Вольный перевод рассказа: «Melissa's Confession Letter», на русский язык. Автор рассказа: Victoria. 2025 год.

Санкт-Петербург, наши дни...

Сергей посмотрел на старую потрепанную картонную коробку, из-под обуви и провел пальцем, по резинке, которая плотно удерживала крышку. Написанное на коробке маркером слово «Частное», смотрело прямо на него, и он понял, что даже не стоит думать о том, чтобы открывать ее.

Его любимая тридцатилетняя жена, Марина, была на работе и вернется домой, не раньше, чем через часов в семь вечера. Этого времени было достаточно, чтобы посмотреть, что находится внутри коробки, и вернуть все на своё место, где он нашел коробку, спрятанную в глубине шкафа в их спальне, за кучей старой одежды, которую Марина больше не носила и которая была аккуратно сложена в глубине шкафа.

Открыв коробку, Сергей обнаружил внутри конверт с его именем, но к его разочарованию, он был запечатан с обратной стороны. Может быть, Марина хотела, чтобы он его нашел? Если бы он осмелился открыть его, Маринка бы поняла, что он прочитал содержимое конверта. Возможно, она забыла о его существовании или ждала подходящего момента, чтобы отдать его ему. Искушение было слишком велико, и Сергей осторожно открыл конверт, но не смог аккуратно открыть его, чтобы не разорвать его. Черт, теперь Маринка точно все узнает, можно и прочитать. Сергей вытащил из порванного конверта само письмо, руки дрожали, от запретного возбуждения, а член уже встал, от предвкушения.

Письмо начиналось, со слов: «Моему дорогому мужу Сергею».

Я пишу это письмо, чтобы извиниться, за своё поведение позавчера вечером, когда ты показал мне в интернете эти огромные секс-игрушки в виде собачьего члена и спросил, что я о них думаю. Я пришла в ярость и назвала тебя извращенцем. Видишь ли, это стало, для меня неожиданностью, и я понятия не имела, что такие сексуальные игрушки существует. Дорогой, увидев это, я почувствовала, что во мне пробудилось что-то, что я подавляла годами, и учитывая, что ты хотел, чтобы я увидела эти Дидло в виде собачьего члена, я надеюсь, тебе понравится то, что я собираюсь тебе рассказать, или же это может тебя сильно шокировать. В любом случае, я чувствую, что должна тебе это рассказать мой любимый.

Ты всегда интересовался моим сексуальным прошлым, до нашей встречи, и время от времени спрашивал, какой был мой лучший сексуальный опыт до того, как мы поженились. Я рассказывала тебе пару пикантных историй, о своих отношениях с другими парнями, из тех времен, когда я была незамужней, тебе это нравилось, и мы отлично проводили время вместе, но, дорогой, мне было слишком стыдно рассказать тебе, о самом лучшем сексуальном опыте в моей жизни, по очевидным причинам, как ты сейчас поймёшь прочитав это письмо, до конца. Мне всегда нравилось твое открытое отношение к сексу, но я думаю, что то, что я сейчас расскажу, станет для тебя шоком.

— Я помню все подробности, как будто это было вчера.

— Я люблю тебя Сережа, твоя жена Марина…

— Читай...

Это было ближе к концу моего первого курса в университете, то есть в 1992 году, и мне было восемнадцать, это произошло задолго, до нашей встречи. Я жила в общежитии университета на Васильевском острове и проводила вечер со своей лучшей подругой на тот момент, Соней Гофман. Вы, судя по старым фотографиям, которые я тебе Сережа показывала, ты считал, что мы с Сонечкой были очень привлекательными девушками в то время. Хотя Соня училась, со мной на одном курсе, она была на год старше и гораздо более сексуально опытной и уверенной в себе девушкой.

Однажды вечером мы вдвоем сидели в кафе недалеко от общежития, постепенно напиваясь пивом, и разговор, естественно, зашел о парнях. Мы смеялись над тем, с кем нам удалось переспать, как далеко мы с ними зашли и так далее. Соня спросила меня, кто из них лучше всех меня трахнул, и я покраснев, сказала, что на самом деле у меня их было не так уж много.

— Маринка, ты же молодая девушка, тебе стоит почаще заниматься сексом с мужчинами, — поддразнила Сонька меня. Она стала расспрашивать меня, о имени парня, и я ей рассказала, что мы делали c ним, во время секса. Затем я ждала, что Соня расскажет свою лучшую историю, но она вся смутилась, поэтому я продолжала упрашивать её рассказать, всё больше и больше злясь, когда она отказывалась рассказать.

— Знаешь Марина, это не парень, — наконец сказала Соня, затем замолчала и смутилась, что было на нее совсем не похоже.

— Ничего страшного, если это была девушка, — сказала я, еще больше заинтригованная тем, кто это и знаю ли я её. Я не знала, что Соньке нравятся девушки.

Она всё ещё не хотела мне рассказывать, и меня ещё больше это разозлило, что я рассказала ей свою историю, а она отказалась рассказать свою. Я пошла к стойке бара, заказала нам ещё пару бокалов пива, а когда вернулась, сказала ей: «Слушай, Сонечка это несправедливо. Я рассказала тебе свою, а ты не хочешь рассказать свою. Ну же, я хочу её услышать. Расскажи всё, или я обижусь на тебя и уйду из кафе к себе в общагу». Я была ужасно зла на свою подругу!

— Марина! Ты же умеешь хранить секреты? Соня выглядела очень смущенной сказав эти слова.

— Конечно умею, — сказала я, гадая, не переспала ли она с каким-нибудь преподавателем из университета или что-то в этом роде.

— Ты же моя лучшая подруга.

Соня выпила залпом допила своё пиво и нервно улыбнувшись сказала это «Мухтар».

Я рассмеялась, понимая, что она, конечно же, шутит. Мухтар был домашним питомцем её семьи, взрослым кобелем немецкой овчарки. Её лицо покраснело, и я с ужасом поняла, что Соня, возможно, говорит правду.

Я просто сидела, глядя на неё, прикрыв рот руками. Я была безмолвна, совершенно шокирована, но, честно говоря, чувствовала странное волнение в животе, которое не могла контролировать, хотя и понимала, насколько шокирующей была услышанная информация. Моё отвращение неожиданно смешалось, со странными первобытными чувствами, с которыми я пыталась бороться.

Мое любопытство взяло верх, и я задавала вопрос за вопросом Соне, мне хотелось узнать больше. Соня рассказала мне, что это «Случилось», несколько недель назад, когда она была на выходных у родителей, а ее мама и папа гостили у друзей. Все началось с того, что Мухтар, как обычно, понюхал ее промежность, но по какой-то причине на этот раз она не остановила его, как обычно. Это, что-то изменило в ней, и одно повлекло, за собой другое, как говорится.

Соня сказала, что ни в коем случае не принуждала его, и что Мухтар определенно хотел понюхать, а затем полизать её «Детородный орган», а в итоге Соня позволила Мухтару заняться с ней сексом. Она сказала, что у него был очень странный на вид член, намного больше, чем у любого парня, с которым она занималась сексом, но вид его таким обнаженным и возбужденным так сильно ее возбудил, что она не остановила то, что он хотел с ней сделать.

— Мухтар всегда был похотливым псом, постоянно пытался спариваться с моей ногой и с маминой тоже. Не знаю, почему я не остановила его на этот раз. Это было очень дико, и меня это возбудило. «Думаю, он годами пытался, со мной попытать счастья, я наконец-то сдалась», — засмеялась Соня.

В этот момент пара симпатичных парней, которых мы знали по университету, предложили нам присоединиться к их компании. Обычно мы бы согласились, но я тут же отказалась, сказав, что мы хотим быть только вдвоем с подругой в этот вечер. Мне очень хотелось узнать подробности развратного поведения моей подруги Сонечки. Помню, как она рассказывала, что оргазмы, от анального проникновения большой сильной собаки намного интенсивнее, чем от любого мужчины, хотя она и не испытала ощущения «Узла», чему, по ее словам, она очень расстроилась. Ей пришлось объяснить, что это за узел, но я все равно ничего не поняла.

Мы несколько минут сидели молча, и я должна признать, что меня переполняли самые разные эмоции, от того, что я только что услышала, от своей лучшей подруги.

В конце концов я сказала: «Ты же знаешь Соня, что здесь показав на свою промежность между ног может оказаться любой парень, правда?».

— Ты тоже могла бы, Маринка попробовать с Мухтаром, — я уверена, что никто бы, из парней не смог бы трахнуть тебя так, как мой Мухтар».

— Сонька! Ты чего предлагаешь! Бесстыдница! — возразила я.

— Уверяю тебя Мариночка, тебе бы понравилось, — хихикнула она. «Тебе стоит попробовать. Мухтар, никому не расскажет, правда? Не то что эти придурки в университете, со своими мужскими разговорами».

Конечно, я сказала ей «Ни за что», но позже, когда я вернулась в свою комнату в общежитии, мои трусики промокли насквозь, от мыслей о том, как Соньку жестко трахает сзади её большой пёс, и я часами играла, со своей вагиной, чувствуя себя ужасно виноватой за запретность всего этого, но в то же время невероятно возбужденной.

Один из парней, с которыми я спала в то время, трахал меня сзади в задний проход, и мне это очень понравилось. Это заставило меня задуматься, что Мухтар сделал с Сонькой. Я почти не спала той ночью, постоянно тренируясь в позе «Собачка», выставляя попу вверх в предвкушении воображаемого возбужденного большого пса, засовывая ручку расчески себе внутрь влагалища и потирая клитор, представляя, каково это будет. Стыд, от возбуждения и мастурбации при мысли, о том, как меня трахает возбужденный пёс, только усиливал мои оргазмы.

Мы несколько дней, об этом не говорили, и я чувствовала, что Сонечка избегает меня, явно стыдясь того, что открылась мне с чем-то настолько личным и запретном.

Однако, когда мы в следующий раз выпивали вместе в кафе, я просто не могла не рассказать ей, что много мастурбировала, вспоминая то, что она мне рассказала, хотя и чувствовала себя очень виноватой. Сонечка улыбнулась и сказала, что надеялась, что я снова подниму эту тему, и мы с восторгом снова поговорили, о её опыте.

Затем Соня преподнесла мне сюрприз. Соня предложила мне пожить у ее родителей в их доме на каникулах, когда они уедут в Испанию на пару недель покупаться в тёплом море. Дом будет в нашем распоряжении, поэтому она сказала, что мы можем напиться и посмотреть, понравится ли нам, девчонкам, Мухтар, но это будет зависеть, от него.

— Если мы ему будем не интересны, мы можем просто напиться дорогим алкоголем моего отца, покурить и послушать музыку», — сказала Соня.

— Не знаю, Сонечка. Не думаю, что захочу, знаешь ли, с твоим Мухтаром трахнуться, — поспешно ответила я. Эта мысль меня взволновала, но я попыталась подавить её, испытывая отвращение к себе за то, что вообще могла, об этом подумать.

— Честно говоря, тебе не нужно специально подставлять свое влагалище и задний проход моему псу. Соня протянула руку и взяла меня за руку обеими своими. «Просто приезжай, и мы хорошо проведем время».

— Ну, хорошо тогда приеду, — улыбнулась я.

— Но я скажу тебе, что тебе нужно взять с собой. На всякий случай, если тебе вдруг захочется немного пошалить со старым Мухтаром, — улыбнулась Соня, вызвав у меня легкое покалывание между ног.

Я не особо надеялась, что доведу дело до конца, и старалась подавить волнение, которое нарастало с каждым днем? По мере приближения конца семестра. Однако, как бы я ни старалась, я ни о чем другом не думала в преддверии этого вечера, и несмотря на некоторое волнение в последнюю минуту, решила просто поехать к Соньки, хотя бы на один вечер выпивки и музыки. И вот я еду в поезде в 6 вечера в теплый июньский день. Мой плеер помогал мне отвлечься от того, зачем я вообще еду, чтобы переночевать у родителей Сони. Я сжимала в руках рюкзак, в котором лежала свежая футболка на следующий день, три пары чистых хлопчатобумажных трусиков, зубная щетка, бутылка водки и две пачки сигарет. Ах да, и еще то, что Соня велела мне взять с собой...

Я подошла к дому родителей Сони и остановилась у двери. Обратного пути нет. Я позвонила в дверной звонок, и меня затошнило, когда я услышала пугающий лай Мухтара, гораздо более устрашающий, чем у любой другой собаки, которую я когда-либо слышала. Что я делаю? Я привлекательная и умная восемнадцатилетняя девушка, которая нравится парням, и я без проблем могу соблазнить их, когда захочу по трахаться. Неужели, я действительно собираюсь заняться сексом с собакой моей лучшего подруги? Я вежливо поздоровалась с соседом, через забор, который что-то ремонтировал в своём автомобиле.

— Сонька устраивает вечеринку, пока её мама и папа в отпуске, да? — улыбнулся он и подмигнул, слишком долго задерживая взгляд на моих бёдрах и ягодицах, что мне не очень понравилось. Я была рада, что выбрала, для поездки удобные мешковатые джинсы, хотя на мне были мои любимые босоножки на танкетке с ремешками, которые подчёркивали мои милые накрашенные пальчики и приподнимали ягодицы. Уверена, всё это способствовало его похотливому взгляду.

— Ты одна из подруг Соньки по университету?

Я кивнула головой с натянутой улыбкой.

— На первом курсе, как и Соня? Он опустил взгляд на мою фигуру, а затем внимательно рассмотрел мои ноги в туфлях на танкетке.

— Да, — ответила я, чувствуя себя очень неловко.

— Очень мило, — продолжил он, снова подмигнув мне, прежде чем его взгляд остановился на моей груди. На мне был скромный топ и бюстгальтер, но я все равно смущенно поправила позу и пожалела, что не надела пиджак.

— Наверняка тебе очень весело в университете, если ты понимаешь, о чем я, — ехидно улыбнулся он.

— Нет, не совсем. Слишком занята учёбой. Я снова нетерпеливо позвонила в дверной звонок, что вызвало, ещё более громкий лай пса изнутри.

— Не могу поверить, что такие симпатичные юные девушки, как ты и Соня, могут быть. Как тебя зовут? — он снова посмотрел на мои бедра.

— Марина, — ответила я, уставившись на входную дверь и мысленно желая, чтобы она побыстрее открылась.

— Ну, Мариночка, я обещал родителям Сонечки присмотреть за домом, только не устраивайте там погром, — он подмигнул мне, еще раз. Я тут же почувствовала, что он знает причину моего визита, и мое лицо залилось румянцем.

К счастью, меня спасла взволнованная Соня, которая встретила меня у двери. «Здравствуйте Дмитрий Сергеевич», — сказала она, провожая меня внутрь. «Он похотливый старый извращенец, постоянно говорит мне и моей маме двусмысленные вещи. Держу пари, он сейчас трогает свой грязный старый член, глядя на вас».

— Фу, — ответила я. Мы стояли в коридоре у входной двери, и я слышала, как Мухтар нюхает и царапает кухонную дверь, за которой его заперла Соня.

— Слушай подруга, я очень нервничаю, из-за всего этого.

— Маринка просто выпей и расслабься, ничего не случится, если ты этого не хочешь. В любом случае, у Мухтара ?хороший вкус. Он может даже и не заинтересоваться тобой», — засмеялась она, впиваясь пальцами мне в ребра. Я об этом не подумала и тут же почувствовала разочарование. Это, о чем-то говорило.

— Ты взяла с собой короткую юбку и старую футболку или что-то в этом роде? — взволнованно спросила Соня.

— Да...а! — сказала, я и достала юбку. Это была та самая лёгкая мини-юбка, которая у меня до сих пор есть, и в которой ты меня любишь Сережечка. Соня посоветовала взять с собой короткую юбку, так как это даёт собаке лёгкий доступ к запаху твоих интимных мест, но при этом позволяет легко опустить юбку, если что-то случится, например, зазвонит дверной звонок. Соня сказала, что футболка нужна потому, что его передние лапы на твоей спине могут быть немного грубоватыми, если, ну..., это действительно произойдёт. Мне не очень понравилась эта мысль. Ещё мне нужно было убедиться, что я не пахну духами или дезодорантом, чтобы был мой естественный запах. Всё это было очень будничной подготовкой.

— Отлично, — улыбнулась Соня и провела меня на кухню, чтобы познакомить с Мухтаром. Должна признать, он был прекрасным псом, очень дружелюбным, ухоженным и воспитанным, но, боже мой, он был огромным и мускулистым, крупнее, чем я думала. В животе затрепетали бабочки, что боже, я делаю? Хотя, я бы солгала, если бы сказала, что не волнуюсь. Я погладила Мухтара, стараясь не получить удар его виляющим хвостом.

Соня вывела Мухтара на долгую прогулку, чтобы он сделал все свои дела, привела его и покормила, так что он, казалось, был доволен тем, что просто спокойно сидел с нами, пока мы пили мою водку и болтали на кухне. Я пару раз похлопала его, по спине и погладила, по голове, и он был милым, большим псом. Со временем разговор зашел, об университетских парнях и сплетнях, о наших общих друзьях. Я не была уверена, что что-то произойдет, и меня это устраивало, но немного разочаровывало, что подсказывало мне, что в глубине души, я хотела увидеть, что может случиться. Думаю, мы обе нервничали, потому что нам нужно было упомянуть в наших разговорах главную причину моего приезда к Соне.

Так продолжалось, еще пару рюмок водки, а затем Соня вдруг сказала: «Итак... Мухтар...».

Я улыбнулась и подняла брови, чтобы подбодрить подругу и продолжить.

— Маринка мы уже достаточно подвыпившие, чтобы проверить, заинтересует ли нас он?» — улыбнулась Соня.

— Я не уверена! Честно говоря, я нервничала, но в то же время была взволнована.

— Ну, подруга почему бы нам не переодеться в юбки и футболки и просто посмотреть, что получится.

— Хорошо! Давай переоденемся, — сказала я, радуясь тому, что Соня уверенно берет инициативу в свои руки. Я пошла в ванную с рюкзаком, чтобы переодеться.

Когда я была там, Соня постучала в дверь. «Пока ты там, — сказала она, — пописай, но пусть немного мочи попадет тебе на трусики, ему это нравится».

Я переоделась в свою короткую юбку и футболку, и почему-то сняла бюстгальтер, чтобы мои маленькие груди были свободны, это просто заставило меня почувствовать себя сексуальнее. Всем парням нравились мои груди, и должна признать, мне тоже, они были красивые и упругие, с прекрасными маленькими розовыми ореолами. Я также помочилась на трусики и для пущей убедительности довольно сильно натерла ими свою промежность. Подготовка возбуждала меня. Я одевалась, для секса. Я нанесла яркий макияж глаз, бледно-розовую помаду, немного румян и даже уложила волосы в сексуальную прическу, которую обычно носила, для выхода в город. Я наряжалась, чтобы соблазнить пса.

Водка, должно быть, начала действовать, потому что я позволила себе возбудиться, думая, о грязной причине, по которой я все это делаю, — чтобы стать сексуально привлекательной, для пса Сони. Я посмотрела на себя в длинное зеркало в ванной и с удовлетворением отметила свои стоячие соски, выглядывающие, из-под футболки, короткую юбку, едва прикрывающую ягодицы, гладкие, стройные ноги, которые я побрила и увлажнила утром, вместе с подмышками, а также вульгарные кольца на пальцах и висячие серьги. Я подумала, не стоит ли снова надеть свои клиновидные босоножки, чтобы завершить этот милый развратный образ, но поняла, что было бы невежливо носить уличную обувь в шикарном доме родителей Сони с дорогими коврами повсюду. В любом случае, у меня красивые ноги, и накануне я сделала себе педикюр, мои милые пальчики на ногах выглядели великолепно в розовом лаке, сочетающемся с моими ухоженными ногтями на руках. Черт, я выглядела так соблазнительно, даже если бы я сама так сказала, этому псу лучше бы, я понравилась.

Когда я вернулась, Соня похвалила меня за выбор юбки и за то, как я сделала свою прическу и макияж, чтобы выглядеть развратно. «Маринка, ты как всегда потрясающе выглядишь», — сказала она, легонько поцеловав меня в щеку. Соня раньше так не делала, по крайней мере, со мной, и у меня мурашки, по коже побежали. «Если бы только парни в университете могли тебя сейчас увидеть, они бы кончили в свои трусы».

Я скромно улыбнулась. Соня повела меня за руку в гостиную, где мы обе нервно сели на мягкий диван рядом друг с другом в старых футболках, коротких юбках и с голыми ногами. У Сони грудь была больше и мягче, чем у меня, но думаю, у меня были лучше ягодицы, ноги и ступни. В университете парням, которым нравилась грудь, нравилась Сонька, а парням, которым нравились ноги и попа, нравилась я.

Соня позвала Мухтара и постоянно твердила ему, что он хороший мальчик, и велела мне делать то же самое. Пока мы обе хлопали его по спине, его большой хвост вилял, и он начал обнюхивать наши босые ноги и изящно скрещенные ноги. Это было приятно, и продолжалось несколько минут, и мы возбужденно хихикали, пока его влажный нос и язык щекотали, исследуя наши пальцы ног и голени. Соня поглаживала его животик и спускалась к интимным местам. Все это время мы уделяли ему много внимания и говорили: «Хороший мальчик! Хороший мальчик!». Я чувствовала, что он начинает проявлять игривость, и он все время пытался засунуть свой нос нам, под юбки.

— Маринка! Он реагирует, — сказала Соня.

— Следующий этап, — поднять юбки повыше и немного раздвинуть ноги, чтобы он мог к следует понюхать наши трусики.

Я сама удивилась, согласившись. Моя внутренняя распутница возбудилась. Поэтому мы подняли юбки, до пояса, снова сели на диван и немного раздвинули ноги, чтобы Мухтар мог хорошенько понюхать наши промежности. Было странно и одновременно возбуждающе намеренно не отгонять его и позволять ему обнюхивать наши интимные места столько, сколько он хотел. Затем Мухтар начал неуклюже лизать мою вагину через трусики. Отсутствие такта застало меня врасплох, а то, что я не остановила его, было невероятно волнующим.

— Подруга, ты ему нравишься, — хихикнула Соня.

— Просто позволь ему делать то, что он хочет, это же так захватывающе, правда?

— Да, это очень сексуально, выдохнула я, позволяя себе наслаждаться умелыми, грубыми лизаниями Мухтара и немного раздвигая ноги, а его хвост радостно вилял в это время.

Животное дыхание и шмыганье носа Мухтар, когда он облизывал мои прикрытые трусиками интимные места, были невероятно возбуждающими. Я взвизгнула и крепко сжала руку Сони, потому что то, как ее собака облизывала мою вагину, через трусики, было таким щекотливым и грубым, но в то же время таким горячим и грязным. Мухтар игриво прыгал между нами, возбуждаясь запахом наших возбужденных вагин, и мы подняли ноги, чтобы он мог понюхать и наши ягодицы. Я помню, как специально расслабила мышцы ануса, надеясь усилить его аромат, что могло бы его завести. Мухтар, изо всех сил тыкал носом, во все наши отверстия, которые все еще были скрыты трусиками.

Затем, я впервые в своей жизни увидела, как его член вываливается, из мехового укрытия, словно блестящая помада. По мере роста он выглядел очень красным и воспаленным, таким чужеродным и влажным, постоянно сочась прозрачной жидкостью, из своей странной мясистой зазубренной головки. Соня заранее предупреждала меня, что возбужденный собачий член сильно отличается, от человеческого, но я все равно была шокирована, увидев это своими глазами.

— Боже мой! Соня, посмотри на его член, — прошептала я.

— Знаю, что этот член огромен, правда? Он сейчас очень возбудился. Она повернулась ко мне и улыбнулась. «Это последний момент подруга, когда мы можем остановиться, потому что дразнить его несправедливо. Если мы хотим пойти дальше, нам нужно снять трусики, но если мы это сделаем, нам придется позволить ему спариваться с одной или обеими, из нас».

Сказав это, Соня потянулась к члену и начала его поглаживать и мастурбировать, и тут показался этот тревожный большой выпуклый узел. Вид этого странного эрегированного собачьего члена шокировал меня, а вид Сони, моей лучшей подруги из университета, нежно мастурбирующей его, шокировал меня еще больше, но от этого странного зрелища у меня заныло между ног. Я раздвинула ноги, как можно шире, чтобы Мухтар снова облизал мои теперь, уже промокшие трусики, пока я раздумывала, стоит ли сделать шаг, который будет означать, что возврата назад не будет.

Мне не потребовалось много времени, чтобы решить, что я хочу попробовать засунуть этот большой, жилистый, блестящий, влажный, инопланетный собачий член в себя, до самого мошонки, включая этот странный узел у основания. Я задавалась вопросом, сможет ли моё узкое влагалище принять этого монстра в себя, но я определенно собиралась попробовать это сделать.

До сих пор, я испытывала члены лишь нескольких парней, и все они были слишком возбуждены и кончали быстро, все было очень разочаровывающе. Я даже не была уверена, что меня когда-либо трахали, как следует. Я жаждала действительно жесткого, беспощадного соития, который длится больше двадцати секунд, и я надеялась, что Мухтар захочет трахнуть меня как следует, как и подобает такой сучке в течке, как я.

— Ну же, сними трусики, Маринка, — подбодрила Соня, поглаживая мою руку.

К этому моменту, я уже перестала стесняться и мне было все равно, увидит ли Соня моё побритое влагалище. «Ну, я не дразню тебя, Соня», — улыбнулась я, приподняла бедра и спустила трусики, оставив их на бедрах. Соня сказала мне, чтобы я не делала этого, глупышка, и стянула их совсем моих ног.

— Они же насквозь мокрые, грязная сука ты Маринка! — сказала Соня и поднесла мои пропитанные мочой, вагинальной жидкостью и собачьей слюной хлопчатобумажные трусики к морде собаки, чтобы заманить его в мою теперь полностью обнаженную, слегка использованное молодыми парнями влагалище. «Я оставлю свои на себе, чтобы он сосредоточился на тебе Марина. Я хочу посмотреть, как мой Мухтар будет тебя лизать и трахать, тебе лучше хорошенько его трахнуть», — дразнила она меня.

Соня похлопала меня, по открытой лобковой области, что меня удивило, учитывая интимные прикосновения моего лучшего друга, и приложила пальцы к носу Мухтара.

— Ну же, Мухтар, хорошо пахнет девочка? Ну же, хороший мальчик, вперед, возьми её». Я чувствовала себя такой грязной и использованной, мне это чертовски нравилось. Волнение, от осознания того, что я не должна позволять этому происходить, было невероятным.

Мухтару не потребовалось много побуждений, и он яростно начал облизывать мои голые половые губы и анус, пока я поднимала ноги и раздвигала их, чтобы пёс мог получить полный доступ, ко всему. Этот большой пёс невероятно сильно вылизывал обе мои дырочки, и это было на совершенно другом уровне, по сравнению с тем, что может делать мужчина. Половые губы и анус дергались, от скорости и ярости его лизания и ласки, заставляя меня тихонько вскрикнуть. Мою другую дырочку, никогда раньше не вылизывали, и первый раз это сделал пёс Сони, я была в раю. Я расслабила сфинктер настолько, насколько могла, чтобы позволить языку и носу Мухтара полностью исследовать мою дырочку заднего прохода, какое же это было чувство.

— Вот так, хорошенько вылижи ей задницу, молодец Мухтар, — Соня посмотрела на меня, пока её собака яростно вылизывала мою открытую коричневую дырку. «Ты сегодня покакала, Марина?».

Я защищаясь пробормотала: «Да, но я же потом тщательно вымыла попу в душе, она что грязная?». Мое смущение достигло апогея, но я просто смирилась с этим, Соня уже все видела. Я всегда была очень внимательна к личной гигиене, особенно после того, как сходила в туалет по-большому.

Соня посмотрела на свою собаку, которая громко лизала мой анус. «Нет, должно быть, он просто чувствует запахи, которые мы не можем. Ему очень нравится лизать твою задницу Маринка».

— Это просто восхитительно, — простонал я. «Но моей попке тоже хочется еще этих потрясающих ласк». Я погладила Мухтара по голове. «Ты такой хороший мальчик, правда, Мухтар?».

Я слегка сдвинулась, по пухлому дивану, чтобы прикрыть свою задницу, и раздвинула свои половые губы пальцами, чтобы обнажить свой набухший клитор, для этого слюнявого собачьего языка. Я вскрикнула, когда мясистый бугорок был вылизан жестко и грубо безжалостно. Я посмотрела на зеркало в горке, и увидела отражение своих раздвинутых ног, а Мухтар тяжело дышал и громко чавкал, глядя на мою выбритую лобковую область.

Дыхание и слюнотечение Мухтара, перетекавшие, из моей вагины в анус и обратно, в сочетании с его грубыми, животными попытками взобраться на меня, доводили мое удовольствие, до поразительно интенсивного уровня. Ощущение его теплой шерсти на моих раздвинутых бедрах и интимных частях тела усиливало это извращенное, необузданное возбуждение. Это было невероятно грязно и возбуждающе, и тут я поняла, что Соня внизу целует, лижет и сосет возбужденный, истекающий фиолетово-красный член Мухтара, ее губы двигались от странной головки с маленьким мясистым шипом на кончике вниз по длинному, толстому, красному, жилистому, пульсирующему стволу, до самого этого вагинально-бурлящего выпуклого узла внизу, прямо над его тугими, кожистыми яичками. Я не могла оторвать, от него глаз. Соня позволила этому гротескному, грубому на вид чудовищному члену выпасть из ее милого рта и улыбнулась мне. Пришло время...

— Мухтар, хороший мальчик, хороший мальчик, ты же хочешь трахнуть Мариночку, правда? — сказала она, ее подбородок и щеки блестели, от собачьей пред семенной жидкости, прежде чем снова приложить свои красивые шелковистые губы к капающей странной головке члена Мухтара, медленно лаская его в своих губах. Между сосанием, лизанием и поцелуями члена Соня сказала: «Наклонись над диваном, Марина. Позволь ему трахнуть тебя. Я помогу ему войти, если он слишком разгорячится. Тебе это очень понравится».

— Да, мне нужно, чтобы меня трахнули прямо сейчас. Я хочу, чтобы этот огромный собачий член вошёл в меня, — без колебаний выдохнула я, одновременно ужаснувшись и обрадовавшись собственным словам. Я повернулась, чтобы положить лицо на мягкие пухлые подушки дорогого дивана, и выгнула спину, чтобы выставить свою голую круглую белую попу, для Мухтара, который будет трахать меня сзади, как я тренировалась в своей комнате в общежитии в университете бесчисленные ночи.

Я знала, что моя попа была объектом вожделения многих парней в университете, а тут я сама добровольно предлагала её собаке. В этот момент, я чувствовала себя настоящей развратной шлюхой, и мне это нравилось. Мухтар тяжело дышал, и я вздрогнула, почувствовав, как его твёрдые когти на передних лапах неуклюже царапают мою голую задницу и поясницу, когда я подставлялась ему. Мне было всё равно, что Соня всё это видела, я была чертовски возбуждена к этому времени, на самом деле, меня это ещё больше возбуждало, когда за мной наблюдали. Я почувствовала, что Мухтар изо всех сил пытается найти цель, и ощутила, как руки Сонечки раздвигают мои ягодицы.

— Спасибо, Сонечка, — странно сказала я, будучи полностью обнаженной.

— Очень мило, это чертовски возбуждает, — сказала Соня. «У тебя такая шикарная задница, Мариночка. Правда, Мухтар? Какой же он счастливчик?».

Меня, никогда раньше не трахали задницу, и возможно, пёс Сони мог бы удостоиться чести лишить меня анальной девственности, если бы захотел. Мне было все равно, какую дырку он выберет, я просто умоляла его огромный член найти одну из них. Я прошептала: «Ну же, Мухтар, хороший мальчик, иди и возьми меня. Пожалуйста, Мухтар, хороший мальчик...».

Соня помогала Мухтару занять нужное положение. Его передние лапы царапали мою спину, и футболка оказалась хорошим советом. Я чувствовала тепло его шерсти на голой попе и ногах, затем его учащенное дыхание у меня в ухе и его вес на спине, затем теплую влажность его пред спермы на моей коричневой дырочке и мокрой вагине, затем я вскрикнула, почувствовав, как его собачий член с характерным звуком нашел мою приветливую «Детородную дырочку», и я сразу же почувствовала жар его ствола в стенках влагалища, непохожий ни на один мужской член, который у меня когда-либо был, и он начал просто яростно долбить им. Это было, как отбойный молоток! Господи! Меня, никогда так не трахали, он трахал меня так быстро и сильно, и он просто продолжал, и все его учащенное дыхание и царапанье были такими возбуждающими.

Сонька подначивала его. «Молодец, Мухтар, молодец, трахни её как следует, теперь она твоя сучка, молодец!».

Я визжала и стонала, и у меня был такой сильный оргазм, но Мухтар продолжал так быстро двигаться, что у меня случались непрерывные маленькие мини-оргазмы. Затем внезапно, он резко толкнул вперед, и я почувствовала, как его огромный, выпуклый член наткнулся на сопротивление в области моих половых губ. Я задыхалась каждый раз, когда он толкал снова и снова с все большей силой, пока моё влагалище наконец не поддалось. Я вскрикнула, от удивленной боли, но вскоре это сменилось обжигающим экстазом, когда моя точка «G» была раздавлена, и волна за волной интенсивного удовольствия прокатилась по мне, когда моя молодая вагина крепко сжала этот чудовищно огромный собачий член, от кончика, до узла во всем его невероятном размере.

Соня крикнула сквозь мои громкие стоны и хрипы: «О боже, Мариночка! О, боже мой! Он тебя трахает, счастливица!». Я почувствовала, как она крепко сжала мою руку, и оценила эту поддержку.

Член Мухтара был полностью во мне, вместе с узлом, и вся моя репродуктивная система ощущалась невероятно наполненной. Мухтар стоял неподвижно и просто тяжело дышал мне в ухо, а я чувствовала, как кончик его члена упирается в мою шейку матки глубоко внутри, затем резко дергается и извергает сперму в мою матку. Его узел был зафиксирован внутри меня и растягивал мою вагину, до предела, и вместе с его эрегированным членом и потоками спермы вся моя вульва ощущалась полностью заполненной и почти невыносимо тяжелой. Я все еще испытывала оргазмы, от давления узла на мою точку «G», и я старалась не плакать от всей этой принудительной спермы, дрожащей по моему телу. Я стонала, вскрикивала, хныкала и рыдала: «Ты такой хороший мальчик, хороший мальчик».

Я была связана узлом минут десять, Мухтар тяжело дышал, его узел непрерывно сдавливал мою точку «G», вызывая оргазмические спазмы каждые несколько секунд, а Соня держала меня за руку. Каждый раз, когда я кончала, я поджимала ноги так, чтобы подошвы глубоко уходили в теплую шерсть его задницы и ударялись, о твердые мышцы собачьей задницы, и держала их там, пока оргазм не утихал, после чего они безвольно опускались. Но только, до тех пор, пока через несколько секунд меня не заставляли кончить снова. В этот момент, я перешла, от рыданий к плачу. Это только усиливало ощущение того, что меня грубо берет неумолимый пёс. Мне стыдно признаться, что я случайно помочилась, отчетливая теплая влага брызнула мне на бедра, и по ковру раздался водянистый звон. Я изо всех сил пыталась что-то контролировать.

— Мне очень жаль, Сонечка, я все уберу, — прорыдала я сквозь вздохи, испытывая ужасный стыд, за свою унизительную и грязную распущенность, слезы, тушь и подводка для глаз текли, по моему лицу. Я была в ужасном состоянии.

— Тсс, всё в порядке, подруга, — засмеялась Соня и крепко сжала мою руку. «Мы всё это потом уберём, просто забудь об этом, ты отлично справляешься». Какая же она была подруга, позволяла мне мочиться на шикарный толстый ковёр её родителей, пока её собака трахала меня, до дрожащего оргазмического блаженства.

Я периодически плакала и дрожала, слезы текли не только, от непрекращающегося принудительного оргазма, но и от стыда за то, что на моей спине лежала большая собака, задыхаясь, и я отдала ей свою драгоценную, узкую молодую вагину, чтобы она засунула в нее свой огромный член, до самых яичек, вместе с узлом. Я просто положила голову на подушку дивана, которая промокла от слез, и тихонько скулила, постоянно кончая, глядя на прекрасную семейную фотографию в рамке: «Соня, ее милая мама, гордый папа и старшая сестра, а Мухтар удобно расположился между ними». Это было странное чувство: «Уважаемая семья моей лучшей подруги улыбалась мне, склонившейся над диваном, пока их любимый пес подвергал меня мучительному потоку бесконечных оргазмов своим огромным членом с этим гигантским узлом, напрягающим мою бедную неопытную и растянутую вагину. Я была так рада, что их питомец не взялся за мою девственную задницу, я думаю, я бы не смогла принять этого зверя в свою задницу.

Соня нежно гладила мою руку и лицо, вытирая слезы, а ее мягкий голос успокаивал меня: «Молодец, ты отлично справляешься, Мариночка, дорогая, ты так хорошо доставила Мухтару удовольствие, просто отлично. Глубоко вдохни. Вот так, молодец. Скоро все закончится».

У меня внезапно возникло ощущение, что сосед, извращенец Дмитрий Сергеевич, вполне может подглядывать в окно гостиной в надежде увидеть нас с Соней в какой-нибудь лесбийской фантазии. Он был бы в шоке, если бы увидел свою очаровательную соседку Соню полуголой, помогающую своей великолепной подруге Марине, из университета получать жесткий трах, от семейной собаки в луже собственной мочи, постоянно кончая и рыдая навзрыд. Ну что же, надеюсь, Дмитрий Сергеевич насладится своим неожиданным удовольствием и получит лучший минет в своей жизни.

В конце концов член Мухтара медленно обмяк, освободив узел из моих дрожащих внутренностей, и я услышала долгий, влажный и очень громкий звук, похожий на пуканье из влагалища, – это была вся его собачья сперма и мои вагинальные соки, грубо выплескивающиеся, из моей зияющей дыры влагалища и брызгающие на влажную лужу мочи, уже пропитавшую ковер с высоким ворсом в гостиной. Мухтар спрыгнул с меня и подскочил к моей заднице, чтобы шумно облизать мой скользкий анус и хорошо вытраханную, распухшую, мокрую и очень нежную вагину. Я снова почувствовала смесь нарастающего сильного, вынужденного удовольствия, когда он покусывал и лизал слизь, вытекающую из моей дырки влагалища.

Всё это было невыносимо, я оттолкнула Мухтара и рухнула на пропитанный ковёр, покрытый липкой собачьей спермой Мухтара и коктейлем из моей вагинальной жидкости и мочи. Соня помогла мне подняться. Наши босые ноги скользили на ковре, сперма которая хлюпала между пальцами и растекалась по нашим девчачьим накрашенным ногтям. Мы смеялись и крепко обнимались, наши футболки слипались, от отвратительно сексуальной собачьей и человеческой слизи. Я решила снять свою испачканную футболку, но при этом случайно размазала часть этого мерзкого коктейля по лицу и волосам. Моё унижение было полным: «Моё лицо представляло собой липкую массу, из засохших слёз, растекшейся туши и подводки для глаз, вагинальной жидкости, смешанной с мочой, и собачьей спермы. Я чувствовала это — и ощущала вкус, — всё это, застывающее на моём лице, и мне это чертовски нравилось».

— У тебя Маринка чудесные маленькие сиськи, — сказала Соня, разглядывая мои обнаженные бледные груди, с гордо торчащими сосками. Думаю, она хотела их потрогать, и я бы ей не помешала, но она не стала.

Я была голая, вся в поту и сперме, после секса с собакой, и совершенно не стеснялась. «Спасибо вам обоим», — фыркнула я, глядя на Мухтара, и обнимала его, пока еще одна струйка его спермы стекала, по моим голым ногам. «Какой хороший мальчик, это было невероятно. Я никогда раньше, так не кончала, ты прекрасный трахальщик Мухтар».

Я только что пережил лучший секс в своей жизни в доме своей подруги, на фоне всех семейных фотографий, при помощи моей прекрасной подруги Сонечки, которая теперь отчаянно хотела предложить свои сладкие дырочки Мухтару. Я наблюдала, как она снимает трусики, и увидела, что ее обнаженная попка была даже немного больше моей. Соня широко раздвинула ноги и потерла клитор, говоря: «Мухтар иди сюда, давай, мальчик трахни меня!».

Я подумала, не слишком ли Мухтар устал после того, как всего несколько минут назад безжалостно трахал меня, но он быстро зарылся мордой в соблазнительную, свежую, молодую лобковую растительность Сонечки. «Пососи его член, Марина, сделай его хорошенько твердым для меня», — выдохнула она, поглаживая голову Мухтара, пока он громко нюхал и облизывал свою вторую, за вечер человеческую задницу.

Полагаю, настала моя очередь впервые почувствовать собачий член во рту, поэтому я поступила прилично и опустилась в лужу на ковре в гостиной, расположившись под задними лапами Мухтара, и начала целовать и лизать его быстро увеличивающийся мясистый красный член. Я медленно дразнила языком капающий странный мясистый выступ и засунула головку в рот, медленно мастурбируя его ствол, смазанный его спермой и моей собственной вагинальной жидкостью, отчего металлические кольца на моих пальцах заблестели. Подумать только, твой рот, который ты целовала столько раз, дорогая, побывал на собачьем члене и яичках. Горячая соленость во рту застала меня врасплох, но я терпела, как и подобает хорошей маленькой шлюшке. Затем, я нежно массировала и целовала его узел и даже попыталась лизнуть его анус, это казалось таким естественным в тот момент, но я не могла дотянуться, до него в том положении, в котором находилась.

Пока я лежала под Мухтаром, его тяжелый член болтался у меня во рту и капал на мое и без того изуродованное лицо, я подумала о том, что какой-то мерзкий сосед Дмитрий Сергеевич снова подглядывает в окно гостиной, возможно, со своим морщинистым членом наружу. Может быть, этот грязный старый ублюдок снимает это на свою видеокамеру, для своих приятелей. Я широко раздвинула ноги и пальцами раздвинула свои распухшие половые губы, для воображаемой камеры.

Я была в полном безумии, в состоянии разврата, и даже надеялась, что Дмитрий Сергеевич может стоять у окна и наблюдать за тем, как мы с Соней доставляем сексуальное удовольствие ее собаке, но, конечно же, позже я была благодарна, что его там не было.

Соня приглашала меня к себе еще несколько раз, когда ее родители уезжали, но я отказывалась. Думаю, меня одолел стыд, но я не жалела, об этом единичном случае. Мы с Сонечкой оставались лучшими подругами на протяжении всего обучения в университете, хотя, к сожалению, после окончания учебы и расставания наши пути разошлись.

Итак, мой дорогой муж Сережечка, я рада, что ты нашел это письмо. Я так давно хотела тебе признаться в том, как меня, до беспамятства трахнул большой пёс. Теперь ты знаешь, почему моя любимая поза, — это когда ты жёстко трахаешь меня сзади. И да, я бы с удовольствием приобрела один из этих собачьих дилдо, и чтобы ты меня им завязывал!

Я люблю тебя, дорогой мой, твоя жена Марина...