Автобусная остановка была пустынной в этот час, только жёлтый свет фонаря дрожал в предрассветной сырости. Джордан пришла раньше — Тоня увидела её силуэт издалека, сгорбленный, будто под невидимым грузом. Подруга не обернулась на шаги, только когда Тоня вплотную подошла, та резко вздрогнула, словно пойманная на чём-то.

Она не смотрела на Тоню, её голос звучал прерывисто, словно она задыхалась между словами.

— Мама думает, что я... что я сделала это нарочно, — Джордан прошептала, сжав кулаки. — Будто я... будто я мечтала об этом.

— Она даже не слушала меня, — Джордан прошептала, глядя в мокрый асфальт под ногами. — Она считает, я специально зарегистрировалась в этой ёбаной системе, чтобы... чтобы её бойфренд мог меня трахнуть вместо неё.

Тоня шарахнулась назад, будто Джордан ударила её по лицу.

— Ты серьёзно?

— Это ещё не самое худшее, — Джордан достала телефон. Экран светился синим в темноте, отражаясь в её мокрых от слёз глазах. — Я пыталась изменить профиль. Посмотри, что случилось.

Экран телефона Джордан светился холодным синим светом. Тоня наклонилась ближе, чувствуя, как волосы встают дыбом на её шее. На экране красовался профиль Джордан в системе «Надёжного согласия» — её школьное фото, домашний адрес, даже номер социального страхования. «Неограниченный доступ», «Свободное использование», это она уже видела. Но ниже, прямо под фотографией, горела ярко-красная надпись:

ПРОФИЛЬ ЗАБЛОКИРОВАН: Все условия юридически обязательны.

Тоня провела пальцем вниз, и текст продолжился:

Внесение изменений возможно по достижению 21 года, в связи с вступлением в брак или в результате судебного пересмотра (Ср. время ожидания: 14 месяцев).

Внизу экрана маленькими серыми буквами было написано: «Ваши документы проверены и подтверждены. Система идентифицирует ваше согласие как добровольное и осознанное. Спасибо за использование наших услуг!»

— Мы должны что-то сделать, — Тоня выхватила телефон из рук Джордан, её пальцы дрожали, скользя по экрану. — Нам по 19, мы не можем жить так два года! Пойти в суд, к адвокату... Есть же кто-то, кто поможет!

Джордан закатила глаза и с силой вырвала телефон обратно.

— Ты серьёзно? — её голос звучал хрипло, будто она неделю не пила воды. — Мы уже ходили «жаловаться», помнишь? В полицию. И чем это кончилось?

Тоня отвернулась, её плечи напряглись под тонкой тканью куртки. Горло сжалось так, что она едва могла вдохнуть. Автобусная остановка, холодный металл скамейки под пальцами, запах мокрого асфальта — всё казалось нереальным, как будто она наблюдала за происходящим через толстое стекло.

— Прости, — Джордан коснулась её плеча, но тут же отдернула руку, будто обожглась. Голос её дрогнул. — Я не хотела... это не твоя вина. А как твои предки?

— Они... — голос Тони сорвался. — Они считают это крутым. Секс-позитивным. Смелым. Вдохновляющим.

Джордан медленно подняла глаза, её лицо исказилось гримасой недоверия.

— Скажи что ты шутишь.

— Мама назвала мой профиль «актом рефлексии». Папа сказал, что гордится моей «сексуальной свободой». — Тоня нервно передернула плечами. — Они сами показали видео из полиции моим братьям. Как пример.

Джордан молчала так долго, что Тоня уже подумала, будто та не собирается отвечать вовсе. Но когда подруга наконец заговорила, её голос звучал так, будто она выдавливала слова сквозь слой льда.

— Школа сегодня... будет ещё хуже. — Джордан замолчала снова, но, собравшись, продолжила. — Они знают, что мы не можем их остановить. Лайам так точно знает. Я узнавала, у нас сейчас нет почти никаких прав. Поискала вчера похожие случаи.

Она тыкнула пальцем в статью, которую открыла в браузере. Тоня наклонилась ближе, разбирая мелкий шрифт:

«Студентка Колледжа Остина, 21 год, была найдена в нежилом доме на окраине города. Местные жители сообщили в полицию о подозрительных звуках. Прибывшие на место офицеры обнаружили девушку, прикованную к кровати металлической цепью. По предварительным данным, она питалась исключительно мужской спермой в течение 14 дней...»

Тоня резко отстранилась, её лицо исказилось.

— Это правда?

Джордан кивнула, её глаза стали пустыми и остекленевшими, как у рыбы, выставленной на льду.

— Читай дальше.

Тоня скользнула пальцем вниз, и текст продолжил раскрывать ужасные подробности: «По словам местных жителей, девушку освободили после двух недель, но никаких обвинений предъявлено не было. Полицейские лишь проверили её профиль в системе «Надёжного согласия» и отпустили. В протоколе указано: «Добровольное исполнение условий соглашения». Через три недели её похитили снова. На этот раз на месяц. Когда её нашли, она уже не сопротивлялась. А в третий раз...»

Тоня продолжила читать. Её желудок сжался, будто кто-то влил в него раскалённый металл. Последние строки статьи гласили: «Теперь она живёт в том же доме добровольно. Судя по её обновлённому профилю, она добавила новые фетиши: «игры с едой» и «эксклюзивное белковое питание». Под фото стояла подпись: Счастлива. Нашла своё место.»

— Мы должны быть очень осторожны. Не провоцировать никого. Быть послушными. Иначе... — Джордан пожала плечами, когда вдалеке замигал свет приближающегося школьного автобуса.

**

Первой ударила тишина. Затем — взгляды. Разговоры обрывались на полуслове. Каждый глаз провожал их по проходу. Даже водитель, обычно погруженный в радио или телефон, обернулся и наблюдал, как Тоня и Джордан замирают у дверей.

— Эй, Кингсингтон! — один из парней, Стив, протяжно свистнул с заднего сиденья. — Зависала с подружкой ночью? Ждём видео!

Они медленно двигались вперед, глаза опущены в пол, но каждая клетка тела чувствовала эти взгляды — скользящие по их ногам, бедрам, груди, как будто их одежда растворилась в воздухе.

Руки тянулись к ним из темноты салона. Каждый хотел ущипнуть, погладить, схватить. «Шлюхи!» — прошипел кто-то за спиной. «Куклы для ебли!» — бросил другой. Тоня чувствовала, как её рубашка задирается сзади, холодный воздух касается поясницы, но она не обернулась, только сжала кулаки и упрямо шла вперёд, к единственной свободной скамейке в конце салона.

Ладонь шлёпнулась по заднице Джордан с громким звуком, и хохот прокатился по автобусу. Тоня чувствовала, как чьи-то горячие пальцы скользят под её юбку, цепляясь за резинку трусиков, но когда она резко обернулась, встретила только равнодушные взгляды одноклассников — будто ничего не происходило.

Наконец Тоня упала на пластиковое сиденье автобуса и прижалась к стеклу. Джордан рухнула рядом. Автобус полз вперед, и каждая остановка приносила новых людей и новую волну унижений.

Они практически вбежали в школу, опустив головы, лавируя в переполненном коридоре. Воздух был густ от смеха и шепота — каждый новый поворот приносил новые лица, новые насмешки.

— Тонька! В твоём профиле сказано «в любое время»! Сейчас удобно?

— Джордан! Подними юбку, не узнаю тебя в лицо!

Тоня первой заметила Лайама — он стоял у стены, развалившись, как будто ждал их специально. Его ухмылка растянулась, когда он поймал её взгляд. Брэд рядом скрестил руки на груди, а за их спинами толпились ещё трое парней и одна девушка — Люси, известная в школе лесбиянка. Она смотрела на них с откровенным презрением.

— А ну стоять! — Лайам резко выставил руку, преграждая путь, и Тоня чуть не врезалась в его ладонь. Он щёлкнул языком, изучая её реакцию.

— Мы тут с Брэдом спор решаем. Я говорю что вы не наврали в профилях и правда лижитесь по ночам, а он не верит. Так кто из нас прав? — Лайам переводил взгляд с одной девушки на другую. Брэд встал вполоборота, прикрыв собой проход назад и скрестил руки.

Вокруг уже собиралась толпа — одноклассники замедляли шаг, некоторые специально разворачивались, чтобы посмотреть.

— Отвалите, — Джордан попыталась прорваться в сторону, но Брэд ловко перехватил её за локоть и притянул к себе.

— Не торопись, цыпочка. И не дергайся. Простой спор. — Лайам ухмыльнулся. Он потянулся к карману джинсов, и Тоня непроизвольно отшатнулась, ожидая чего-то ужасного — но он лишь достал телефон.

— Мы даже пригласили эксперта.

Люси смерила их неприязненным взглядом, её губы искривились в усмешке.

— Я вам и так скажу, что они просто шлюхи, — её голос звучал нарочито громко, чтобы слышали все в коридоре. — Сэкономишь деньги, Лайам. Посмотри на их профили — они просто кричат «трахни меня».

— Нет уж, давай как договаривались, — Лайам приготовился снимать.

— Деньги вперёд, — Люси протянула ладонь и пошевелила пальцами. Лайам закатил глаза, но с театральным вздохом вытащил из кармана смятую купюру и шлёпнул её ей в руку.

Люси не глядя сунула деньги в джинсовый карман. Она шагнула к Джордан так резко, что та инстинктивно отпрянула, но Брэд крепко держал её за плечи. Джордан успела лишь прошептать «не надо» — прежде чем Люси схватила её за подбородок и притянула к себе.

Люси впилась губами в её рот так, будто хотела высосать из Джордан воздух, жизнь, сопротивление — всё. Поцелуй был грубым и жадным, её язык насильно проник в рот Джордан, заставляя её отвечать. Звуки разносились по коридору, смешиваясь с одобрительными выкриками и свистом толпы. Тоня инстинктивно шагнула вперёд, но Лайам тут же перегородил ей путь, не переставая снимать.

Люси наконец оторвалась, оставив Джордан с размазанным по губам помадой и диким взглядом. Она вытерла рот тыльной стороной ладони, глядя на девушку с откровенным презрением.

— Даже не пытается хотя бы притворяться, — громко объявила Люси, поворачиваясь к Лайаму. Её голос звенел в тишине коридора. — Как дохлая рыба.

Хохот прокатился по толпе. Джордан стояла, опустив глаза, её плечи дрожали. Губы были красными, слегка припухшими. Люси вытерла рот тыльной стороной ладони, словно стирая что-то неприятное.

— Надеюсь, вы, бляди, хотя бы с утра хуев во рту не держали, — пробурчала Люси, поворачиваясь к Тоне. Её взгляд скользнул вниз, к губам девушки, и уголки её рта дёрнулись в неприязненной усмешке. — А то меня стошнило бы.

Тоня хотя бы знала, что сейчас произойдёт — но её губы сжались в тонкую ниточку, пальцы впились в швы юбки, а тело отказалось двигаться. Отпрянуть? Ответить? Притвориться, что ей это нравится?

Губы Люси обрушились на Тоню прежде, чем та успела сглотнуть. Первое мгновение — только шок, холодная помада, запах жвачки с мятой. Затем пришла мысль: сопротивляться — значит дать им то, чего они ждут. Тоня зажмурилась, чувствуя, как её тело напряглось до предела — но затем, в последний момент, её мозг выдал единственно возможный выход.

Она ответила на поцелуй так внезапно, что даже Люси отстранилась на секунду — но только для того, чтобы тут же вцепиться в её волосы и притянуть ещё ближе. Язык Тони скользнул в ответ. Толпа взорвалась: свист, смешки, одобрительные крики «Давай, шлюха!» и «Снимай!» слились в один рёв. Лайам хихикал, снимая всё крупным планом, а Брэд обнимал и лапал пытающуюся вяло вырваться Джордан.

Люси отстранилась с довольной гримасой, её пальцы ещё секунду задержались в волосах Тони, прежде чем отпустить. Она вытерла губы тыльной стороной ладони, но уже без того отвращения, что было с Джордан. Она ещё секунду смотрела на Тоню, потом резко отвернулась, поправляя растрёпанные волосы.

— Вот это другое дело, — объявила она. — Тонька хоть на что-то годиться.

— Почему ты им помогаешь? — тихо прошептала Тоня.

Лицо Люси исказила мимолётная гримаса ненависти. Она наклонилась к Тоне так близко, что та почувствовала горячее дыхание с привкусом мятной жвачки на своей коже.

— Ты объявила себя «лесбиянкой, мечтающей о члене», а теперь ещё спрашиваешь, сучка? — прошипела Люси. — Шлюхи, надеюсь вас заебут до смерти, раз вы так этого хотели.

Тоня собралась было возразить, но тут в коридоре раздался рык:

— Что тут происходит?!

Директор Дэвис стоял и буравил всех присутствующих недобрым взглядом. Толпа мгновенно расступилась, оставив Тоню и Джордан наедине с Люси, Лайамом и Брэдом, которые вдруг стали подозрительно тихими.

— Разойдитесь! Чейз! Кенсингтон! Ко мне в кабинет. НЕМЕДЛЕННО!

Лайам незаметно для директора закатил глаза, но убрался, засунув телефон в карман с преувеличенно невинным видом. Девушки поспешили за директором — это была хоть какая-то передышка. Пусть и на время.

**

Дверь кабинета директора захлопнулась с таким громким звуком, что Тоня непроизвольно вздрогнула. Директор Дэвис медленно обошёл массивный дубовый стол и уселся в кресло, скрестив руки на груди. Он не предложил им сесть.

— Эта школа, — начал он отрывистым голосом, — а не публичный дом. Вы в выпускном классе, не могли подождать со своими фантазиями до конца года?

Тоня попыталась открыть рот, но директор Дэвис резко поднял руку.

— Молчать. Я ещё не закончил. Вы создали мне огромную головную боль, вы даже не представляете какую. Этот закон... — он сделал паузу, явно подбирая слова, — Неважно. Я позвонил вашим родителям. Жду их сегодня после уроков. Вы тоже должны присутствовать. Будем решать, что с вами делать.

Джордан непроизвольно дернулась.

— Мы ничего не делали... — начала она, но директор Дэвис отмахнулся от её слов словно от назойливой мухи.

— Это совершенно не моё дело. Ваши официально подтвержденные профили говорят сами за себя. «Свободное использование». Я пригласил нашего юриста сегодня, чтобы он объяснил нам, что это всё значит для школы. А пока постарайтесь не во что не вляпаться до конца уроков. Понятно вам?

Тоня стиснула зубы, чувствуя как её щёки пылают от унижения. Она знала, что он не заступится за них. Он просто хотел прикрыть свою задницу.

— Да, директор Дэвис.

**

Урок математики начался с того, что миссис Харпер буквально просквозила их взглядом у двери, словно они принесли с собой чуму.

— Садитесь, — бросила она, даже не удостоив вопроса, почему они опоздали.

Тоня думала, что хуже этого утра уже не будет. Она ошиблась.

Уроки шли одни за другим. Всё сливалось в монотонный кошмар: взгляды учителей, скользящие поверх голов, будто их уже нет в классе; перешептывания, которые обрывались, как только Тоня поворачивалась; случайные прикосновения в коридорах — то чья-то рука щипнет за бедро, то пальцы проведут по спине, исчезая в толпе прежде, чем она успевала понять, кто это был.

Звонок на обед прозвучал как спасение — хоть на сорок минут можно было вырваться из этого ада. Тоня схватила Джордан за руку и потянула к выходу, надеясь проскользнуть в столовую раньше всех и сбежать куда-нибудь. Но коридор уже кишел народом. Они двигались в плотном потоке, плечом к плечу, когда Тоня вдруг почувствовала, как чья-то рука обхватывает её запястье.

Тоня едва успела крикнуть — грубая ладонь мгновенно зажала ей рот. Её резко дёрнули в сторону, и мир перевернулся: потолок, лица, смеющиеся рты мелькнули перед глазами, прежде чем спина ударилась о холодную кафельную стену мужского туалета. Джордан уже была там, прижатая Брэдом к раковине, его бедро между её ног, а рука — в её волосах.

Лайам стоял у раковины, облокотившись о холодный кафель. Он толкнул Тоню вперёд так, что она чуть не врезалась в Джордан, уже прижатую Брэдом к стене.

— Ну что, шлюшки, — его голос звучал непривычно хрипло, — утром директор вас спас. Но сейчас вы мне должны. Кто-то наврал о том, что они лесбы.

Лайам щёлкнул замком на двери туалета, заглушив последние звуки коридора. Он медленно обходил девушек, словно хищник, оценивающий добычу. В руке у него опять был телефон.

— Я проиграл спор Брэду на сотню, — продолжил он. — Вы знаете, что это значит? Вы влипли по уши, и теперь вам придётся за это заплатить.

Лайам прижал телефон к груди, его ухмылка растянулась до ушей. В туалете стояла тяжёлая тишина, прерываемая только учащённым дыханием девушек.

— Так, — он щёлкнул пальцами перед самым лицом Тони, — слушайте сюда. У вас есть выбор. — Лайам сделал паузу, наслаждаясь их испуганными взглядами. — Либо мы все вместе трахаем вас прямо здесь, в этом вонючем сортире, либо... — он нарочито медленно провёл языком по губам, — либо вы будете очень, очень вежливо умолять нас дать вам в рот. Под запись. И так убедительно, чтобы мы не смогли вам отказать.

Тоня почувствовала, как её колени подкашиваются. Её глаза метались между парнями — словно ища хоть какой-то намёк на шутку. Брэд уже расстёгивал джинсы, его вторая рука впилась в волосы Джордан, не давая ей пошевелиться. Лайам же, напротив, стоял неподвижно, наслаждаясь моментом, будто давая им время осознать свой выбор.

Под ногами снова качнулся пол. Губы Тони дрожали, слова застревали в горле.

— Ты... ты не можешь, — прошептала она, но даже голос выдавал её неуверенность. Лайам лениво прислонился к кафельной стене, скрестив руки на груди. Его лицо выражало почти театральное разочарование.

— О, я могу, — Лайам провёл пальцем по экрану телефона, демонстративно открыв их страницы на «Согласии». — Видишь это? Твой профиль. «Без ограничений». А вот тут, — он увеличил текст, тыкая пальцем, — «игровое сопротивление приветствуется». Так что технически... — его голос стал сладким, как сироп, — ты уже согласилась отдаться нам всем. Хоть сразу и во все дыры, хоть по очереди. Хоть здесь, хоть где нам будет угодно.

Тоня повернула голову и встретилась взглядом с Джордан — её глаза были широко раскрыты, почти безумные, губы дрожали, а руки судорожно хватались за край раковины. В этом взгляде не было вопроса, только подтверждение: Он не врёт. Джордан искала подобные случаи вчера, лихорадочно скролля форумы в три часа ночи, и теперь её память услужливо подкидывала обрывки чужих историй: «девушка из колледжа... сбежала после двух месяцев... полиция вернула её сожителю...»

Джордан кивнула. Быстро, почти незаметно, но кивнула. Она выкрикнула первой:

— Да. Да, я согласна. Я... я буду умолять вас.

Брэд засмеялся первым — хриплый, натужный смех, больше похожий на кашель. Его пальцы разжались, освобождая Джордан, но прежде чем она успела отпрянуть, он шлёпнул её по заднице так звонко, что звук эхом разнёсся по кафельным стенам. Лайам уже держал телефон наготове.

Джордан прикусила нижнюю губу и медленно опустилась на колени перед Брэдом, её пальцы дрожали, расстегивая его джинсы. В туалете стояла тяжёлая тишина, прерываемая только учащённым дыханием Лайама, который снимал всё крупным планом.

— Пожалуйста... — её голос сорвался на шёпот, но затем окреп, став почти сладким, —

— Пожалуйста, Брэд, дай мне... дай мне пососать его. Я так хочу. Ты же знаешь, как я люблю твой член.

Она говорила это так искренне, с такой дрожью в голосе, что даже Тоня на секунду поверила — а вдруг Джордан правда этого хочет? Её пальцы скользнули внутрь его трусов, осторожно высвобождая уже напряжённый член. Брэд закинул голову назад, когда её ладонь обхватила его, медленно поглаживая снизу вверх.

Брэд кивнул, и Джордан жадно набросилась на его член, её губы сомкнулись вокруг головки, язык тут же заскользил вдоль уздечки. Лайам приглушённо засмеялся, приближая телефон, чтобы запечатлеть каждый её стон, каждое движение губ.

— Вот это я понимаю — аппетит, — его голос звучал приглушённо, будто он комментировал спортивный матч. — Смотрите все: наша школьная принцесса Джордан Чейз умоляет о члене. Как же быстро падают принципы, когда хочется заполучить крепкий хуй себе в рот.

Джордан работала ртом с неестественной старательностью, как будто от скорости и глубины зависела её жизнь. Возможно, так оно и было. Слюна стекала по её подбородку, когда она ненадолго отстранилась, чтобы перевести дыхание, но Брэд тут же схватил её за волосы и втолкнул обратно, глубже, до самого основания.

Лайам снимал это, изредка поправляя ракурс или делая увеличивая какую-то деталь. Джордан работала ртом, её щёки втягивались, а голова ритмично двигалась взад-вперед. Брэд держал её за волосы, помогая ей, его лицо выражало смесь удовольствия и лёгкого презрения.

Лайам выключил запись одним плавным движением пальца и медленно повернулся к Тоне. Его глаза скользнули по её дрожащим рукам, застрявшим в воздухе, как будто она до сих пор не решила, куда их деть. В туалете стало тихо — слишком тихо, если не считать хлюпающих звуков и прерывистого дыхания Джордан, которая всё ещё работала ртом.

— Ну а ты что решила? — Лайам приподнял бровь, его голос был спокоен, почти дружелюбен, будто он спрашивал её мнение о домашнем задании. Его палец щёлкнул по экрану телефона, останавливая запись. Тоня почувствовала, как её сердце колотится в горле, а ладони стали липкими от пота.

— Я тоже согласна. Я попрошу. — Тоня произнесла это так тихо, что слова едва слетели с её губ, превратившись в липкий шёпот. Голос сломался на последнем слоге, будто язык вдруг стал слишком тяжёлым. Она чувствовала, как её тело дрожит от какого-то странного, липкого возбуждения, смешанного с отчаянием.

Лайам поправил её с ледяной улыбкой.

— Не просто «попрошу». Ты заставишь всех в это поверить. — Он включил запись на телефоне, экран осветил её бледное лицо синеватым светом. — Начинай.

Тоня почувствовала, как язык прилипает к нёбу. Она сглотнула. Слюны не было — только комок стыда, застрявший где-то в горле. Лайам ждал, пальцы уже расстёгивали ширинку. Она увидела тень улыбки в уголке его рта — он знал, что сломает её.

— П-пожалуйста... — её голос сорвался на первом же слоге. Тоня чувствовала, как горит лицо, но заставила себя продолжить, глядя прямо в объектив телефона. — Пожалуйста, Лайам... Я всю жизнь мечтала о твоём члене... — её пальцы дрожали, расстёгивая его джинсы.

Лайам не двигался, когда её пальцы коснулись его ширинки. Он лишь слегка приподнял подбородок, наблюдая за её дрожащими руками. Затем он сделал шаг назад.

— Ой, как мило, — Лайам притворно ахнул, отстраняясь на шаг, чтобы телефон лучше поймал её унижение. — Ты же для этого так заполнила свой профиль, да? Чтобы осуществить свою мечту и стать шлюхой?

Тоня почувствовала, как внутри что-то ломается — не резко, а медленно, как будто кто-то перерезает трос, удерживающий её на плаву. Губы сами собой раздвинулись в подобие улыбки, а голос вдруг стал звонким, почти игривым:

— Да, именно так, — её пальцы снова дотянулись до него. — Я всегда хотела экспериментировать. Попробовать, что значит быть такой... доступной. Для тебя. Для всех.

Она произнесла это так естественно, что даже Лайам на секунду застыл, его ухмылка дрогнула. Но Тоня уже не думала о том, что говорит — её тело действовало само, как будто кто-то другой взял управление на себя. Ладони скользнули внутрь его джинсов, нащупывая горячую кожу, а губы уже складывались в сладкую гримасу, которую она видела в порно.

Тоня чувствовала, как горячая тяжесть его члена заполняет её рот — сначала только головка, потом всё больше, до того момента, пока её рот не был полностью заполнен. Лайам снимал всё крупным планом, телефон в его руке дрожал от возбуждения. Его голос прозвучал сверху, резкий и властный:

— Смотри в камеру, сучка, — приказал он, одной рукой впиваясь в её волосы, а другой наводя объектив прямо на её лицо.

Тоня подчинилась. Её глаза, широко раскрытые, влажные от слёз, которые она не могла сдержать, смотрели прямо в объектив. Каждый её вдох был коротким и прерывистым, носом, так как рот был занят полностью. Губы, плотно обхватывающие Лайама, двигались в чётком ритме — вверх-вниз, язык скользил по напряжённой плоти, а щёки втягивались, когда она пыталась насадиться ещё глубже. Тоня смотрела в камеру, её щёки горели от стыда, а язык онемел от напряжения. Лайам придерживал её за волосы, направляя движения её головы в чётком ритме — вниз, вверх, глубже.

Его дыхание становилось прерывистым, крепче обхватили её затылок. Она чувствовала, как его член пульсирует у неё во рту, бедра дёрнулись вперёд, глубже заталкивая его в её горло. Он не дал ей отстраниться ни на миллиметр, когда его тело дёрнулось в последнем спазме, а горячая сперма заполнила её рот.

— Всё глотай, шлюха.

Лайам не отпускал её. Тоня зажмурилась, чувствуя, как густая, тёплая жидкость заполняет её горло. Она сглотнула автоматически, но этого оказалось недостаточно — сперма вытекала из уголков её губ, капала на подбородок. Тоня посмотрела на подругу. Джордан сидела на полу, её губы так же блестели, а глаза в прострации смотрели вперед.

Удовлетворившись, парни отступили, застегивая ширинки с довольными ухмылками. Лайам высоко поднял свой телефон, перематывая отснятое. Экран светил синевой в полумраке туалета, выхватывая из темноты кадры: Тоня с широко раскрытыми, влажными глазами, её губы, растянутые вокруг члена, капли слюны на подбородке. Он хихикнул, увеличивая момент, когда она умоляла его на коленях.

— Идеально, — Лайам выдохнул это слово с таким самодовольным придыханием, будто только что поставил подпись под шедевром. Его пальцы летали по экрану, загружая видео. Он развернулся к толпе парней занимавшей весь проём двери.

— Вы все думали, я блефую? Ну вот, смотрите сами — наши милые одноклассницы буквально на коленях умоляли нас дать им в рот. И юридически... — Он повернул телефон к толпе парней, заполнивших дверной проём туалета, демонстрируя зелёные галочки верификации на их профилях. —. ..это на 100% легально. Завтра сами увидите, ничего мне за это не будет. Ищите тэг #ШкольныеСоски в группе школы. И поверьте, это только начало.

Дверь туалета захлопнулась, оставив девушек наедине. Тоня медленно опустилась на холодный кафель, её колени, все в ссадинах, дрожали так сильно, что она не могла удержаться на ногах. Джордан стояла, опираясь о раковину, она пыталась промыть рот под слабой струёй воды. Её блузка была надорвана — воротник сидел косо, а из-под школьного джемпера торчал кусок ткани.

Видео взорвалось мгновенно. Не успели Тони и Джордан выйти в коридор, как телефоны зажужжали повсюду. Шёпот перерос в крики. «Святые угодники, смотрите!» «Они отсосали им в туалете!» «Сняли на видео!» Парни сбивались в кучки, смеялись, пересматривая запись, тыкали пальцами. «Видите? Она сама умоляла!» «Настоящие шлюхи!» Насмешливый хохот сопровождал каждый их шаг.

Но насмешки парней были не самым страшным. Страшными были девушки. Они стояли группами, сузив глаза, скривив губы в отвращении. «Отвратительно», — скривилась Эмили, когда Тоня и Джордан проходили мимо её шкафчика. Люси, увидев их снова, сделала вид, будто её тошнит. «Да вы этого хотели», — сплюнула Сара, отвернувшись так резко, что её хвост хлестнул Джордан по щеке. Девушки, которые раньше весело здоровались с ними в коридоре, теперь отворачивались, словно подруги были заразными.

Они видели — все видели — как улыбалась Джордан, когда она расстегивала Брэду джинсы, как Тоня с губами растянутыми вокруг члена Лайама смотрела в камеру. Но никто не видел слез, которые капали на кафель, когда туалет опустел. Никто не слышал, как Джордан давилась, полоща рот. В их глазах это было не насилие — это было предательство.

Последний звонок стал передышкой, вырванной из сжимающихся вокруг челюстей. Они не шли — они бежали. Опустив головы, сжав плечи под тяжестью преследующих взглядов и оскорблений, они пронеслись мимо парней, всё ещё пересматривающих видео, мимо девушек, шепчущих «Шлюхи» с ядовитой уверенностью. Джордан споткнулась о чей-то нарочно выставленный рюкзак, но Тоня схватила её за локоть.

Наконец они ворвались в административный коридор. Секретарша миссис Клейтон подняла взгляд, её красные ногти замерли над клавиатурой. Лицо женщины было непроницаемым, она молча указала на закрытую дверь директора Дэвиса, даже не спросив, зачем они пришли. Они рухнули на жесткие пластиковые стулья в приемной. Безопасность. Пусть хотя бы на время.

Тишина в приемной была обманчивой. Джордан почувствовала, как её телефон снова вздрогнул в руке — третий раз за последние две минуты. Она перевернула его, не решаясь взглянуть на экран. Но когда устройство завибрировало снова, её пальцы сами потянулись к уведомлению: *«#ШкольныеСоски: ТЫ В ТОПЕ!»* Она машинально ткнула в него пальцем — и тут же пожалела. Групповой чат школы взорвался сообщениями. Видео. Фотографии. Скриншоты её лица, запечатлённого в момент, когда её губы обхватывали член Брэда.

Видео висело на главной странице школьного сообщества, закреплённое администратором — специально, чтобы никто не пропустил. Первые комментарии уже набирали сотни лайков, а строки перепостов растянулись в бесконечную ленту. Под кадром, где Тоня смотрела в камеру со слезами на глазах и губами, растянутыми вокруг члена Лайама, кто-то написал: «Настоящая королева школы! Так держать, сучка!». Ссылки на их профили в системе «Добровольного согласия» мелькали в каждом втором сообщении, как товарные коды на распродаже. «Хочешь повторить? Кликай на профиль!».

Тоня застыла с телефоном в дрожащих пальцах, когда имя брата всплыло среди лайков и репостов. Итан Кингсингтон — синим шрифтом, с маленькой галочкой верификации. Его комментарий висел прямо под видео: «Наконец-то нашла своё призвание, сестрёнка. Горжусь». Сердце упало куда-то в живот, оставив за собой ледяную пустоту. Она ткнула в его аватар — профиль открылся, и там, в разделе «Подписки», красовалась ссылка на её собственный профиль в системе «Добровольного согласия». Итан подписан. Уведомления включены.

Джордан увидела, как пальцы Тони побелели от сжатия телефона, и резко выхватила его из рук. Экран погас под её ладонью

— Не смотри, — прошептала она, но было уже поздно. Тоня уже всё видела.

Джордан положила телефон экраном вниз на пластиковый стул между ними. Они сидели и ждали собрания. Девушки уже не верили, что родители и школьный юрист хоть чем-то помогут, но ждать было проще, чем выйти в коридор и снова стать мишенью для чьей-то охоты.

________________________________________________________________________________________________________________

От автора:

Подумав, я решил, что выкладывать длинные сюжетные вещи нужно по-другому. В "Добровольном согласии" будет около 20 частей, притом некоторые части вовсе не содержат сексуальных сцен. То же, и даже в большей степени,  относится и к другим моим длинным работам. Читать такое начало по одной главе в неделю, часто без секса внутри, может быть не слишком интересно. Плюс, у меня было время на выходных. 

Так что я публикую сразу три главы, чтобы читатели смогли оценить завязку сюжета и могли решить, ждать ли им продолжения. В дальнейшем буду выкладывать всё так же по одной части в неделю.

С удовольствием отвечу на ваши вопросы в комментариях.