С творческим азартом, питающимся моим возбуждением от недавних событий, я взялся за монтаж фильма. С довольной улыбкой я придумал начальные титры фильма и его названия. Размышляя о том, что, возможно в фильме не хватает вступления, отметил, что имеющиеся видео с разных камер начинали всё фиксировать уже с момента активного секса. Тут меня посетила идея, как можно потом доснять начало, чтобы оно гармонично влилось в общее повествование картины. Мне не хватало для этого сцены первого совращения сына со снятием с мамы трусиков. Трусиков, которые она в этом доме не наденет уже никогда.

Люда задумчиво наблюдала за мной, а я иногда посматривал на неё немного отвлекаясь от процесса.

— Что-то ты в совсем закрытой позе сидишь, милая. Вдруг сын зайдёт и не увидит твою сочную пиздёшку.

Люда задумчиво улыбнулась и изменила позу: раздвинула ляжки и одну ногу закинула на боковину кресла, вторую широко отведя поставила на пол.

— Так хорошо? Вот ещё её открою... - раздвинула пальцами свои мясистые половые губы, чтобы бутон вульвы был максимально раскрыт.

Я довольно улыбнулся Люде и подмигнул:

— Теперь полнейший порядок.

Немного помолчав Люда спросила:

— Ты не ревнуешь меня к сыну?

— Почему ты вдруг так решила? - заинтересовался я.

— Он сношает меня чаще, чем ты, я с ним трахаюсь без тебя.

— Именно этого результата я и хотел добиться.

— Но сейчас всё становится таким странным... Я начала с ним трахатся, поскольку ты подталкивал меня к этому, я хотела сделать тебе приятно, я была охвачена страстью и уже не понимала, где мои желания, а где твои.

— И ты сама этого в итоге захотела?

— Да, захотела. И это желание во мне не проходит. Я очень хочу продолжать трахаться с сыном, и боюсь того, что ты начнёшь меня к нему ревновать.

— С чего бы это?

— Ну, ты же заметил, что я с ним быстрее кончаю? Я вообще начала трахаться и кончать от анала благодаря тебе, но это какой-то безумно страстный секс: когда сын ебёт меня в жопу. Я никогда не смогу от него сама отказаться!

— И не надо отказываться.

— Но я не хочу из-за этого потерять тебя, милый! Я тебя обожаю! Ты как будто-то смахнул пыль с моей мутной, серой жизни и я увидела солнце. Я почувствовала счастье вместо безнадёжности моего существования до этого!

Слёзы полились из глаз Людочки. Она искренне боялась потерять то счастье, что совсем недавно обрела.

Я поднялся взял Люду за руку и усадил себе на колени. Нежно обнимая и целуя её лицо я прошептал:

— Ну-ну, зайка. Что же ты вдруг расклеилась? Всё же хорошо, не плачь! Ты же сильная, стойкая!

— Да не хочу я быть сильной! Я с тобой почувствовала себя слабой и послушной шлюшкой. Мне это невероятно понравилось! Ты такой сильный, уверенный! Ты - умный, всё знаешь! Мне хочется как маленькой обезьянке обхватить тебя и никогда больше не отпускать. Смотреть в твои глаза, дышать тобой. И делать всё, что ты мне скажешь!!... Только я об одном умоляю: не бросай меня!!! - плача срывающимся голосом быстро шептала Люда.

— Я не брошу. Обещаю. По крайней мере если будешь послушной шлюшкой. - я взял ладонями её щёки и внимательно посмотрел ей в глаза - Будешь?!

— Буду! Я полностью твоя!!! Твоя шлюха! Твоя подстилка! Делай со мной что хочешь! Развращай, как хочешь! Если хочешь - опусти, растопчи меня! Я твоя полностью!!! Только не бросай меня!!!

— Хорошо... Но тебе надо быть тотально послушной и секс с сыном прекращать не в коем случае не надо. По крайней мере пока ему самому не захочется этого. Я не ревную: он молодой, много желания ебать маму. Ваш инцест - просто прекрасно! Ебать маму в жопу - это же просто отвал башки! А я один такой темп не выдержу, ведь тебя я желаю видеть в состоянии крепко, часто, максимально извращённо выебаной шлюхи. Чтобы сын ебал тебя как молодой кобелёк зрелую сучку. Ваше развращение должно продолжаться.

— Да я буду такой как ты хочешь! Мне это нравится! И... и... ох... и... я не хочу прожить такую жизнь, как прожила моя мать...

— Расскажи мне про неё. - мне стало очень любопытно покопаться во внутренних отношениях и истории этой семьи.

Сидя у меня на коленях, обнимаемая моей левой рукой и уткнувшись мне в шею лицом Людочка начала свой рассказ.

Её мама в ранней молодости была очень красивой, активной девушкой с характером, за которой ухлёстывали много парней. Никого к себе не подпускала и сквозь пальцы смотрела на ухаживания парней, но природа берёт своё, и в итоге она полюбила одного паренька и решила, что он будет её первым и единственным мужчиной. Их отношения оказались совсем непродолжительными - когда она, после нескольких раз, забеременела в 16 лет, парень, как это часто бывает, скрылся из виду. То ли в армию ушёл, толи переехал куда, то ли и то и другое. Людочкина мама всё ждала, что он вернётся, как до рождения дочери, так и пару-тройку лет после. В итоге жёсткий характер Светланы Васильевны взял верх над её девичьими чувствами и она стала жить "только ради дочери", отвергая ухаживания каких-либо мужчин, иногда появляющихся на горизонте. Чего ей это стоило Люда поняла только потом, когда до неё дошло, почему мать иногда ночью рыдает в подушку. И как-то в тему разговора сказала: не желаю быть легкодоступным для мужиков "вторым сортом". Свою сломанную судьбу она решила компенсировать воспитанием дочери "в строгости". Давая Людочке установки, что любые отношения с мужчиной должны быть только после свадьбы, и не должно быть никакого "блуда и распущенности". Люде с её растущим горячим темпераментом и мощным либидо было крайне тяжело терпеть такие установки, но жёсткое воспитание мамы приучило её быть послушной дочерью.

В итоге мама подобрала Люде "выгодную партию" - будущего мужа Игоря, родители которого, далеко не бедные и очень властные люди, хотели подобрать для своего ленивого борчука подходящую послушную и скромную жену. "Выкрутив руки" сыночку, они заставили его женится на Людмиле. Но отношения не задались: постоянное вмешательство в жизнь молодых родителей Игоря и несправедливые придирки свекрови довели Люду до срыва. А когда Людочка родила сына стали изводить её разговорами, что сын не от Игоря, так как "не похож на отца". Лёша действительно пошёл скорее в Людину породу и больше походил на её сбежавшего отца.

Несправедливые обвинения в неверности окончательно отвратили Люду от семейной жизни с нелюбимым и ленивым мужем, который на родительские деньги занимался прожиганием жизни. Надежда его родителей, что у беспутного сыночка проснётся ответственность за семью оказались абсолютно наивными, в чём они опять же обвинили "не такую" невестку.

В один прекрасный день, Люда собрала пожитки и маленьким сыном переехала в снятую комнатушку, ведь её мама категорически отказалась её приютить и заставляла терпеть не сложившийся брак. Только спустя пару лет, Светлана Васильевна заболела и позвала дочь жить у неё и помогать в домашнем хозяйстве. Несмотря на воссоединение мамы и дочери, отношения между ними были сложными: Светлана Васильевна постоянно старалась властвовать над дочерью, но периодически натыкалась на сопротивление Люды. Тогда властная женщина переключалась на внука, не находя с его стороны такого сильного сопротивления своим указаниям, а дочери категорически не позволяла "блудить", терпя то, что тотального подчинения всё-таки не было. Людмила же в итоге стала погружаться в вялотекущую депрессию из-за невозможности, по её мнению, устроить свою личную жизнь, работая продавцом за небольшую зарплату. А когда у Людмилы намечалась хоть какая-то перспектива устроить личная жизнь, у её матери "обострялась невралгия и отказывали ноги". Так они и жили втроё в своём несчастном, депрессивном состоянии. И Людмилу периодически накрывала лютая тоска от того чуства безысходности, которое её сковала. Ведь она в юности себе давала зарок, что не повторит судьбу своей несчастной обозленной и очерствевшей матери.

Встреча со мной стала для Люды надеждой на выход из опостылевшого состояния. Она с радостью предалась тому разврату, который я ей предложил, поскольку внутренне и неосознанно его хотела.

— Я понимаю тебя... - подытожил я, - Повторю тебе: будь абсолютно послушной и ты будешь со мной. Сейчас мне с тобой приятно и интересно, ты разжигаешь во мне страсть и интерес. Мне нужна послушная шлюха, и если ты будешь такой, то у тебя тогда будет интересная, насыщенная жизнь. Я тебе обещаю.

— Правда?! - Люда с надеждой смотрела на меня красными от слёз глазами.

— Правда. - уверенно ответил я, - ну, а сейчас встань передо мной на колени.

Люда буквально грохнулась коленями на пол и покорна стала ждать моих дальнейших указаний. Я же протянул ей свою руку ладонью вниз и чётко и твёрдо и произнёс:

— Целуй мою руку!

Люда быстро, но очень аккуратно взяла мою ладонь в обе своих руки и чувственно прильнула губами к ней. Сначала задержав первый поцелуй, шлюха через несколько секунд стала покрывать всю остальную часть кисти медленными поцелуями.

— Целуй мой хуй, - продолжил я. С лёгкой, едва заметной улыбкой моя шлюшка придвинулась к моему члену.

— Без рук!

Людочка стала покрывать мой член такими же поцелуями, какими она целовала руку. Через полминуты я отдал новый приказ:

— Целуй мне ноги.

Зыркнув на меня, и увидев, по выражению лица, что я не шучу, шлюшка припала к моим ступням и покорно стала их целовать. Я убедился в том, что прекращать это она не собирается, приподнял её за плечи, и, оставив стоять на коленях подошёл к шкафу со своими сексуальными аксессуарами. Люда покорно оставалась стоять на коленях и ждала дальнейших моих действий. Я достал с верхней полки коричневый проклёпанный собачий ошейник из натуральной толстой кожи шириной сантиметров пять. Расстегнув его я повернулся к своей шлюшке-сучке:

— Отныне и навсегда я - твой хозяин, а ты - моя сучка. Ты принадлежишь мне.

В знак этого я надену на тебя ошейник.

Людочка с серьёзным выражением лица и немного отрешённым взглядом внимательно выслушала меня, и, закрыв глаза, подняв подбородок подставила свою шею. Руки она сложила спереди, как у собачки, служащей ради кусочка лакомства.

Я не торопясь одел и застегнул ошейник у неё на шее. После этомо она взяла мои руки, и, сначала прижалась к ним лицом, а потом снова стала их целовать. Я освободил правую руку и стал гладить её по голове, приговаривая:

— Хорошая девочка, моя сучка. Служи хозяину! А сейчас иди к сыну и потрахайся с ним как следует в жопу, чтобы он кончил, и принеси в прямой кишке его сперму. Вообще отныне твоя обязанность - по первому же его желанию подставлять свою задницу. И не важно подготовлена она к ебле или нет, путь даже тебе придётся потом сосать его хуй из грязной жопы, ты обязана это делать. Поняла меня?!

— Да, хозяин! Я буду делать всё, что ты хочешь! Я твоя послушная сучка!!! - горячо заверила меня Людочка, преданно глядя мне в глаза.

— Всё, беги!

Шлюха сорвалась с места и, тряся жопой, побежала подставлять свой анус сыну. Через некоторое время из спальни Лёхи стали доносится стоны, вскрики и шлепки тела о тело. Под эти прекрасные звуки я продолжил монтаж своего домашнего видео. Как раз к тому моменту, когда я закончил свою работу Люда вернулась вся растрёпанная и раскрасневшая рукой, придерживая свою заднюю дырку.

Увидев её я коротко приказал:

— На колени!

Шлюшка мгновенно выполнила мой приказ и встала передо мной на колени. Я подставил позади неё заранее приготовленное блюдце.

— Давай, вставай на корточки и. вытуживай в него сперму!

Люда преданно глядя мне в глаза начала тужится растраханным анусом в блюдце. Вместе с выходящим воздухом в подставленную посуду упало несколько плюх спермы.

— Кажется всё - промолвила мама-шлюшка.

— Поставь блюдце на пол перед собой и слизывай с него сперму сына.

Я заметил, что сгустки спермы были слегка желтоватого оттенка. Видимо Людина подготовка промывкой прямой кишки к сношению заканчивала своё действие. Я посчитал это хорошим дополнением к опусканию похотливой шлюхи. Она же, медленно, с явным удовольствием, как собачка стала тщательно слизывать с блюдца сперму сына. Я пристегнул к её ошейнику поводок, и, встав на полусогнутых сзади, стал с ходу интенсивно сношать сучку в жопу.

— Как сынок, хорошенько оттрахал твой зад? Вижу спермы он выдал много...- сказал я, заметив, что остатки спермы пенятся на моём, всаживаемом в очко шлюхи хуе.

— Да! Ах... ах... хорошо... мощно...ох... понравился... ему... ошейник... - со стонами отвечала мне Люда, - всё тянул за него... и называл.... ааах... "моей сучкой"!

— Молодец, парень! Понимает, как с мамой надо обращаться, чтобы ей приятнее было.

Я вытащил хуй из жопы сучки и потянув её за поводок, придвинул член к её рту:

— На вот, пососи хуй в сперме твоего сына из твоей грязной жопы.

Даже не поморщившись Людочка, с наслаждением закрыв глаза и с тихими стонами стала обсасывать мой член.

— Надо повторить! - сказал я.

— О... да... - ответила шлюшка-мама.

После я несколько раз вставлял хуй в жопу сучке и, сделав десять-двадцать фрикций, вытаскивал и сразу совал его шлюхе в рот для обсасывания. Люда то закрывала глаза от удовольствия, то открывала и преданно смотрела мне в глаза. В итоге, она сося и интенсивно надрачивая мой хуй добилась того, что я добавил ей врот к сперме сына свою сперму.