Аня вышла из квартиры в обтягивающих леггинсах, которые облепляли её упругую задницу, как вторая кожа. Ей было сорок два, но тело держалось лучше, чем у многих девчонок помоложе: грудь третьего размера, полная, но не обвисшая, бёдра широкие, талия ещё не расплылась. Волосы тёмные, до плеч, а глаза — зелёные, с хитринкой. Она несла пакет с мусором, когда в подъезде наткнулась на Лену. Соседку с этажа выше, сорока пяти лет, высокую блондинку с короткой стрижкой, мощными ногами и сиськами, которые выпирали из майки, как два спелых арбуза. Лена только что вернулась с пробежки, вся вспотевшая, в шортах, что едва прикрывали её мясистые ляжки.

– Ой, прости, Ань, не заметила тебя, – Лена улыбнулась, её губы были полные, влажные от пота. Она наклонилась помочь с пакетом, и их руки соприкоснулись. Кожа Лены была горячей, солоноватой на вкус — Аня инстинктивно облизнула губы.

– Да ладно, Лен, ничего страшного. Ты как с марафона, вся мокрая, – Аня засмеялась, но взгляд её скользнул по шее соседки, вниз, к ложбинке между грудей, где блестели капельки пота. Что-то кольнуло внутри, теплое, липкое. Лена тоже не отводила глаз — уставилась на губы Ани, на её шею, потом ниже, на выпуклость сосков под тонкой блузкой.

Они стояли в полутёмном подъезде, пахло сигаретами и старой краской. Мусоропровод был в конце коридора, но пакет Аня поставила на пол, забыла про него. Лена шагнула ближе, её дыхание участилось.

– Знаешь, Ань, ты всегда такая... аппетитная выглядишь. Я иногда через стенку слышу, как ты... ну, сама с собой развлекаешься. Стонет девка, аж завидно, – Лена хихикнула, но в голосе была хрипота, возбуждение.

Аня покраснела, но не обиделась. Наоборот, между ног потеплело, трусики намокли. Она никогда не думала о бабах, но Лена... эта потная, сильная тётка вдруг показалась самой желанной штукой на свете.

– А ты, Лен, тоже не ангел. Я видела, как ты с тем хахалем из пятого трахалась в лифте. Дверцы не закрылись толком, всё слышно было. Оришь, как сучка в течке.

Они рассмеялись, но смех вышел нервный. Лена схватила Аню за запястье, потянула к себе. Их тела соприкоснулись — груди Лены упёрлись в Анины, бёдра потерлись. Запах пота Лены ударил в ноздри: мускусный, женский, с ноткой соли. Аня не выдержала, прильнула губами к её шее, лизнула.

– Блядь, Лен... что ты со мной делаешь?

– То же, что ты со мной, сука. Пошли ко мне, или здесь? – Лена толкнула Аню к стене, её рука скользнула под блузку, сжала сиську, крутанула сосок.

Подъезд был тихий, соседи на работу ушли, но риск публичности заводил. Они поцеловались — жадно, слюни текли по подбородкам, языки сплелись в липкой массе. Вкус пота, сигарет, женской похоти. Аня почувствовала, как Лена давит её к стене, бедро втискивается между ног.

– В туалет, – прошептала Лена. – Общественный, внизу. Хочу тебя там, грязно.

Аня кивнула, сердце колотилось. Они спустились по лестнице, хихикая, как школьницы. Туалет в подвале был обшарпанным: кафель в трещинах, запах мочи и хлорки. Дверь не запиралась толком, но это только лучше — публичность, адреналин.

Лена втолкнула Аню в кабинку, захлопнула дверь ногой. Сразу сорвала с неё блузку, обнажив полные сиськи с тёмными сосками, уже торчащими. Аня ахнула, когда Лена впилась зубами в один, тянула, посасывала, слюна стекала по коже.

– Ох, бля, Лен... кусай сильнее, сука!

– Будешь моей шлюхой? – Лена шлёпнула по сиське, оставив красный след. Она стащила свои шорты, под ними не было ничего — пизда бритой, набухшая, губы толстые, блестят от соков. Аня упала на колени, уткнулась лицом в промежность, вдохнула запах: солёный пот, мускус, лёгкая кислинка.

– Да, твоей... лижи меня сначала? – Аня задрала леггинсы, спустила до колен. Её жопа вывалилась — круглая, с ямочками, анус розовый, подрагивает.

Лена развернула её, прижала лицом к унитазу. Холодный фаянс обжёг щёку Ани, но это заводило. Лена раздвинула булки, плюнула на анус, растерла пальцем.

– Какая сладкая дырка... хочешь мой язык там?

– Да, вылижи меня, как грязную блядь!

Язык Лены нырнул в анус — мокрый, горячий, крутил, сосал. Аня завыла, пальцы вцепились в край унитаза. Звук чавканья эхом разнёсся по подвалу, запахи усилились: её собственный мускус, слюна Лены. Лена работала жадно, вставляла язык глубже, потом два пальца — растягивала, трахала анал.

– Вкусно? Твоя жопа пахнет сексом, Анька... – Лена шлёпнула по булке, оставила отпечаток ладони.

Аня извивалась, пизда текла ручьём, капала на пол. Она повернулась, схватила Лену за волосы, прижала к своей киске.

– Теперь ты! Соси мою пизду, пока не обкончаюсь тебе в рот.

Лена легла на спину, прямо на грязный пол, потянула Аню сверху. Аня села на лицо, втирая клитор в нос, губы. Лена лизала, чмокала, слюни текли по подбородку, смешиваясь с соками Ани. Руки Лены мяли жопу, пальцы снова в анусе — три сразу, растягивали.

– Блядь, да... глубже, рви мою задницу!

Они катались по полу, тела блестели от пота, сиськи хлопали. Лена встала, нашла в сумке ремень — свой от шорт. Связала руки Ани за спиной, толкнула раком над унитазом.

– BDSM? Ты моя рабыня теперь. Проси, шлюха.

– Пожалуйста, Госпожа... оттрахай меня в жопу. Свяжи туже!

Лена плюнула на свой кулак, смазала. Медленно ввела — сначала три пальца, потом всю ладонь. Аня орала, тело тряслось, анус пульсировал вокруг кулака. Боль смешалась с кайфом, пот лился градом.

– Ори громче, пусть все услышат, какая ты блядь!

Публичность жгла: дверь туалета скрипела от сквозняка, шаги наверху. Лена фистинговала анал Ани, другой рукой хлестала ремнём по спине, по жопе — красные полосы расцветали на коже.

– Хочешь мою писю? Туалетные игры, да?

Аня кивнула, слёзы удовольствия на глазах.

– Да, обоссы меня, Госпожа... в рот, на лицо!

Лена встала над ней, раздвинула губы пизды. Жёлтая струя ударила в рот Ани — горячая, солёная, с привкусом кофе. Аня глотала, давилась, но пила жадно. Моча стекала по сиськам, по животу, капала в унитаз. Запах резкий, возбуждающий.

– Пей, сука! Моя моча — твоя награда.

Потом Аня не выдержала — кончила, брызнула сквиртом на пол, тело билось в судорогах. Лена вынула кулак, анус зиял, красный, мокрый. Она легла под Аню, заставила сесть жопой на лицо.

– Теперь ты мне. Анилингус, глубоко!

Аня крутила задом, втирая анус в рот Лены. Язык соседки лизал внутри, сосал, пальцы в пизде Лены — четыре, растягивали. Лена стонала в жопу Ани, вибрация передавалась.

– Бля, твоя дырка такая вкусная... трахай меня кулаком!

Аня сжала кулак, ввела в пизду Лены — тугую, мокрую. Лена завыла, выгнулась, сжала бёдра. Они трахались так минут десять: кулак в пизде, язык в жопе, слюни, моча, пот. Лена кончила первой — фонтаном, обрызгала руку Ани, стены кабинки.

– Аааа, сукааа! Не вынимай!

Аня вытащила, облила Лену своей мочой — в ответ, на сиськи, в рот. Лена лакала, целовала ноги Ани, слизывая всё.

Потом анал: Лена нашла в сумке вибратор — толстый, чёрный. Смазала слюнями, впихнула в жопу Ани раком. Вибрация на максимуме, Аня орала, пока не кончила снова, тело обмякло.

– Ещё... в мою жопу теперь!

Они менялись ролями: Аня связала Лену, хлестала ремнём по сиськам, жопе. Поцелуи — слюнявые, с мочой во рту, языки в глотках. Анилингус взаимный: 69 над унитазом, жопы в лицах, языки в анусах, пальцы в пиздах.

Шаги в туалете — кто-то вошёл! Они замерли, но не остановились: Лена тихо фистинговала Аню, Аня лизала её клитор. Незнакомец поссал в соседней кабинке, ушёл. Адреналин подстегнул — кончили вместе, крича в унитаз, чтобы заглушить.

Наконец, обессилели. Лежали на полу, тела в моче, поту, соках. Целовались нежно, слюни тянулись нитями.

– Лен... это было охуенно. Повторим?

– Каждый день, Анька. В парке, в лифте, где угодно. Ты моя блядь теперь.

Они оделись, хихикая, вышли. Подъезд пустой, но запах секса витал. Дома Аня легла, пальцы в пизде, вспоминая вкус мочи Лены. Соседки стали любовницами — грязными, публичными, без тормозов.

На следующий вечер они встретились в парке. Сумерки, скамейка у пруда. Лена в платье без белья, Аня в юбке. Руки сразу под ткань, пальцы в мокрых дырах.

– Здесь? Люди гуляют...

– Публичность, помнишь? Соси мою жопу за кустами.

Зашли за дерево, Лена задрала платье, присела на корточки. Аня на коленях, язык в анусе — публично, рискованно. Шепот:

– Глубже, шлюшка... слышишь шаги?

Прохожий прошёл в метре, они затаились. Потом Лена обоссала Аню под платье, горячая струя по ногам. Аня кончила от этого, впиваясь зубами в бедро.

Дома — BDSM по-настоящему. Лена купила наручники, плётку. Связала Аню к кровати, порола по пизде, сиськам. Красные полосы, слёзы.

– Проси анал, рабыня!

– Да, Госпожа, трахните в жопу страпоном!

Страпон — огромный, 20 см. Лена вбивала, шлёпая яйцами по клитору. Анилингус после: Лена лизала сперму из ануса — свою, кремовую смазку.

– Вкусно? Твоя жопа — мой десерт.

Туалетные игры эволюционировали: Лена садилась на лицо Ани, срала чуть-чуть — мягко, на язык. Аня жрала, стонала от унижения.

– Ты моя туалетная блядь... глотай!

Публичность: в кинотеатре, в темноте, Лена фистит Аню под пальто. В кафе — под столом, ноги раздвинуты, пальцы в анусе.

Их связь крепла. Тела знали друг друга наизусть: каждый бугорок, запах, вкус. Поцелуи всегда слюнявые, с мочой или спермой. Жизнь стала сплошным оргазмом — соседки, любовницы, извращенки.

Однажды в лифте, с полным домом народу, они не выдержали. Лена прижала Аню в углу, рука в трусиках, пальцы в жопе. Двери открывались-закрывались, люди входили-выходили, а они кончали тихо, кусая губы.

– Люблю тебя, сука, – шепнула Лена.

– И я тебя, Госпожа.

Финал их дня — в ванной Лены. Душевая лейка в пизде, моча в рот, анал страпоном. Кончили, обнимаясь под водой.

Они нашли друг друга случайно, но это было навсегда. Две зрелые бляди, без границ.