От автора:

Трагическая история, рассказанная заказчиком этого романа (как я полагаю, он рассказывал свою жизненную ситуацию), оказалась недописанной: у заказчика кончились деньги.

Этот роман не предполагалось публиковать: он должен был остаться в частной коллекции - как и многие мои заказные произведения, - в силу описываемых в них перверсий, не предназначенных для печати.

Однако, мне показалось несправедливым бросать это произведение на полпути: во-первых, уже написано 9 глав из планируемых 12, объёмом более 110.000 знаков, во-вторых, у меня сохранился план романа со всеми подробностями и финалом, согласованным с заказчиком.

Поэтому я закончу этот роман и отправлю заказчику в качестве подарка.

Вкратце, - это роман о том, как, в силу трагических обстоятельств, и через сложные сексуальные отношения с матерью, мальчик становится девочкой (трансвеститом).

Любителям "перчинки" нужно будет прочитать добрую половину романа, прежде, чем они смогут заглянуть в постель к мальчику и его маме, поэтому, возможно, лучше и не начинать читать этот роман: этот сюжет - не дроч-история, а психологическая драма с элементами порно.

Спасибо за внимание.

Роман публикуется впервые.

Глава первая

– Клеман, ты не забыл про нас? Со своей политикой ты запросто можешь уехать на La Fte Nationale даже не вспомнив про свою любимую Мари! И Стефану ты обещал показать фейерверк!

На пороге белоснежного поместья, утопающего в тени жимолости и кипарисов, показалась загорелая темноволосая женщина в розовых спортивных шортах и топе, на котором был вышит логотип «Club Med Gym». Она обиженно надула сочные губы и сердито посмотрела на мужчину в элегантном костюме, который садился в начищенный до блеска чёрный Мерседес.

– Мари, посмотри на себя: ты даже не одета! – Клеман сел на пассажирское кресло и улыбнулся супруге. – Пока ты меняешь свою фитнес-форму на платье, достойное национального праздника, Анри быстро отвезёт меня в парламент и тут же вернётся за вами.

– Да, но... – Мари не договорила, потому что вихрастый мальчишка вдруг пулей вылетел из дома, чуть не врезавшись в неё на полном ходу, и побежал к машине.

– Папа! Папа! Не уезжай без нас на праздник! – малыш бросился к отцу и тот подхватил его на руки.

Анри, сидевший за рулём, понимающе улыбнулся и выключил двигатель.

– Стефан, мы ещё не едем на праздник, Клеман снисходительно потрепал сына по голове. – Иди лучше поторопи маму. Не успеете оглянуться, как Анри заберёт вас, и мы вместе будем гулять на Елисейских полях.

– А салют? Ты обещал показать салют! – не унимался Стефан, цепляясь за отца.

– Салют будет поздно вечером, чтобы были видны огоньки. А сейчас посмотри: видишь, как светло?

– Стефан задрал голову и прищурился: утреннее солнце золотило редкие облака, медленно плывущие на голубом небе. Клеман сделал знак Анри и тот вновь завёл двигатель.

– Беги, малыш, папе пора на работу, Клеман чмокнул Стефана в нос и захлопнул дверь автомобиля. – И пусть тебя мама оденет получше: мы будем смотреть парад и нас могут показать по телевизору.

– Ух ты! воскликнул Стефан и помахал отцу. – Хочу в телевизор!

Стефан попятился от машины и попал в мамины объятия. Мари подошла поближе, наклонилась и послала Клеману воздушный поцелуй. Анри скользнул взглядом по выдающейся груди мадам Мари и улыбнулся. Машина мягко покатилась по дороге навстречу открывающимся воротам, ведущим из поместья на основную дорогу.

– А что за праздник мы пойдём сегодня смотреть? – спросил Стефан, держа маму за руку.

– Это самый главный праздник нашей страны, ответила Мари и подхватила сына на руки. – День взятия Бастилии. В этом году ты у нас пойдёшь в школу и на уроках истории тебе подробно обо всём расскажут.

– Что такое история? – спросил Стефан и неожиданно громко чихнул.

– Это наше прошлое, – ответила Мари и добавила: будь здоров, малыш!

– Я всегда буду здоров! – гордо ответил Стефан и ткнулся носом в мамину щёку. – Мам, пошли одеваться на праздник Бастилии!

Около часа пополудни Мари и Клеман, держа за руки Стефана, который всё время вертелся по сторонам, шли по плавящемуся от июльской жары Парижу в толпе таких же весёлых и счастливых горожан. Мари была одета в белое платье свободного кроя такое короткое, что даже лёгкий ветерок, иногда снующий в толпе отдыхающих, норовил продемонстрировать всем окружающим крепко сбитые формы её спортивной фигуры. Клеман шёл чуть впереди, в парусиновом костюме светло-серого цвета, и был совершенно не похож на представителя государственной власти – скорее на праздно гуляющего жуира в поисках приключений.

Стефана нарядили в морской костюм и берет, с неизменным помпоном сверху, как у настоящих французских матросов прошлого. «История, это наше прошлое», запомнил малыш новое для себя знание, в надежде блеснуть эрудицией, как только представится возможность.

Они свернули на Rue Saint-Honor, к серому старинному зданию с небольшими колоннами, и Стефан радостно закричал, глядя на большие витрины:

– О! Мамина работа! – и показал на бело-оранжевую вывеску «Club Med Gym» над входом.

– Да, малыш, в этом фитнес-клубе я работаю, – сказала Мари и улыбнулась.

– Хотя могла бы спокойно сидеть дома, – иронично заметил Клеман. – Ты прекрасно знаешь, что моих доходов хватит с лихвой на нас троих.

– Не начинай, дорогой, – с ноткой усталости ответила Мари. – Ты прекрасно знаешь, что я работаю не из-за денег. Мне также необходимо общение, как и тебе.

– Я не общаюсь ради общения, а занимаюсь политикой, а это не одно...

Договорить он не успел, потому что Стефан радостно заорал, показывая на другую сторону улицы:

– Пап-мам, смотрите: какой большой!

Мимо них, в окружении толпы ряженых с разноцветными воздушными шарами в руках, прошёл на ходулях рыжий клоун.

– Ты так кричишь, словно Маугли из дикого леса, – поморщилась Мари. – Что ты, клоуна не видел?

– А я и есть Маугли, – приосанился Стефан. – Вокруг нашего дома как раз растёт дикий лес!

– Он не дикий. Это наш лес, – Клеман самодовольно улыбнулся и кивнул Стефану: Я его прикупил вместе с поместьем. Полторы тысячи акров плодородной земли...

– Клеман! Стефану всего шесть лет, ты, надеюсь, не забыл? Какие акры?

– В общем, малыш, это много деревьев и много земли, – снисходительно закончил Клеман, но Стефан его уже не слушал.

– Хочу есть! – провозгласил он, провожая взглядом тележку с хот-догами, возле которой собралась небольшая очередь.

– В самом деле, пора обедать, – поддержала Мари и кивнула на вывеску Le Montegrosso. – Вот отличный ресторан, и не надо далеко ходить.

– Тебе купить его, дорогая? – с ноткой превосходства сострил Клеман.

– Сперва просто пообедать, – в тон ему ответила Мари, и они рассмеялись.

В этот праздничный день они нагулялись вдоволь. Стефану больше всего понравился военный парад, который они смотрели на Елисейских полях. Солнце уже клонилось к закату, когда Мари и Клеман оказались на Марсовом поле. Вокруг негде было яблоку упасть: туристы и парижане стояли плотной стеной вокруг Эйфелевой башни.

– Стефан, смотри туда, – сказал Клеман, поднимая сына и усаживая его на закорки. – Залпы начнутся со стороны бассейна на Трокадеро.

– Уже одиннадцать вечера, –  сказала Мари, посмотрев на IPhone. – Сейчас начнут бабахать. – В её глазах светился неподдельный восторг. – Кстати, а где ты оставил машину, дорогой?

– Здесь недалеко. – Клеман устроил Стефана на плечах поудобнее. – Я же планировал, где закончится наш сегодняшний день.

– Правильно сделал, что отпустил Анри. – Мари прижалась губами к щеке мужа. – Пусть тоже отметит празник с семьёй.

–Конечно, – кивнул Клеман и обнял Мари. – Я сам прекрасно вожу автомобиль.

– В этот момент громыхнуло да так, что Стефан вздрогнул от неожиданности, и в тёмном небе раскрылся первый светящийся цветок.

– Пап, смотри! – крикнул Стефан.

– Да-да, малыш, это действительно прекрасно!

– Мари восхищённо смотрела в полыхающее небо. Потом обняла мужа и прижалась к нему всем телом.

На обратном пути Стефан, сидящий в своём кресле на заднем сидении автомобиля, болтал без умолку, делясь впечатлениями с родителями, словно их не было на празднике. Потом он затих, вглядываясь сонными глазами в темноту дороги. Мари тревожно смотрела по сторонам: до их поместья, расположенного в Иль-де-Франс, менее пятидесяти километров, и не на всех участках трассы горели фонари. Клеман, сидевший рядом, вёл машину уверенно, выхватывая яркими лучами фар обочину дороги почти из кромешной темноты.

– Дорогой, остановись, пожалуйста, я хочу пи-пи, сказала Мари и посмотрела в зеркало заднего вида: Стефан благополучно спал в детском кресле, уронив голову на страховочные ремни.

– Мари, нам до дома осталось совсем немного, – Клеман покосился на супругу. – Может, дотерпишь?

– Зачем терпеть, когда в лесу темно и кругом не души? – Мари указала на ближайший поворот. – Остановись сразу за этим поворотом, я сбегаю, и быстро орошу ближайшие кусты.

– Женщины, – неопределённо пробурчал Клеман и остановил машину там, где попросила Мари.

– Я мигом, шепнула она и выпорхнула из машины.

Идти оказалось дальше, чем она предполагала: вокруг было открытое поле и Мари не хотелось это делать прямо у дороги. Она посветила себе телефоном и, наконец, набрела на чахлые кусты. Быстро стянула с себя трусики и присела. «Не буду потом надевать», мелькнула игривая мысль и она скомкала бельё, зажав его в кулаке. Мари уже собиралась подняться, как вдруг услышала вдалеке шум приближающего автомобиля. Через мгновение показался мощный свет фар.

«Наверняка это TIR, – подумала Мари, вставая и поправляя платье, – хорошо ещё, что я не сверкала голым задом на обочине!»

Мимо пронеслось что-то громадное, усеянное множеством габаритных огней и скрылось за поворотом, где ждал Клеман. Через мгновение Мари услышала бешеный визг тормозов и страшный удар. Она покачнулась и оцепенела от ужаса, разжав руку и выронив трусы. В том месте, где должен стоять автомобиль, повалил дым, подсвеченный синими лучами множества фар.

– Клеман! Стефан! – как безумная закричала Мари и бросилась к машине, судорожно сжимая в руке телефон.

Она бежала, не разбирая дороги, почти в полной темноте, не спуская перепуганных глаз со столба дыма, в свете фар похожего на клубные спецэффекты. Вдруг взревел двигатель, свет стал удаляться и изображение пропало, оставшись прыгать перед глазами синим фантомным пятном.

– Стой! – закричала Мари в темноту и выбежала на проезжую часть.

Лунный свет слабо освещал дорогу вслед удаляющимся огням. Мерседеса не было. Мари лихорадочно пыталась включить фонарик и, наконец, ей это удалось. Она выставила руку с мобильником вперёд и... на обочине дымилась бесформенная груда чёрного металла, отдалённо напоминающая автомобиль: чудом сохранившаяся трёхлучевая звезда не оставляла никаких сомнений в том, что это её Мерседес.

Медленно, словно двигаясь в вязком сиропе, Мари приблизилась к искорёженному автомобилю. Задней части не было, лишь смятый кузов указывал на принадлежность к транспортному средству. Из-под капота шёл дым. Очнувшись, Мари бросилась к водительской двери и дёрнула её. Не поддаётся! Мари посветила фонариком через стекло и отшатнулась, зажав рот в безмолвном крике.

Клеман сидел, неестественно откинув голову назад и словно улыбался. Вокруг рта растекались кровавые пузыри, из ушей и глаз струились красные ручейки. Сработавшие подушки безопасности и костюм Клемана были бордовыми от крови. Но не только эта картина привела Мари в ужас. Совершенно необъяснимым образом детское кресло оказалось на переднем сидении, где десять минут назад сидела Мари. Кресло было перевёрнуто вверх ногами.

Мари бросилась с другой стороны авто и рванула пассажирскую дверь что было сил. Она распахнулась и Мари вцепилась в детское кресло. Обезумев от горя, она рвала его наружу, ломая ногти и сдирая ладони в кровь. Неожиданно искорёженный Мерседес отдал свою добычу и Мари упала навзничь вместе с креслом, больно ударившись о камни. Мгновение она лежала в непристойной позе, раскрыв голую промежность Луне и звёздам, потом перевернулась.

Стефан, пристёгнутый ремнями к креслу, словно спал. Мари лихорадочно пыталась отстегнуть его от этой ловушки и через минуту ей это удалось. Она прижала обмякшее тельце сына к себе и замерла, не зная, что думать и что делать теперь дальше. Мари прислушивалась к дыханию Стефана, но не улавливала ничего.

– Мне больно, – неожиданно сказал Стефан не раскрывая глаз и, странно дёрнувшись, тоненько захрипел.

Мари быстро ощупала его и наткнулась на мокрое пятно на шортах. «Описался! – с надеждой подумала она, направляя свет окровавленного телефона на сына, о, господи! – выдохнула она и замерла».

По ножкам Стефана текла кровь. Синие матросские шортики стали бурыми, белые носочки тоже потемнели от крови. Мари на автомате набрала 112 и ей тут же ответил оператор. Мари не понимала, что от неё хотят, о чём спрашивают и только шептала: «Помогите, помогите, помогите».

Через вечность на дороге замелькали гирлянды автомобилей полиции и скорой помощи. На неё накинули плед и куда-то повели, хотели отобрать сына, но она не отдала.

– Мы вам поможем, – услышала Мари голос, полный участия и заботы.

И тогда она закричала.

– Мадам Мерлен, вынужден с прискорбием сообщить, что ваш супруг, Клеман Мерлен, получил травмы, не совместимые с жизнью и скончался на месте аварии.

Красивый доктор с седыми висками, выглядывающими из-под голубой шапочки, с сочувствующим лицом зачитывал Мари результаты вскрытия. Она сидела в приёмном покое больницы, заклеенная пластырем в трёх местах – на спине и на боку и слушала дежурного врача.

– Мои соболезнования, – добавил врач и Мари кивнула.

Она беззвучно заплакала: слёзы просто струились по её лицу, сплетаясь в причудливые ручейки и капали на грязное платье, которое когда-то было белым и летящим.

–А Стефан, – одними губами произнесла Мари, но доктор понял её.

– Ваш сын жив и ему ничего не угрожает. – Доктор замолчал, словно собираясь с мыслями. – Мы продержим его ещё дней десять. Максимум две недели.

– Зачем? – осипшим голосом спросила Мари и перевела заплаканный взгляд на врача. – Зачем держать в больнице, если с ним всё в порядке?

– Я не сказал, что с ним всё в порядке. – Доктор старался подбирать правильные слова. – Я лишь отметил, что его жизни ничего не угрожает.

– Отметили? Вы отметили?! – Мари вскочила. – Не тяните: что с ним?

– В результате полученных травм... Вследствие аварии, которая, как вы знаете, произошла из-за столкновения...

– Прекратите мямлить! – Мари сжала кулаки. – Что. Со. Стефаном?!

– Ваш сын получил травму промежности, – сухо продолжил доктор. Его мошонка раздроблена. Мы были вынуждены кастрировать вашего сына по медицинским показаниям.

– У него теперь нет... Яиц? – тихо переспросила Мари, не в силах поверить в услышанное.

– Да, мы провели орхиэктомию – операцию по удалению яичек. Но его пенис не пострадал, – поспешно добавил доктор. – Но вы теперь должны...

Мари медленно опустилась на колени и завыла, задрав голову к серому потолку. Она качалась из стороны в сторону с закрытыми глазами и скулила, как раненый зверь. Слёзы струились бесконечно, заливая платье, пропитанное потом и кровью. Потом Мари повалилась на пол и закричала.

– Дайте нашатырь, – распорядился врач, кивнув подбежавшей на шум сестре.

Не успел он приблизится к Мари, как она вцепилась ему в полы халата и завопила:

– Что вы сделали с моим мальчиком? Зачем?! Как он будет жить теперь? Кому он будет нужен такой?

– Пожалуйста, успокойтесь, – доктор сунул ватку под нос Мари, и она отшатнулась, закашлявшись. – Мы спасли ему жизнь, – добавил он и пристально посмотрел на Мари: – А нужен он, прежде всего, вам. Это ваш сын.

Мари на четвереньках отползла к стене и замерла, тихо всхлипывая. Рыдания душили её, мысли накатывали волнами, рождая новые слёзы. Потом она подняла заплаканное, опухшее лицо:

– У него теперь никогда не будет детей? – спросила Мари, цепляясь за последнюю надежду.

– Он жив. Это главное, – доктор уклонился от прямого ответа. – А будет ли он счастливым в этой жизни, или нет, зависит от вас. Надо жить дальше, Мари, – тихо добавил он.

– Надо жить дальше, – эхом отозвалась Мари и кивнула.

Она поспешно вытерла слёзы, встала с пола и повернулась к врачу.

– Отведите меня к сыну, – твёрдо сказала она.

Все 9 глав из 12 уже выложены по ссылке: https://boosty.to/giftedwriter

GW©2026