Вольный перевод рассказа «Mom's fixation», на русский язык. Автор рассказа: BulletBox. 2025-2026 год.

Сорокалетняя Евдокия Степановна Раскатова ненавидела, как всё складывалось в её жизни. Ей казалось скучным почти всё.

Конечно, у неё были вещи, которые ей всё ещё нравились. У неё были подруги, они не так часто встречались в кафе посудачить о жизни. Но большую часть времени Евдокия всё равно чувствовала невероятно пустоту подойдя к рубежу сорокалетия.

Однажды она совершила ошибку, рассказав подружкам, о своей депрессии. В тот момент ей казалось, что это хорошая идея поделится своей проблемой с подругами.

Боже, как же она ошибалась...

— Это потому, что тебя не трахают! — сказала один из подруг.

Евдокия с чувством тревоги оглядела группу своих сорокалетних подруг, некоторые из которых были замужем, некоторые разведены. Она относилась, ко второй категории «Разведенных», и жалела, что не промолчала.

— Эм... ну... Евдокия запнулась. «Потому что, э... муж ушёл, наверное, я... эм... и не занимаюсь сексом».

Все подружки покачали головами. «Бедненькая!, Евдокия!», — сказала одна из них. «Неудивительно, что ты в депрессии». Очевидно, тебе нужен мужской член в твоей «Детородной дырочке».

— Или в твою задницу!», — сказала Верка и усмехнулась.

Все подружки кивнули в знак согласия. Сейчас было немного сложно найти мужчину, которого я хотела, чтобы меня трахать!

Евдокия покраснела, от этой мысли и нервно сглотнула. Она ненавидела это. Она задавалась вопросом, чего же она надеялась, рассказывая подругам, о своих личных трудностях.

Очевидно, никто из них не был психологом. Чёрт, она даже не могла представить, чтобы настоящий психолог сказал: «Ну, я думаю, вам нужен твёрдый мужской член, воткнутый в вашу давно не трахнутую «Детородную дырочку», — это решит все ваши душевные проблемы, понимаете».

Евдокия нервно переминалась с ноги на ногу. Она почувствовала, как кофе, который она выпила ранее, проходит прямо сквозь неё. Сейчас она просто не хотела больше говорить об этом.

— Ну, что тебя сейчас останавливает? — спросила Светлана. «Ты больше не с этим ублюдком, бывшим своим мужем. Развод же оформлен, верно?».

Евдокия поморщилась, вспоминая о том, каким мерзким был её бывший в те последние месяцы супружеской жизни. Евдокия познакомилась с бывшем мужем в институте, и кроме нескольких встреч, до этого с несколькими парнями, до двадцати одного года, она была в просто девушкой своего будущего мужа.

Теперь, спустя двадцать лет в браке, она занималась сексом всего пару десятков раз с одним и тем же мужчиной в году. Её забавляло, когда люди узнавали эту жалкую правду о ней. Все, включая и её мать, думали, что она сумасшедшая живя с таким мужчиной. Вы бы поняли, если бы увидели красивую фигуру Евдокии и потрясающую внешность.

Сейчас ей было сорок один, и она всё ещё имела то, чего хотели и мужчины, и женщины.

Евдокия отбросила свои пышные светлые волосы, за спину. Она чувствовала себя неловко, из-за обтягивающей юбки и откровенной блузки. Ей казалось, что её декольте было полностью видно. « Спасибо за советы, девочки», — сказала она.

— Честно говоря, это, наверное, просто после разводная депрессия или что-то в этом роде. Я оправлюсь девочки.

Она верила, что сама сможет решить свою проблему. Евдокия не думала, что мужской член, — это то, что ей сейчас нужно. Она знала, что мужские члены все одинаковы.

Когда Евдокия вернулась домой, она не могла перестать думать, о мужском члене. Она не смотрела порно, поэтому думала, о члене своего бывшего мужа. Она вздрогнула и почувствовала тошноту. Она налила себе бокал вина.

Евдокия думала, что её вечер пойдёт как обычно в одиночестве, когда на её мобильном телефоне пришло СМС. Она прочитала его и сияла. Её сын Сергей должен был вернуться домой, из Москвы, через три дня на летние каникулы, так что не забудь купить Кока-Колы, было написано в СМС.

Слава Богу, подумала Евдокия. Она была бы слишком занята мыслями о сыне, чтобы думать, о мужском члене.

Три дня спустя у дома остановилось такси. Евдокия была так рада видеть Сергея. Она стояла в дверях и едва сдерживала волнение, пока Сергей доставал свой багаж, из багажника такси.

Господи, Евдокия просто не могла себя остановить! Когда её сын начал катить чемодан, по подъездной дорожке, она подбежала и обняла его. «Мой ребёнок приехал!».

— Здравствуй мамочка, — сказал Сергей. Его душили большие груди матери. «Вижу, ты слишком скучала по мне».

Евдокия обняла сына крепче. Она не могла сдержаться! Евдокия была немного выше его, но была уверена, что он немного вырос. В конце концов Евдокия услышала, как Сергей задыхается, и отпустила его.

— Извини, сыночка, — сказала Евдокия. «У меня в духовке готовится лазанья. Я также купила твою любимую Кока-Колу». Евдокия взяла сына, за руку и потащила в дом.

Евдокия совсем забыла, о своём унынии, теперь, когда Сергей здесь. Он потягивал Кока-Колу, пока Евдокия допила второй бокал вина и налила ещё один. Они сидели на диване в гостиной и болтали о том, как у них идут дела вдвоём.

Ей очень нравилось слушать, о жизни своего сына в Москве учащегося в институте. Сергей казался в хорошем состоянии, после ухода отца, и это согревало её и радовало. Ей пришлось немного соврать, когда он спросил, как у неё дела. Вино помогло. Она тоже была в очень хорошем состоянии.

Когда, она спрашивала его о девушках в его жизни, он краснел и тряс своими волосами. «Нет, никаких девочек, мама», — сказал он. «Я собираюсь стать богатым, помнишь? Мне нужно сосредоточиться сейчас на учёбе в институте. Нельзя позволять девушкам мешать мне в достижении мой цели».

Евдокия старалась не лезть дальше с вопросами о девочках. Она заметила, что упоминание о женщинах вызывает у него дискомфорт. Они, ещё немного поговорили, о других вещах и много смеялись.

Вскоре Сергей отправился в свою комнату распаковываться, а Евдокия налила себе, ещё бокал вина и проверила готовившийся ужин.

Она чувствовала себя хорошо. Евдокия даже не могла вспомнить, из-за чего была так расстроена. Она знала, что всё будет иначе, когда Сережа уедет обратно в Москву, но надеялась, что его присутствие сейчас поможет ей пережить остаток дней.

Может, она действительно попробует начать встречаться с мужчинами.

Она допила бокал вина и посмотрела на лазанью в духовке. Ещё несколько минут, она поняла по цвету и будет готовы. Евдокия вспомнила, как поднимала Сережу, за подмышки, когда он был маленьким, и показывала ему, как должен быть цвет, когда лазанья была готова.

— Смотри на края, — говорила она ему много лет назад. «Видишь? Убедись, что они красиво выглядят и хрустящие».

Она знала, что теперь у неё наворачиваются слёзы. Евдокия странно задумалась, вспомнит ли он это воспоминание. Скорее всего, нет. Боже, а что если по какой-то чудесной случайности, он всё-таки вспомнил? Она знала, что её сердце растает, если он это сделает. Она посмотрела в сторону коридора, где была его комната.

Евдокия пожала плечами и улыбнулась. «Почему бы не посмотреть, что он скажет?», — спросила она себя.

Он мог бы помочь ей накрыть на стол, если нет.

— Сережа, — позвала она.

Евдокия ждала, но он не пришёл. «Сереженька, дорогой?».

Ничего. Наверное, он в наушниках, подумала она. Она направилась в его комнату в конце коридора и постучала в дверь. «Дорогая?».

Евдокия открыла дверь. «Дорогой, я знаю, это странно, но ты бы...».

Её сердце подпрыгнуло в горле, от увиденного. Её сын был в наушниках. Он смотрел видео с парой, занимающейся сексом, на своём ноутбуке. И он был голым, но настоящим ударом, для Евдокии был большой, твёрдый член, стоящий между его ног.

Евдокия почувствовала себя ошеломлённой, — даже запыхавшейся. Она не знала, что делать. Она никак не могла отвести взгляд, от его большого члена, пока он гладил его своей рукой смотря видео. Он сидел в своём кресле и, похоже, не замечал, что Евдокия наблюдает, за ним.

Она была благодарна, за это. Больше благодарна, потому что не думала, что сможет уйти, — или отвести взгляд. Член сына был такой большой. У неё был отличный вид на его член, из дверного проёма. Она почувствовала внутри себя, что-то странное. Она знала, что это не хорошее и плохое чувство.

Евдокия почувствовала, как это исходит, из её влагалища.

Может, это вино говорило, подумала она. Она почувствовала, как её рука скользнула между трусиками. Её пальцы скользнули вниз, по половым губам к чувствительному клитору. Евдокия не могла удержаться и погладила его.

Ей хотелось думать, что именно видео, которое он смотрит, её так заводит. На экране она увидела, что это была пожилая женщина и молодой мужчина, которые занимались сексом в красивой гостиной. Но она знала причину. Её сын был причиной покалывания в теле.

Сергей стонал, продолжая длинные, ровные движения, дроча член. Евдокия думала, что это самое горячее, что она когда-либо видела. Раньше она этого не замечала, но её сын был таким худощавым. Свет, от экрана делал его таким стройным и мускулистым. Она предположила, что свет тоже делает его член большим. Он торчал между его ног, словно шест, и выглядел совершенно раздутым. Она видела, как пред эякулят сочился, из кончика головки, и его руки стали липкими, пока он продолжал тереть их о ствол члена.

Евдокия продолжала тереть свою промежность. Она впервые, за долгое время почувствовала, как её влагалище сочится. Евдокия чувствовала, как сок из киски увлажняет её трусики, пока гладила свой чувствительный бугорок.

Её грудь казалась тяжёлой, и она засунула руку внутрь халата и пожамкала один из сосков. Он был таким жёстким! Затем, два её пальца нашли отверстие в её влагалища. Она начала вводить их в себя и наружу. Влагалище было таким мокрым, и это было так приятно. Евдокия чувствовала, как её влагалище всасывает, её горячие пальцы.

Боже, Евдокия пыталась отстраниться, но была так близко. Так близко к чему? Кончить? Она не кончала очень давно. Давление в животе нарастало, и она чувствовала, что вот-вот получит оргазм.

Евдокия не заметила, что позволила двери открыть, до конца.

Её сын начал ускоряться. Теперь его кулак бешено стучал по члену. Он тихо простонал «А...а!», себе под нос. Потом Евдокия это увидела. Толстые струйки липкой спермы вырвались, из его члена и упали на живот. На его худом мужском прессе было столько кремовой спермы. И именно тогда, Евдокия чуть не закричала.

Её «Детородная дырочка», взорвалась. Её халат, трусики и пальцы были пропитаны горячим соком. Она дрожала и хотела лечь. Евдокия наблюдала, как сын взял салфетки, со стола. И тут её осенило. Дверь! Она закрыла дверь, как можно быстрее, прежде чем он снял наушники, и поспешила в свою комнату.

Она упала на пол, чувствуя, что сейчас стошнит. Но, тогда почему же ей было, так хорошо? Она не знала, и это её пугало. Её живот бурлил, влагалище вибрировало. Она чувствовала себя такой живой.

Евдокия пыталась взять себя в руки и забыть обо всём этом. Она надела новые трусики и халат. Она поняла, что её грудь болит и кажется тяжёлой, а соски, — стали твёрдыми и чувствительными.

Её голова всё ещё была в облаках. «Это было просто вино», — отчитала она себя, стряхивая с себя кайф. «Ты больше, никогда так не сделаешь. Это было неправильно».

Евдокия знала это, но чувствовала себя снова подростком. Как будто она слушала, как её собственная мать говорит ей не встречаться с тем милым мальчиком, из школы. Она всё равно бы это сделала, и целовать его было бы чертовски приятно. Позволяя ему прикоснуться к себе. Позволяя сыну трогать, чувствовать и заниматься любовью с матерью.

Она перестала думать о нём, когда вдруг услышала, как Сергей зовёт её.

— Мама!?

Её сердце бешено колотилось в груди. Он звучал обеспокоенно. «Подожди минутку, дорогой».

О Боже, он знает! подумала она. Он знает, что я мастурбировала, глядя на него. Я ужасная мать. Он, никогда больше не захочет видеть свою собственную мать!

Евдокия быстро посмотрела в зеркало и пришла в восторг. Она посмотрела на опрятную шлюху, смотревшую на неё, и вздрогнула. Она уже думала о тюрьме. Она стерла эту мысль, из головы. Она знала, что всё не так уж плохо, — по крайней мере, так она себе говорила, чтобы казалось, что это меньше ложь.

Евдокия поспешила, из своей комнаты. Она приготовилась к худшему и нашла сына на кухне. Он выглядел напуганным. Но это было не то, что она думала.

— Мама, лазанья сгорела!

На нём были её перчатки, для духовки. Дверца духовки была открыта. Она увидела дымящиеся остатки лазаньи, похожие на уголь.

— О Боже, Сережа ты меня напугал, — сказала Евдокия.

Сергей с недоверием наклонил голову в её сторону. Почему она так обрадовалась из-за того, что лазанья сгорела? «Мама, а как насчёт ужина?».

Его взгляд напомнил ей, когда он был маленьким, когда хотел пойти в Макдональдс. Он понятия не имел, что она сделала.

Евдокия больше не волновалась, её мысли прояснились. Она хлопнула в ладоши, будто у неё была идеальная идея.

— Пиццу закажем! — выпалила Евдокия. «Пицца и кино? Как тебе такое предложение?».

Сергей улыбнулся. Евдокия тоже улыбнулась, но по спине снова пробежал холодок.

Она думала, что всё будет хорошо, но это не так. Как такое возможно? День за днём на протяжении последней недели её мысли не думали ни о чём, кроме члена сына.

Она знала, что ведёт себя странно рядом с ним. В ту первую ночь, когда они ели пиццу, они сидели на диване и смотрели фильм, — тот, который она уже видела несколько раз, и она была с другой стороны дивана. Она знала, как себя ведёт, когда она рядом с ним, и всегда уходила, чтобы «Облегчиться».

Ей казалось, что её жизнь снова разваливается. Когда она увидела сына, всё, о чём она могла думать, — это его член. Его толстый, мясистый член. Господи, если бы у неё он был внутри. Его горячая сперма внутри неё. Она знала, что была бы счастлива.

Евдокия несколько раз пыталась украдкой заглянуть на него на недели. Если сын принимал душ, она частично открывала дверь. Он принимал горячий душ, и пар покрывал стеклянную дверь, но она всё ещё видела очертания его члена. Даже вялый, он был большим. Она играла с собой, пока он не выключал воду.

А потом однажды это случилось...

Сергей достал мороженое из морозилки, одно из тех с деревянной палочкой. Когда она увидела выброшенную палочку и обёртку, от мороженого на журнальном столике, она поняла, что должна её выкинуть в мусорное ведро.

— Хочешь, я выброшу их? — мило спросила Евдокия, избегая зрительного контакта.

— Да! Мамочка возьми, — сказал Сергей. Она взяла обёртку и палочку от него и направилась на кухню. Её киска отчаянно хотела попробовать то, что сосал рот её маленького мальчика. Но она не прошла через дверь. «Мама, подожди».

Она остановилась и медленно повернулась к нему. Она не могла смотреть на него. Её сердце бешено колотилось.

— Да?

— Что-то не так?, — спросил Сергей.

— Что ты имеешь в виду, дорогой?

— Мама, посмотри на меня, — сказал Сергей.

Потребовалось немало усилий, но ей удалось взглянуть на сына. Он посмотрел на неё с тревогой. Это разбило ей сердце.

— Можем поговорить? — спросил Сергей. «Я просто... Мне кажется, с тобой что-то не так мама».

— Я просто немного приболела, — сообщила Евдокия. «Пройдёт».

Евдокия попыталась выскользнуть из комнаты, но Сергей не позволил.

— Нет, мама, — сказал он. «Садись сюда».

Сергей был настолько настойчив в словах. Её промежность пылала. Она знала, что это будет плохо.

Евдокия нехотя подошла и села на диван. Она сидела далеко от него. Он вздохнул и подошёл ближе. Она напряглась.

— Мама, что с тобой происходит? — спросил Сергей. «Ты была такой отстранённой на прошлой неделе. Ты отменила всё, что мы собирались сделать. Это совсем не похоже на тебя. Ты говоришь, что болеешь, но мне кажется ты нормально выглядишь».

Ей казалось, что её влюблённость разговаривает с ней, и она недостойна. Она всё ещё не могла смотреть ему в глаза. «Но я больна, Сереженька, но я...».

Евдокия попыталась посмотреть ему в глаза, но её взгляд упал на его пах. На нём были спортивные шорты, и она могла примерно разглядеть его выпуклость. Чёрт, ей просто хотелось сорвать их и обхватить его член губами.

Вдруг Сергей взял мать за подбородок и заставил её посмотреть на себя. Он был поражён, как она покраснела, глядя на него. Она не сопротивлялась.

— Пожалуйста, скажи мне, — сказал он. «Это папа? Кто-то другой? Я не хочу, чтобы ты так себя чувствовала. Я не смогу вернуться в институт, если ты так себя ведёшь».

Евдокия знала, что сейчас, наверное, лучшее время, чтобы рассказать ему. Что ей было терять? Её жизнь теперь казалась тюрьмой. Она взяла его руку в свою. Она почувствовала, как её тело вздрогнуло. Она трогала её. Касалась руки, которая была обвита вокруг его члена, и двигала членом. Рука, на которой, вероятно, была его сперма. Она хотела её лизнуть.

Теперь Сергей краснеет. Он заметил, как дыхание матери стало тяжелее, и почувствовал странное тепло, исходящее от неё.

— Мама?

Евдокия посмотрела ему прямо в глаза. «Я... Мне было одиноко, сыночек».

По какой-то причине Сергей был шокирован, услышав это. «Но у тебя же есть подруги?

Евдокия глубоко вздохнула, удерживая его руку. «Мне так одиноко, Сережа», — сказала она. Она рискнула и мягко прижала его руку к своей груди, — чуть выше груди. На ней была одна из блузок, и он трогал её кожу.

Он сглотнул. «Я понял мама!».

— Неправильно так с тобой разговаривать сыночек, но... Я говорю...

Теперь Сергей был ярко-красным. Он не мог поверить, что его, красивая мать была сексуально одинока. Конечно, он знал, что она иногда бывает сдержанной. Он на мгновение подумал, что ей нужно поговорить, об этом с кем-то ещё, но чувствовал, что он единственный, с кем она хочет поговорить.

— Ладно, — кивнул он. «Ты пробовала встречаться с кем-нибудь?».

— Нет, я... это не... Боже, она вдруг так растерялась! Евдокия просто не могла заставить себя это сказать.

— Сережа, — начала она.

— Я хочу тебя, Сережа. Я не хочу спать с другими мужчинами. Я хочу тебя и твой член, и я знаю, что это морально неправильно, когда твоя собственная мать говорит такое, но это правда, так что клянусь, «Бог этому свидетель!».

По её спине пробежала дрожь сильного облегчения. Ей казалось, что она могла бы получить оргазм от того, что сказала ему. «Я наблюдала за тобой в ту первую ночь, когда ты приехал», — продолжила она. «Ты качал свой твёрдый член, а я так сильно тебя хотела. Я знаю, что мать не должна хотеть такого, это больно, очень чертовски больно. Но ты заставил меня кончить так сильно. Я давно так не чувствовала, и это было чертовски приятно. Вот почему, я была такой отстранённой, понимаешь. Я не останавливаюсь думать о тебе и твоём члене сыночек».

Сергей был краснее, чем она когда-либо его видела. Не говоря уже, о том, что он уставился на её грудь. Она не заметила, что положила его руки на одну из своих грудей, пока она говорила.

Чувствуя себя хорошо, она продолжала. «Раньше ты любил сосать мамину грудь. Вряд ли ты это помнишь? Ты раньше высасывал меня полностью.»

Евдокия взяла его руку, которая теперь слегка дрожала. «Я хочу отсосать тебе и отплатить тем же». Она взяла его указательный и средний пальцы и вложила их себе в рот.

Сергей переживал лёгкий экзистенциальный кризис, чувствуя, как язык матери чувственно сосет его пальцы. Она смотрела на него, пока делала это. Он ненавидел, как там жарко, и это заставляло его чувствовать себя странно.

Он никогда бы ей этого не сказал, но он никогда не был с женщиной. Он давно хотел этого и пытался, но просто не мог. Всё, что она ему говорила, заставляло его чувствовать себя неудачником. Но сейчас, когда его собственная мать смотрела на него, будто он крутой, впервые в жизни он почувствовал себя круто.

Все эти годы попыток, и теперь, возможно, он наконец-то займётся сексом с женщиной.

Сергей облизал свои губы над матерью.

— Мама, — сказал Сергей.

Евдокия вытащила его пальцы изо рта. Они блестели от её слюны, а длинная струйка слюны тянулась, от кончика его среднего пальца, до её нижней губы.

— Да, малыш? — спросила она, надеясь, что сделала всё правильно, чтобы убедить его.

— Ты хочешь мой член, да?

—Да, — сказала Евдокия. «Это, правда сыночек».

Сергей приблизился к ней. Евдокия почувствовала, как у неё перехватило дыхание, когда он другой рукой проводил пальцами по её светлым волосам. Её сердце бешено колотилось, когда он наклонился и нежно коснулся её губ. Она не могла не испортить этот милый момент. Её голодный язык проник в его рот и исследовал. Затем его язык последовал примеру. Их языки дико терлись друг, о друга.

Сергей становился смелее, ведь так долго мечтал сделать это с женщиной. Он игнорировал тот факт, что это была его мать. Он этого хотел. Он убеждал себя, что делает это ради неё.

Евдокия приближалась к раю. Она чувствовала это. Всё её тело горело. Её сын целовался, как во сне. Она почувствовала, как её киска покалывает, а грудь жаждет его прикосновения.

— Пожалуйста, Сереженька поиграй с моей грудью, — простонала она ему в рот.

У неё не было времени расстегнуть блузку. Она сорвала первые две пуговицы. Пуговицы разлетелись в стороны. Руки Сергея мгновенно оказались на её груди. Он сжал кожу груди и большим пальцем щёлкнул её жёсткие соски.

— Боже, — простонала она. Её рука нашла его выпуклость. Евдокия чувствовала, как член растёт. Это заставило её язык глубоко проглотить его язык. Она почувствовала, как слюна стекает по подбородку — и, вероятно, его тоже.

— Мама, — простонал Сергей. «Тебе нравится, когда я так делаю?».

— Мм...м, детка, — сказала она. «Ты сейчас очень радуешь маму».

Сергей чувствовал себя хорошо. Как будто он мог бы всё, и ей это понравилось. Он ущипнул её оба соска и потянул. Евдокия застонала ему в рот.

Евдокия почувствовала, как её нервные окончания вспыхнули и искрились огненными искрами. Ей нужно было больше.

— Сереженька, детка, можешь...?

Сергей понял, что она имела в виду. Он хотел наслаждаться этим как можно дольше. Он решил поддразнить её. «Мне нужно, чтобы ты встала, мама», — сообщил он ей. «Иди и сними оставшуюся одежду. Я хочу посмотреть на тебя».

Восторженная, Евдокия выполнила его приказ. Её сиськи свисали с порванной блузки. Они были приятными. Она знала, что в этом нет сомнений, соски напрягались на её груди, словно две сочные дыни, но ей хотелось большего. Она начала расстёгивать бюстгальтер. Она почувствовала трепет в груди, когда сын начал ощупывать её груди.

— Они выглядят чертовски круто, мама, — сказал он. И он не лгал. До сих пор у него, никогда не было сексуальных мыслей о матери. Раньше она была его мамой. Теперь он чувствовал, что владеет ею. Он скривил губы.

— Продолжай, мама», — сказал Сергей.

О боже, почему ей это понравилось? Она задумалась. Она почувствовала, как огонь лизнул её внутренности, от его слов.

— Я веду себя как хорошая сучка? — спросила она. Он кивнул, и она увидела, как он начал снимать свою одежду. Её сердце бешено колотилось в груди. Она была так близко к раю.

Она закинула свои светлые волосы через плечо.

— Мама будет очень хорошо о тебе позаботиться, малыш, — сказала она самым сексуальным голосом.

Сергей обожал изящные розовые трусики, которые носила его мать. Ещё больше ему понравилась огромное влажное пятно размером с теннисный мяч в центре её паха. Внутренняя сторона её кремовых бёдер тоже выглядела немного влажной. Он предположил, что она уже сильно возбуждена.

Евдокия увидела, как ее сын гладит свой член. Его взгляд был прикован к ее «Детородной дырочке». Они были полны вожделения. Почему бы не продолжить далее? Подумала она про себя.

Она повернулась и чуть не захихикала от восторга, услышав его стон удовольствия.

Евдокия не была уверена, радоваться ей или нет, что она никогда не была той, кого он мог бы счесть сексуальной. Наверное, это было к лучшему. Она не могла представить, чтобы он восхищался ее большой задницей, до пробуждения прошлой недели.

Сергей с благоговейным трепетом наблюдал, как его мама подцепила пальцами края своих трусиков и спустила их вниз, по ногам. Она наклонилась вперед, и он увидел, что ее киска свисает, как спелый персик, между ее стройных ног. Темная рана посередине, из которой торчали маленькие пучки светлых волос.

Затем Евдокия повернулась, и спереди это выглядело еще лучше. Идеальный треугольник лобковых волос указывал на ее влагалище. Его влагалище... Ее пухлая киска выглядела такой соблазнительной, не говоря уже, о розовом цвете. Ему нужно было прекратить дрочить, иначе он пожалеет. Его взгляд был прикован к ее киске.

Сергей ухмыльнулся.

— Теперь подползай ко мне.

Евдокия прикусила губу и кивнула. Она опустилась на четвереньки и поползла к сыну.

Сергей наблюдал, как ее красивая попка двигалась в воздухе, когда она приближалась к нему. Она была пышногрудой блондинкой, мечтавшей прижаться к нему, как животное в период течки. Она больше не была его матерью. Она была его личной игрушкой, для секса.

Евдокия была в нескольких сантиметрах от его члена. Она знала, что скоро окажется на небесах. Она помогла ему снять спортивные шорты.

— Давай устроим тебя поудобнее, — сказала она.

Когда Евдокия снимала с него шорты, он наклонился и коснулся ее волос. Она посмотрела на него снизу вверх.

— Ты когда-нибудь делала папе минет? — спросил Сергей.

Вопрос прозвучал неожиданно. Она не знала, хотела ли сказать ему правду или нет. Правда была такой неловкой.

И все же правда дала ей то, к чему она так стремилась.

— Я делала это много лет назад, - сказала она.

— Он большой был? — спросил Сергей.

Глядя на твердый член своего сына, Евдокия поняла, что это простой вопрос. Она покачала головой. «Нет, малыш, он даже близко не подходит к твоему».

Сергей ухмыльнулся.

— Я хочу, чтобы ты взяла мой член глубоко в глотку. Думаешь, у тебя получится мама?

— Да, конечно, да, - сказала она. Затем она взяла инициативу в свои руки. Евдокия положила руку ему на грудь и осторожно откинула его на спинку дивана.

— Мамины ласки доставят тебе удовольствие сыночек.

Она обхватила пальцами его член, погладила его несколько раз. Она хотела устроить для него шоу, как те женщины в порно, которое он смотрел, хотела быть сексуальной и соблазнительной, но она также хотела просто посмотреть на жесткий член и провести эксперименты.

Кое-что, ей удалось сделать и сейчас.

Евдокия слегка погладила его, крепко сжав. В мгновение ока густая предварительная сперма выступила на кончике головки члена. Еще несколько поглаживаний, и она потекла по нижней части его члена, отчего ее пальцы стали липкими.

Другой рукой она вытерла слюни, со рта. Евдокия спустилась и слизнула остатки спермы. На вкус они были такими солеными и мужскими. Кремовый вкус. Ее язык заставил его извиваться, когда она облизала чувствительную уздечку, под головкой.

— Тебе это нравится, малыш? — спросила Евдокия.

— Это забавно, мама, — сказал он. Его руки были прижаты к бокам. Ей нравилось видеть, как он извивается. Его член пульсировал, от удовольствия.

— Тебе это понравится, еще больше, — сказала она. Она взяла головку его члена в рот. Ее язык облизал и исследовал отверстие, чтобы получить еще больше его сливочной спермы. Она почувствовала, как ее маленький мальчик задрожал, от радости. Он застонал.

Ее киска горела огнем. Единственный раз, когда она ласкала себя в гостиной, был несколько месяцев назад, во время просмотра романтической комедии конца девяностых, название которой она не могла вспомнить. Тогда она была одна. Но сейчас она была не одна. Ее горячие пальцы быстрыми круговыми движениями массировали пульсирующий клитор.

Она брала в рот все больше и больше его члена. Ее губы медленно, но верно продвигались вниз по его толстому, длинному стволу. Она чувствовала выпуклости и вены на его члене. Досадно, что она не смогла пройти и половины пути. Она раскачивалась на его члене изо всех сил, надеясь, что ему понравится то, что делает его мать.

— Мама, это так чертовски приятно, — сказал Сергей, словно прочитав ее мысли. Он коснулся ее головы и погладил, по волосам. Евдокия продолжала сосать. Она уже собиралась кончить, когда он протянул обе руки и схватил ее за голову.

Евдокия подняла на него глаза. Его член все еще был у нее во рту.

— Я помогу тебе, мама, — сказал Сергей.

— Ты хочешь, чтобы я тебе помог?

Евдокия нервничала. Больше всего она нервничала, из-за того, что хотела доставить ему удовольствие. Несмотря ни на что, она кивнула и приготовилась. Сергей начал нежно подталкивать ее вниз. Она хотела, чтобы ее горло раскрылось, для его члена, еще больше. Он был таким толстым и большим у нее во рту. Она почувствовала, как его головка коснулась входа в ее горло. Евдокия давилась его членом. Ее неопытность испортила момент. Она инстинктивно положила руки ему на колени, когда подумала, что ее сейчас вырвет.

— Продолжай, мама!

Евдокия хотела быть его маленькой шлюшкой и заставить его и себя гордиться ею. Она уперлась руками в пол и продолжила. Ее глаза наполнились безумными слезами, когда она почувствовала, как его головка проникает в ее горло. Затем ее нос коснулся жестких волос на лобке сына, а губы обхватили основание его члена. Он был так возбужден.

— Вот так, мама! Хорошо! Просто останься там на минутку, — хорошо!

Евдокия так и сделала. Ее тело пыталось отвергнуть его. Она задыхалась и давилась его твердым членом. Она чувствовала, как у нее потекло из носа. Она закрыла глаза и старалась дышать, как можно глубже. Она знала, что каждая секунда увеличивала удовольствие ее сына. Она чувствовала, как дергается его член, и ощущала, еще больше вкуса его предварительной спермы.

В конце концов, Сергей отпустил ее голову. Она оторвалась, от его члена и задохнулась. Она сильно закашлялась, и поток ее слюны и его спермы хлынул у нее изо рта на его член. Из ее носа текли сопли. Ее глаза были красными и слезились. Сергей приподнял ее, за подбородок. Евдокия почувствовала себя отвратительно только на секунду. Когда сын посмотрел на нее, она внезапно почувствовала себя самой сексуальной женщиной на свете.

— Я так горжусь тобой, мама, — сказал Сергей.

Евдокия чувствовала себя так, словно выиграла игру, и так легкомысленно улыбалась. Она вытерла сопли с носа.

— Я сделала это, не так ли? — сказала она, поглаживая его влажный член.

— Думаешь, теперь, ты сможешь сделать мне глубокий минет?

Евдокия кивнула. Затем, она кое о чем вспомнила.

— Мне нужна всего одна секунда, хорошо?

Сергей кивнул. «Конечно».

Евдокия быстро встала и бросилась в свою комнату. Если она собиралась, чтобы ее трахнули в глотку, то хотела убедиться, что ее чертовы волосы не будут мешать. Она нашла резинку, для волос и собрала их в конский хвост. Она вспомнила, что в последний раз носила хвостик в школе.

Затем Евдокия поспешила обратно в гостиную.

— Мне нравится твой хвостик мама, — сказал Сергей.

Евдокия снова устроилась у него между ног. «Так на чем мы остановились?». Ее рука сразу же потянулась к его члену.

— Я собирался использовать тебя, как женщину.

Она не могла скрыть своего волнения. Евдокия чувствовала, как у нее в животе порхают бабочки.

— Ух ты, какие смелые слова ты говоришь своей матери, — сказала она с притворной серьезностью.

Сергей наклонился и схватил ее за горло. Его губы прижались к ее губам, а язык проник ей в горло. Боже, ей нравилось, как он с ней обращался! Она все быстрее терла его член, пока они целовались и ласкали друг друга языком.

— Я хочу большего, чем просто поцеловать тебя мама, — сказал Сергей. «Я хочу, чтобы ты легла на диван».

Сергей встал. Она удивленно приподняла бровь, глядя на него. «Разве ты не хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе своим ртом, детка?».

Сергей усадил ее на диван, расположив так, как ему хотелось. Она легла на спину. Он устроился у нее между ног и притянул ее к себе.

— Разведи ноги в стороны, — приказал Сергей.

Она так и сделала. Ее задница свисала с края дивана. Он смотрел на нежные складочки ее влагалища голодными глазами.

— Я должен попробовать твоё влагалище на вкус, мамочка, — сказал Сергей.

У нее закружилась голова, когда ее сын опустил лицо к ее влагалищу. Ее сердце снова учащенно забилось. Никто, никогда раньше, не ласкал её. Однажды она попросила мужа попробовать это, но он, казалось, очень сопротивлялся. С тех пор она считала, что мужчинам это не нравится.

Ее сын, похоже, был исключением.

Евдокия ахнула, когда почувствовала, как его язык облизывает ее половые губы и напряженный клитор. Он начал водить языком, по складкам ее влагалища, слизывая ее выделения. «Тебе это нравится, мама?», спросил Сергей и начал целовать внутреннюю поверхность ее бедер. Он сводил ее с ума.

— Мм...м!, малыш, — сказала она, гладя его мягкие волосы и чувствуя, как ей становится жарко.

— Пожалуйста, не останавливайся. Мамочке нравится, когда ты так делаешь.

Сергей повиновался ей. Он снова устроился у нее между ног и принялся ласкать ее лоно. Его горячий язык коснулся ее чувствительного клитора, и она почувствовала, как его пальцы проникли в ее половую щель. Казалось, её влагалище всосало их в себя. Он начал двигать ими внутрь и наружу, одновременно облизывая ее клитор.

Давление в ее животе нарастало. Никогда, еще ее телу не было так хорошо. Она не собиралась долго терпеть.

— Я... Я сейчас... о, я сейчас кончу, — простонала Евдокия.

И тут Сергей остановился.

Обеспокоенная, Евдокия посмотрела на него. Она увидела, что он стоит, и была поражена увиденным. Она не могла поверить, каким раздутым и готовым вскочить, во влагалище выглядел его член. Она могла видеть, как предварительная сперма сочилась и капала с кончика головки члена.

— Я хочу кончить вместе с тобой мама, — сказал Сергей. «Я так сильно хочу трахнуть тебя, мама».

Она хотела этого больше, чем он мог себе представить. Хотя она волновалась. «Это действительно серьезно, детка», — сказала она. «Я... Я не знаю, смогу ли я это вынести».

Евдокия не была милой. Ей нужно было, чтобы ее сын знал. «У меня никогда раньше не было такого большого члена».

— Я не причиню тебе вреда, мама, — сказал Сергей.

— Обещаю, мы не будем торопиться.

Сергей смотрел на нее как на профессионала. Она полностью доверяла ему. Евдокия слышала, как её влагалище кричало, требуя, чтобы его трахнули.

Евдокия пальцами раздвинула складки половых губ своего влагалища. «Мамочка хочет тебя, детка. Дай мамочке то, что она хочет».

Сергей опустился перед ней на колени и приставил головку своего члена к ее нетерпеливому входу во влагалище. Евдокия застонала, когда он провел своим членом между ее половыми губами, но на самом деле не вошел в нее.

— Да, ты плохой мальчик, - сказала она, дрожа от возбуждения. Она попыталась засунуть его член в себя, но он явно играл с ней.

— Я думал, ты боишься мамочка, — сказал Сергей, улыбаясь.

Ее «Детородная дырочка», завладела ею и заразила ее разум. Она хотела, чтобы он разорвал ее пополам. «Не сейчас», — простонала Евдокия. «Трахни меня, детка! Сломай мамочку!».

Сергей ухмыльнулся. «Я хочу, чтобы ты была в отчаянии, мама», — сказал он. «Ты такая чертовски горячая, когда в отчаянии. Я сделаю это, когда захочу».

Евдокия в агонии извивалась на диване. Сын сводил ее с ума. Затем она почувствовала, как он входит в нее. Она ахнула, почувствовав, как его член вошел в нее. Боже, он вошел едва ли на четверть, и она почувствовала боль.

Она съежилась.

— Мне больно, детка.

— Просто расслабься и дай мне в тебя войти полностью.

Евдокия кивнула. Сергей просмотрел достаточно видео в Интернете, чтобы знать, как вводить большой член в тугую, давно неиспользуемую «Детородную дырочку». Он растянул стенки её влагалища и снова вышел, каждый раз вводя в нее немного больше своего члена с каждым медленным толчком.

В конце концов, это было уже не так больно. Черт возьми, это было совсем не больно. Каждый толчок, который он ей давал, ощущался как электрический разряд, пронзающий ее тело. Последней большой вещью, которая была внутри нее, был член ее бывшего мужа, так что это мало о чем говорило.

Евдокия застонала, от удовольствия. Это дало Сергею понять, что все в порядке. Он начал двигаться быстрее. Его бедра нашли чертовски приятное движение члена внутри влагалища матери. Он не мог поверить, какой тугой она была.

— Боже мой, мама, — сказал Сергей. «Ты такая, тугая!».

— Трахни меня сыночек, — простонала Евдокия. «Сильно, трахай меня смелее».

Евдокия почувствовала, как его руки схватили ее, за сиськи и начали яростно вдавливать их в нее. Ее задница приподнималась навстречу его толчкам. Она чувствовала, как головка его члена касается её шейки матки.

— Какие у тебя классные сиськи, мамочка, — сказал Сергей в исступлении, сжимая ее большие сиськи так сильно, как только мог. Скажи это!

Евдокия, никогда раньше не испытывала такой сильной радости. Она была теперь сексуальной игрушкой, для своего сына. В его распоряжении, когда бы ему, черт возьми, ни понадобилось разрядиться!

— Я твоя теперь, детка! — закричала Евдокия. «Используй свою мать! Используй меня, когда захочешь, теперь я принадлежу тебе!».

Сергей прижался губами к ее губам и засунул язык ей в её рот. Она чувствовала себя так, словно они были двумя животными. Они потели, трахались и делали то, для чего: «Бог их создал».

Член Сергея работал как отбойный молоток в ее влагалище. Он не мог остановиться.

— А...а! Боже, я кончаю, сыночек! — простонала Евдокия сыну в рот. «Я кончаю!».

Её «Детородная дырочка», взорвалась, под его членом. Член продолжал трахать ее, пока она извивалась в экстазе. Ее влагалище содрогалось, от его толчков.

Сергей чувствовал, как его мать дрожит, под ним, от удовольствия. Он посмотрел и увидел, как сок из ее влагалища заставляет его член блестеть при каждом толчке. Он чувствовал, как его яйца начинают сжиматься. Его член набухал внутри нее.

— О боже, мама! Я сейчас кончу!

Евдокия чувствовала себя сумасшедшей, делая это, но не могла остановиться. Она знала, что он вот-вот кончит на нее. Она хотела, чтобы его семя вошло в нее.

— Кончай в меня, милый, простонала Евдокия. «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, мама очень хочет, чтобы у нее внутри было твоё семя!».

Ее слова были переломный момент, и Сергей был рад угодить своей матери.

— Кончаю!

Евдокия ахнула, почувствовав, как его горячая струя устремилась вверх по ее влагалищу. Струя за струей его семя покрывало стенки ее влагалища, и здоровая порция устремилась на шейку матки. Сергей дрожал над ней и тяжело дышал. Сын опустошал свои яйца.

Его колени дрожали. «Я не могу перестать кончать!».

Сын не лгал. Евдокия почувствовала это. Он вынул свой член, из влагалища и выплеснул еще три струи горячей спермы на ее живот. Она никогда раньше не получала сперму на свое тело. Он брызнул ей на живот, на грудь и даже на лицо. Евдокия вскрикнула от неожиданности, когда он попал ей в лицо.

Они оба тяжело дышали. Не произнеся ни слова, устроились на диване. Евдокия легла, Сергей обнял ее сверху. Это напомнило ей о том времени, когда он был моложе и хотел, чтобы его обняли после тяжелого дня в школе.

— Это было... Он слишком устал, чтобы говорить. Она не заставляла его продолжать. Евдокия знала, что это было незабываемо, для их обоих.

Она чувствовала, как Сергей начал посасывает одну из ее сисек. Его язык кружил над ее соском и посасывал его.

Он просто не остановится, как в детстве сосёт, подумала она про себя. Евдокия погладила его волосы.

Через мгновение Сергей поднял на нее глаза. «Ты думаешь, мы могли бы повторить это мамочка...?».

Евдокия была потрясена, услышав это. Затем она почувствовала, как твердый член сына уперся ей в ногу.

Молодость... Сергей собирался заставить ее снова почувствовать себя молодой. Или, по крайней мере, вернуть ей те годы, которые она упустила...

— Мне бы этого хотелось Сереженька, — сказала Евдокия.

Сергей расположился над ней. И она почувствовала нирвану, когда член сына снова вошёл в её «Детородную дырочку».

Прошло несколько месяцев...

Подружки не видели Евдокию больше восьми месяцев, поэтому, когда она вошла в кафе, взгляды были оправданы на её живот...

— Евдокия? Это...?

Все подружки были застигнуты врасплох её появлением. Они выпустили волну шокированных вздохов. На Евдокии было обтягивающие платье, которое не скрывало её живота.

Взъерошив волосы за спиной, Евдокия села в кресло. Одна, из подруг встала, чтобы помочь ей сесть.

— Нет, нет, — сказала Евдокия.

— Я вполне способна, еще сама себя обслужить.

Евдокия похлопала, по своему большому животу. Она чувствовала себя немного неловко, не предупредив подружек заранее. Они смотрели на неё странно. Это заставило её покраснеть.

Все начали задавать вопросы.

— Евдокия... ты...

— Кто папа? Кто?

— Некоторые из нас, предполагали, что, возможно, ты стала лесбиянкой, после развода.

— Теперь мы прекрасно знаем, что ты любишь мужские члены.

— Кто он такой, Евдокия!?

Все вместе спросили: «Евдокия, кто отец?».

Их умоляющие глаза были устремлены на Евдокию в ожидании ответа. Евдокии было приятно, когда на неё смотрели вот так. Она ласкала свой большой животик.

— Я бы предпочла, для всех оставить имя отца моего будущего ребенка в тайне, — улыбнувшись сказала Евдокия...

Через месяц Евдокия родила здоровую девочку. Сергей, для всех остается её сыном, а по жизни стал её мужем...