Антон стоял и всматривался в приближающегося к нему парня.

— Тоха, здоров! Чё не признал, что ли? Богатым буду!

— Леша? — с трудом выдавил парень.

— Леха, Леха! Это, давай без этого твоего «Леша-Алеша».

— Хорошо, а ты... что, ты уже...?

— Ага, выпустили. Два года от звонка до звонка. Это, братан, у тебя деньги есть? В долг я намели пока, верну, как возможность будет.

Антон замялся с ответом:

— Леха, ты же знаешь, меня мама контролирует с расходами.

— Да не очкуй так, если что скажешь теть Ире, что мне занял.

Антон неуверенно достал из кармана кошелек, раскрыв его, он извлек пятьсот рублей одной купюрой.

— У меня больше нету, — опустив глаза, сказал он.

Леха взял купюру и спрятал в карман:

— Не ссы, вечером занесу. Ладно, бывай, у меня еще дела есть.

Развернувшись, Леха вразвалку пошел к компании, которая сидела на лавочке и пила пиво.

— Пацаны, я деньги нашел, а вы сомневались! — донеслось до уходящего Антона.

Леха был головной болью и одновременно его защитой от всех хулиганов района. В этот район города они переехали с матерью после того, как умер отец. Зарплаты мамы не хватало на жизнь, и им пришлось продать трехкомнатную квартиру и купить двухкомнатную в не самом благополучном районе. С первых же дней жизнь в районе Антону показалась адом. От природы скромного и интеллигентного Антона пугала до дрожи в коленках неприкрытая агрессия; он цепенел от вида этих блатных пацанов в кепках-восьмиуголках, спортивных костюмах и кроссовках. В первую же неделю в школе он был избит тем самым Лехой потому, что у Антона не оказалось лишних денег, а те, что у него были, он не захотел отдавать, так как нужно было купить хлеб домой. Поэтому Леха кулаками доказал Антону ошибочность его позиции. Вечером мать устроила скандал, а наутро сидела у директора школы в кабинете, куда вызвали и Антона, и Алексея. Где Алексей честно пообещал, что такого не повторится. Директора школы, как и мать Антона, такое заверение вполне устроило, а вот Антон понимал, что это лишь слова. Вечером после уроков Леха подкараулил Антона за школой.

— Я не виноват! — лепетал Антон в ужасе, цепенея.

— Да похер! — тут же отозвался Леха, протягивая ему руку. — Пожми, — коротко сказал он.

Антон нервно посматривал на протянутую руку, не решаясь ее пожать.

— Что, блять, пожать в падлу?! — прикрикнул на него Леха, и Антон тут же схватил протянутую ему руку, нервно тряся ее в рукопожатии.

— Мамка у тебя классная, — сказал Леха, улыбаясь.

Антон согласно кивнул.

— Я бы ее и во второй раз в жопу трахнул, если бы первый раз дала, — Леха растянул рот в широкой улыбке.

Антон же стоял с широко раскрытыми глазами, не в силах вымолвить ни слова.

— Да ладно, шучу. Я вижу, ты норм пацан, правда забитый какой-то...

Так и началась странная дружба Лехи и Антона, в которой Леха был ведущим, а Антон — ведомым.

Антон возвращался домой и думал, что он скажет матери, хотя она, как всегда, скажет, что он тряпка, а Леха — настоящий мужик, и Антон должен на него равняться. Знала бы она, как он про нее говорит, что трахнет ее в жопу до потери сознания... Антон всегда сжимал кулаки, когда слушал эти сомнительные комплименты в сторону своей матери; сжимал, кипел и боялся что-то сделать. Леха пугал его до дрожи.

Несмотря на то что Леха пугал Антона, тот беззастенчиво пользовался его покровительством, и статус друга Лехи давал Антону защиту в школе. Уважения среди пацанов на районе не было, но и деньги с него больше не трясли, унижали словесно, бить тоже не били, если не считать поджопников, которые получал Антон на физре.

Физрук все это видел, но не пытался остановить, тихо посмеиваясь над нескладным пареньком.

— Ма, я дома, — сказал Антон, закрывая дверь.

— Ты хлеб купил? — сразу же раздалось из кухни.

— Нет.

— Как нет? Ты что, за весь день не смог купить булку хлеба? Вот ничего тебе доверить нельзя. Давай, собирайся в магазин.

Антон стушевался и еле выдавил:

— Ма, дай денег.

— Я тебе с утра давала, ты куда их дел? Как можно было потратить пятьсот рублей? Конечно, ты же не зарабатываешь, ты только тратишь!

— Ма, я Лехе занял, он вечером сказал, вернет.

— Лехе? А его что, уже выпустили? Как быстро время пролетело... Ну ладно. Ирина достала из сумочки, висящей на крючке в коридоре сто рублей и протянула Антону.

Звонок, раздавшийся в дверь, вырвал квартиру из привычного течения вечернего времени.

— Тоха, здоров! — подпитым голосом протянул Леха. — Я тут долг притащил. Пацан сказал — пацан сделал.

Леха потянул ладонь с зажатой купюрой. Антон знал этот жест и пожал руку, забирая купюру.

— Антош, кто там? — донеслось из комнаты Ирины, и показалась светлая голова из-за двери.

— Здрасьте, тёть Ир, — тут же отозвался Леха.

— Ой, Лешка! — тут же прощебетала Ирина. — Заходи, чай попей. Антон, чего встал? Пропусти Лешку. сейчас, Леш, я только халат накину.

Антон отошел в сторону, пропуская Леху.

Леха, разувшись, прошел на кухню. Антон зашел следом и потянулся за кружкой. Ирина зашла на кухню, завязывая пояс халата.

— Ну рассказывай, как ты? — прощебетала она, разглядывая возмужавшего юнца.

— Да хорошо все, тёть Ир. Откинулся вот пару дней назад. Гуляю еще, свободу праздную.

— Девочек портишь? — с лукавой улыбкой спросила Ира, поглядывая на Алексея.

— Да, не, я тут решил за ум взяться.

— Это похвально. Ну а как же естественные потребности организма? Неужели не тянет?

— Тянет, тёть Ир, да так, что пар из ушей!

— Мам, ну ты чего! — резко повернулся Антон и опрокинул кружку. Упав на пол, кружка раскололась на множество обломков.

Ирина тут же кинулась подбирать осколки:

— Антоша, ну какой ты неосторожный! Что встал? Веник и совок принеси!

Антон пошел за совком и веником. А Ирина, повернувшись спиной, нагнулась и собирала осколки разбитой кружки.

Леха же сидел и наблюдал за попой — предметом своих желаний вот уже много лет.

Убрав осколки, Ирина присела и выбросила мусор в ведро.

— Вот вечно так с ним, — сказала она, усаживаясь. — Ничего доверить нельзя.

— Тёть Ир, а может винца? Чего мы сидим на сухую?

— А давай! Я еще так о многом хочу у тебя расспросить.

— Я сейчас схожу, — поднялся Леха.

— Нет-нет, я схожу, — тут же отозвалась Ира. — Вам, мужикам, все равно что пить, а я хорошего вина возьму, тем более ты гость.

Быстро переодевшись в своей комнате, Ира ушла в магазин.

Антон и Леха сидели молча.

— Че, братан, так и гоняешь Машку Лодошкину?

— Нет, — пробурчал Антон.

— Да ну нах, бабу нашел!

— Нет, мать спалила, сказала: еще раз — и опозорит на весь дом.

— Это да, тёть Ира может.

Ира, спустившись на первый этаж своего дома, вспомнила, что забыла кошелек в сумочке в прихожей. Поднявшись обратно на свой этаж, она вздохнула с облегчением: слава богу, дверь не захлопнула, а то пришлось бы звонить — ключи-то лежали там же, в сумочке.

Открыв дверь, Ирина прислушалась к разговору на кухне.

— четыре братан...

— Леха, это же больно!

— Очень! Зато знаешь, как бабы тащатся. Хочешь, покажу?

— Нет-нет, я верю.

— Да шучу я! Я б мамке твоей показал, и не только бы показал, но и подержаться дал.

— Леха, хватит уже!

— Да ты прикинь, она, когда раком загнулась, я чуть со стула не подорвался, чтобы халат ей задрать и выебать в жопу. Прикинь, как бы она выла!

Ирина сняла сумочку с вешалки и вышла из квартиры. Спустившись во двор, она шла молча, обдумывая услышанное. Это пугало и одновременно возбуждало. И чего же там «четыре» и что он показать хотел? Ну да, пустим, что показать — я точно знаю, на что там еще у мальчишки фантазии хватит, а четыре? Хотя возможно...

Купив вина и мясной и фруктовой нарезки в ближайшем супермаркете Ирина поспешила домой, подойдя к своей двери, она открыла замок своими ключами и специально громко хлопнула входной дверью.

— Мальчики я вернулась, Антоша забери сумки пожалуйста.

Антон появился в коридоре забирая сумки из рук матери.

— Только ничего не трогай, я сейчас переоденусь и накрою не стол.

Сняв одежду в своей комнате, Ирина стояла перед комодом в нижнее белье. Все же решившись, она достала комплект черного кружевного белья. Сняв свой простенький лифчик и трусики, она отбросила их на кровать. Будет что будет, в конце концов, он уже не маленький. А если ничего не будет, так хоть для себя в красивом комплекте похожу. Завязав пояс халата, Ирина вышла на кухню:

— Ну что, мальчики, не заскучали? Сейчас я быстренько на стол соображу.

— Тёть Ир, давайте помогу!

— Нет, Леша, сиди, я все сама, ты гость. Антош, принеси, пожалуйста, из серванта бокалы для вина.

Антон принес три штуки.

— Два нужно было, — тут же сказала Ира.

— Тёть Ир, да пусть расслабится, — сказал Алексей.

— Ну хорошо, только чуть-чуть, — согласилась женщина.

Антон алкоголь практически не употреблял: мать запрещала, говорила, чтобы не спился, как его отец-алкаш. Сам Антон алкоголь не любил, но сегодня хотелось. Хотелось назло матери, которая опять позорила его перед Лёхой, чересчур опекая и регулярно сравнивая его с Лёшей.

Разговор шел не спеша. Антон всё больше слушал, налегая на вино, пока мать была занята общением с Лёхой. Антон не заметил, когда разговор перешёл на личности.

— А что, Лёша, скажи правду говорят, что в тюрьме арестанты делают себе операцию, что бы женщин на свободе. ..

— Ирина многозначительно посмотрела в область паха Алексея.

Это не укрылось от Антона.

— Тёть Ира, а вам всё вот так: возьми да расскажи!

— А может, ещё и покажи? Я не видела, а интересно.

— Тёть Ир, ох, не искушайте, у меня женщины два года не было. Ну и не при Антоне же показывать!

Ира посмотрела на захмелевшего сына. Антон что-то пытался сказать, но язык не ворочался, и речь была бессвязной.

— Антошка, ты когда так успел напиться?

Антон вновь что-то попытался ответить матери.

— Лёш, его надо спать уложить, поможешь мне? Я его одна до зала не дотащу, он же на ногах не держится.

— Да, конечно, — ответил Лёха, поднимаясь.

— Сейчас-сейчас, я только кровать его постелю, подожди, Лёша, — затараторила женщина, помогая подняться Антону. Лёха подставил плечо: «Ну нахрена так набирается, если пить не умеешь?»

Антон уже более связно пробормотал:

— Я не специально.

Доведя Антона до зала, Лёха опустил его на кровать.

— Лёша, помоги его раздеть, — попросила тёть Ира.

— Мама, я с вами ещё посижу! — запротестовал Антон.

— Ну какой «с нами», ты же пьян, тем более у нас с Лёшей взрослые разговоры. Спи давай.

Выходя из зала, Ирина выключила свет и прикрыла дверь. Антон быстро провалился в сон.

— Ой, ты прости, я тут тебя совсем загоняла. Вот болван всё-таки Антошка, — расписалась женщина, — не хватает ему строгой руки.

— Так в чем проблемам найдите ему отца.

— Да если бы это было так просто. Я не молода, да и он уже взрослый, чтобы его воспитывать.

— Тёть Ир, не наговаривайте на себя, вы очень даже очень.

— Ох и льстец ты, Лёшка. Ты, кстати, кое-что обещал показать.

— Не, тёть Ир, так не пойдёт, сначала вы.

— Ах ты засранец, решил тётю раздеть?

— Неа, просто показ за показ.

— Ну я даже не знаю, может, там и смотреть нечего, — замялась Ирина.

— А ты проверь, — перешёл на «ты» парень.

— Хорошо, что ты хочешь?

— Снимите халат и лифчик.

— А не слишком ли много?

— Не снимите — не узнаете.

Ирина за мялась немного, но всё же развязала пояс халата.

— Ну хорошо, только лифчик, я думаю, этого будет достаточно.

На это утверждение Лёха ничего не ответил.

Ирина сбросила халат, оставшись в лифчике и трусиках.

— Ну и как тебе? — немного смущённо спросила она у не отрывающего от неё взгляда парня. — Конечно, я не молода, и прежней красоты не осталось... Лёша, не молчи, я ещё сильнее начинаю смущаться, — произнесла женщина.

— Тёть Ира, вы просто шикарны, — сглотнув, произнёс парень.

— Ох и льстец же ты, но спасибо, очень приятно.

Заведя руки на спину, Ира расстегнула лиф. Придерживая чашечки рукой, она стянула лямки с плечей.

— Ну что, ты готов? — больше для себя, чем для Алексея, спросила Ира.

Парень опять ничего не ответил. Закрыв глаза и глубоко вздохнув, Ира потянула чашечки лифа вниз, открывая вид на свою грудь второго размера.

Лёха откровенно любовался открывшимся видом. Упругая грудь Иры, не потерявшая форму несмотря на возраст женщины, откровенно манила. Розовые соски и небольшие ореолы венчали всё это великолепие. Было видно, что соски набухли и затвердели, озорно смотря вверх и чуть в стороны друг от друга.

Лёха громко выдохнул.

— Ну теперь твоя очередь, — уже чуть более уверенным голосом из-за произведённого эффекта сказала Ира.

Лёха стянул трико вместе с трусами.

Ирина медленно опустила взгляд и застыла. «Боже, как же я давно не видела мужского члена», — пронеслось у неё в голове, в трусиках сразу стало мокро.

Член Лёхи продолжал наполняться кровью, увеличиваясь в размерах.

«Больше, чем у мужа», — опять пронеслось в голове Иры, и она тут же до боли прокусила нижнюю губу, стараясь отвлечь себя от мыслей о члене Алексея.

— Ну и где? — хриплым от возбуждения голосом спросила она. — Где то, что ты мне хотел показать, и не только показать?

— Так ты всё слышала? — спросил Лёха, растягивая рот в улыбке. — А то мне показалось, что дверь скрипнула в коридоре. Так не увидишь, нагнись ближе и посмотри.

Антона из алкогольного сна вырвала дикая жажда; пить хотелось очень сильно, глотка и рот были сухими.

Поднявшись с кровати и подойдя к двери, он сильно толкнул дверь; от толчка дверь ударилась в стенку. Всё ещё не отпустивший алкоголь в крови нарушал координацию движений Антона: попытавшись шагнуть, Антон завалился набок и обнял дверной косяк.

Влажные чавкающие звуки, доносившиеся из кухни, на которые Антон не обратил внимания, тут же прекратились, и послышались движения. Из-за угла показалась мать, завязывающая пояс халата и тыльной стороной руки вытирающая губы, которые были припухшими. И Лёха, который поправлял трико; в области паха у него выпирал бугор.

— Ой, Антош, ты что, тебе плохо?

— Нет, я пить хочу очень.

— Ой, сейчас, сейчас я тебе водички налью, — тут же запричитала Ира и скрылась на кухне, откуда тут же донеслось журчание воды из крана.

Лёха, подхватив Антона, потащил его обратно в комнату, пока Ира наливала воду.

— Ну и гондон же ты, — пошипел он в ухо Антону. — Хлебай свою воду и не показывайся до утра.

Больше он сказать не успел, так как в комнату зашла Ира, неся стакан воды. Закрыв дверь в зал, Ира и Лёха вернулись на кухню.

— Продолжим, — сказал Лёха.

— Нет, Лёш, а если бы Антоша нас увидел? Как бы я выглядела в его глазах, стоящая на коленях и сосущая твой член?

— Спит Антон и до утра спать будет.

Ира с недоверием посмотрела на Алексея, а потом в сторону коридора.

— Ты хочешь этого не меньше меня, я это вижу. Или ты думала, что такое мокрое пятно на твоих трусиках можно не заметить? Или ты решила, что я не понимаю, отчего ты с таким остервенением сосала мой член?

Ира смотрела на Алексея и молчала. Парень сделал шаг к ней, оказавшись с ней лицом к лицу, и тихо зашептал на ухо:

— Я тебя с четырнадцати лет выебать хочу. Да и не делай такой удалённый вид, сегодня я это сделаю, и не один раз, обещаю. Ты будешь очень громко кричать и просить, что бы я не останавливался.

Ира отшатнулась от Алексея и залилась краской.

— Лёша, а если Антон...

— Да похуй на Антона. Хочешь, чтобы он ничего не узнал — громко не стони.

Ира молча развернулась и пошла к себе в комнату. Алексей, немного постояв, направился за ней.

Зайдя в комнату женщины, Алексей подошёл к Ирине и, обняв её за талию, поцеловал её в шею.

— Ты обалденно пахнешь, — сказал парень ей на ушко.

— Это духи, — неестественно хриплым голосом произнесла Ира. — Лёша, это неправильно, мне стыдно. Я взрослая женщина, совратившая тебя. Тебе нужно найти девушку своего возраста.

Алексей слушал всё это и не спеша тянул за конец пояса халата, распуская завязанный Ириной узел.

— Лёша, пожалуйста, не надо...

— Надо, — шептал Алексей, целуя её шею. Разведя полы халата, Алексей положил обе ладони на женственный животик Иры, а затем одна рука двинулась вверх к грудям, а вторая опустилась вниз, нашаривая резинку трусиков, и постаралась проникнуть в святая святых женщины.

Несколько мгновений, которые Ирине показались вечностью, она раздумывала, где держать оборону от рук этого мальчишки. Опустив руки вниз, она остановила руку Алексея, которая уже поглаживала её лобок.

— Лёша, пожалуйста, я не готова.

— Готова, — не соглашался парень. — Я чувствую твой жар, как напряглись твои соски.

Ирина в очередной раз томно выдохнула:

— Лёша...

Лёха, отстранившись от женщины, быстро стянул с неё халат, откинув его в угол комнаты.

Ира стояла, опустив руки по швам, и ожидала продолжения, решив для себя, что всё, что задумал этот юнец, она сегодня одобрит; всё, что он предложит и чего он захочет, она всё сделает и даже больше.

Ощутив, как пальцы Алексея ухватили края её трусиков и потянули их вниз, Ирина смирилась с тем, что Алексей сегодня будет её первым мужчиной после того, как она стала вдовой.

Стащив трусики с Ирины, Алексей поцеловал ягодицу Ирины у самого копчика.

Заставив женщину вышагнуть из трусиков, он отбросил их к халату.

За пару мгновений он скинул свою футболку и трико с трусами.

Его член стоял колом, не падая с того самого момента, когда Ирина решилась на кухне попробовать на вкус его член. Такая сильная эрекция причиняла определенный дискомфорт, член требовал разрядки.

Раздев Ирину полностью, Алексей обнял Ирину сзади, уже по-хозяйски беря в одну руку грудь женщины, играя с её возбужденным соском, а второй рукой поглаживая её волоски на лобке.

— Мне даже очень нравится, что там у тебя волосики, — сказал Алексей, поглаживая лобок Ирины.

Еще больше покраснев, Ирина с трудом выдавила из себя: — Правда, я так переживала... — и с облегченным вздохом Ирина рукой нащупала вздыбленный член Алексея.

Двигая сжатым кулаком по члену Алексея, Ирина ладошкой ощущала каждую его складочку, венку и неровность, шарики, которые она все же нашла.

Выпустив член парня, Ирина развернулась лицом к нему; глядя снизу вверх, она тихим шепотом спросила: — Минет?

Алексей кивнул, усаживаясь на край кровати и широко расставив ноги.

Ирина устроилась между ног парня, беря его член в рот, начиная неспеша отсасывать, при этом не отрывая взгляда от лица Алексея, ловя каждое его изменение.

Долго Алексей не продержался. Специально или нет, Ирина прогнулась так, что ее округлая попка раскрылась — все было видно в достаточно большом зеркале шкафа, а долгое воздержание и прерванный минет на кухне добавили возбуждения. Алексей кончал долго, держа теть Иру за голову, не давая ей соскочить со своего члена.

Когда Ира почувствовала, что Алексей вот-вот кончит, она попыталась отстраниться, но у Алексея было свое на это мнение, и он, ухватив ее за голову, жестко зафиксировал, не давая ей отстраниться; оставалось только принять все то, чем наполнит ее рот Алексей.

Парень извергался долго. В какой-то момент Ирина даже поперхнулась, и часть того, чем наполнял ее рот Алексей, потекла по ее подбородку, падая на палас возле кровати. Постепенно захват ослаб, и Алексей убрал свои руки. Ирина, проглотив остатки, с нежностью всасывала член Алексея, вытягивая из него последние капельки, что очень удивило Ирину: это то, что член Алексея не потерял свою твердость.

Выпустив член Алексея из своего сладкого плена, Ира спросила: — Леша, у тебя есть презерватив?

— Нет, — отрицательно мотнул головой Алексей.

— У меня тоже. Тогда постарайся хотя бы вытащить, прежде чем кончить.

Алексей преувеличенно быстро кивнул. Ира же поняла, что забота о том, чтобы она не залетела, лежит полностью на ней, и надеяться на то, что парень будет задумываться, вытащить или нет, не стоит.

Поднявшись с колен, она толкнула парня в грудь, заставив того лечь на кровать.

Ирина по-кошачьи грациозно взобралась на парня, перекинув через него ногу. Ира ухватила стоящий колом член; немного поколебавшись, она приставила его к входу в свое истекающее соком влагалище.

Жар киски Ирины обжигал член Алексея, женщина неспеша опускалась по стволу члена. Теснота влагалища Ирины сводила Алексея с ума. Положив руки на бедра женщины и подавшись членом навстречу опускающемуся влагалищу, Алексей выбил из Ирины протяжный стон.

— Леща, пожалуйста... Дай я сама, у меня мужчины четыре года не было, дай минутку привыкнуть.

— А у меня бабы два года не было, — сказал Алексей, двигаясь навстречу.

Усевшись полностью на член Алексея, Ирина подвигала попкой, усаживаясь удобней, положив ладони на грудь парню. Ирина немного приподняла попку и сразу же опустилась обратно. Закусив нижнюю губу, Ирина повторила действие уже более смело. Спустя пару минут Ирина скакала на члене, поддерживаемая Алексеем за бедра. Влажные звуки соприкосновения тел разносились по комнате. Еще через минуту Ирину затрясло, женщина завыла на одной ноте, упав парню на грудь и прижавшись своей киской к его члену.

Алексей почувствовал, как влагалище начало сокращаться вокруг его члена, и женщина упала ему на грудь. Кончив совсем недавно, Алексей еще не был готов разрядиться.

Немного привстав на локтях, он прошептал Ирине: — Ты мне доверяешь? Обними меня за шею.

Ирина молча подчинилась, не понимая, зачем это нужно.

Алексей подхватил женщину руками под коленки и поднялся с кровати. Ирина от неожиданности сильнее обняла Алексея. Оказавшись на весу, под собственным весом Ира еще сильнее оделась на член Алексея. Еще не отойдя от полученного оргазма, Ира почувствовала, как Алексей практически трахает ее на весу; уткнувшись в шею парня, она сладостно застонала.

Алексей разошелся не на шутку, что вызывало громкие стоны женщины.

— Леша, пожалуйста, я больше не могу. — Алексей не останавливался. — Леша, Лешенька... — уже в голос стонала женщина. — Да, да, да, пожалуйста, еще немножко, я сейчас...

Уткнувшись в плечо парня, Ира старалась не шуметь, чтобы не разбудить Антошу.

Соки Ирины текли по члену Алексея, женщина глубоко дышала, а спина лоснилась от пота. Разрядившись в такое тесное и гостеприимное влагалище, Алексей положил свою любовницу спиной на кровать. Сделав шаг назад, он любовался, как из разтраханного влагалища текло его семя. Ира, немного отойдя от второго оргазма за вечер, постаралась ладошкой прикрыть то место, куда смотрел Алексей.

— Не смотри, мне стыдно, — прошептала женщина.

— А мне нет. Я тебя сегодня, теть Ира, во всех позах испробую, так что стыдиться тебе нечего.

Грудь женщины тяжело поднималась, а взгляд был направлен на говорившего парня. Немного подумав, она убрала ладошку от своей истерзанной пизды: — Хорошо, только я в душ.

Алексей лишь отошел в сторону. Ирина поднялась с кровати, и абсолютно голая отправилась в ванную комнату, призывно виляя попкой.

Антон вынырнул из забытия, как ему показалось, от громкого вскрика. Лежа в кровати, он прислушивался к звукам, пролежав так какое-то время и ничего не услышав, он расслабился. Сильно хотелось пить; протянув руку к стакану с водой, он ухватил оставленный мамой стакан и, опрокинув его в себя, с блаженством зажмурился.

Из этого состояния его вырвал раздавшийся вскрик и еле слышимый голос Мамы.

Встав с кровати, Антон, стараясь не шуметь, по миллиметру открывал дверь, молясь о том, чтобы она не скрипнула. Бесшумно протиснувшись в образовавшийся проем, Антон, стараясь не издавать звуков, подошел к приоткрытой двери в комнату матери.

Увидев происходящее там, Антон замер как соляным столбом.

Ирина стояла раком на кровати, прижав грудь к покрывалу и максимально оттопырив свою попку; ее голова была повернута в бок, глаза закрыты. Позади нее стоял Алексей со вздыбленным членом и пальцами пытался разработать ее сфинктер.

— Не зажимайся, больнее будет.

— Лёш, ну давай туда не будем. Хочешь, я тебе еще пососу с проглотом?

— Конечно, пососешь, — тут же отозвался парень, плюя на сфинктер для смазки.

— Ай, Леша, ну пожалуйста, ну почему именно туда?

— Потому что я хоть и не Газпром, а мечты должны сбываться. Ир, потерпи немного, я же не собираюсь тебя долбить, я только немного присуну и все.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— И потом еще раз трахнешь меня?

— Трахну, если отсосешь.

— Хорошо, тогда возьми крем с тумбочки, это лучше смажет, чем слюни.

Леха отошел от кровати, и Антону удалось хорошо разглядеть дырки матери, особенно его взгляд задержался на киске — она была ярко-малинового цвета, мокрая, с припухшими половыми губами, в центре зияла черная дыра, которая периодически смыкалась и расходилась заново.

— Вот этот, — произнес через мгновение парень. — Да, этот подойдет, — сказала Ирина, подняв голову. — Только хорошо смажь, и член свой тоже.

Обзор на мать Антону закрыл Леха. Антон видел, как парень выдавил огромное количество крема себе на член и начал его растирать по всей длине.

Столько же он нанес на сжавшуюся звездочку ануса Ирины.

Та ойкнула. — Холодный, — произнесла женщина.

— Ща согреем, — сказал парень, поднеся головку к звездочке ануса; немного надавив, Леха замер: Ира, расслабься.

— У меня не получается, я не специально.

Немного постояв, Леха двинулся дальше.

— Ой, ой, ой, оёёёёёёёёёёй! — запричитала женщина и попыталась отстраниться, но Леха не дал, крепко держа ее за бедра.

— Подожди, Лёша, подожди немного, дай привыкнуть. Леха замер на мгновение, а затем продолжил двигаться вперед, лишая анальной девственности тётю Иру — ту самую, которую он хотел трахнуть с четырнадцати лет, ту самую, которая снилась ему по ночам.

— Леша, хватит!

Леха уже не слушал, двигаясь дальше, пока яйцами не ударился о мокрую пизду женщины.

— Ты же обещал!

— Ир, ну ты че как маленькая? — сказал парень, начиная двигаться назад.

— Только не спеши, пожалуйста, медленнее, — прошептала женщина.

Антон стоял и смотрел, как Леха ебет его мать в жопу, постепенно ускоряясь.

A его мама вместо того, чтобы что-то возразить, рукой между ног, ласкает свою дырку и при этом громко стонет.

Леха разошелся не на шутку, трахая Иру в тугую жопку, его пах шлепал по ягодицам женщины, звук стоял громкий, и Ирина добавляла свои стоны в эту ритмичную музыку секса.

Загнав свой член максимально глубоко, Леха в очередной раз кончал в Ирину.

Изрядно потрудившийся член медленно опадал и выскользнул из разработанной попки женщины

Антон стоял за дверью и смотрел, как Алексей трахает его мать, как он кончил в нее — очевидно, не первый раз, — как дрожит и сжимается растерзанный анус, как мать продолжает ласкать свою киску, потихоньку затихая и тяжело дыша. Антон даже не заметил, в какой момент он начал дрочить.

— «Фух, это было шикарно», — сказал Лёха, — «я на кухню водички попить».

Антона прошибло электрическим разрядом: понимая, что быстро и бесшумно он спрятаться не сможет, он отошел от двери с ужасом, понимая, что Лёха сейчас застанет его за тем, как он дрочит на их секс. Алексей открыл дверь и замер на мгновение, встретившись глазами с Антоном. Немного прикрыв за собой дверь, он оттопырил большой палец и тихо произнес: «Очко — высший класс, я же говорил, что трахну ее». Развернувшись, Алексей пошел на кухню. Антон стоял и молчал, пока не заметил, что Ирина завалилась на бок; после этого он так же тихо ушел к себе в комнату. Лежа в своей кровати, Антон слушал, как они разговаривали на кухне, а через десять минут услышал разговор в коридоре:

«Хоть бы мы его не разбудили, боже, я так стонала перед соседями, стыдно...»

— «Да спит он, сто пудов. Эээ, Антоха, я мамку твою в жопу драл!» — громко сказал Лёха.

«Ты что, балбес? А если не спит? А если проснется?»

— «Да спит он, спит». Антон услышал, как дверь в комнату матери опять закрылась, а через некоторое время квартира опять наполнилась ее охами и ахами, звонкими шлепками голых тел. Заснуть у Антона получилось только под утро, когда любовники окончательно выдохлись. Когда ушел Лёха, Антон не слышал. Проснувшись к обеду, он вышел на кухню и увидел мать, замотанную в халат и попивающую кофе.

«Ну и горазд ты спать!» — весело прощебетала она.

«А где Лёха?» — хмуро спросил Антон.

«Ушел сразу после того, как тебя пьяного уложил во второй раз. Вот хороший он, все-таки парень».

Антон уселся за стол.

«Сыночка, я сегодня что-то совсем не выспалась, пойду подремлю, завтракай сам». Ирина встала и гусиной походкой поспешила в свою комнату. Антон сидел молча, переваривая то, что было ночью, и думая, как они будут жить дальше.

P/S

Идея рассказа не моя, за и дею спасибо пользователю мирон!)