Во всем районе  Полину Сергеевну знали как ответственного и весьма талантливого педагога. Далеко за пределами сельской школы было известно её имя, но мало кто задумывался, что в действительности завучем школы она не является, а только по своей добросовестности подменяет вечно больную и нервную Авдотью Карловну. Полине, так фамильярно её называли за глаза, и так досталось бы место завуча после ожидаемого ухода располневшей с годами старухи, но служебное рвение и сознательность учительницы от этого не ослабевали.

Молодая ещё женщина, выпускница городского пединститута отработала в городе почти десять лет и вернулась в родное село с сыном. Безупречная во всем, Полина поражала сельчан своей благородной внешностью: строгость и элегантность нарядов соблюдалась ею не только в школе, даже в делах домашних и на отдыхе, что случалось чрезвычайно редко, она умудрялась содержать одежду с тщательной аккуратностью. И тем более удивительно, что такая способная учительница сама выбрала себе жизнь в глухомани. Сын её, Максим, в городе закончил 7 класс и под надзором матери рос исполнительным и послушным мальчиком, но чрезмерная опека неизбежно породила в мальчишеской натуре не только рассудительность, но и безынициативность.

В школе Полина Сергеевна являла собой непоколебимый авторитет и даже директор чувствовал собственную ограниченность в присутствии городской и весьма эффектной барышни. Но главная заслуга состояла в том,   что её кипучая деятельность была не показной, а приносила вполне осязаемые результаты: все выпускники, которые вообще способны иметь стремление, легко поступали в учебные заведения и в районе негласно удостаивались знака качества. Сама  безупречность внешнего вида и аристократическая речь завуча вызывали невольное уважение даже у школьных хулиганов  и немое обожание у всех девчонок без исключения. Высокая, стройная блондинка с прямыми ниже плеч волосами, эта женщина казалось всем непогрешимой, что и сыграло дурную шутку - никто из сельчан так и не рискнул к ней посвататься, кроме ленивого и беззаботного председательского сына, но тот получил отставку после первого же свидания.

По своему образованию Полина Сергеевна вела математические предметы и нагрузка  занимала большую часть её времени. Оставалось загадкой, как ей удается черпать в себе силы ещё и для руководства учебной частью, но Полина не подавала виду, никто не видел её усталой и раздражительной. Не был исключением и сегодняшний урок геометрии для одиннадцатого класса.

— Ребята, будьте повнимательней, - ласковым голосом говорила учительница, - мы сегодня с вами разберем самые распространенные ошибки в контрольной. Панков, выйди к доске и начерти треугольник из четвертой задачи.

В глазах всех двадцати двух учеников Полина была неразрешимой загадкой: её длинные ноги в чулках вызывали нескромное любопытство, но строгая юбка ограничивала пошлые фантазии уже на середине бедра; её объёмистый бюст вызывал желание, но лацканы её строгого пиджака скрывали самое интересное; наконец, её губы так ласково улыбались каждому, но строгие глаза возвращали воздыхателя на землю. Мальчишки, кто сильнее, кто меньше были в неё влюблены, а оттого робели от её требовательного взгляда и если уж приходилось выйти к доске, то делали это с радостью, но боялись ударить лицом в грязь перед всем классом. Подростковая их энергия била через край, но в руках Поли все они превратились в смирных и послушных учеников. Однако, на этот раз её строгое внимание пало не на робких и влюбленных.

— Катя, подними глаза на доску. - Полина Сергеевна выждала несколько секунд и громко стукнула деревянной указкой по столу, чтобы привлечь внимание. - Пятаева! Катя Пятаева! Положи на стол свой телефон и смотри на доску. Панков для тебя объясняет теорему, если ты решила забить на учёбу, то сделай одолжение, закончи этот год хотя бы на тройки.

Весь класс притих, с любопытством оборачиваясь на двоечницу. Ей бы уйти после девятого, но директор сжалился над Катиной матерью и оставил молчаливую девочку в школе. Перед одноклассниками та напустила на себя невозмутимый вид, отложила телефон и её дерзкие глаза устремились на объясняющего теорему Панкова. Урок прошел без происшествий и в конце Полина Сергеевна попросила Катю остаться для разговора.

Что касается внешности Пятаевой - она была склонна к полноте. Но в чудесные годы юности этот телесный недостаток дает неоспоримые преимущества - далеко не у каждой ее сверстницы развился такой роскошный бюст и такие аппетитные бедра. Рослая и рано повзрослевшая, Пятаева и своей одеждой бросала вызов окружающим: её плиссированная миниюбка была так коротка, что едва прикрывала пухлые, не по-девичьи сочные ягодицы, а топик без лифчика позволял видеть контуры объемистых грудей и сосочков. Во всей школе мало, для кого оставалось загадкой, что каждый день на ней бывают надеты миниатюрные белые стринги. Вульгарная и молчаливая, она подсела к столу учительницы и взглянула с вынужденным вниманием.

- Катя, я хочу, чтобы ты была со мной полностью откровенной. Ходят слухи, что физрук заставляет тебя...как бы это помягче выразиться...торговать телом.

Девушка смотрела на учительницу с кристально чистой пустотой в глазах и никакого ответа - ни положительного, ни отрицательного - от неё не последовало.

— Катя, пойми же ты, - не унималась Полина, - тебе достаточно признаться и я смогу тебе помочь. Скажи, Сергей Анатольевич правда трогает тебя за интимные места?

— Правда. И что? В полиции я все равно ничего не подпишу.

Ответ девушки был дерзким, она метнула на учительницу надменный взгляд, поднялась и с напускным достоинством вышла из класса, цокая высокими каблуками по деревянному полу. Полина Сергеевна опустила голову на ладони, такой тяжелой задачи перед ней ещё не стояло - по слухам ученицу открыто втягивали в проституцию, а школа не могла ничего поделать, да и вообще, весь формальный подход педагогики и юриспруденции давал сбой. Девочке бы оказать сопротивление совратителям, но её занимал лишь очень узкий круг интересов: деньги, собственная внешность, наряды и удовольствия - как раз этого и было в изобилии у физрука. От беспомощности хотелось плакать. Тогда Полина достала телефон и в очередной раз набрала номер своего бывшего одноклассника, занимавшего теперь должность районного участкового:

— Алло, добрый день!

— Полина, привет! В школе опять что-то произошло? Мальчишки взяли лишний рогалик в столовой?

— Нет, слава богу, я на счет Пятаевой Кати. Я точно знаю, что наш физрук её совращает.

— Полина Сергеевна, а доказательства имеются? Пятаева подпишет заявление? Полин, ты пойми, я не могу приезжать к вам из района каждый раз, когда у тебя возникают подозрения. Их к делу не пришьёшь и без заявления потерпевшей  ничего поделать нельзя, к сожалению. Так уж устроена судебная система.

На этом их разговор и закончился. Участковый в десятый раз со всей возможной вежливостью объяснил Полине всю сложность сбора доказательств, а та лишь кусала губы и едва не плакала от бессилия. Оказывается, чтобы поймать преступника, нужны более сообразительные и менее толстые люди, чем полицейские. Будет лишним упоминать, в каком расположении духа Полина вышла из класса и проходила через школьный вестибюль, она буквально сгорала от желания самолично наказать растлителя в учительском облике. Внезапно её внимание привлекла шумная толчея и разговор на повышенных тонах. Когда завуч приблизилась, школьники расступились, а физрук, молодой мужчина крепкого сложения, так и держал хулигана за ухо.

— Сергей Анатольевич, что здесь происходит? - Громко спросила завуч.

— Ничего не происходит, - с видимой покорностью ответил физрук, - я поймал хулигана, хотел отвести к директору.

— И что он натворил?

— В туалете на стене написал маркером кое-что.

— Так, во-первых, отпустите его ухо, - скомандовала Полина, - а, во-вторых, физическое насилие - это не метод воспитания!

— А чего, мне с ним сюсюкаться? Тогда эти черти нам с вами на голову сядут и ножки свесят. Наказать его надо хорошенько, порядок в школе можно навести только силой!

Перед Полиной Сергеевной предстала её противоположность, такой человек, которому в школе разрешается орать на детей, только потому, что он имеет соответствующий диплом, а сама должность, похоже, не требовала от него никаких усилий, кроме получения жалования и ношения спортивной формы, когда это было удобно. Тем не менее, под взглядом Полины физрук вынужден был отпустить хулигана, но, униженный прилюдно - очередной раз педагогика взяла верх над грубой силой - смотрел на завуча полными ненависти глазами. Однако, и вступать с Полиной в прямую конфронтацию было бы недальновидно - не ровен час, она займет пост директора школы. Полина сама отвела хулигана к директору, а прежде лично зашла в ученический туалет и оценила его художества.

В кабинете директора  Полина Сергеевна молча наблюдала, она будто оценивала способности директора распекать провинившихся сорванцов, вдруг она увидела в окно тревожную картину. Физрук стоял на крыльце школы, когда на территорию въехала иномарка и её водитель, как оказалось, приятель физрука, подошел и поздоровался с ним долгим рукопожатием. Недолго мужчины поговорили, чужак обнял Пятаеву за плечи и повел к своей машине.

— Анатолий Иваныч, я выйду на минуту.

Полина выбежала из кабинета и стремительно направилась к стоянке. Она успела подбежать к машине и за руку вывести ученицу силой.

— Так! Что здесь происходит? Кто вы такой и почему увозите эту девочку?

— Тихо, тихо, всё в порядке, - к машине подоспел физрук, - никто никого не увозит, это друг Катиного отца, он просто отвезет её домой.

— У Пятаевой нет отца! Убирайтесь отсюда, пока я не вызвала полицию, ваш номер я запомнила, будьте уверены.

Мужчины молча переглянулись и чужак что-то шепнул на ухо приятелю.

— Полина Сергеевна, пойдемте ко мне в спортзал и я вам всё объясню. Вы неправильно поняли, оттого и испугались. А зря.

Завуч стояла с суровым видом и скрещенными на груди руками, она обдумала предложение физрука и согласилась выслушать его в надежде найти лишние доказательства преступления. С поднятым подбородком и напускным достоинством она шла перед мужчинами с таким видом, будто сама вела их на эшафот. Уже в спортзале, не успела завуч дойти до кабинета физрука, когда его приятель защелкнул замок изнутри и Полина резко развернулась.

— Соска! Ты меня не узнаешь? - Дерзко спросил чужак.

Физрук опешил от неожиданной выходки приятеля, но дальнейшее совершенно ошеломило - тот начал расстегивать брюки и резким рывком спустил их вместе с трусами, а взглядам присутствующих представился его свисающий из курчавых зарослей толстяк.

— Какого хрена ты творишь?! - От удивления физрук подскочил к приятелю, но тот лишь отстранил помеху рукой и указал ему на лицо завуча.

Полина и правда являла собой любопытное зрелище: её плечи бессильно опустились, щеки залились краской, а умные глаза вдруг помутнели.

— Соска, покажи нам свою бабочку! - Голосом, полным язвительной насмешки, приказал чужак.

Полина покорно развернулась вполоборота, обеими руками задрала серую юбку с правой стороны и приспустила фиолетовые кружевные трусики, чтобы продемонстрировать мужчинам цветную татуировку бабочки на правой ягодице.

— Я её сразу узнал, она же лет семь-восемь назад в нашем городе была знаменитой проституткой  Поля-соска. Она тогда училась в педе. У неё же слабость к членам - стоит мужику хрен достать, она сразу готова отдаться.

Физрук не мог поверить своим глазам, он смотрел на задницу их образцовой учительницы Полины Сергеевны и это казалось ему невероятным сном.

— Блин, я бы сейчас развлекся с Соской по старой памяти, но времени нет, надо вести вашу шлюшечку на заказ. Клиент ждёт, а желание клиента - закон.

Мужчина наспех заправил штаны, насмешливо чмокнул Полю в губы и скорым шагом вышел из спортзала. Физрук, всё ещё не веря в реальность происходящего, запер дверь и сразу вернулся.

— Полина, отсоси мне!

Он смотрел на завороженную женщину, она мелко дрожала, но не двигалась и вообще никак не отреагировала на его слова. Тогда Сергей Анатольевич догадался спустить свои спортивные штаны и, когда Поля увидела его напряженный обрезанный член, её безумные глаза заблестели, она сама подошла и коленками опустилась на пол, чтобы взять ртом набрякшую головку.

- Оуу, вот это реально рабочий ротик! Так, хватит, вставай!

Физрук растерялся от открывшихся перед ним перспектив.

— Соска, покажи мне свои сиськи. Нет! Лучше иди к матам. Так, а теперь вставай по-собачьи.

Мысли путались в голове физрука от тех возможностей, которым он не знал границ и которые позволяли подчинить себе безукоризненную учительницу. Когда Поля покорно опустилась на четвереньки, сама сгорая от внезапно вспыхнувшего желания, он огладил её аппетитную попку и с трудом натянул узкую юбку на ягодицы. Лучше было сделать это ещё стоя, но физрук сейчас  слишком плохо соображал. Он с наслаждением стянул с дрожащей бедняжки её кружевные трусики, устроился за станком и без всякой прелюдии с легкостью  ввел член в мягкую, гостеприимную и очень мокрую щелку. Поля протяжно застонала, будто мужчина облегчил какой-то давно досаждавший ей зуд. При каждом его толчке она как безумная мотала головой, втягивала воздух сквозь зубы и возбужденно стонала. Сам её развратный вид, её стоны, роскошная белая попка не оставляли физруку шансов продержаться слишком долго и, когда оргазм накатил, он вытащил мокрый пенис, потянул Полю за волосы и та благодарно раскрыла рот. Сперма сразу хлынула на высунутый язычок. 

Довольная, Полина облизнула губы, бессмысленно улыбнулась и рухнула спиной на мат. Наступила тишина, эхо спортзала смолкло и Сергей Анатольевич в блаженстве мечтал и благодарил судьбу за такой роскошный подарок в виде умелой любовницы. Однако, уже через несколько минут маска тяжелого страдания отразилась на  лице Полины. Женщина тяжело приподнялась, стыдливо поправила юбку и руками брезгливо обтерла подбородок. Она не знала, что сказать физруку, даже ненависти не читалось в её глазах - только стыд, беспомощность и отвращение.

— Ты что, пришла в себя? - Испуганно спросил насильник.

Ему было не по себе от перемен в лице завуча и теперь, когда она вернулась к своим полномочиям, его могли ждать очень серьезные проблемы. Приходилось идти до конца и, взвесив  положение, он даже  почувствовал себя в праве настолько, что даже осмелился встретиться глазами с Полиной.

— Значит так, соска!

Полина задрожала от злости, но вовремя сдержалась, её возмущение осталось невысказанным. Она не имела достаточно сил, чтобы выдержать взгляд злодея и робко опустила лицо.

—   Значит так, соска, - продолжил тиран, - с завтрашнего дня ты - моя шлюшка и одеваться в школе ты будешь более откровенно, как Пятаева. Никаких трусов, никакого бюстгальтера, только короткая юбка и просвечивающая блузка. Если ты попробуешь ломаться, я отдам тебя Антону и ты снова поедешь в район заниматься своей давней профессией. Ты поняла?

Полина, подавленная насилием и шантажом, покорно кивнула. Она сидела с опущенной головой и только сейчас приходило понимание, какую власть над ней  получил этот тупой и склонный к плотским утехам изувер.

— Поля, - голос мужчины зазвучал мягко и дружелюбно, - ты продолжишь работать как и прежде, просто иногда я буду приглашать тебя для развлечения. Хорошо? Но если ты ещё раз вмешаешься в мою работу и при всех будешь меня позорить, я тебя растопчу... ну ты поняла...

Злость и мелкая мстительность физрука была гораздо богаче его словарного запаса.