аня, прикрывая рот ладошкой, безостановочно тихо стонала «Ааааа!». Я был нереально дико-предико сильно перевозбужден, и потому буквально через секунд 30 я обильно кончал Аньке внутрь, страстно нашептывая ей на ушко «Анюсик, я люблю тебя!!!».

Я чувствовал, как сперма мощными сгустками семени извергается в Анино нутро, и при этом не переставал дрыгать тазом. Отдав всего себя Ане, я облакотился руками на стену, а Анька повисла руками на моей шее. Пенис всё ещё был внутри Аниной киски, и я чувствовал, как что-то капает с мошонки... Анька тяжело и глубоко дышала, и я с каждым вздохом глубоко вдыхал её аромат... Этот непередаваемый запах мокрого тела, влажной одежды и персикового шампуня с Анькиных волос...

Когда член обмяк и выпал из киски, я ловко засунул его обратно в джинсы, помог Аньке незаметно вытереться и привёл сарафан в порядок. Дождь даже и не думал ослабевать, а люди — расходиться. Прийдя в себя, мы с Анькой взялись за руки и радостно спустились в метро...