Рассказ является переводом истории из серии Sapphic Serenity автора BiscuitHammer.

Я тихонько открыла дверь в мамину комнату и прокралась внутрь. Мама была в точности такой, какой я оставила ее почти час назад: распростертой поверх атласного покрывала, восхитительно обнаженной и такой красивой, что на нее было почти больно смотреть. Когда я увидела ее, мое сердце бешено заколотилось в груди.

Я поставила поднос на стол и наклонилась, нежно сжав ее колено.

— Мамочка? -прошептала я. - Мамочка...

Она пошевелилась и вздохнула, этот звук прозвучал для меня как музыка. Она закинула руки за голову, ее груди приподнялись, когда она медленно повернула голову и открыла глаза. Она с любовью улыбнулась мне.

— Доброе утро, малышка, - тихо сказала она.

— Доброе утро, - ответила я, едва сдерживая волнение. - И с днем рождения.

— Боже, я совсем забыла, - почти простонала она, закрывая лицо руками. - Я уже старая леди.

— Пф, даже близко не похоже, - хихикнула я, присаживаясь на край кровати. - Разве пожилая дама стала бы заказывать такой завтрак в постель?

Она села и посмотрела туда, куда я указывала. Я быстро взбила и подложила ей под спину большие подушки, чтобы она могла откинуться на них, а затем поставила поднос ей на колени, гордо выставив приготовленный завтрак напоказ. Это были ее любимые блюда - бекон, сосиски, яйца-пашот, жареная картошка, вафли... почти все, что она обычно не позволяла себе есть, чтобы сохранить свою потрясающую фигуру. Апельсиновый сок, зеленый смузи и крепкий черный кофе дополняли ассортимент.

— Боже мой, я понятия не имею, как с этим справится, - выдохнула она, демонстративно обмахиваясь веером. - Брон, ты все это приготовила для меня?

Я кивнула.

— Да, потому что ты моя мамочка, сегодня твой день рождения, и я тебя очень-очень люблю.

— О, малышка, я тоже тебя люблю, - проворковала она, тепло улыбаясь мне. --- Очень сильно люблю.

— Поешь, - сказала я, ожидая, когда она приступит к делу. - У меня на сегодня запланировано много дел, и это только начало.

— Ты уже ела? - спросила она, сделав глоток апельсинового сока.

— Нет, - ответила я, качая головой и ухмыляясь. - Хотела сначала позаботиться о тебе. Кстати, мой завтрак сейчас спрятан под подносом.

— Непослушная девочка, - хихикнула мама. - Тогда, наверное, мне лучше приняться за дело, потому что мне бы не хотелось морить тебя голодом.

Я просто безмятежно улыбалась, наблюдая, как она завтрак, приготовленный в точности так, как она любила. Черт возьми, я даже посыпала картошку паприкой и поджарила с ней немного лука, в точности так, как, по ее словам, готовила бабушка. Я подумала о бабушке и дедушке, которые сейчас живут на островах Теркс и Кайкос, и о том, что бы они подумали, если бы увидели сейчас своих дочь и внучку, влюбленных лесбиянок, которые почти никогда не расставались.

— Приятно осознавать, что я достаточно хорошо веду себя за столом, чтобы у тебя было время поглазеть на мои сиськи, - пошутила мама, подмигнув мне и аккуратно откусив кусочек хрустящего бекона.

— Просто нагуливаю аппетит, - ответила я, стараясь не облизывать губы, продолжая нагло разглядывать мамину роскошную грудь. Это были самые потрясающие сиськи, которые я знала. Они занимали большую часть времени в моих фантазиях. Они, а также ее великолепная киска, которая теперь ждала, когда ее обнажат, и умоляла, чтобы ее целовали и лизали, пока я не доведу мама до обморока от оргазма.

— Мне очень повезло, что у меня такая преданная дочь, - пропела мама, улыбаясь мне. -Должно быть, она меня очень любит.

— Более того, - сказала я, мечтательно улыбаясь. Сегодня я тоже сделаю себе маленький подарок. Сегодня я поддаюсь своим мечтаниям и позволяю себе влюбиться в тебя.

Мама улыбнулась, почти ухмыльнулась мне. - Влюблена? Боже мой.

— Я знаю, не глупышка, -ответила я. - Но я думаю, что один день не повредит.

— Возможно, но почему все веселье должно достаться тебе? – спросила она.

Я моргнула. - хм?

— Ну, почему ты должна быть единственной, кто может потакать своим чувствам хотя бы один день в году? - заметила она. - Что, если я захочу провести день, влюбившись в свою великолепную дочь?

Я просто тупо уставилась на нее. Я такого совсем не ожидала. Мама улыбнулась и передала мне поднос, чтобы я поставила его на столик. Затем она жестом пригласила меня присоединиться к ней, а сама повернулась на бок. Я тоже легла на бок, и мы прижались друг к другу. Я вздохнула, почувствовав, как ее грудь прижалась к моей, как ее шелковистая кожа ласкает мою кожу. Она нежно улыбнулась, когда ее пальцы начали перебирать мои волосы.

— Малышка, - тихо сказала она. - Я твоя мать, и я люблю тебя с того дня, как ты родилась. Я думаю, как думает каждая мать, но я также понимаю, что ты имеешь в виду. Ты хочешь чувствовать, что влюблена в меня так, как была бы влюблена в кого-то, кого одобряет общество?»

Я кивнула, глядя ей в глаза.

— Ты хочешь влюбиться в маму так, как влюбилась бы в мальчика, со всеми этими головокружительными, бурными чувствами, с бьющимся от восторга сердцем, бабочками в животе и всем прочим, что делает влюбленность такой замечательной, верно?

Я снова кивнула. Меня почти ужаснуло, как точно она это изложила.

— Что ж, сегодня я хочу влюбиться в свою дочь, - проворковала она, улыбаясь. -Я хочу влюбиться в нее так же, как влюбилась в ее папу, почувствовать всю ту головокружительную, мягкую эйфорию, которая сопутствует этому.

— Действительно? - спросила я шепотом, мои глаза остекленели от удивления.

— Позволь мне доказать это, - прошептала она в ответ, придвигаясь ближе, так что ее губы почти касались моих. Я лежала совершенно неподвижно, как околдованная.

— Бронвен Рианнон Эванс, - ее голос была таким тихим, но почему-то звенел в моих ушах и моем сердце. -Я очень, очень люблю тебя...

Потом мама поцеловала меня. Все началось с нежности, ее губы прижались к моим, и я, наконец, нашла в себе силы ответить на поцелуй. Мы прижались друг к другу сильнее, постепенно мы углубляли наше выражение любви. Я обхватила ее руками, закинула ногу ей на бедро, чтобы притянуть ее ближе к себе.

Руки блуждали и ласкали, наши рты медленно раскрылись, языки потянулись, чтобы найти друг друга. Они соприкоснулись, липкие и влажные, а затем начали массировать друг друга в поцелуе, который, казалось, не собирался заканчиваться. И это было именно то, чего я хотела. Я хотела провести весь день, целуя свою маму, будучи влюбленной в нее.

Мамина рука нашла мою ягодицу и нежно погладила по щеке. Моя рука нашла ее руку, и мы, ласкаясь, поцеловались, потерявшись друг в друге. Языки медленно сплелись, из нас вырвались тихие стоны. Я чувствовала, как ее грудь прижимается к моей, а соски прижимаются к моим. Тепло между ее ног, оно было так близко к моей киске, что все, что мне нужно было сделать, это слегка надавить бедрами... но для этого было еще достаточно времени. Сейчас мы просто хотели целоваться, и целоваться, и целоваться, и чувствовать друг друга.

— Я люблю тебя, мам, - пробормотала я нежными губами.

— Я люблю тебя, Брон, - прошептала она в ответ, и я вздрогнула, услышав ее слова, потому что почувствовала, что она говорит искренне. Мама действительно любила меня так, как я хотела бы любить ее. Она отдалась этому, даже если это было только на сегодня. И этого было более чем достаточно.

— Ммммм, скажи это еще раз, - простонала я, мой разум плавал в блаженстве. - Повторяй это весь день, я никогда не устану от этого, мамочка.

— И я никогда не устану это повторять, - заверила она меня. -Я так люблю свою прекрасную дочь.

— Я люблю свою маму, - ответила я, и все мое тело затрепетало, когда я это сказала. Я говорила искренне, и это взволновало меня так, как ничто другое никогда не волновало раньше.

Наши поцелуи и ласки начали понемногу разгораться, и я ахнула, когда мама скользнула пальцами от моей ягодицы к моим гладким половым губкам. Она не вводила пальцы внутрь, а просто нежно водила взад и вперед по моим складочкам, стимулируя меня. Мамины ноги были прижаты к моим, так что я не могла легко получить доступ к ее киске (пока), и вместо этого я ласкала идеальные, упругие округлости ее попки и медленно протискивалась между ними, дразня ее узелок. Мама застонала и прижалась ко мне сильнее, возбуждаясь.

Мы жадно заглатывали языки друг друга, зачарованные влажными звуками, которые издавали наши рты. Мое сердце бешено колотилось в груди, а моя киска становилась все более влажной с каждым мгновением и каждым умелым движением похотливых маминых пальцев.

— Ммм, но, боже мой, - внезапно произнесла она, прерывая наш поцелуй, словно только что вспомнила о чем-то. - Моя малышка еще не поела, не так ли? Как это небрежно с моей стороны - забыть.

Я лукаво улыбнулась и наклонила голову, прижавшись губами к одной из ее роскошных грудей. Я несколько секунд водила языком вокруг соска, прежде чем жадно втянуть его в рот. Мама вздрогнула и ахнула, когда я пососала затвердевающий бугорок, прижимаясь еще теснее.

«О, Боже...» - вздохнула она, обхватив мою голову руками.

Я была неумолима, и вскоре мама начала извиваться и громко вздыхать. Теперь она обхватила мою голову, ее пальцы сжимали мой череп. Я чувствовала, как она дрожит, и мои зубы начали нежно покусывать и тянуть сосок.

— Н-н-н, детка... - захныкала она, сжимая меня ногами и руками. - О, боже, Брон...

Вскоре ее дыхание стало прерывистым и свистящим, а я все не останавливалась, сжимая грудь пальцами, посасывая и покусывая сосок. Мама внезапно вздрогнула и издала сдавленный звук, ее пальцы вцепились в мои волосы, она громко мяукнула, запрокидывая голову, чтобы выпустить все это, и несколько секунд корчилась в экстазе.

— Хорошо, хорошо... - задыхаясь, сказала она, отрывая мое лицо от своей груди, которую я тщательно использовала и над которой надругалась. - Боже мой, Брон... ты заставила мамочку кончить, просто пососав ее грудь. О, вау, я не чувствовала такого... целую вечность...

— Приятно осознавать, что я не утратила своей техники», - пошутила я, улыбаясь и подмигивая ей, более чем готовая продолжить игру. Она поняла, что я хотела, потому что прикрыла грудь, словно защищаясь.

— О, Боже... - повторила она, откидываясь на подушки и глядя в потолок, ее кремовая кожа блестела от пота. - Брон, если ты будешь продолжать в том же духе, у меня снова начнется лактация. Это безумие.

— Я бы не возражала, - сказала я, пожимая плечами.

— Может быть, но... как насчет того, чтобы немного пообедать с мамочкой где-нибудь в другом месте, а? - предложила она, улыбаясь мне и раздвигая ноги. Достаточное для того, чтобы я могла проползти и добраться до ее блестящей киски.

— Мммм, с удовольствием, - промурлыкала я, облизывая губы и жадно глядя на ее влажные складочки, манящие меня. Я нежно обхватила внутреннюю поверхность ее бедер и начала целовать ее женственность, дразня ее и наслаждаясь ее возбуждением. Мама вздыхала и постанывала, наслаждаясь моим томным напором и новыми ощущениями.

Наконец, я начала целовать ее киску и клитор, и мама восхитительно задрожала. Прежде чем я успела воспользоваться своими пальцами, ее пальцы скользнули вниз по ее прекрасному телу и приоткрыли ее толстые розовые губки, бесстыдно демонстрируя себя мне. Это было самое горячее зрелище, что я могла себе представить, и от этого у меня защипало в сосках, а из киски потекли слюнки.

— Тебе нравится, малышка? - спросила она, улыбаясь мне и подмигивая.

— О боже, мам, да, - пробормотала я, после чего прижалась ртом к ее ждущему влагалищу и скользнула языком глубоко внутрь. Мама громко застонала и прижалась бедрами к моему лицу, пытаясь втянуть меня глубже в себя. Я просунула пальцы ей под ноги и крепко сжала ими ее бедра, продолжая массировать языком ее внутренности.

Мама была милой и в чем-то приземленной, и я думаю, что именно такой на вкус должна быть настоящая женщина, зрелая, в расцвете сил, потому что именно такой была мама. Сегодня ей исполнилось тридцать пять, и на первый взгляд она могла бы быть на десять лет моложе. Я чувствовала силу в ее гибких ногах, которые изгибались вокруг меня, когда я ласкала ее киску своим языком. Я протянула руку и провела пальцами и ладонями по ее гладкой коже, вверх к плоскому животу, чувствуя, как под ним перекатываются и сокращаются ее сильные мышцы, когда она чувственно двигала бедрами навстречу моему рту.

Теперь, когда мой язык был глубоко внутри нее, ее пальцы покинули лоно и снова запутались в моих волосах, поглаживая мою голову. Ее клитор пульсировал от желания, и время от времени я вытягивалась, чтобы поцеловать его или нежно провести по нему языком, в то время как мама вздыхала или постанывала от блаженства, наблюдая за моими действиями.

— Оооо, детка, ты заставишь мамочку кончить так сильно... - выдохнула она, ее влажная кожа блестела, а ноги дрожали. Я собиралась заставлять ее кончать, и кончать, и кончать весь день, и не было необходимости сдерживать удовольствие. Я хотела, чтобы она кончила мне на язык, выкрикнула мое имя. Поэтому я продолжала, погружая свой язык все глубже в нее и безжалостно лаская ее влагалище.

— Брон! - взвыла мама, двигая бедрами с такой силой, что приподняла меня. Я продолжала двигаться, не обращая внимания на то, что ее ногти впились мне в кожу головы.

Черт возьми, мне уже стало почти больно, когда мама забилась в конвульсиях и закричала, яростно извиваясь вокруг меня. Я почувствовала, как ее влага хлынула на меня, и я сосала и лакала изо всех сил, крепко держась за нее во время этой скачки. Мама тяжело дышала и что-то бессвязно выкрикивала, я смогла разобрать только свое имя.

Я не останавливалась, и мама кончила три раза, каждый из которых была таким же интенсивным, как и предыдущий. Мое лицо было мокрым и липким, но мне это нравилось, мое сердце бешено колотилось в груди, когда я заставляла ее кончать снова и снова. Я и раньше доставляла ей хорошие оргазмы, много оргазмов, но я не помнила, чтобы они когда-либо были такими интенсивными.

Прошла почти минута с небольшим, прежде чем мама плюхнулась на подушки. Ее грудь тяжело вздымалась, она громко дышала. А я продолжала нежно целовать и облизывать ее, слизывая языком влагу с ее киски и внутренней поверхности бедер долгими, медленными движениями, которые должны были помочь ей успокоиться.

Через некоторое время мама удовлетворенно вздохнула, обняла себя, а затем поднесла одну грудь ко рту, чтобы нежно поцеловать и пососать, наверное, таким образом успокаивая себя. Я продолжала целовать ее, довольная тем, что она так сильно кончила.

— Ммммм, малышка... - наконец пробормотала она, откидывая голову назад и просто расслабляясь. Ее руки были прижаты к груди, так что я почти не могла разглядеть ее лица. - Это было... так чудесно... никто не заставлял меня так кончать, со времен твоего папочки. Вау...

— Вот это уже высокая похвала, - пробормотала я, снова целуя ее киску, после чего медленно поднялась вверх по ее телу. Она приняла меня в свои объятия. Наши груди соприкоснулись, мы начали целоваться глубоко, томно и с нежностью. Я жаждала этого больше всего на свете. Я была так влюблена.

Мы просто целовались несколько минут, чувствуя, как наши тела идеально сливаются воедино. Ее липкая киска прижималась к моей, ее влага делала меня липкой и теплой. Где-то в глубине души я чувствовала острую потребность в собственном оргазме, но я была так сосредоточена на том, чтобы просто показать ей, как сильно я ее люблю.

— Боже мой, Брон, - вздохнула она, когда поцелуй закончился. - Неудивительно, что я так в тебя влюблена.

— Я собираюсь делать это с тобой весь день, - сказала я, кивая головой. - Я собираюсь заставить тебя кончать столько раз, что ты не вспомнишь ничье имя, кроме моего.

— Боже мой, я не могу дождаться, - сказала она, лукаво улыбаясь. - Сегодня ты пробуждаешь во мне распутного, изголодавшегося по сексу зверя. Более распутного и изголодавшегося по сексу, чем обычно. Я хочу быть такой развратной и безумной с тобой весь день.

— О боже, мам, да, - сказала я, покачивая бедрами. В моем возбужденном воображении начали появляться новые идеи. -Скажи мне еще что-нибудь.

— Я не совсем уверена получится ли, - сказала она, ее руки скользнули вниз по моей спине к ягодицам. - Но мы будем трахаться, и трахаться, и трахаться, и просто продолжать делать и говорить все, что придет в голову. Никаких ограничений.

— Это звучит потрясающе, мама, - выдохнула я, чувствуя, как мое возбуждение возвращается ко мне, когда я смотрю в ее горящие глаза. Я действительно разбудила в ней страстное желание трахаться весь день. - Давай продолжать...

Она кивнула и крепко обняла меня, притягивая мое влажное влагалище к своему. Она раздвинула ноги еще шире, позволяя мне двигаться дальше. Наши клиторы встретились, наши скользкие соски начали сливаться воедино. Мы обе задрожали, наслаждаясь ощущениями, потому что это была самый тесный контакт между нами как любовницами.

В этот момент я трахала свою маму, а моя мать трахала меня, пристально глядя друг другу в глаза. Это было... Небо.

— Я люблю тебя, мам, - пробормотала я, когда начала двигать бедрами, моя киска скользнула по ее киску.

— Я люблю тебя, малышка, - прошептала она в ответ, прижавшись бедрами к моим, ее губки скользили по моим губкам, посылая нам обеим нереальные мурашки восторга. -Я так люблю тебя...

Мы обхватили друг друга руками и поцеловались, продолжая покачивать бедрами и трахать друг друга. Я согнула колено, уперлась пальцами ног в матрас, стараясь прижаться еще теснее. Мы стонали, когда наслаждение разливалось по нам, теплое, влажное наслаждение.

— Трахни меня, мамочка, - прошептала я. - Трахай меня, пока я не закричу и моя пизда не кончит на тебя...

Мама кивнула, ее глаза блестели от вожделения. - Хочешь почувствовать, как мамина пизда кончает на твою, детка?

Услышав, как мама говорит «пизда», я взбесилась и еще сильнее прижалась к ней.

— Пожалуйста, мамочка, - выдохнула я. -Трахни мою киску!

— Я люблю тебя, Брон... - еле смогла произнести она.

— Я люблю тебя, мамочка, - прохрипела я.

— Трахни меня!

— Трахни мою пизду, мамочка!

Мы извивались и толкались, наши киски издавали жадные чмокающие звуки, когда мы с дикой самозабвенностью терлись друг о друга. Ее руки, словно тиски, обхватили меня, прижимая к себе так, что стало почти трудно дышать, но мне было все равно. Я трахала свою мамочку, и мы собирались кончить вместе.

Мы лихорадочно целовались, всхлипывая, сжимая руки и ощупывая друг друга в отчаянной попытке сблизиться. Но я не знала, возможно ли это без того, чтобы мое влагалище каким-то образом оказалось внутри ее влагалища.

— Ты любишь мамочку? - спросила она, тяжело дыша.

— Угу! - это все, что я могла выдавить, глядя ей в глаза.

— Моя малышка... хочет жениться на мамочке? - она тяжело дышала.

— Да, - сказала я как в бреду, в голове у меня все перемешалось. Моя мама действительно только что сказала, что мы должны пожениться? - Да!

— Я хочу выйти за тебя замуж, малышка! - выдохнула она. -Я хочу выйти за тебя замуж и трахать тебя вечно!

Это было безумие, но мне это нравилось. Мы же договорились сегодня сходить с ума и говорить все, что угодно, не так ли?

— Я хочу трахнуть тебя и родить от тебя ребенка! - вскрикнула я, напрягая мышцы ног. - Я хочу трахнуть тебя и сделать так, чтобы ты родила от меня ребенка!

Глаза мамы сияли, когда наша дикая похоть и воображение разыгрались безудержно.

– Ты хочешь, чтобы у мамочки была член, чтобы она могла трахать тебя до тех пор, пока ты не закричишь, а потом кончить в тебя и родить от тебя ребенка?

Я отчаянно кивнула, мой пот капал ей на лоб. Никому из нас не было до этого дела.

— И я хочу трахнуть тебя своим членом и кончить в тебя, мамочка.

На ее лице сияла безумная улыбка, мы обе сходили с ума от удовольствия, оргазм готовился обрушиться на нас подобно цунами.

— Еще, - выдохнула она, сильнее прижимаясь ко мне. -У нас обеих есть члены и киски, мы трахаемся и трахаемся до тех пор, пока не кончим друг в друга и не родим наших детей! Поженимся, кончим друг в друга и родим детей друг от друга!

Это вывело меня из себя, и я уже не могла сдерживаться. Я прижалась губами к ее губам и толкалась так сильно, как только могла, упираясь пальцами ног в матрас и отчаянно напрягаясь, когда вжималась своим влагалищем в ее. Мама отчаянно вцепилась в меня, ее ногти впились в мои ягодицы, когда она тянула мое влагалище к своему, вминая наши губки и соединяя наши розовые соски.

Мы обе кричали так громко, что у меня в голове вибрировало. Мое тело было абсолютно безжалостно истерзано оргазмом, который разорвал мои чувства на части. Я чувствовал мамин член внутри себя, чувствовал, как он вливает в меня ее сперму, делая меня беременной, чтобы у меня был ее ребенок.

Я чувствовала, как мой член вливает в нее мою сперму, зная, что я делаю ее беременной, что у нее будет мой ребенок. Ее член была в моей пизде, а мой член была в ее пизде, я могла поклясться, что чувствовала это.

Потоки спермы струились между нами и внутри нас...

Тишина, наступившая после бурного оргазма, была оглушительной, она ревела у меня в ушах. Наши тела прижались друг к другу, опустошенные и, измученные. Мое сердце бешено колотилось в груди, и наше тяжелое дыхание было единственным звуком в этой ошеломляющей тишине. Я чувствовала, как бьется мамино сердце в ее груди, прижатой ко мне.

Я поцеловала ее. Это было все, на что я была способна. Я ткнулась лицом в лицо матери, и наши губы встретились. Это так себе поцелуй, со слабенькими движениями губ, и объятие были такими же вялыми. В основном мы просто лежали, не в силах что-либо сделать.

Пять минут или пять тысяч лет... Я понятия не имела, сколько времени прошло, прежде чем я, наконец, слезла со своей матери. Но мы обе вздрогнули, по нам пробежали мурашки, потому что прошло достаточно много времени, чтобы влага, смешавшаяся между нашими прижатыми влагалищами, стала липкой, а наши половые губки раздвинулись будто были приклеены. Я уже видела такое в лесбийском порно, когда смотрела, как две девушки раздвигают свои киски, и их губы кажутся. Это было такое невероятное ощущение.

Я лежала рядом с ней, прижавшись к ее боку, и тупо смотрела в потолок, пытаясь вспомнить, как дышать нормально. Я приложила предплечье ко лбу, а другой рукой нащупал ее руку и сжал ее.

— Вот черт, - наконец, я произнесла тихим голосом. - Я никогда в жизни не испытывала ничего подобного. Даже с тобой, мама.

— Это было... невероятно, Брон, - согласилась она, устало кивая. - Это было невероятно.

— Влюбленность и желание пожениться, трахать друг друга членами, кончать друг в друга и рожать друг от друга детей приводят к самым умопомрачительным оргазмам в мире, - пробормотала я, все еще не в силах осознать случившееся.

— Да, да, это так, - сказала она слабым голосом. - Быть замужем за тобой, скользить в тебе своим членом и кончать в тебя, пока ты делаешь то же самое со мной, равносильно умопомрачительному оргазму, от которого замирает сердце...

— Мне нравится быть влюбленной в тебя, мама, - сказала я, сжимая ее руку и слегка поворачивая голову, чтобы посмотреть на нее. - И я хочу быть влюбленной в тебя весь день, но... давай прибережем эту особенную фантазию для особых случаев и праздников, ладно? Потому что это нас убьет.

Она с любовью улыбнулась мне.

— Хорошо, малышка. Только для особых случаев.

Мама повернулась на бок и прижалась ко мне, я сделала то же самое. Мы нежно целовались и ласкали друг друга. В этом не было никакого секса, только близость и чистая любовь. На данный момент этого было достаточно.

— Чему ты ухмыляешься? - спросила я некоторое время спустя, заметив знакомый блеск в ее глазах и легкую усмешку в уголке ее красивого рта.

— Я просто представляла, о чем мы говорили, когда сходили с ума, - размышляла она, поглаживая пальцем мою руку. - Ну, знаешь, о том, что у нас обеих были члены и киски одновременно, и мы оплодотворяли друг друга.

Я хихикнула.

— Даже для нас это было довольно необычно. Но мне это понравилось.

— Но если мы будем трахать киски друг друга своими членами одновременно, - продолжила она, не сбавляя темпа. - Будут ли наши члены находиться над нашими кисками? Нужно ли нам будет что-то делать, например, ложиться друг на друга, чтобы войти друг в друга?

— И даже если бы наши члены были ниже наших кисок, у нас все равно была бы та же проблема, - сказала я, полностью отдавшись этим безумным мыслям.

— Что, если... - предложила она, постукивая пальцами по моей груди, отчего та затряслась, а я захихикала. - Что, если у одной из нас член был бы над пиздой, а у другой - под пиздой?

Я ухмыльнулась, понимая, что мама теперь по-настоящему развратничает, потому что она продолжала свободно употреблять неприличные слова «член» и «пизда», а также тонко выделять их в каждом предложении. Меня по-настоящему заводило, когда я слышала, как моя мама произносит это.

— Ну, типа... это позволило бы нам быть внутри друг друга одновременно, не так ли? - рассуждала я. - Значит, член сверху трахает пизду сверху, а член снизу трахает пизду снизу.

— Именно так, - сказала мама, для пущей выразительности постучав ногтем по моему соску, отчего я взвизгнула от внезапного, но желанного укола. - Моя малышка такая умная.

— Может, она просто извращенка, - решила я, пожав плечами. - Но, учитывая, кто моя мама, какой еще я могу быть?

Мама захихикала, и мы продолжили целоваться. Мы зарылись в простыни, бормоча, как мы любим друг друга, и я поняла, что этот день обещает быть замечательным.

Пока мы мочились в туалете, то тесно прижавшись друг к другу и страстно целовались. То, что мы мочились друг на друга, было нашим очередным сломом запретов. Я задрожала, когда ее струя ударила по моему клитору, и я заерзала, отвечая ей взаимностью. Мои груди были прижаты к ее груди, мы снова надели зажимы для сосков, соединяющие нас друг к другу.

Тяжело дыша, мы прервали поцелуй, и, прижавшись лбами, посмотрели друг другу в глаза. Блестящая струйка слюны между нашими губами все еще связывала нас. Я чувствовала, как ее руки нежно ласкают мои волосы. Мои руки медленно блуждали по ее спине.

— Я никогда не устану касаться нашими кисками, - прошептала она с придыханием, прижимаясь ко мне своей киской. - Я полностью зависима от тебя, Брон.

Я кивнула, чувствуя, как мое сердце бешено колотится в груди.

— Я тоже, мам. Я надеюсь, что ты наслаждаешься своим днем рождения.

Она улыбнулась и нежно кивнула.

— Да, детка. Мне не терпится узнать, что еще ты запланировала.

— О, много чего, - проворковала я, наклоняясь и целуя ее в шею. Мама слегка застонала. - Я приготовлю тебе чудесную, расслабляющую ванну, сделаю массаж, мы сходим на ужин в какой-нибудь клуб, и я почти уверена, что наши киски будут целоваться так же часто, как и мы.

— Мммм, все это звучит чудесно, - промурлыкала она. - Особенно последняя часть.

Я прошептала ей на ухо. - Я подумала, мы могли бы вернуться в ту фотобудку в торговом центре, посмотреть, сможем ли мы потрахаться или, по крайней мере, сделать по-настоящему пикантные снимки.

— Я давно хотела это сделать, Брон, - прошептала она в ответ. Она явно завелась, ее голос стал хриплым, а глаза сузились. Она обхватила мои ягодицы руками, крепко прижимая меня к себе и прижимая мою киску к своей. – Есть много рискованных мест, где я хочу трахнуть тебя.

— В ближайшем будущем нам нужно сходить и устроить той цыпочке из секс-шопа еще одно шоу, - сказала я в ответ, ощупывая ее грудь и пощипывая соски. - Она бы с удовольствием снова посмотрела, как мы трахаемся.

— А кто бы отказался? - теперь мама хмыкнула, опускаясь пониже на сиденье, чтобы я была поближе и ей было легче трахать меня.

Слова были больше не нужны, так как мы сосредоточились на том, чтобы заставить друг друга кончить. Клиторы соприкасались, половые губки скользили и смешивались, а соски тыкались друг в друга. Почти вскрикнув, я кончила первой. Она не отставала и кончила почти сразу после меня.

Затем мы пошли в душевую кабинку. Мы задыхались в неряшливых поцелуях, не заботясь о слюне, которой измазывали друг друга. Мне было жарко, я была так влюблена в маму. Мы шептали слова любви и ласкали друг друга. В конце концов, пришло время ванны, и я неохотно вышла из кабинки. Я демонстративно повернулась лицом к ванне и нагнулась, чтобы включить воду. Мама последовала за мной и присела, целуя мои ягодицы и киску, поглаживая пальцами мои липкие губки, клитор и мой маленький узелок, заставляя меня стонать и дрожать.

Я подошла к туалетному столику и достала несколько масел для ванны, а также несколько лепестков роз, которые я там припрятала. Мама с восторгом наблюдала, как я капала масла, которые пахли просто божественно, а затем выложила лепестки на поверхность. Я достала спрятанные свечи, расставила их по комнате и зажгла. Мама смотрела, ее глаза светились любовью, когда я приглушила свет в комнате, оставив только романтическое сияние свечей.

— Миледи, вас ждут процедуры, - сказала я, величественно указывая на большую ванну.

Мама позволила мне помочь ей забраться в ванну. Она застонала, опускаясь в воду, наслаждаясь роскошью масел, их ароматами и ароматом роз. Затем я забралась в ванну вслед за ней, устроилась поудобнее и начала ласкать ее. Конечно, я бы позволила ей расслабиться, но это был мой шанс побаловать мою мамочку и восхититься ее влажным телом. Мы обе знали, что она обязательно кончит еще до того, как закончит принимать ванну.

Мама устроилась поудобнее, откинув голову на крошечную подушечку, прикрепленную к краю, и закрыла глаза. На стоящей на полке Bluetooth-колонку я включила тихую музыку для спа, предназначенную для расслабления, а затем просто посидела несколько минут, позволяя маме расслабиться. Наконец, ее глаза открылись.

— Малышка, мне что-то нужно сделать? - спросила она сонным голосом.

— Не двигайся, - медленно произнесла я, осторожно придвигаясь ближе. Я усадила ее и встала за спиной. Она сидела посередине ванны, наклонив голову вперед, а я, используя маленькое медное ведерко, поливала ее ароматной водой. Затем я стала ласкать ее тело руками (и, возможно, ее спину - своими сиськами), не торопясь, исследуя каждую ее частичку, даже ступни и пальчики ног. Я целовала ее пальцы, массируя их, двигаясь с поцелуями вверх по ее руке, как в тех старых фильмах, пока мои губы не коснулись ее губ. Я нежно поцеловала маму, и она просто растаяла от этого поцелуя.

Я принялась втирать в ее волосы роскошный шампунь, который она так любила, и она застонала от непередаваемого удовольствия, когда мои пальцы прошлись по ее коже головы. Затем я налила еще воды, чтобы тщательно смыть шампунь, а затем нанесла кондиционер на ее волосы.

— Итак, мамочка, сейчас я спущу воду из ванны, мы встанем и помоем тебя еще раз, хорошо? - прошептала я, приблизив свои губы к ее губам, прижавшись грудью к ее груди.

— Да, детка, - сказала она, почти как в трансе. - Как скажешь, детка.

Пока вода стекала, я продолжала обнимать и ласкать ее сзади, а она все это время стонала и мечтательно вздыхала. Когда я помогла ей подняться на ноги, вода была почти пуста. Она хихикала, потому что мне приходилось почти поддерживать ее в вертикальном положении. Это было все равно что поддержать пьяную подругу, потому что она была очень расслаблена после получаса сидения в маслянистой, ароматной воде, когда ее ласкали и массировали.

С удивительной ловкостью мне удалось включить душ, и вода хлынула на нас обоих. Музыка все еще играла, и свечи были нашим единственным освещением, когда я, прижимая маму к себе, просто медленно водила ее кругами, позволяя воде смыть масла и смыть кондиционер с ее волос. Мама обняла меня, шепча о том, как сильно она меня любит, как сильно она в меня влюблена. Я верила ей.

Мы медленно целовались и ласкались, наслаждаясь маминой расслабленностью. Наконец, я решила, что маме пора кончить, и осторожно прислонила ее спиной к стене, наклонив ноги и бедра вперед. Я покрыла поцелуями ее лицо, шепча слова любви и преданности, затем перешла к шее. Мама застонала и нежно обняла меня за голову, пока я спускалась вниз по ее телу, а вода лилась на нас. В полутемной комнате это казалось невероятно романтичным. Я вздрогнула от того, как все это было чудесно - заниматься этим с ней.

Я прижималась своей грудью к ее груди, когда целовала ее шею и плечи, поднимала ее руки, чтобы поцеловать пальчики. Я медленно спустилась к ее ключицам, и мама совсем не возражала. Наконец я добралась до ее грудей, нежно сжимая их, целуя и посасывая. Мама застонала и заерзала, и я поняла, что она начала возбуждаться, хотя все еще оставалась расслабленной.

Я опустилась на колени и поцеловала ее плоский, подтянутый живот, проводя языком по коже, а ее пальцы зарылись в мои мокрые волосы, поглаживая кожу головы. Я прошептала слова, которые могла слышать только я, о том, как отчаянно я влюблена. Я целовала возлюбленную, пока не добралась до чувствительной кожи прямо над ее киской. Затем я поцеловала ее там и провела языком по коже, заставив ее застонать.

Затем я медленно повернула ее, прижимая верхнюю часть ее тела к теплым, влажным плиткам. Мама снова застонала, когда я начала целовать ее ягодицы, массируя их и нежно двигая по кругу. Я провела пальцами и языком по ее анусу, и она захныкала и задрожала, ее голос был таким тихим, что я едва могла его расслышать.

В конце концов я наклонилась и крепко поцеловала ее влажные, припухшие половые губки, и она вздрогнула от моего прикосновения, судорожно вздохнув. Боже, она была так возбуждена, что я чувствовала вкус ее смазки, хотя вода стекала по ее телу. Я снова поцеловала ее там, и она заерзала, требуя большего. Я высунула язык и позволил ему скользнуть по ее губкам, по клитору, наслаждаясь звуками, которые она издавала, тем, как она извивалась.

Я медленно скользнула в нее одним пальцем, и она задрожала и застонала, сжимая вторженца.

— Детка... - это все, что она смогла сказать.

Я злорадно улыбнулась про себя, представив, что мама сделает со мной, когда настанет ее очередь ублажать и дразнить меня до безумия. Мне понравилась эта идея. Мой большой палец нежно проник в ее попку, в то время как средний палец двигался внутри ее жаждущей, влажной женственности. Мама зашипела и вцепилась в мою руку, желая большего.

Без предупреждения я снова развернул ее, и она автоматически прислонилась спиной к стене, согнув колени и бесстыдно подавшись бедрами вперед, выставив на всеобщее обозрение свою гладкую, выбритую киску, жаждущую моих прикосновений. Ее глаза были закрыты, а дыхание тяжелым. Одной рукой я ощупывала ее большие груди, пощипывая и оттягивая соски, а другой прижала ее к стене.

— Мамочка хочет кончить? - спросила я, лукаво улыбаясь.

— Пожалуйста, Брон... - попросила она тихим, прерывистым голосом. Ее глаза все еще были закрыты, как будто она не могла держать их открытыми. - Заставь мамочку кончить. Заставь ее кричать как шлюха. Твоя шлюха.

— Мммм, моя мамочка-шлюшка... - промурлыкала я, прижимаясь ртом к ее влагалищу и принимаясь сосать и лизать всерьез. Мама громко застонала, прижимаясь ко мне киской и двигая бедрами. В тусклом свете свечей, разлитом по комнате, я могла видеть, как блики пляшут на ее влажном, блестящем теле, и эффект была настолько эротичным, что я чуть не кончила на месте, просто глядя на нее. Но я продолжала ласкать ее киску, как подобает послушной дочери, с нетерпением ожидая ее оргазма, желая получить его ртом, ощутить вкус ее экстаза.

Я начала массировать языком ее клитор, одновременно вводя два пальца в ее ожидающее влагалище, чувствуя, как она вздрагивает и стонет, как ее норка сжимает мои пальцы с почти эгоистичной потребностью. Я двигала ими вверх и вниз внутри нее, сначала медленно, но постепенно набирая темп, продолжая трахать языком ее клитор. Мама извивалась надо мной, ее дыхание переходило из тихих в прерывистые вздохи, громкие и безудержные.

— Брон... Брон... - удалось выдохнуть ей, ее тело сотрясала дрожь. Она все еще ощупывала и почти терзала свою грудь, пока я творила над ней свое волшебство. Я была полна решимости довести ее до предела, заставить кончить так сильно, чтобы ее влагалище разорвалось. В конце концов, это было именно то, чего я хотела для нее.

Затем она дернулась и подалась бедрами вперед, почти ударив меня по лицу своей киской и откинув назад шею. Я держалась изо всех сил, просовывая пальцы внутрь и втягивая в рот ее клитор. Мама затряслась, как одержимая, а затем издала пронзительный крик полного восторга, оргазм вырвался из ее глубины. Она стонала надо мной, орошая мое лицо, в то время как я просто продолжала трахать ее языком и пальцами, жадно принимая ее выделения.

Это чуть не зашло слишком далеко, я успела поймать ее, когда она начала сползать по стене. Ее грудь тяжело вздымалась, и она была почти как мертвая. Глаза мамы были закрыты, но я видела блаженство на ее лице. Она была на небесах, и я задалась вопросом, смогу ли я когда-нибудь вернуть ее обратно.

Она сидела, прислонившись к стенке, и медленно дышала, ее великолепная грудь вздымалась и опускалась. Ее руки безвольно свисали по бокам. Я села верхом на ее ноги, терпеливо ожидая, лаская и поглаживая ее. Должна признаться, я была горда. Я заставила ее кончить, но мы не занимались сексом. Это я доставила ей удовольствие, и она кончила.

Наконец, ее глаза распахнулись, и она устало улыбнулась мне.

— Ух ты, детка... спасибо...

— Мне тоже было приятно, мам, клянусь, - заверила я ее. Я погладила ее усталое лицо, все еще раскрасневшееся от оргазма. - Это было так чудесно - делать это с тобой. Я никогда не насыщусь этим.

— Мне тоже хочется этого, - сказала она, задержала дыхание, и кивнула. Она на мгновение замолчала, прежде чем заговорить. - Мне нужно в туалет.

— Не надо, - просто сказала я, продвинувшись вперед, пока мое влагалище не прижалось к ее. - Дай мне это, мамочка.

Она устало улыбнулась, слегка кивая, ее глаза снова были закрыты. Через несколько секунд она слегка вздрогнула, а затем начала мочиться. Я тоже вздрогнула от этого ощущения. Я наклонилась, приподняла пальцами ее подбородок и нежно целовала, пока она делала свое дело. Закончив, она вздохнула и мечтательно улыбнулась мне.

— Интересно, на что же похожи небеса, если они лучше, чем это, - прошептала она.

— Давай-ка в последний раз сполоснем тебя, моя королева, - сказала я, слезая с нее и осторожно поднимая на ноги. - В конце концов, на сегодня запланировано еще столько всего, и все будет все более и более развратным.

— Боже мой, - сказала мама, наконец вставая. - Я, наверное, хочу, чтобы этот день никогда не заканчивался. Я бы хотела, чтобы каждый день была моим днем рождения.

— Я могла бы посвятить остаток своей жизни тому, чтобы сделать это реальностью для тебя, мамочка - сказала я, нежно вытирая ее губкой. Наконец, я выключила воду, вытащила ее из ванны и вытерла большим пушистым полотенцем, а затем завернула ей волосы в другое. Я вытерлась сама и замотала свои волосы, после чего отвела ее обратно в комнату.

— Куда мне пойти дальше? - спросила она, когда мы вошли в роскошную спальню. И снова свет была приглушен, и мне нравилось смотреть на ее чувственное тело при таком освещение.

— Я хочу тебя везде, - сказала я с улыбкой. - Но сейчас давай посадим тебя в твое кресло у туалетного столика.

Я подвела ее к креслу и усадила на него, встав позади. Я еще немного вытерла ее волосы полотенцем, а затем начала расчесывать мягкой щеткой ее густые, блестящие каштановые волосы. Мама мурлыкала и стонала, закрыв глаза, и, клянусь, она засыпала из-за того, что я с ней делала. Осознание того, что я могу заставить ее достичь этих состояний блаженства, балуя ее, приводило меня в трепет.

— Так что же будет дальше, любовь моя? - спросила она мягким голосом, вероятно, желая убедиться, что на самом деле не уснула.

— Ты еще не насытилась после всего этого секса и разврата? – спросила я. - Я знаю, это был плотный завтрак.

Мама хихикнула. «Может быть, просто перекусим, детка? Йогурт с медом и пророщенной пшеницей. И я бы не отказалась от крепкого кофе, чтобы проснуться».

— Когда я закончу расчесывать твои волосы, я уложу тебя на кровать, а потом схожу за этим, - просто сказал я. - После этого еще один отличный секс, который сделает твой день потрясающим.

— Наверное, мне следует бояться, - съязвила она, улыбаясь. - Если это заставит меня кончить сильнее, чем недавно...

— Ты будешь моей добровольной секс-рабыней, я могу это гарантировать, - ответила я.

— Я уже твоя добровольная секс-рабыня, Брон, - тихо сказала она, глядя на меня в зеркало. - С того самого утра, когда мы проснулись и просто набросились друг на друга. Без вопросов.

Я сглотнула. - Я тоже, мам. Я зависима от тебя. Я тоже твоя сексуальная рабыня. Нет ничего, чего бы я не сделала и чего бы не позволила тебе сделать со мной. С тобой мне нужно все.

Я закончила ее причесывать и отвела на кровать, осторожно уложив. Я опустилась на четвереньки рядом с ней, улыбаясь ее прекрасному лицу.

— Я пойду сварю кофе, вернусь через несколько минут.

Несколько мгновений мы нежно целовались, после чего я смогла отстраниться. Ненавижу разлуку с ней, пусть всего на несколько минут в другой части дома. Я спустилась вниз, решив не заставлять ее ждать. Я сварила кофе, достала йогурт, мед и пророщенную пшеницу, а затем спустилась в подвал.

Скоро здесь начнется следующая фаза операции «Убей маму сексом»...

Мы сидели на ее кровати, и я пила кофе, пока она ела свой йогурт. Я подумала, что протеины плюс быстрые углеводы в виде меде и пророщенной пшеницы должны немного ее взбодрить. Она хихикала, когда я время от времени устраивалась поудобнее и посасывала ее соски. Я была полна решимости однажды вызвать у мамы лактацию.

— Итак, что у нас дальше на повестке дня? - любезно спросила она, протягивая мне пустую миску, которую я убрала в сторону.

— Следующий важный этап состоится в подвале, когда ты будешь готова, - ответила я, все еще прижимаясь к ней.

— О-о-о, - сказала мама, ухмыляясь и покачиваясь. - А бильярдный кий тут ни при чем?

— Нет, он не вошел в программу, - хихикнула я, делая про себя заметку, может быть, после того как мы сходим куда-нибудь поужинать. - Но я знаю, что тебе это понравится. Когда ты будешь готова, мы спустимся вниз.

— Великолепно, - вздохнула она, откидываясь на спинку кровати и потягиваясь. Я не сводила глаз с ее сексуальной фигуры и красивых сисек. - Хочешь сначала немного потискаться? Мне вдруг захотелось поцелуев моей малышки.

Не колеблясь, я опустилась на маму, и, обняв друг друга, мы начали страстно целоваться. Наши языки переплелись, и я заметила, что мы с мамой увлеклись небрежными, слюнявыми поцелуями, от которых у нас становились влажными не только лица, но даже плечи и ключицы. Это было так сексуально.

Я лежала на ней сверху, прижавшись сиськами к ее груди, время от времени выгибая спину, чтобы провести сосками по ее маленьким твердым бутонам. От этого нас обеих бросало в дрожь, и я чувствовала, как наши киски становятся влажными, от прикосновений друг к другу. Было так заманчиво трахнуть маму прямо здесь, но если бы я это сделала, то упустила бы время, отведенное на мероприятие в подвале, и возможно, на нашу прогулку. Я кое-как сдержалась и вместо этого просто целовала ее.

— Малышка, - пробормотала она в середине поцелуя, наши языки все еще боролись, губы блестели. - Я знаю, что ты хочешь, чтобы я кончила внизу, что бы ты не подготовила, но могу я сделать себе маленький подарок на день рождения, заставив тебя кончить мне на лицо?

Я задумалась на долю секунды, поняла, чего она хочет от меня, а затем кивнула и поднялась с ее тела. Мама тоже встала и уложила меня на свой плюшевый матрас. Она опустилась у моих ног на четвереньки и выжидающе посмотрела на меня. Я покраснела и мило улыбнулась, прикрыв руками грудь, раздвинула ноги и бесстыдно подставила ей свою киску.

Мама наблюдала, как я медленно провела рукой вниз по своему телу, наконец добравшись до киски. Я двумя пальцами широко раздвинула губы, показывая ей, насколько я влажная и готовая.

— Ммм, с днем рождения меня... - тихо сказала она, устраиваясь у меня между ног. Мама, не теряя времени, начала целовать мою ожидающую киску, обхватывая ее и дразня языком мой клитор. Я вздрогнула и вздохнула, приятное покалывание распространилось по всему телу. Моя мама занималась со мной оральным сексом, это было самое порочное и аморальное занятие, и я наслаждалась каждой секундой этого процесса.

Когда мама раздвинула пальцами мои половые губки, мне пришлось убрать свои руки и позволить ей погрузить свой язык глубоко внутрь меня. Я застонала и выгнула спину, мои руки обхватили мои груди, сжимая их. Мамин ловкий язычок исследовал меня, и я просто таяла, позволяя ей делать со мной все, что ей заблагорассудится. Я чувствовала ее язык внутри себя, на своем клиторе, ее пальцы исследовали меня, а один даже скользнул в мою попку.

Я понятия не имела, сколько прошло времени. Все, что я знаю, это то, что в конце концов я содрогнулась и прижалась тазом к маминому рту. Когда она заставила меня кончить, мое влагалище превратилось в сверхновую звезду на ее языке. Я визжала и извивалась всем телом. Почти уверена, что я забрызгала ее.

Черт, это было так приятно. Я была так порабощена ею.

Наконец мама вытащила из меня свой язык и нежно поцеловала мой клитор. Затем она поползла вверх по моему телу и легла на меня сверху, целуя глубоко и с любовью. Я задрожала, чувствуя свой вкус в поцелуе. Мы целовались какое-то время, мама, казалось, полностью контролировала ситуацию. Наконец, она села, ее ноги были разведены в стороны, а киска прижата ко мне. Она лукаво улыбалась, двигаясь волнообразно, медленно прижимаясь своим влагалищем к моему.

— Это не заставит нас кончить, - проворковала она, двигаясь очень медленно. - Но твоя киска была такой липкой, Брон, что мне просто необходимо было разделить влагу с тобой. Взгляни.

Я опустила глаза и, как загипнотизированная, смотрела, как наши киски соприкасаются. Моя киска была блестящей, липкой и влажной, и мама теперь растирала эту любовь по своим губам. Я слышала звуки, эротичные, не похожие ни на что другое, что я могла себе представить. То, как наши половые губы соприкасались и влажно отрывались друг от друга, покалывание в клиторах, когда они соприкасались.

— Как ты себя чувствуешь, малышка? - спросила она, все еще двигаясь со мной.

— Боже, мам, - вздохнула я, все еще не до конца оправившись от оргазма. - Ты показала мне совершенно новый уровень «зависимости от оргазма», о котором я раньше и не подозревала.

— Я тоже, - согласилась она, кивая и, наконец, отрывая свое влагалище от моего. – Только твой папочка мог бы заставить меня кончить так, как я кончаю с тобой. Пойдем когда ты будешь готова.

— Дай мне... секунду... - выдохнула я, слабо махая рукой. - Я еще не уверена, что помню, как пользоваться ногами...

Мама рассмеялась и рухнула на меня сверху, нежно целуя.

...

Мы спустились в подвал...

— Что это у нас тут? - спросила мама, когда я привела нас, голых и держащихся за руки, в тренажерный зал. В подвале всегда было немного прохладнее, чем наверху, так что мы пили «бриллиантовые» коктейли. Температура скоро изменится, ведь я хочу дать жару.

Мама смотрела на уже надутый надувной матрас, который лежал внизу. Это был тусклый серебристо-серый матрас, довольно большого размера, что давало мне достаточно места для того, что я задумала.

— Это, - сказала я, отпуская ее руку и подходя к матрасу. - Это старый надувной матрас, который мы держали в шкафу. Я надула его, пока варила кофе. Ты ляжешь на него и просто позволишь мне делать то, что я хочу.

— Как скажешь, - просто сказала она, опускаясь на матрас. Ее тело слегка подпрыгнуло, когда она ложилась на спину. Ее сиськи затряслись, и мы захихикали при виде этого зрелища.

— Но не может быть, чтобы все было так просто. Ты привела нас сюда, потому что собираешься сделать то, чего не смогла бы сделать наверху.

— Виновна по всем пунктам обвинения, - сказала я, опускаясь на колени рядом с ней. - В последнее время я смотрю много лесбо-порно, понятия не имею почему...

— О, конечно ты не имеешь понятия, - согласилась мама, довольно серьезно кивнув, прежде чем рассмеяться. - С целью...

— Я обещала массаж, и вы получите специальный массаж, о котором я узнала недавно, - продолжила я, доставая большую деревянную чашу. - Это японская процедура, которая называется «массаж нуру».

— О, я, кажется, слышала о таком, - сказала мама. - Это что, гель из морских водорослей, который девушка намазывает на тебя, а потом массирует своим телом?

— Да, именно так, - сказала я, с готовностью кивая и радуясь, что она догадалась.

Она хихикнула.

— Я обычно делала твоему папе массаж с мылом таким образом, чтобы мы намыливались, а потом растирали его по всему телу, пока хватало мыла. Это продолжалось не так долго, как мне бы хотелось, но я была любительницей, и ему все равно это нравилось. Это его так возбуждало, и он так жестко меня трахал.

— Мммм, мам, - вздохнула я, извиваясь и лукаво улыбаясь ей. - Это заставляет меня думать о том, как скользкий папочка трахает меня... трахает нас обеих...

— Что ж, сегодня твой день принять эстафету, детка, - взволнованно объявила она. - Ты смотрела видео, так что теперь ты эксперт. Где ты взяла гель?

Я покраснела.

— Я... в том секс-шопе в первый день, когда мы начали трахаться, - пробормотала я. - Я увидела коробку, и она показалась мне интересной, поэтому я положила ее в свою сумку, пока ты не заметила. Потом я просто изучила, что с ней делать в Интернете.

— Ах ты, маленькая шалунья, - сказала мама, лукаво улыбаясь и поворачиваясь на бок, подперев голову рукой, чтобы посмотреть на меня. - Ты планировала сделать массаж мамочке нуру еще до того, как мы начали трахаться?

Я снова покраснела.

— Я была немного не в себе, я так хотела тебя, - призналась я. - Мысль о том, чтобы сделать это, была фантазией, я и не была уверена, что мы на самом деле это сделаем. Просто наличие этого в моем шкафу возбуждало.

— Я рада, что ты это сделала, Брон, - тихо сказала она, поглаживая мою ногу и улыбаясь. - Твои мечты и предчувствия были верны, потому что сейчас мы здесь, влюбленные в друг друга. Возможно, это часть моего подарка на день рождения, но это награда и для тебя. Наслаждайся.

От ее слов у меня защипало глаза, на них навернулись слезы. Я быстро придвинулась к маме и прижалась губами к ее губам, со всхлипом целуя ее. Она осталась лежать на боку, положила руку мне на затылок и ответила на поцелуй. Языки извивались и скользили несколько секунд, после чего я снова встала на колени, перевела дыхание и вытерла глаза.

— Верно, - кивнула я. Ложись поудобнее и давай посмотрим, насколько хороши были те обучающие видео...

Мама устроилась поудобнее, положив голову на маленькую надувную подушку, и наблюдала, как я приступаю к процессу. Я уже тщательно перемешивала гель. Я насыпала порошкообразный гель из морских водорослей в контейнер, добавила нужное количество воды и вскоре получила желаемое количество геля нужной консистенции, который получился очень скользким. В чашке было достаточно липкого и прозрачного геля для действительно хорошего действа. Чтобы татами на полу не испортились, под надувным матрасом лежал брезент, а рядом лежала стопка полотенец.

Я опустилась на колени рядом с матрасом и поставила чашку рядом с собой. Затем протянула руки и зачерпнула немного геля в ладони. Я провела ладонями по маминому животу и начала втирать гель в кожу. Она хихикнула, сказав, что это было прохладно, но не возражала. Исходя из количества геля, которое я использовала, я могла бы с легкостью покрыть ее с головы до ног раза три. И это было хорошо, потому что я планировала использовать все.

Я наслаждалась, наблюдая, как гель стекает на ее тело. Ее ноги были сведены, и я наблюдала, как на ее киске образуется блестящая на свету лужица. Я капнула немного прямо на ее соски и с восторгом наблюдала, как струйки стекают по бокам. Боже, это было так восхитительно. Я добралась до ее шеи, а затем спустилась к ногам, так что все ее тело блестело от крема.

— Хорошо, мам, теперь перевернись... - проинструктировала я. Мама подчинилась, хихикая из-за того, какой скользкой она была, и заметив, что она может соскользнуть с матраса. Она легла на живот, повернув голову набок, чтобы наблюдать за мной, и вытянув руки вдоль тела, пока я продолжала свое занятие. Я намазала ей спину, затем ее великолепную попку, наблюдая, как жидкость стекает по ее щели. От ступней до шеи, за исключением головы, мама была полностью покрыта гелем «нуру».

— Как ощущения? -спросила я, готовясь к следующей части.

— Липкие, - пробормотала она. - И теперь гель потеплел. А может, это я завелась, потому что знаю, что сейчас произойдет...

Я кивнула и, убедившись, что стою над брезентом, зачерпнула еще геля из чашки и начала наносить его себе на грудь. Я не хотела использовать слишком много геля, так как щедро намазала маму, поэтому я руками смазала все свое тело, чтобы оно стало скользким от шеи до пят. Моя киска трепетала от предвкушения того, что будет дальше.

Я забралась на маму, хихикая, когда поняла, что она была права насчет скользкости, и не раз сама чуть не свалилась с матраса. Вскоре я уже была над ней, опираясь руками и ногами. Я все еще трепетала в предвкушении новых ощущений. У меня все точно получится.

— Вот так, мам, - тихо сказала я, опускаясь на нее, так что мои груди прижались к ее спине, а бедра к ее заднице. - Все в порядке?

Она простонала в ответ, после чего слегка кивнула. Ее глаза были закрыты.

Я вздохнула, обхватила ее руками и начала медленно скользить вверх и вниз по ее телу. К моему удивлению, это оказалось довольно легко, потому что гель действительно был очень скользким. Казалось, что маме совершенно не беспокоил мой вес. А если и беспокоил, то она решила меня не огорчать и ничего не говорить.

Должна признать, это было замечательное ощущение. Я знаю, что технически это я делала массаж, но поскольку мое тело полностью прижималось к ее телу, я думаю, что и сама в какой-то мере получала массаж. Похоже у меня неплохо получалось. Я услышала, как мама вздохнула, и восприняла это как хороший знак.

Я максимально подтянулась, мои сиськи оказались у нее на затылке, затем я скользнула вниз, вызвав у мамы еще один стон. Я должна признать, что чувствовать, как моя киска скользит по ее ягодицам, было невероятным ощущением, и мой показатель возбуждения вырос с нуля до сотни ровно за то время, которое потребовалось, чтобы разок скользнуть по этим ягодицам. Черт возьми, я не собиралась отказываться от этого ощущения.

Прислушиваясь, я повторила движение, чувствуя, как наши тела реагируют на стимулы. Мне это нравилось, и ей, похоже, тоже. Но это не было каким-то марафонским забегом, ведь я выучила основы. В конце концов, я не хотела, чтобы это стало для нее однообразным и скучным. Я скользнула ниже, пока мои сиськи не заскользили по ее ногам. Казалось, ей это тоже нравилось, она слегка извивалась, когда мои соски царапали ее скользкую кожу.

— Это так приятно, малышка, - пробормотала она, не открывая глаз. - Мне это нравится.

— Мне тоже, мамочка», - искренне сказала я, скользя вверх по ее телу. - Надеюсь, у меня все получается, я ведь никогда раньше такого не делала, поэтому я экспериментирую и просто повторяю то, что видела».

— Ты здорово повторяешь, Брон, - вздохнула мама. - Ты очень скоро станешь экспертом, а мне это никогда не надоест.

Мое сердце затрепетало в груди, а голова закружилась от комплимента женщины, которая значила для меня больше всего на свете. Я чуть сильнее надавила на ее тело, и ее вздох перешел в стон. Очевидно, она наслаждалась ощущениями. И это чертовски меня возбуждало.

Я вспомнила другой прием, которую видел в видео, и скользнула вниз по ее телу, опустившись на колени у ее ног. Я слегка раздвинула ее ноги, придвигаясь ближе. Затем я взяла ее ступню и, приподняла ее ногу согнутою в колене. Я прижала ее голень к своему телу, ее колено уперлось в мою киску. Я массировала руками и грудью ее голень, целуя при этом ступни и пальчики на ногах.

Мама громко застонала, снова заерзала, но изо всех сил старалась не шевелиться. Осознание того, что я возбуждаю ее, вызвало во мне невероятный трепет. Когда я целовала эти блестящие пальчики, покалывание в моей киске заставили меня дрожать.

Я не знаю, был ли у мамы фут-фетиш, но то, что я делала, явно доставляло ей удовольствие. Я знала, что мы обе любим хороший массаж ног, и это было просто эротическим дополнением, верно? Я массировала ее прелестные пальчики своими сиськами, надавливая большими пальцами на подошвы ее ноги. Теперь я слышал, как мама громко дышит. Ее ноги были раздвинуты достаточно широко, чтобы я могла видеть ее киску. Она была в геле, так что я не могла с уверенностью сказать, насколько она была влажной, но эти розовые губки определенно начали краснеть.

Да!

Наконец, я опустила одну ногу и перекинулась на другую, поднимая и повторяя процесс. Мама снова застонала, когда я поняла, как массировать, используя большую часть своего тела. Я слегка прижалась киской к ее колену, в то время как мои сиськи массировали ее голень. Мама к этому времени уже извивалась, издавая тихие звуки, но она была хорошей девочкой и старалась не шевелиться.

Наконец я опустила ногу и продолжила скользить вверх-вниз по ее телу. Гель становился липким, трение стало сильнее. Пришлось остановится. Я встала на колени, прижавшись киской к маминой заднице, зачерпнула еще геля и снова намазывала его на ее тело.

— Мммммммммммм! - громко простонала мама, когда я снова начала скользить по ней. Мои соски были похожи на бриллианты; она должна была почувствовать кожей, насколько твердыми они были. Я скользнул к ее попке и раздвинула ягодицы. Она вздрогнула, когда я прижала к ней одну из своих сисек, задевая соском ее маленькую выемку. Было приятно слышать, как она ахнула.

— Готова перевернуться, мамочка? - спросила я, чувствуя, как пересохло в горле. Я хотела этого так же сильно, как и она.

Она поспешно кивнула, и я отодвинулась в сторону, пока она нетерпеливо переворачивалась. Я решила нанести еще немного геля на ее переднюю часть, так, что она снова заблестела. Когда я карабкался на нее, мое сердце билось где-то в горле, я вся дрожала. Теперь мы переходили к действительно интересному. Я опускалась все ниже и ниже, пока снова не прижалась к ней, как это было много раз до этого, но в этот раз, из-за геля, все было так ново и необычно.

Я повторила процедуру, двигаясь вверх и вниз по ее телу, и мы обе стонали от удовольствия от того, каким скользким все стало от геля «нуру». Мои сиськи скользнули по маминым, и мы обе ахнули. Я опустилась ниже, пока мои груди не скользнули по ее киске. Она раздвинула для меня ноги, чтобы у меня был максимальный доступ к ее киске. Один из моих сосков задел ее клитор, заставив ее вздрогнуть.

Черт, это было потрясающе.

Я притянула ее к себе и целуя, прижалась губами к ее губам. Она жадно ответила на поцелуй и всхлипнула, когда я отодвинулась. Я поцеловала ее снова, и всхлип перешел в стон. Признаюсь у меня дела шли не намного лучше, но я старалась контролировала себя, поскольку речь шла о ней. Я бросила вызов своим желаниям и сосредоточилась на том, чтобы доставить ей удовольствие, доведя до пика наслаждения.

Лежа на маме, я повернулась лицом к ее ногам. Я скользила и скользила, гель прекрасно справлялся. Мама ахнула, когда я быстро чмокнула ее в киску, и я не могла не заметить, насколько она возбуждена. Ее губки были приоткрыты, между них выглядывал клитор. Я чувствовала себя богиней, осознавая, как сильно возбуждаю ее. Я поцеловала ее снова, и она снова застонала.

Пока я скользила взад-вперед мамины руки лежали на моих бедрах. В какой-то момент она попыталась приподнять голову, чтобы поцеловать мою киску, но я отодвинулась раньше, чем она успела это сделать. Я почувствовала, как ее пальцы скользнули по моей коже в расчетливом, дразнящем движении. Не волнуйся, мамочка, скоро я заставлю тебя кричать от восторга, я обещаю...

Я снова соскользнула с нее, встала на колени и приподняла обе ее ноги настолько, чтобы оторвала их от матраса. Она прижала их ко мне, я услышала хлюпающие звуки геля. Я повернулась и скользнула под нее. Теперь я лежала под ней на животе, мамина задница покоилась на задней поверхности моих бедер, а ее ноги были разведены так, что ступни касались матраса.

Я снова начала скользить, мамина задница прижималась к моей, а ее тело изгибалось, когда я двигалась под ней. Она задыхалась и стонала, ее руки ласкали ее груди. Матрас подо мной был невероятно скользким, и у меня не было проблем с движениями. Боже, это было невероятное ощущение. Ее вес на мне, ее шелковистая, скользкая кожа на моей - не передать словами, что я чувствовала в тот момент. Я тяжело дышала и не смогла удержаться, чтобы не ущипнуть себя за сосок.

— Ты... хочешь еще геля, детка? - спросила она дрожащим голосом. - Я могу достать его...

Я задумалась на долю секунды, осознав, что мне действительно придется отвлекаться, чтобы достать гель. Позволить маме вручить мне его - еще не конец света; просто в следующий раз я не забуду положить гель ближе к середине матраса, а не у ее изголовья. Поэтому я, задыхаясь, сказала ей «да», а затем повернула голову, чтобы посмотреть, как она извивается и поворачивается, чтобы взять деревянную чашку. Ее руки были очень скользкими, и ей пришлось убедиться, что она крепко держит чашку, прежде чем передать ее мне.

Я немного помедлила чтобы взять чашку, а затем поднесла ее прямо к маминой киске. Мама громко вздохнула, когда я начала медленно капать гель на ее распутное влагалище, я почувствовала, как жидкость стекает по ее заднице и попадает на меня. Я отставила чашку в сторону и продолжила скольжение, громко вздыхая от возобновившегося ощущения легкого прикосновения кожи к коже.

Мама дрожала всем телом, и признаюсь, что мне было ненамного лучше. Прижимаясь к ней задницей, чувствуя, как она прижимается ко мне, я была чертовски возбуждена. Я решила изменить ситуацию, вспомнив еще один эпизод, который я смотрела. Поэтому я замедлилась и выскользнула из-под нее. Я закинула одну ногу на ее ногу, а затем продвинулась так, чтобы моя киска прижалась к ее киске.

Мама напряглась и ахнула, электричество, исходящее от соприкосновения наших кисок, пронзило нас обеих. Я на мгновение поерзала, после чего отстранилась, затем двинулась, снова прижавшись своей киской к ее. Теперь она извивалась и не переставала стонать, казалось, не в силах контролировать издаваемые ею звуки.

Я двигалась, прижимаясь своей скользкой промежностью к ее. Мы задыхались и дрожали, потерявшись в ощущениях от нашего скользкого траха. Боже мой, почему мы не сделали этого раньше?

Я знаю, что мама была на пике возбуждения, и мне нужно было повысить ставки. Я перевернулся на спину, и мы стали тереться кисками друг о друга. К этому времени гель был у нас в волосах и на лицах, но нам было все равно. Это было невероятное ощущение. Мое тело горело, пока я доводила свою мать до исступления. Мы обе собирались кончить так сильно, что я это чувствовала. В нас буквально должна была ударить молния, чтобы этот оргазм не стал потрясающим.

Я села и протянула маме руку. Мы взяли друг друга за запястья, я усадила ее, наши ноги были переплетены, а киски прижаты друг к другу. Я позаимствовала кое-что из одного из просмотренных мной видео и, взяв чашку, нанесла еще немного геля на наши киски. Мама застонала от этого ощущения. Было видно, как покраснела ее кожа под слоем геля. Я выглядела почти так же, и мы обе отчаянно хотели наконец кончить.

И вот это произошло.

Я поставила чашку, оперлась на руки и начал тереться о нее тазом. Мама приняла ту же позу. Скопившийся на наших губках гель оказался между нами, и липкие сосущие звуки были самыми громкими, из тех что я когда-либо слышала в своей жизни. Я слышала наше тяжелое дыхание, стоны и всхлипывания, мы трахали друг друга изо всех сил.

Мы все больше сходили с ума, ускоряя темп, теряясь в глазах друг друга. Мамины щеки пылали, глаза были затуманены, мокрые от геля волосы прилипли к лицу. Ее рот была приоткрыт, она прерывисто дышала и была так близко от меня. Клянусь, у меня текла слюна, я утратила большую часть своих двигательных функций. Все, что я могла делать, это трахаться. Мне нужно было трахаться, и моя мать была второй половиной этого отчаянного механизма.

У нас не было слов, если бы мы захотели назвать друг друга по именам или закричать о том, как мы любим друг друга. Слова были бессмысленны. Я видела по ее глазам, по остекленевшему выражению ее лица, как сильно она хотела кончить со мной. Я надавила сильнее, чувствуя, как она прижимается ко мне в ответ.

За долю секунды до того, как наступил оргазм, мама резко притянула меня к себе, вжимая свое тело в мое и впиваясь своими губами в мои в страстном поцелуе. Она закричала, когда начала кончать, я тоже выплеснула свою страсть во весь голос, наши тела слились воедино от сисек до киски. У меня было много потрясающих оргазмов с тех пор, как мама стала моей любовницей, но это было совсем по-другому. Чувствую, у нее было тоже самое.

Ее крики, ее пальцы, сжимающие меня, ногти, впивающиеся в мою плоть, вызвали у меня самый головокружительный оргазм. Мое влагалище расцвело, и я почувствовала, как ее влагалище делает то же самое, удовольствие просто переполняло нас обеих.

Я уверена, что помочилась на нее. Не знаю, как я могла это сделать. Я потеряла контроль над своими слезными протоками и слюнными железами, должно быть поэтому описалась. Уверена, что мама тоже потеряла контроль над своим мочевым пузырем; по-другому было не объяснить то тепло, которое я чувствовала между нами.

Наконец, я рухнула на спину, подпрыгнув на матрасе и начала хватать ртом воздух, словно меня только что чуть не задушили. Мои глаза были широко раскрыты, но все, что я могла видеть - это цвета, бесконечные цвета, которые сверкали перед моим взором. Я смутно осознавала присутствие мамы, все еще прижатой ко мне, но ощущение, что я держу ее в объятиях, исчезло. Думаю, она тоже лежала.

Черт, неужели этот оргазм никогда не закончится?!

Кажется, я плакала. Ну, на самом деле, всхлипывала. И не в плохом смысле, а просто потому, что моему телу нужно было выплеснуть так много, что оно отозвалось судорожными рыданиями. Я чувствовала себя... в восторге. Блаженство, наверное. Я просто хотела прийти в себя и насладиться этим ощущением, обнимая свою маму.

Мама тоже плакала, теперь я это ясно слышала. Такие же рыдания, как и у меня, просто высвобождение всего, что накопилось во время нашего траха, наших занятий любовью. Ее тело все еще дергалось, дыхание было затрудненным. Это было так... идеально. Я понятия не имела, найдем ли мы способ превзойти этот раз. Эта мысль меня немного напугала, так как я подумала, что большее удовольствие сможет нас убить.

Несмотря ни на что, я пошевелилась, приподнялась и поползла через маму. Она обняла меня, и мы плакали, целуясь. Наши скользкие тела встали на свои места, как кусочки головоломки из эротического романа. Языки сплелись, и мы обменялись вздохами полного удовлетворения. Ее киска, липкая и влажная, поцеловала мою. Она обхватила лодыжками мои икры, прижимая меня к себе. Она не хотела, чтобы я уходила.

— Ну что ж, - устало сказала я, шмыгая носом и улыбаясь - ко мне вернулось зрение. - Ну и как тебе репетиция медового месяца, мамочка?

— Брон, - прошептала она, убирая пальцами прядь скользких волос с моего лица. - Я так сильно люблю тебя, малышка. Это было совершенство.

— Я знаю, что продолжаю это повторять, но я никогда раньше так сильно не кончала, - пробормотала я, прижимаясь к ней и слегка покачиваясь взад-вперед. - Мне понравилось.

— Мне тоже, - сказала она, убедившись, что наши киски целуются. – Такого не было тех пор, как я была с папой. Хотя ты бы дала ему фору.

— Это высокая похвала, - вздохнула я, потираясь носом о ее нос. - Хотя я беспокоюсь, что у нас случайно случится самоубийство от секса, если мы придумаем, как превзойти этот трах.

— Ни хрена себе, - выдохнула мама, проведя руками мне по ягодицам. Она нежно погладила меня по щеке. - Думаю, мне стоит больше тренироваться, чтобы пережить эти попытки.

— Я думала, что нуру будет веселым, но я понятия не имела, что это будет настолько невероятно, - пробормотала я. - Просто... вау.

Она устало ухмыльнулась. - Я завидую парню, на котором ты это испытаешь.

Я пожала плечами. - Я пока изучала только лесбо-нуру, но уверена, что там есть все, что касается отношений между мальчиками и девочками. Может, я найду счастливчика, с которым мы сможем заняться этим вместе?

Мама хихикнула и поцеловала меня. - Я люблю тебя, юная леди.

— Я тоже тебя люблю, - пробормотала я сквозь поцелуй. Я прервалась, чтобы глотнуть воздуха. - Теперь нам нужно принять душ и посмотреть, сможем ли мы избавиться от этой гадости.

Мама кивнула. – Если твой график позволяет, то давай просто отдохнем еще немного. Я все еще нахожусь на волнах любовных гормонов и пока не хочу заходить в порт.

Я хихикнула. - Пикантные морские термины, мам? Твоим талантам нет предела?

Сеанс поцелуев был медленным и утомительным, но он идеально подходил для завершения этого действа. Мы приводили себя в порядок, затем мылись в маленьком душе, расположенном здесь же, в подвале, немного вздремнули и готовились к нашему дневному и вечернему свиданию.

Какой чудесный день для того, чтобы влюбиться в свою маму.