Ночевка.

— Пап, можно Катя останется у нас с ночевкой? – моя дочь стоит в дверях моей комнаты и с мольбой смотрит мне в глаза. Ее зовут Оля и ей недавно исполнилось 18 лет, хотя внешне она выглядело значительно моложе. Худенькая, не высокая, маленькая грудь, но кругленькая попка. Волосы светлые и длинные, убраны в два аккуратных хвостика.

— А ее мам не против? – спрашиваю я, отвлекшись от ноутбука.

Тут рядом с дочкой появляется ее подруга Катя. Она чуть выше Оли, более пухленькая, груди более развиты (уже наверно 2 размер), волосы темные, шелковистые и длинные.

— Нет, она не против дядя Сережа, - отвечает она, робко улыбаясь, - Каникулы же.

— Ну, если не против, то и я не против. Что будете делать?

— Может кино в моей комнате посмотрим, журналы полистаем, - заулыбалась счастливая Оля, - Спасибо папочка.

Она подбежала ко мне, поцеловала в небритую щеку и они, хихикая, скрылись из виду. Я посмотрел им вслед, вспоминая свое детство, вздохнул и вернулся к работе. Нужно было закончить доклад к понедельнику.

В свои 43 года я успел дважды развестись и обрести счастье только в третьем браке. Моя жена известный дизайнер, частенько была в разъездах, а я работал в частной IT компании и много проводил времени дома на удаленке. Мы жили в уютном, двухэтажном доме за городом, который спроектировала моя супруга, чем неимоверно гордилась. Вот и сейчас она была в отъезде, принимала очередной объект в другом городе.

Оленька была нашим счастьем и отрадой, росла не по дням, а по часам. Сейчас она была в таком возрасте, когда познавала все новое и тянулась к знаниям. В том числе и касаемо секса. Как-то раз мы застали ее под дверью нашей спальни, когда занимались сексом. Жена уже готова был кончить, как вдруг увидела тень от ее ног под дверью. Потом последовал длинный разговор на весь вечер, про секс, про интим, почему у нее не такая большая грудь как у мамы, как реагировать на внимание мальчиков и тому подобное. В отсутствие супруги эти разговоры ложились на мою голову и не то, чтобы я был против, просто меня это немного смущало.

Наступил вечер, девчонки на верху подозрительно притихли. Я закончил работу, встал, хрустнул шеей и решил пропустить пару пива перед сном. Прошел на кухню, открыл бутылочку холодного и жадно сделал добрый лоток. Пойду-ка я проверю как они там. Что-то очень тихо.

Бесшумно ступая по ступенькам, я поднялся наверх и замер перед дверь дочери. Было слышно, как они о чем-то шепчутся и еле слышно хихикают. Уж не смотрят ли они там чего запрещенного? Я тихо постучался и, не дожедаясь ответа, открыл дверь и шагнул в комнату.

Девчонки сидели на кровати. На Оленьке были одеты пижамные розовые штаны и майка. Катя перед сном одела легкие шортики и футболку. Они сидели рядом друг с другом и явно листали какой-то журнал. В комнате горел только ночник у ее кровати, теплый желтый свет обволакивал их со всех сторон.

Увидев меня они тут же спрятали журнал под одеяло, Оля густо покраснела.

— Пап, ну что ты так резко врываешься...?- запротестовала она.

— Извините девчонки, не хотел напугать. Просто зашел спросить все ли у вас хорошо. Может надо чего? Сок, лимонад?

— Нет, пап, все нормально.

Катя не знала куда деть глаза, она тоже немного покраснела, ее руки теребили край шортиков. Я сделал шаг в комнату, глотнул пива, осмотрелся.

— Точно? Мне не сложно.

— Точно пап...

— Я бы... - еле слышно проговорила Катя, - выпила холодного лимонада.

Оля осуждающе посмотрела на подругу.

— Ну вот, отлично, - улыбнулся я, - сейчас принесу. А что вы там читали такое?

— Ой, да так...ничего особенного, девчачьи журнальчики про моду, - еще больше покраснела Оля, подминая под себя мятый журнал, - Знаешь что...я бы тоже выпила лимонада.

Я кивнул, улыбнувшись. “Хочет чтобы я ушел, перепрячет журнал”, - подумал я.

— Ок, сейчас принесу.

Прежде чем уйти, я заметил как Катя на меня смотрит. Смущенно, робко...но при этом изучающе. Я сходил на кухню и взял с холодильника две баночки колы, налил в два бокала и вернулся в комнату дочери. Еще на подходе я услышал яростный шепот, но о чем шел разговор не разобрал.

— Вот, держите, - я раздал бокалы и встал напротив них, облокотившись о тумбочку. Девчонки так и сидели, Оля вытянула босые ступни, а Катя пожала ножки под себя. Журнала уже не было.

— Спасибо дядя Сережа, - улыбнулась Катя.

— Ну что, расскажите про что вы там читали?

— Обычный журнал моды, пап. Тебе не интересно.

— Поэтому вы его спрятали и покраснели?

Повисла неловкая тишина. Они потупили взгляд, я поймал их с поличным.

— Все нормально, можете мне показать, - улыбнулся я, отпив из бутылки, - Я маме не скажу. Любопытство в вашем возрасте — это нормально.

Они переглянулись.

— Покажи ему, - прошептала Катя.

— Ты правда не расскажешь маме? – робко спросила дочь.

— Чтоб мне сдохнуть! – я поднял руки.

Немного подумав, Оля достала из-под кровати мятый журнал и протянула мне. Я поставил пустую бутылку на тумбочку и взял его. “Горячие Милфы” гласила надпись, а на постере красовалась сексапильная женщина лет 45 полуголая.

— Ух ты..., - удивился я, полистав журнал, - И где ж вы это взяли?

— У мальчишек выменяли в школе, - тихо сказала Катя.

Я полистал журнал. Обычный порно журнал, со всеми вытекающими.

— И что же вас так заинтересовало?

Они смущенно молчали переглядываясь.

— Эти женщины...- начала Катя, - они такие красивые и. ..раскрепощённые.

— Красивые они потому, что накрашены и одеты соответствующе для этого журнала, - пояснил я, - В жизни они другие. У большинства искусственная грудь и губы.

— А все женщины бреют пах? – опять спросила Катя, ей, видимо, было интересней всего.

— Не все. Но многие. И не только женщины, мужчины тоже это делают. Я, например, брею.

— Ты? – удивилась Оля и ее взгляд автоматически скользнул на мой пах в шортах. Она тут же залилась краской и отвела глаза.

— Да, - кивнул я, - для меня это норма и жене моей нравиться.

— А..., - Оленька прикусила губу, - мама?

— И мама тоже бреет. Это не лишняя гигиена.

Девчонки замолчали, переваривая информацию.

— А я не до конца сбриваю, - тихо проговорила Катя, - люблю чтобы немного оставалось.

— Имеешь полное право, ничего страшного, - улыбнулся я.

Надо отдать должное, этот разговор (и немного пива) начал меня заводить. Эта непринужденная, невинная девчачья любознательность мне нравилась. Я смотрел на них, как они мило краснеют, как теребят свою одежду и стесняются...

— Я вижу в ваших глазах кучу вопросов. Спрашивайте не стесняйтесь.

Они пошептались.

— Ты не злишься, что я смотрела такие журналы? – спросила дочь.

— Нет, что ты. Все мы смотрели грязные журнальчики. Многие и сейчас смотрят, даже твоя мама.

Оля открыла рот от удивления.

— Мама смотрит грязные журнальчики? Поверить не могу. Мне она всегда казалась такой...порядочной и стеснительной...

— Оо, поверь это не так, - усмехнулся я.

— А какие она любит смотреть? – спросила Катя.

— Ну...разные...- попытался вспомнить я, - в последний раз ей полюбилась тема футанари.

— Футанари? А что это?

— Это когда у девчонок мужские члены, - ответил я.

Теперь обе подружки открыли рты.

— Маме нравиться такое?!

— Да. Фантазии - это круто.

— А тебе какие темы нравятся? – спросила Оля, хитро глядя в глаза.

— Ой, дочка...разные...когда девочки с девочками, например.

Они переглянулись, улыбнулись и густо покраснели.

— Пааап...

— Что? Это красиво, когда женщина страстно целует другую женщину.

— Фууу

Катя задумалась на секунду, решаясь – спросить или нет. Прикусила нижнюю губу и поглядывала на меня.

— А...скажите...- решилась она, - у всей парней такие большие...члены как в журнале...

— Катька! – толкнула ее в плечо дочка.

— Чего? Мне интересно, а твой папа сам сказал спрашивать...

— Нет, Кать, не у всех. В порно индустрию с маленькими не берут, поэтому у ребят снимающихся в этой сфере, члены большие. В жизни немного по-другому.

— Просто в том журнале, у всех такие огромные...- смутилась Оля.

— А у вас большой? – резко спросила Катя, судя по всему, сама не ожидая такого вопроса от себя. Она тут же прикрыла рот ладошкой.

— Катя, ты обалдела?!

— Все хорошо, милая, это нормальный вопрос. Мне в свое время, не с кем было так откровенно поговорить. И да, у меня достаточно большой.

На самом деле я уже чувствовал, как мой 20 см член постепенно просыпался и набухал в шортах. Эти милые девочки, нежный возраст, они так краснеют...эти стройные ножки...Я возбуждался на глазах собственной дочери, и ситуация выходила из-под контроля. Но мне...это нравилось.

Воцарилось неловкое молчание. Они явно не знали, что спросить дальше, их глазки то и дело ложились на мою промежность, где постепенно рос бугор. А мне хотелось чтобы они видели мое возбуждение.

— А вы когда-нибудь целовались с мальчиками?

Катя кивнула.

— Конечно, было дело.

— Да, целовалась, - кивнула дочь.

— А с девочками?

— Пап, ты что...нет конечно...

— Я да.

Оля повернула ошарашенный взгляд на подругу.

— Катюха...ах ты грязная девчонка!

— И как это было? – спросил я.

Катя поправила шортики, разгладила ткань.

— В школьном туалете, - тихо сказала она, - Во время дискотеки....Я с Викой была в женском туалете...и она меня начала целовать.

Я смотрел на реакцию дочери. Оля слушала с открытым ртом, не веря своим ушам. Руки прижаты к маленькой груди.

— Что ты почувствовала тогда? Тебе понравилось?

— Сначала я хотела оттолкнуть ее, но Вика крепко меня обняла и не отпускала...а потом мне стало нравиться...

— То как она ласкала тебя своим язычком? – мой член становился все больше, - что еще она делала?

— Она...расстегнула мне блузку и стала трогать мою грудь...шептала, что ей всегда она нравилась...от нее пахло алкоголем и сигаретами...ее рука залезла ко мне в лифчик и дотронулась до соска...

Взгляд Кати ушел в прошлое, она смотрела в сторону, вспоминая те прикосновения. Ее коленки терлись друг о друга, сосочки встали дыбом под футболкой. Оля зачарованная слушала. Ее дыхание стало более глубоким, ее внимание полностью приковано к подруге.

— Она сжала сосок?

— Да...она крутила его своими пальцами и мы целовались в засос...

— Катя...- еле слышно проговорила дочь. К моему удивлению, ее сосочки тоже проступили под тонкой тканью майки. Моя дочка заводилась от рассказа подруги!

— Продолжай, что было дальше? Вика целовала твою грудь?

— Нет...но ее рука скользнула ко мне под юбку, а потом в трусики. Мне стало так жарко...моя пися намокла...

Она уже плохо понимала, что рассказывает такие подробности отцу своей подруги. Ее руки скользили по коленкам, гладили внутреннюю сторону бедер. Она тяжело дышала, щеки приняли пунцовый цвет.

Мой член стояк как камень, но они этого еще не видели.

— Она ласкала меня в трусиках и жарко дышала в шею...помню перед глазами все поплыло...я боялась, что сейчас кто-нибудь войдет в туалет...и от этого возбуждалась еще больше.

— Почему ты мне не рассказывала раньше, - хриплым голосом спросила Оля.

— Мне было стыдно, прости.

Оля посмотрела на меня и ее глаза полезли на лоб.

— Пап...у тебя что...эрекция?

Катя тоже увидела четкий силуэт в шортах и от удивления прикрыла рот.

— Извини дочка. Признаться рассказ Катя меня сильно возбудил.

— Папа!

— Но и на вас он произвел такое же впечатление. Я не прав? Оленька, у тебя сосочки стоят, так же как у Кати.

Они тут же прикрылись, но было уже поздно. Катя не мигая смотрела на мой стояк, как мышь на удава.

— Боже, он огромный...- проговорила она.

— Катя, перестань, это мой папа, - шикнула Оля на нее, но сама то и дело бросала взгляд на мой пах.

— Не волнуйтесь, возбуждение - это нормально. Все мы люди.

— Правда?

— Конечно. Вы девочки, когда-нибудь мастурбировали? Раз уж у нас вечер откровений.

Они застыли переглядываясь.

— Ну смелее. Я, например, часто мастурбирую. Нужно выпускать пар, когда жена в разъездах.

Оля не верила своим ушам. Отец говорит о том, что он дрочит.

— Я иногда трогаю себя, - осмелела Катя, - особенно когда вспоминаю тот случай в туалете. И всегда кончаю...

Оля смотрит на подругу.

— А я...никогда не кончала. Ласкала себя, но до конца не доводила.

— Это не очень хорошо, - говорю я, а самого аж трясет от возбуждения. Но я стараюсь не выдавать своего напряжения. Член больно пульсирует в шортах, трусы уже мокрые.

— Почему?

— Организму нужна разрядка. Нельзя держать в себе это и копить. Может ты что-то делаешь неправильно?

— Я не знаю, - Оля расстроено опустила глаза.

— Катенька, почему бы тебе не показать подруге, как правильно получать удовольствие?

— Что? Здесь, сейчас? – она была удивлена, но я то видел, что ей этого хочется.

Оля молча и с интересом смотрит на нее.

— Не волнуйся, здесь все свои...расслабься и покажи нам.

Я старался незаметно трогать свой член, но она явно увидела мой жест.

— Хорошо, я покажу, - улыбнулась она, - Но, если вы дядя Сережа, покажите нам свой член.

Оля ахнула, но ничего не сказала.

“Ах ты сучка” – пронеслось у меня в голове.

— Что ж. Это честно, - сказал я и дрожащей рукой стянул шорты и трусы на пол. Мой здоровый член взметнулся вверх, пульсирующий, венозный, с уже мокрой головкой.

— Бог мой...- только и выдавила из себя Оленька.

— Он...невероятный, - прошептала Катя, - еще лучше, чем в интернете или журналах.

— Спасибо, - я взял его у основания и сжал. От удовольствия коленки чуть не подкосились.

Катя смотрит на мой каменный стояк и начинает ласкать свою грудь.

— Оленька, смотри и учись, - говорю я.

Взгляд дочки скачет от моего члена к подруге и обратно. Ее сосочки, как маленькие камешки, готовы порвать майку.

Катя ласкает свою не маленькую грудь, ноги чуть расставлены, я вижу мокрое пятнышко на шортиках. Ее руки скользят под футболку и находят сосочки. Она тихо постанывает.

— Оля, смотри и повторяй за ней, - говорю я и медленно ласкаю свой член.

Дочка откинулась на спинку кровати, ее глаза прикованы к рукам подруги. Она так же ласкает свою маленькую грудь, старается повторять движения.

— У тебя такая красивая грудь, Катька, - шепчет она, - Я всегда тебе завидовала.

Катя одним движение снимает через голову футболку, тяжелые груди колышутся, розовые сосочки упрямо смотрят на нас. Она играет с ними, щиплет и стонет.

— Он такой красивый, - говорит Катя смотря на мой член, - Мне нравиться как вы дрочите на меня.

Я ласкаю член по всей длине, сжимаю яички.

— Какая ты грязная, Катя, - шепчет Оля и тоже снимает майку, - Папа, а у меня грудь красивая?

Я как заворожённый пялюсь на эти невинные грудки.

— Они великолепны доченька, папе нравиться твоя грудь.

Оля стонет от моих слов, и ее ладошка скользит в пижамные штаны. Вторая рука ласкает грудь.

— Вы обе очень красивые, девочки.

В комнате становиться жарко от разгоряченных тел, похоти и страсти. Катя ускоряет темп, ее рука в шортиках двигается быстрее, она подмахивает в такт попкой. Полные груди качаются из стороны в сторону. Оля стянула с себя пижамные штаны и осталась в одних трусиках, они тоже были мокрыми. Ее ручка активно скользила внутри.

— Мне так хорошо папочка, - стонет дочь, - Мне нравиться дрочь вместе с Катей....нравиться как ты смотришь.

— У тебя хорошо получается милая, кончи для папы. Ощути удовольствие, не сдерживай себя.

Теперь они постанывают в унисон, их тела извиваются, она вспотели и смотрят друг на друга. Катя более профессионально ласкала себя, она давно изучила свое тело. Оля напротив, как не опытный минер, шла шаг за шагом. И я видел, что цель близка. Я сам был готов кончить, но у меня были другие планы.

— Я скоро кончу, смотри на меня Оля, - шепчет Катя. Ее лоб вспотел, в писе влажно хлюпало, трусики насквозь промокли.

— Я тоже скоро кончу....боже как же хорошо....- отвечает Оля.

И вот Катя дергается в конвульсиях, выгибается и сжимает зубы. Ее глаза закатились, на шее вздулись вены. Рука зажата между колен, она отвернулась набок...

— Мммм, как сладкоооо, - услышал я ее голос.

— Папа я кончаю!!!

Оля прикусила губу до крови, ее накрыла лавина удовольствия. Попка дергалась от первого в ее жизни оргазма. Она смотрел она меня невидящим взглядом, грудь тяжело поднималась и опускалась. Я был в восторге от увиденного и только сила воли помогла мне сразу не кончить.

Спустя пару минут я спросил:

— Как ощущения милая?

Оля лежала на спине раскинув руки с улыбкой сытого кота смотрела в потолок. На удивление она не испытывала стыда и скованности.

— Мммм...это невероятные ощущения папочка...я будто парю на облаке, а в голове взорвался салют.

— Теперь и папе нужно разрядиться. Встаньте обе на колени, милые мои девочки.

Они переглянулись с Катей и послушно, с ехидными улыбочками встали на колени возле меня.

— Высуньте язычки.

— Все что скажешь папочка.

— Конечно дядя Сережа.

Я стою и дрочу, глядя как эти сучки высовывают свои розовые язычки. Их груди прекрасны, сосочки немного покраснели от щипков. Я вожу членом по их языкам, смазка тянется прозрачными нитками, яростно дрочу и стону.

— Хорошие девочки, у папы есть для вас кое-что.

Моя рука двигается быстрее, Катя (сучка пошлая) провела язычком по яичкам.

— Что у вас есть для нас дядя Сережа?

Тут я не выдерживаю накала похоти и бурно кончаю на моих девочек. Оля дернулась, но не испугалась. Сперма густыми, белыми потоками, выстрел за выстрелом летит им на языки, заливает лица, глаза, капает на сиськи, на ковер. Я рычу как раненый зверь.

Потом тяжело дыша вожу членом по их испачканным лицам, размазываю сперму по языкам.

— Ммм, как вкусно, - мурлыкает Катя, облизываясь, - И как много.

Оля улыбается, пальчиком собирая сперму с подбородка. Катя берет ее за шею, разворачивает к себе и страстно целует в грязный рот.

— Как вы прекрасны сейчас...

Я отдышался и натянул шорты.

— Ну что, может попьем чайку? Или по пивку?

Оля с чмокающим звуком отсосалась от рта Кати.

— Лучше пива, папочка, - улыбнулась она.