Автобус остановился у ворот с выцветшей табличкой "Domaine de la Rose Provencale". Артем вытер пот со лба и толкнул Дениса в плечо:

— Хорош дрыхнуть. Мы на месте, просыпайся.

Денис открыл глаза, зевнул и посмотрел в окно. Виноградник рос почти до самого горизонта, аккуратные ряды лоз уходили вдаль, теряясь в мареве июльского полудня. Воздух вокруг дрожал от жары.

— Красиво, - сказал Денис. - Но работать здесь будет жарко.

— Зато платят хорошо, - напомнил Артем, поднимаясь с сиденья. - Год здесь поишачим – и валим назад. Откроешь бургерную, или что ты там хотел...

— Кофейню с выпечкой!

— Угу. Кофеен у нас в городе мало. На каждом углу торчит, аптека, кофейня, разливайка...

Ворча и лениво переругиваясь, друзья выгрузили рюкзаки и пошли к главному дому. Старый французский особняк девятнадцатого века с персиковыми стенами и зелеными ставнями выглядел как на туристической открытке.

У крыльца их уже ждала хозяйка.

Мадам Вивьен была высокой стройной женщиной лет пятидесяти с седыми волосами, собранными в небрежный пучок. Выглядела она для своих лет довольно хорошо.

— Bonjour, - сказала она с легким акцентом. - Артем, Денис?

— Да, мадам, - ответил Артем по-английски.

— Говорите по-русски, я все понимаю, - улыбнулась Вивьен. – Училась у вас в университете, правда, это было давно... Пойдемте, покажу ваш домик.

Она повела их через виноградник к небольшому каменному строению у края участка. Внутри было чисто, но скромно: две койки, стол, стулья, душевая кабина за занавеской.

— Начинаете завтра, с шести утра, - сказала Вивьен. - Жак, мой управляющий, покажет, что нужно делать. Работаете до двух, пока не слишком жарко. Завтрак и обед вам приносят сюда. Вопросы?

— Нет, мадам, - сказал Денис.

Вивьен окинула их долгим взглядом – изучающим. Оценивающим. Под этом взглядом Артем чувствовал себя неловко, словно она могла видеть его насквозь.

— Отдыхайте, - наконец сказала она. - Ужин в восемь в главном доме, если захотите. Приходите.

Когда она ушла, Денис рухнул на койку и застонал:

— Жесть здесь жарко. Я не выдержу.. Помру.

— Не помрешь, - усмехнулся Артем, разбирая свой рюкзак. - Выживем. Помни про деньги.

Первые две недели оказались именно такими адски жаркими, как и предсказывал Денис. Солнце Прованса начинало палить с утра, превращая виноградник в раскаленный ад. Они обрезали сухие лозы, подвязывали молодняк, пололи сорняки, таскали ведра с водой для полива, в общем, делали все то, что обычно делают работники на винограднике. Их руки покрылись мозолями, спины болели, кожа покраснела и облезла, несмотря на то, что они работали в широких садовых шляпах.

Жак, пожилой управляющий с бесцветным лицом дохлой скумбрии, почти не разговаривал, только показывал жестами, что делать. Остальные работники, местные, были заняты своим делом и не обращали на новых стажеров никакого внимания.

Но Вивьен наблюдала за ними. Артем часто ловил ее взгляд, когда она выходила на террасу главного дома с чашкой кофе. Она стояла у перил и смотрела на виноградник, и Артем чувствовал, что она смотрит именно на них с Денисом. Не на Жака, не на других работников, а на них.

— Слушай, мне кажется, она с прибабахом, - пробормотал Денис как-то вечером, когда они лежали на койках, слишком измотанные даже для того, чтобы сходить на ужин в особняк. - Все время пялится на нас.

— Просто проверяет, как работаем, - отмахнулся Артем, хотя сам чувствовал примерно то же.

Однажды, на третью неделю их работы, Вивьен подошла к ним в винограднике. Она была в широкой соломенной шляпе и солнечных очках. В руках была бутылка минеральной воды.

— Попейте, - сказала она, протягивая бутылку. - Жак говорит, вы хорошо работаете.

— Спасибо, мадам, - сказал Артем, жадно делая несколько глотков и передавая бутылку Денису, хотя в первую секунду ему хотелось иронично спросить: «Жак умеет разговаривать?»

Вивьен сняла очки и внимательно на них посмотрел. Ее глаза были серо-зелеными, как море перед штормом.

— У вас... мягкие руки, - сказала она неожиданно. - Для такой работы слишком мягкие. И лица... - Она помолчала. - У вас лица поэтов, а не... не крестьян.

Артем не нашелся, что ответить. Денис покраснел.

— Сегодня обязательно приходите на ужин, - добавила Вивьен. - В восемь. Хочу поговорить с вами.

Она ушла, оставив их в недоумении.

— О чем она? - пробормотал Денис. - Что за странные комплименты? Поэты? Крестьяне?

— Понятия не имею, - сказал Артем. - Но на ужин идти надо. Вдруг прибавку предложит.

— Ага, на губу себе не наступи, раскатал на пол-виноградника.

Они заржали и продолжили чистить виноградник.

В восемь вечера они постучали в дверь особняка, вымытые и переодетые в чистые футболки и джинсы. Вивьен открыла сама, в легком шелковом платье сиреневого цвета. Платье удивительно ей шло.

— Проходите, - сказала она, улыбаясь.

Столовая была роскошной - высокие потолки с лепниной, старинная французская мебель. Картины на стенах смотрелись как из исторических фильмов.

Стол был накрыт на троих: белая скатерть, серебряные приборы, хрустальные бокалы, свечи.

— Садитесь, - Вивьен указала им на стулья.

Она подала ужин сама - тушеную баранину с розмарином, салат с помидорами, свежий хлеб, сыр. Налила красного вина в бокалы.

— Пейте, не стесняйтесь, - подбодрила она. - Это наше местное вино, домен де ла Роз Провансаль. Попробуйте. Вы тоже принимаете участие в его изготовлении.

Артем и Денис слегка отпили из бокалов, чувствуя себя не в своей тарелке в этой роскоши. Вивьен медленно ела, наблюдая за ними.

— Скажите, - заговорила она наконец, отпив вина, - вы довольны работой? Условиями?

— Да, мадам, - быстро ответил Артем. – Мы всем очень довольны.

— Правда? - Вивьен улыбнулась. - Я смотрю... как это правильно сказать... вижу ваши руки. Вижу, как вы устаете. Виноградник - тяжелая работа. Слишком тяжелая для таких... нежных молодых людей. Сколько вам лет?

— Девятнадцать, - сказал Денис, - но мы справляемся.

— Справляетесь, - согласилась Вивьен. – Но... должны ли? - Она отложила вилку и наклонилась вперед, глядя на них серьезно. - У меня есть к вам предложение. К вам обоим. Я готова платить вам в два раза больше, если вы согласитесь работать не на винограднике, а в доме.

Артем и Денис переглянулись. Двойная оплата, большие деньги. Они не рассчитывали всерьез на такого рода предложения.

— Что... что именно нужно делать? - осторожно спросил Артем.

— Уборка дома, готовка, уход за садиком около дома, - перечислила Вивьен. – Ничего сложного... женские обязанности, как мы говорим. Домашние дела. Ничего физически тяжелого, но требующего внимания, аккуратности, терпения.

— Мы... мы не очень умеем готовить и убирать, - сказал Денис неуверенно.

— Я научу, - мягко сказала Вивьен. - Я научу вас всему. У меня есть время и желание. Вы оба... - Она снова окинула их взглядом, и в ее глазах было что-то теплое и хищное одновременно. - Вы слишком прекрасны для грубой работы. Позвольте мне раскрыть вашу истинную природу.

Артем не понял, что она имела в виду, но двойная оплата выглядела слишком привлекательно, чтобы отказываться.

— Мы согласны, - сказал он, глядя на Дениса. Тот кивнул.

— Прекрасно, - Вивьен довольно улыбнулась. - Завтра вы переедете в этот дом. Я подготовила для вас две комнаты на втором этаже. Смежные, с общей ванной. Приносите вещи завтра утром.

Она встала, подошла к буфету и достала две аккуратные стопки одежды.

— Это ваша новая рабочая одежда, - сказала она, протягивая каждому по стопке. - Примерьте завтра. Думаю, размер подойдет.

Артем развернул одежду. Мягкая рубашка персикового цвета, легкие светлые брюки, и... фартук. Белый фартук с тонкими кружевами по краю.

Денис хихикнул:

— Мадам, это... это немного...

— Немного что? - спросила Вивьен, подняв бровь.

— Женственно, - закончил Денис, краснея.

— И что в этом плохого? - Вивьен улыбнулась. - Фартук защитит вашу одежду. Тем более, никто кроме меня вас не увидит... Если вы сами не захотите.

Артем не нашелся, что ответить. Вивьен проводила их до двери.

— Спокойной ночи, мальчики, - сказала она. - Завтра начнем ваше настоящее обучение.

Комнаты на втором этаже главного дома оказались роскошными. У Артема была спальня с большой кроватью под балдахином, туалетным столиком с зеркалом, мягким креслом у окна. У Дениса - похожая, чуть поменьше. Ванная комната между комнатами была просторной, с большой чугунной ванной на ножках, большим зеркалом и полками, заставленными какими-то флаконами и баночками.

— Шикарно! Прямо как в отеле, - восхищенно сказал Денис, разглядывая комнату. – Артем, мы в шоколаде! Живем как дворяне, денег в два раза больше, и это все – просто за уборку и готовку!

— Ага, - согласился Артем, садясь на кровать. Матрас был мягким, постельное белье пахло лавандой. - Только не понимаю, зачем ей это. Могла нанять кого угодно за гораздо меньшие деньги.

— Может, она одинокая, - предположил Денис. - Хочет компанию. А тут мы, такие красивые.

— Может быть, - пробормотал Артем, но чувство беспокойства не проходило.

На следующее утро Вивьен разбудила их в семь, постучав в двери комнат.

— Доброе утро, - сказала она бодро. - Одевайтесь в рабочую одежду и спускайтесь на кухню. Начнем с завтрака.

Артем надел льняную рубашку и брюки. Ткань была удивительно мягкой, приятной для тела. Фартук он повязал с некоторым смущением, но, глядя на себя в зеркало, подумал, что выглядит не так уж глупо. Скорее... мило. По-домашнему.

Денис постучал в его дверь, уже одетый. Он тоже был в фартуке и тоже выглядел смущенным.

— Выглядим как два идиота, - пробормотал он.

— Переживем, - сказал Артем. – Деньги, бургерная... ой, прости, кофейня! Помни, ради чего мы тут.

На кухне Вивьен уже ждала их, в легком белом халате, с неизменной чашкой кофе в руке. Она окинула их взглядом и широко улыбнулась:

— Прекрасно. Просто прекрасно. Вы восхитительны.

Артем почувствовал, что краснеет от такого комплимента.

— Давайте начнем, - сказала Вивьен, ставя чашку. - Первое правило приличного дома: завтрак начинается с хорошего настроения. Кофе, свежий хлеб, фрукты. Сейчас покажу, как я люблю.

Она начала учить их - как молоть кофе, заваривать его в медной турке, как нарезать хлеб ровными ломтиками, как красиво выкладывать фрукты на тарелку. Ее голос был спокойным, ободряющим. Когда Артем неловко пролил кофе, она не рассердилась, а лишь мягко взяла его руку, направляя движения:

— Помедленнее, мой дорогой. Не спешите. Я вас не тороплю.

Ее прикосновение было теплым, почти материнским. Артем непроизвольно расслабился.

День прошел быстро. Вивьен показывала им, как убирать дом - не просто пылесосить и вытирать пыль, а делать это правильно, с вниманием к деталям. Как полировать мебель, чтобы старое дерево блестело. Как гладить рубашки, чтобы не было ни одной складки.

— Домашние дела - это искусство, - говорила она. - Если относиться к ним как к рутине, они превращаются в каторгу.

Артем и Денис слушали, удивляясь тому, как Вивьен говорила об уборке, словно о чем-то священном. Но ее слова имели смысл. К концу дня, когда они закончили убирать гостиную, и она засияла чистотой, Артем почувствовал странное удовлетворение.

— Видите? - Вивьен стояла в дверях, глядя на комнату. - Вы создали красоту. Это ваша работа. Гордитесь ею.

Она подошла к Артему, погладила его по голове, как ребенка.

— Ты молодец, - сказала она тепло. - Оба вы молодцы.

Денис улыбнулся, явно довольный похвалой. Артем тоже почувствовал теплое чувство в груди. Когда в последний раз его кто-то так хвалил? Он не помнил, чтобы его мать говорила ему что-то подобное.

Вечером, лежа в своей роскошной постели, Артем думал о прошедшем дне. Он чувствовал усталость, но другую - не физическое изнеможение, как на винограднике, а приятное утомление после хорошо сделанной работы, которую любишь. И он все еще ощущал прикосновение Вивьен к его волосам.

За стеной послышался голос Дениса:

— Спишь?

— Неа, - ответил Артем.

— Странный какой-то день был, - сказал Денис. - Но... мне понравилось. Она вроде добрая.

— Да, - согласился Артем. - Добрая.

Он закрыл глаза и провалился в сон.