Я уставился на проститутку, сидящую на столе, разинув рот от шока. Рядом с ней стояла моя мать, её щеки пылали от смущения.

Пальцы проститутки быстро двигались между ног. Её взгляд встретился с моим, и она издала нарочитый стон удовольствия.

— С днём рождения, милый, — прошептала мама. Её голос был едва слышен за вздохами шлюхи. Она отвела взгляд, не в силах смотреть мне в глаза, пока женщина на столе продолжала мастурбировать. Борясь с желанием сбежать, я нервно облизал губы. Мои глаза были прикованы к тому, как пальцы проститутки танцевали на её клиторе. Мать всегда была странной женщиной, но это было уже слишком.

Словно почувствовав моё колебание, проститутка злорадно ухмыльнулась, не прекращая ласкать себя. Она широко раздвинула ноги, обнажая свою блестящую киску.

— Ну же, именинник, — подразнила она соблазнительным голосом, — вылизывай меня дочиста, порадуй мамочку.

В смысле, что?.. вылизывать шлюху? Разве проституток зовут на день рождения парня, чтобы они делали минет? И в качестве подарка мне я сам должен обслужить её?

Не хотел подвергаться такому унижению и уже собирался возмутиться, но прежде чем успел что-то сказать, шлюха схватила меня за волосы и притянула к себе. Моё лицо оказалось в считанных сантиметрах от её мокрой киски, которую она подставила мне прямо к рту. Хотел сопротивляться, оттолкнуть её, но вид блестящих складок и пьянящий запах её возбуждения оказались слишком сильными.

Что за херня? Я должен бороться с этим желанием сдаться. Не должен лизать какую-то шлюху.

Мой язык выскользнул наружу, впервые ощутив её вкус. Чёрт, я сломался. Ситуация была унизительной, но, боже, какой же это был кайф.

Проститутка громко застонала. В её голосе было что-то издевательское... не знаю. Как будто это я был шлюхой, которой трахают рот, вместо неё.

Бёдра дернулись навстречу моему лицу, она прижалась ко мне. Не смог сдержаться и застонал в ответ. Вкус и ощущение её вагины сводили меня с ума.

— Вот так, детка, о, блядь! — закричала она голосом, сочащимся от похоти, — лижи эту сладкую киску. Она вкуснее любого угощения. Покажи маме, какой ты хороший маленький пиздолиз.

Чёрт, я лижу шлюху прямо перед своей матерью! Как это постыдно! Стоп, ведь это она пригласила эту шлюху. Зачем? Её сыну в восемнадцать лет шлюха трахает рот, а она просто смотрит на это?

И всё же не мог оторваться от «гостьи». Мой язык работал неистово, пока она извивалась от удовольствия. Кружил языком вокруг, высасывая её клитор, заворожённый моим подарком на день рождения.

Её стоны становились всё громче и интенсивнее. Женские пальцы впились в мои волосы, удерживая меня на месте.

Лизал и сосал, губы и язык работали в тандеме, доводя её до грани оргазма.

— Ох, ах, ох! — эти «ох» и  не «ах» были звуками удовольствия. Они были как маркеры моего места в иерархии. Я — вылизыватель киски шлюхи. Это куда унизительнее, чем просто быть шлюхой. Комната наполнилась звуками её вздохов и моего чавканья. Запах возбуждения проститутки усиливался по мере того, как она приближалась к развязке.

— О, бля, лижи, да, лижи угощение, твой подарок! — насмешливо выкрикнула она, и её бёдра снова резко дернулись к моему лицу.

— Сглатывай каждую каплю, именинник. Я хочу, чтобы ты почувствовал вкус нектара моего сладкого одуванчика.

Я повиновался, и мой рот наполнился солёным вкусом её оргазма, пока она извивалась. Жадно глотал, смакуя вкус её экстаза. Боже, какой же слабак и тряпка, но то, что происходит сейчас, мне безумно нравится.

— С днём рождения, милый, — прошептала она мягким, соблазнительным голосом.  Смотрела на меня сверху вниз, её глаза были полны удовлетворения и похоти.

— А теперь я пописаю тебе в рот. Будь хорошим мальчиком и проглоти всё до последней капли.

Что? Эта шлюха сейчас будет ссать мне в рот? Нет, нет, нет!

И всё же, сделал так, как приказала; мои губы разомкнулись, чтобы принять тёплый золотистый поток. Проглотил всё до капли, и моё тело задрожало от странного чувства возбуждения, когда она закончила. Она улыбнулась мне, и в её глазах вспыхнул триумф, когда отстранилась.

Схватился за то место, где мой член, казалось, вот-вот разорвёт штаны. Блядь, я кончил! Причём даже не дрочил. Как так? Какая-то шлюха просто оттрахала мой рот своей пиздой и помочилась мне туда. Видимо, такая необычная ситуация и спровоцировала этот «феномен».

Однако ко мне начало возвращаться сознание, и я осознал, в каком унизительном положении нахожусь.

— Ты был хорошим мальчиком, именинник. А теперь иди и скажи маме, что тебе очень понравилось.

Моя мать стояла рядом, красная как рак, и избегала моего взгляда. Неловко она ещё раз поздравила меня с днём рождения и быстро удалилась в свою комнату.

Последовавшая за этим тишина была оглушающей. Я не мог избавиться от чувства предательства и замешательства. И всё же по какой-то причине мне это нравилось.

Я отпрял от шлюхи, вытирая рот, и направился к комнате матери. По правде говоря, я убегал, в ужасе от того, что эта гостья начнёт высмеивать меня за то, что я лизал её, как послушный маленький мальчик, не оказав никакого сопротивления. Знал, что в её глазах я полный пиздализ, и доказать обратное не мог.

Мать сидела на кровати, закрыв лицо руками.

— Мам? — прошептал я охрипшим от стыда голосом. — Что за херня сейчас была?

Она посмотрела на меня, её глаза были полны слёз.

— Прости меня, сынок. Мне очень нужны были деньги, и я подумала, что это будет забавным сюрпризом на день рождения.

Сердце упало куда-то вниз, когда я посмотрел на неё; мысли в голове путались от произошедшего за вечер. Не верилось, что мать могла так со мной поступить, заставив участвовать в её извращённой фантазии. Что в этом, чёрт возьми, смешного?

Как всё докатилось до такого? Я начал вспоминать утро.

Сегодня я проснулся в свой восемнадцатый день рождения, охваченный смесью предвкушения и тревоги, что этот день пройдёт пусто и скучно. Лежа в постели, думал о том, как отпраздную этот особенный день. У меня не было ни друзей, ни девушки, жил только с матерью. Не мог отделаться от укола грусти, понимая, что она, скорее всего, единственный человек, который разделит мою радость сегодня.

Моя мать была странной женщиной, мягко говоря. Она никогда не работала и жила на пособие для матерей-одиночек. Собственно, моё восемнадцатилетие должно было лишить её этой привилегии. Я подрабатывал разнорабочим, но на эти деньги невозможно было выжить. А «настоящую» работу я найти ещё не успел, так как до этого считался несовершеннолетним.

Однажды я заметил, что дверь в её спальню была приоткрыта, и, к моему удивлению, увидел, как она снимает видео: она играла роль доминантки, требующей деньги у мужчины через соцсети и, якобы, заставляющей их лизать её киску. Именно тогда узнал о её тайном приработках в качестве самопровозглашённой онлайн-актрисы фемдома. Она решила, что это лёгкие деньги. Хотя зарабатывала она немного, так как снималась в одиночку, а внешность была лишь чуть выше среднего. Я не мог избавиться от чувства тревоги каждый раз, когда из её комнаты доносились эти грязные разговоры.

Как-то раз я решил поговорить с ней об этом, но она просто отмахнулась, сказав, чтобы игнорировал звуки и занимался своей жизнью.

Со временем привык к её странному образу жизни и даже на какое-то время забыл об этом. Я и не подозревал, что моё восемнадцатилетие станет днём, который навсегда изменит мою жизнь.

Вот как всё произошло. Зайдя на кухню, заметил за столом женщину лет тридцати. Она была проституткой и сидела с ухмылкой на лице. Я в замешательстве и недоверии посмотрел на мать, но та просто отвела взгляд и сказала мне наслаждаться «подарком». Вот так всё и случилось.

И вот теперь я стоял перед матерью, не в силах вымолвить ни слова.

— Мне нужно ей заплатить, — вдруг вспомнила она, выходя из комнаты. Я за ней.

Проститутка взглянула на неё и снова начала ласкать себя, прямо у меня на глазах.

Чёрт. У меня потекли слюнки при одном этом виде, и она почувствовала мою слабость. Да что со мной не так?! Почему не могу себя контролировать?

Шлюха повернулась и приказала мне целовать её ягодицы, лизать её зад, подначивая меня грязными словами. Чувствовал смесь стыда и желания выпрыгнуть в окно, но не смог устоять перед искушением, даже при матери.

Словно ребёнок, притянутый конфетой, бросился вперед и начал лизать её сзади. Мой язык скользил по анусу и вокруг него. Я потерял себя в этом моменте, совершенно забыв обо всём вокруг. Проститутка наслаждалась моей покорностью, и спустя какое-то время она повернулась и снова начала мастурбировать, искушая меня попробовать её киску. Ещё раз поздравила меня с днём рождения, а затем снова нaссала мне в рот.

Оглушённый интенсивностью всего происходящего, я задышал тяжело, слёзы текли по щекам, смешиваясь с её мочой.

— О боже, я жду «спасибо» за то, что накормила тебя своими «сладостями».

— Спасибо, спасибо! Это мой лучший день рождения в жизни!

Уходя, проститутка рассмеялась и похлопала меня по голове, сказав, что мне повезло иметь такую заботливую мать. Она забрала оплату и ушла, не сказав больше ни слова.

Спустя несколько дней узнал ужасную правду. Мать тайно сняла всю эту встречу и использовала запись для создания фемдом-видео, которые она продавала в сети, объясняя своим подписчикам, что кадры настоящие и не постановочные. Пояснила, что я — её настоящий сын. Заработала значительную сумму на моём унижение.

Только тогда я понял, в каком отчаянии она находилась. Пособие для матери-одиночки, которое она получала, больше ей не полагалось, так как мне исполнилось восемнадцать, и она пошла на любые средства, чтобы свести концы с концами. Несмотря на всё, что она сделала, не мог не почувствовать к ней жалость, зная, что она пожертвовала своим достоинством и моралью ради выживания.

Стоп! Она пожертвовала *моим* достоинством. Каким же я стал слабым. Мать явно знала, что я непременно оближу шлюху.

После всего случившегося мне было страшно искать работу. Думал, что кто-нибудь может узнать меня по видео, гуляющему в интернете.

Теперь я стал частью её извращённого мира: меня заставляли лизать шлюх, а иногда и её собственную мать, и всё это — на камеру.

Деньги, которые я так зарабатывал, отдавал ей, а взамен она позволяла мне и дальше жить под её крышей. Не то чтобы она выставляла меня вон, мать ведь. Просто я не мог её покинуть, если бы сам этого захотел. У меня не было выбора, кроме как принять эту новую реальность, какой бы унизительной она ни была, и остаться дома с мамой. Моя жизнь превратилась в бесконечный цикл позора и покорности. Я оказался в ловушке мира, где мать продавала моё падение ради собственной выгоды, и выхода у меня не было.