Внимание! Текст этого рассказа, из уважения к читателю, написан человеком, без участия ИИ!

Не сочтите за труд, после прочтения, поставить свою оценку, какой бы она ни была.

Благодарю Вас за внимание и желаю приятного прочтения.

Неожиданный приквел к истории "Путь порно звёздочки", нулевая глава, повествующая о лучшей подруге "маленькой Веры", Насте. Её трудном детстве, неосознанных решениях, вынужденном богатом опыте и настоящей любви.

ПУТЬ ПОРНО ЗВЁЗДОЧКИ

Настя Лопухина 0.6

Могла ли себе представить замарашка из бедного рабочего гетто, такое стремительное и неотвратимое взросление?

Ещё пару недель назад, скрываясь от маминого сожителя, она попрошайничала на парковке пригородного Молла и кутаясь в три одеяла, коротала ночи на даче своей школьной подружки, а прошлой ночью, чартерным рейсом, её привезли в это райское место с роскошными пальмами, чистым белым песочком и тёплым, прозрачным морюшком.

Не до конца себе представляя, обратную сторону предложенной красивой жизни, Настя ввязалась в эту авантюру не столько от безысходности, сколько по опрометчиво наивной влюблённости, в совершенно не предназначенного ей, взрослого мужчину.

С партнёршами Лопухиной везло больше, чем с партнёрами и набираясь негативного опыта, она чувствовала, как её всё сильнее влечёт к девочкам, но всё же главное разочарование для Насти было впереди.

Возможно, продавать свою молодость и красоту самой и выглядело лучше, чем обслуживать маминых ухажёров за гроши, но Настя до последнего не хотела выглядеть в глазах Волшебника шлюхой, пока он сам не подложил её под первого клиента. Да ещё и такого!

До самого вечера, прихватив с собой едва оклемавшуюся Сашу, девочки с ветерком катались на шестисот сильном, морском катере, плавали с дельфинами и сладко чилили на пляже, угощаясь экзотическими коктейлями. Пока, на виллу не вернулся душка-военный, как обычно в агрессивно-ебливом настроении.

В ужасе попятившаяся назад Саша, неуклюже кувырнулась через шезлонг, привычная ко всему Галина, помогая начальнику с кителем, налила ему виски и по всему, попасть под раздачу должна была Лопухина, но этого, на её удивление, не случилось.

— Вика, детка, ты ведь выпьешь с дядей Колей. – усаживая полуголую Настю к себе на колени, мужчина уже не предлагал девочке мороженое, а просто разбадяжил для неё виски колой.

— Это, наверное, крепко? – Настя морщится, недоверчиво глядя на то, как Галина добавляет лёд в искрящийся пузырьками напиток.

— С колой и льдом, ты даже не почувствуешь. – не оставляя выбора, он буквально заставляет её сделать первый глоток. – Пей, большие девочки – это обожают.

Лопухина успевает сделать лишь пару глотков, когда газики ударяют в нос и она закашливается, проливая сладкий алкоголь себе на грудь и живот.

«Всё, теперь точно, пиздец котёнку!» : подумала Саша, наблюдавшая за этим действием из своего укрытия, в ближайших кустах.

Но, как ни странно, совершенно не сдержанный в своих желаниях генерал, не перекинул девочку через барный стул прямо сейчас и даже не облизал её сладкие от колы грудки.

По-отечески наглаживая Настины плечи пальцами, он завёл речь о Жан-Пьере и её ответственной миссии, традиционном русском радушии и силе женской ласки.

— Пойми меня правильно, дитя, у нас на родине Жана не так много друзей, и я очень ему благодарен, что он один из них. Я, в общем-то не прошу от тебя ничего эдакого, просто помоги нам его отблагодарить и составь Жану компанию, на эти пару дней.

— И всё? – Настина голова уже чуть кружилась от крепкого алкоголя. Представляя как будет играть с темнокожим французом в города или носиться с мячом по пляжу, она прыснула от смеха. – Жан ведь не станет ко мне приставать? – после первых глотков, наведённый дядей Колей коктейль, уже не кажется таким уж ядрёным, и девочка пьёт его сама.

— Конечно нет, всё будет только с твоего разрешения. Ты просто не давай нашему гостю скучать. Ладно?

Разомлевшая нимфетка, делая очередной глоток, утвердительно кивает в ответ и Фёдорыч, элегантно пересаживает её со своих коленок, на чёрные, французские.

— Жан-Пьер, это Вика, она мне как родная дочь, не обижай её и она о тебе позаботиться.

Уже пьяненько Лопухиной, сидеть на коленях у рослого негра не кажется неприемлемой дичью. Её совсем не смущает необычный запах его тела и даже нравятся его пухлые губы. Настя глупо смеётся и поудобнее устраиваясь на его коленях, обнимает мужчину за шею.

— У тебя такая тёмная кожа.

— Тебе не нравится?

— Нравится. У меня однажды тоже была такая же, когда мы с пацанами жгли покрышки на дворе. – смочив пальчики в виски, пытается оттереть плечо Жана до белого.

Француз, естественно не понял ни слова, но уже находился под впечатлением и пока ещё не навязчиво обнимал девочку за талию, вдыхая аромат её почти обнажённого, юного тела.

— Жечь покрышки, наверное, было весело?

— О, ещё как! … Мы все были чёрные, прямо как ты. – Лопухина допивает наведённое ей пойло и её рубиновые губки оказываются в паре сантиметров от мясистых вареников французского гражданина.

Затаённое дыхание и пьяный взгляд, пауза не длиться и пары секунд. Совсем не ради страсти или возбуждения, скорее из любопытства, Настя касается губ Жана своими, чуть прикусывая их зубками.

Как ни странно, но этот первый поцелуй с пьяной девчонкой, не исполнился страсти. Возбуждённый Жан, не форсировал события и стараясь растянуть удовольствие, позволил себя исследовать.

Наверное, не удивительно, что вопрос: «А приятно ли будет целоваться с негром?», интересовал Лопухину с тех пор, как она разглядела его толстенные губы.

Подростковая непосредственность, взяла своё и улучив момент, Настя не могла не попробовать. Результат ей понравился, но почти не вызвал возбуждения. Устав сидеть на упирающейся ей в промежность кожаной палке, Лопухина было потянула гостя покидать мяч, но ноги её не особенно-то и слушались.

Пьяная нимфетка упала, встала и упала снова, задорно смеясь, она уже не могла говорить и просто тянула к своему кавалеру руки, чтобы он помог ей подняться.

Под тяжёлым, завистливым взглядом Волшебника, темнокожий мужчина поднял Настю на руки и понёс в направлении пляжного домика.

Довольный генерал, ехидно ёрничая, разливал по бокалам виски, подзывая Кая к себе.

— Я благодарен тебе за подгон, с этой девочкой – он будет у нас в кармане. - референт Галина всё так же рядом, раскладывает лёд.

— В доме камеры?

— Что, хочешь потом посмотреть, как это было? – генерал смеётся, стукаясь бокалами.

— Да не особенно. – делает большой глоток, не сводя взгляда с открытого бунгало, за порогом которого скрывается француз.

— Уж мне то не врал бы. – Панибратски толкает Кая в бок. – После Жана там станет попросторнее, и я думаю обойдётся уже без нытья.

— Что там с остатком суммы? – Кай серьёзен, игнорируя шуточки, он даже не улыбается.

— Отправили уже, - Шеф смотрит на Галину, и та утвердительно кивает в ответ. – Вот только не говори, что ты собирался на ней жениться. – смеётся, наглаживая бархатную, загорелую кожу на ягодицах референта. – Кстати, Вам пора расширяться, пока твоя сестра не превратилась в проститутку, подменяя своих ленивых, изнеженных сучек.

— Я думаю Герду, такая перспектива, вообще не смущает. – Ёрничая над сестрой, Кай не услышал основного посыла, вынуждая генерала заострить его внимание.

— У наших врагов ещё много развращённых дипломатов, бизнесменов и политиков. Благодаря рыжим шлюшкам и порочным пристрастиям Жан-Пьера, я сегодня выгрыз нам бюджет на спец интернат, в пригороде.

Обескураженный этой новостью Кай, в удивлении и предвкушении больших денег, вскинул брови, допивая свой виски.

— Что за локация, какой предполагается штат?

— Якиманиха, спец-школа закреплённая за кадетским училищем. В преподаватели я выделю кадровых офицеров, Ваша с Гердой задача подбор контингента, психологическое, воспитательское сопровождение и быт. Для начала, минимум пятнадцати, разновозрастных воспитанниц. Справитесь?

— Думаю да, … мне только потребуется больше воспитателей и охрана.

Генерал по-отечески похлопал по плечу воодушевлённого компаньона, подливая виски в его бокал.

— Всё это будет мой друг, а сейчас, найди-ка мне свою сестру.

***

Между отцом и дочерью, тем временем, случился конфликт с рукоприкладством.

Герда, по своему обыкновению чилила голой, нежась на постели с очень удобно откляченной задницей. Альберт, неоднократно ебавший дочь сам и деливший её с Каем, разумеется, не захотел пройти мимо.

Нахально пристроившись, старик даже успел спросонья ей вставить, а дальше Герда проснулась, сообразила, что происходит и случился грандиозный скандал с взаимными оскорблениями, борьбой и яростным сопротивлением.

У взрослой, взбешённой очередным скотским поступком девушки, сил оказалось явно побольше, чем у растерянной нимфетки.

Альберту стоило немалых сил удерживать её тело под собой. Отчаянно стараясь закончить начатое, мужчина надрывно рычал, засаживая Герде по самые яйца, он явно наслаждался этим насильственным обладанием.

Вдавленная лицом в подушку девушка, почти наверняка задохнулась, если бы не нашла в себе силы извернуться и всечь насильнику с локтя точно в нос.

Собираясь пролиться на спину дочери совсем не кровью, а спермой, Альберт взвыл от внезапной боли, ослабляя хват на её шее и Герда, наконец-то смогла вздохнуть.

— Сука, я же сказала, не делай так больше никогда! Мне что, отрезать тебе хуй, чтобы ты прекратил?!

— Непойму, чего ты вдруг взбесилась, помню раньше тебе такое даже нравилось.

— Это, блядь, когда мне было четырнадцать что ли?!

Задирая вверх голову, неудачливый папаша, пытался остановить кровь, затыкая нос салфетками, когда вовремя вошедший в бунгало Кай, оттащил от него разъярённую сестру.

— Папа, Герда – чего вы тут исполняете?!

— Клянусь, я когда-нибудь его убью. – в глазах голой девушки ни капли сомнений.

Продолжая удерживать её в объятиях, Кай сообщает сестре новость и то, что генерал прямо сейчас желает её общества.

— Это новый уровень и совсем другие деньги. – Обнимая Герду за лицо, делает ей внушение. – Возьми себя в руки, иди и покажи Фёдорычу свой класс.

— Не волнуйся, братик, такой контракт мы не просрём.

Сделав пару глубоких вдохов, Герда прикрывает дрожащие веки и утерев накатившие слёзы, отправляется в душ.

***

Не прошло и десяти минут, как накинув на своё восхитительно стройное, чистое тело одну лишь полупрозрачную тунику, искрящаяся широкой улыбкой Герда, соблазнительно покачивая бёдрами, явилась к генералу.

— Что, пожар? – чуть пританцовывая под музыку, Герда запустила пальцы в седые волосы благодетеля. Ни в её образе, ни в поведении, совершенно ничто не выдавало того, что девушка только что подверглась насилию.

— Ещё какой. – Похотливо улыбаясь, Николай Фёдорыч задрал Гердину тунику и смачно облизал украшенный пирсингом пупок, ладони генерала обняли её подтянутую, загорелую задницу, а губы, буквально впились в гладковыбритую сладострастную щель.

В моменте, Герду совершенно не смущало, что неподалёку, у пляжного бара, её папаша и брат оттягиваются вискарём.

— Вот же сучка, характером совсем не в мать, та подворачивала с полуслова.

— Да, и чей же ещё у твоей дочери может быть характер? – усмехаясь, Кай пригубляет свой бокал. – Собственно для дела, она и не отказывается.

Нежности и долгая прелюдия, дяде Коле были совсем не свойственны. Обслюнявленная и раскрытая Гердина вагина, в следующий же миг, была на дета на топорщащийся генеральский хуй.

После трёхлетнего сотрудничества, с хозяйкой борделя, это случилось впервые, но, очевидно, не стало для неё таким уж испытанием.

Да, причиндал был конским, но именно такие Пегая бестия и предпочитала. Уже на втором движении, Гердино нутро вобрало в себя генеральскую стать полностью.

Обволакивая партнёра своими флюидами, девушка неспешно подавала бёдрами, что-то там шептала ему на ухо, вызывающе пялясь на своих близких родственников, стоящих у бара.

Кай одобрительно кивнул, поднимая свой бокал в знак поддержки.

— Она просто великолепна.

— Так женись, матери то у вас с ней разные. – Усмехается отец.

Гердина туника, тем временем, отправляется на пол, моложавый генерал какое-то время ебёт, удерживая девушку на весу, а после укладывает на стол и заворачивая её длинные, стройные ножки себе на плечи, принимается по своему обыкновению разъёбывать партнёршу в брызги.

Но Герда не хрупкая маленькая девочка и даже получив, в порыве страсти, пару стимулирующих пощёчин, продолжает стонать, яростно бросая свои сильные бёдра навстречу. Ещё несколько раз плотно шлёпая своим лобком о Гердин, генерал, с протяжным мычанием, изливается внутрь, а Пегая чертовка, обнимая партнёра за шею, целует и кусает его губы.

Превосходно изучившему поведение сестрицы в постели Каю, очевидно, что сама она не кончила и понимая, что партнёру по хрен, даже не стала имитировать.

Принимая в себя генеральское семя, Герда водила сосками по его лицу, сдаивая тренированными мышцами всё до капли.

Дядя Коля, явно, находился под впечатлением.

— Вот бы, детка, тебе дать пару уроков моей непутёвой жене.

— Это можно. – улыбаясь, Герда подмигивает брату, взглядом указывая на душевую. – Только когда я её испорчу, целомудрие обратно уже не вернёшь.

— Чёрт, ты права, ей ещё детей моих целовать.

Наполненная Гердина вагина выталкивает генеральский причиндал и он, вместе с хозяином, отправляется в бассейн.

Игноря папашу, Пегая чертовка проходит мимо, хватает брата за руку и тянет в бунгало.

В дверях душевой, буквально нос к носу, они сталкиваются с парой Жан-Пьер, Настя. Абсолютно голая, только что выебанная Герда, мерит взглядом толстенную палку француза и одобрительно кивая, шлёпает Лопухину ладошкой по попе.

— Прекрасный выбор, милая.

Настя вздрагивает и ёжится от смущения, а довольная собой стерва стягивает с её Волшебника шорты и хватая за член прижимает его спиной к стене.

Лопухиной совершенно ясно, что состязаться с сестрой бесполезно, она Каю ближе, интереснее и роднее. В моменте всё вокруг теряет для девочки смысл и утратив всякое возбуждение и азарт, она послушно следует за своим темнокожим любовником.

Прекрасно зная, как именно её брату нравится больше, Герда, даже не подмывается. Она как гимнастка обвивает поясницу Кая ногами, целует его в губы, наползая наполненной, жадно хлюпающей вагиной на свою любимую часть братского тела.

— Я специально не закрыла дверь – пусть смотрят. Если захочешь, потом поменяемся или трахнем Замарашку вдвоём.

Кай смеётся

— Да брось, ведь не она же тебя интересует?

Ловко надеваясь на хорошо знакомый ей хуй до основания, Герда возбуждённо дышит всей грудью, глядя брату прямо в глаза.

— Ну нет, конечно. Я лишь уберегаю тебя от ошибки, пока ты не осчастливил эту маленькую дрянь предложением.

— Не пойму, тебе то, что за дело?! – Кай обеими руками обнимает округлую Гердину задницу, до основания натягивая сестру на себя. – Захочу и буду с Замарашкой. Контракт она исполнила – могу оставить её себе.

Глаза Герды обжигают брата гневом, хватая его за волосы, она буквально начинает трахать его своей вагиной, резко и глубоко.

— Дурак что ли?! У неё одна дорога – в шлюхи, а ты – принадлежишь мне, о других, можешь и не мечтать.

Плотные объятия вагины, натренированной специальной гимнастикой Кегеля, невольные зрители и отвязное поведение Пегой бестии, провоцируют Кая на экспрессию.

Желая вытрахать из сестры всё её блядское дерьмо, он прижимает Герду грудью к стеклянной перегородке, принимаясь ебать максимально жёстко.

— Ты лишь одна из многих …

— Я лучшая, а остальные пусть отлижут. Понял?!

Мужчина, распалённый разнузданной еблей с сестрой, уже явно не вывозил напряжения. Не продержавшись и семи минут, он замычал в исступлении и раздувая ноздри, встретившись взглядом с оторопевшей от этого зрелища Настей, наполнил лоно своей распущенной партнёрши до краёв.

— Оо, блядь, Герда. – обнимая сестру за плечи, Кай упёрся лбом в перегородку.

— То-то же. – Вынимая из себя опадающий отросток, Герда с кривой улыбочкой оценивает количество вытекающей спермы и без сожаления, выполаскивает её из себя. - Ох, братик, не пора ли мне вынуть спираль и родить нам красивых детишек?

Герда, хотя и не кончила, но с ехидной ухмылкой глядя на то, как Лопухина льёт слёзы, была если не счастлива, то явно довольна собой.

Демонстративно сжимая братскую задницу, чертовка, изображая поцелуй, подмигивает воспитаннице.

Настины глаза и так-то на мокром месте, а тут ещё такое шоу. Обида в моменте перерастает в желание мстить и всё, что для этого нужно, уже находится в её руках.

Продолжая наслаждаться обществом сладкой южнорусской девственницы, Жан-Пьер не торопил события, ему вполне пока хватало того, что Настя, хорошенько наслюнявив головку, неспешно водила по ней ладонью, позволяя вдыхать её волосы и ласкать пальцами грудь.

Толстенный, чёрный довесок, при всём желании, не помещавшийся у Насти во рту больше чем на треть, в её руках смотрелся пугающе большим. Пальчики девушки насилу сходились вместе, обнимая его рельефный ствол.

Может по началу, Лопухина и рассчитывала отделаться дрочкой или минетом, но теперь, по очевидным причинам, ей вдруг стало абсолютно всё равно.

«Ну и наплевать, пусть будет негр»

Собственную, уже вкусившую сексуальных утех природу, Лопухиной было не обмануть. Со смазкой нет проблем, размазывая свои слюни и мужской эякулят по мясистой чёрной головке, Настя понимает, что это будет непросто и очевидно, очень больно, но её вагина всё льёт и льёт.

Пока они были одни, Жан-Пьер уже напихал девочке в голову, успел вылизать её нежную, девственную вагину и даже, преодолевая испуганный скулёж, просунуть в неё один, а после и два своих чёрных пальца.

Это, конечно, уже было больновато, а вот негритянский язык и губы, Лопухиной очень даже доставили. Огромным, по её ощущениям, как у спаниеля языком, он ей там всё обслюнявил и надраконил губами клитор. Наслаждаясь сладким девичьим соком, француз буквально его пил.

Наверное физически, более готовой чем сейчас Лопухина быть и не могла, а вот эмоционально, девочка скорее выглядела подавленной и безразличной.

История во всех странах, где француз покупал девственниц, казалась ему одинаковой. С улыбкой утирая накатившие слёзки с Настиных глаз, мужчина просто решил утопить остатки её стыда алкоголем.

Он, на свою голову, предложил Лопухиной виски. Одним движением сильной руки усаживая партнёршу на себя верхом, Жан с нескрываемым удовольствием облизал её маленькие холмики.

Настина смазка, вязкая как сироп, ёрзающими движениями размазана по стволу. Сделав несколько глубоких вдохов и выдох, Лопухина, одним махом, вливает в себя грамм сто пятьдесят вискаря и ухватившись ручонкой за монструозный хуй, приставляет его мясистую, чёрную головку ко входу. Выдыхая разливающимся по юному телу алкоголем, она усаживается на неё своей маленькой вагиной.

Размеры, по Настиным ощущениям, совершенно не сопоставимы, бедняжка сомневается, что это вообще сюда влезет, но всё же продолжает ёрзать и давить, уперевшись лбом партнёру в плечо.

Вместо того чтобы дышать и расслабиться, Лопухина дрожит от напряжения и мычит от боли, но продолжает пытаться, собираясь покончить с этим прямо сейчас.

Сумасшедшая русская девка всё делает сама, а Жан-Пьер, наслаждаясь ситуацией, просто наглаживает её напряжённое как струна, юное тело своими пальцами.

Упираясь в естественную преграду, даже хорошо смазанная головка причиняет Насте лишь острую боль, постоянно соскальзывая в сторону с её напряжённой, девственной вагины.

Обнимая уже пьяную нимфетку пальцами за подбородок, Жан снова и снова пытается её растягивать, всё ещё надеясь на то, что Настина целка вот-вот сломается и пропустит его внутрь.

— Настя, … если ты не расслабишься, это будет больно. – Глядя в осоловевшие глаза партнёрши, француз и не понял, что он сейчас обломается. – Просто выдохни, расслабь тело и я всё сделаю.

— Угу. – Не в силах больше разговаривать, девочка роняет голову Жан-Пьеру на грудь и полностью обмякнув, норовит завалиться на бок.

— Оу, мерд! – мужчина еле успевает её поймать.

Кто-нибудь другой, может и воспринял бы эту ситуацию как карт-бланш на всё и употребил бы Лопухину во все возможные места. Но такому гурману, как французский атташе, ебать бесчувственное тело, показалось совершенно не интересно.

Напряжённая, под весом собственного тела девственная складочка, почти сдалась. Жан-Пьеру оставалось только закончить, одним решительным движением. Но пускающая пьяные слюни на его груди нимфетка, была не в состоянии что-то почувствовать и уже даже не смотрела на своего первого мужчину.

И как же тут ему было поступить, чтобы снять рвущееся наружу возбуждение и ощутить хотя бы что-то?

Перевернув Лопухину на спину, Жан-Пьер просто выдрочил накопившееся семя на её полненький живот и гладко выбритую, так и нетронутую вагину.

Смачно шлёпая по ней уже опадающим довеском, несостоявшийся любовник смешал им свою сперму с каплями крови, сочащимися из надорванной девственной плевы. Облизывая Настину грудь, он целовал её шею и лицо, на что девочке было уже глубоко фиолетово.

Абсолютно голая Герда с ехидной улыбкой наблюдала за вселенским обломом, стоя у кровати с бокалом виски в руках.

— Хм, так было бы даже проще … раз и всё.

— Она должна чувствовать, а я хочу видеть её глаза.

Француз поднялся с постели, оборачивая простыню вокруг взмокшего торса, а хозяйка борделя преградила ему путь, пальцами разгоняя капли пота по сильной, чёрной груди.

— Я бы с удовольствием почувствовала каждый сантиметр и не отвела бы взгляда.

— Снежная королева не осторожна с желаниями, … это может быть больно.

— Меня трудно чем-либо удивить месье, со мной, Вы могли бы не сдерживаться.

— Герда, у Вас ведь только что уже был секс.

Герда усмехается и прижимаясь к мужчине голым телом, игриво царапает коготками его спину.

— Вам же не показалось, что мне этого могло быть достаточно?

Пауза на принятие решения не длится и пары секунд. Естественно, Пегая чертовка Жан-Пьеру симпатична. Прямо на глазах у брата, вытирающего голову полотенцем, Герда, с похотливой улыбкой, облизывает средний палец француза и тянет его за собой в душ.

— Чёртова ненасытная шлюха. – провожая сестрицу взглядом, Кай старается выдавить из себя натужную улыбку, но жгучую ревность под ней не спрячешь.

— Ты в любой момент можешь присоединиться, братик. У тебя на меня – безлимит.

Демонстративно целуя мясистые губы избранника, за стеклянной дверью, Герда скидывает на пол его простыню и уверенно, почти профессионально, берётся ладонью за член.

Каю только и оставалось, что разочарованно вздохнуть.

Да, он всегда любил свою испорченную девку, но и понимая, что у этих отношений нет будущего, всячески старался отделаться от своей порочной зависимости. Всё было тщетно, Кай ни разу так и не смог отказать сестре в близости, а секса она хотела, постоянно.

Шоу за стеклом шло своим чередом. Не переставая надрачивать чёрный довесок рукой, Герда опустилась на колени и бесстыдно пялясь на брата, принялась шлёпать набрякшей головкой себя по языку.

Выругавшись себе под нос, Кай отвернулся и присел рядом с бесчувственной Настей, укутал простынёй её обспусканное тело, он, как-то по-доброму улыбаясь, гладил пальцами её пухлые щёчки, убирая с лица слипшиеся, чёрные волосы.

Лопухина и действительно была ему симпатична, ещё после первой их встречи весной, Кай не хотел вовлекать Настю в бизнес, собираясь приручить её только для себя. Но чёртова сука вцепилась в девочку как питбуль, затащила в бордель и продала её анальную девственность их папаше.

Кай не смел перечить отцу, именно по его прихоти, он участвовал в насилии над сестрой и становлении её блядской сущности. Теперь, Герда монетизировала свою нимфоманию в бизнес, превращая в некое подобие себя всех попавших в её лапы девчонок.

Прямо за прозрачной дверью, жёстко и с оттягом ебли прижатую грудью к стеклу Герду. Румяная, она млела от удовольствия, периодически вскрикивая от звонких шлепков по заднице. Её драли как кошку, оттягивая за волосы, а Герда строила брату рожицы, рисуя сердечко на запотевшем стекле.

«Ну что это за пиздец?»

Такое, демонстративно провокационное поведение, вызывало сейчас только раздражение.

Натянув обратно шорты и майку, Кай взял на руки завёрнутую в простыню девочку, чтобы отнести её в дом. Сквозь алкогольную негу, прижимаясь лицом к мужской груди, Настя шептала чуть слышное:

«Я тебя люблю.»

Чуть поутихший к вечеру стрекот южных цикад уже так не оглушал как днём. Чиля в кресле с сигарой, генерал, по своему обыкновению, наслаждался бренди.

Галина, в одних только полупрозрачных трусиках, стояла у шефа за спиной, усердно разминая его плечи и шею.

Увидев Кая, несущего свою подопечную на руках, дядя Коля усмехнулся в голос.

— Хах, вижу наш Банифаций совсем уездил девчонку!

— Всё, с неё на сегодня достаточно.

— Да брось, … молодые, они же выносливые. Забери лучше Галю, а мелкую сучку оставь мне. Я разбужу её сам.

— Не стоит, она напилась, … и может нарыгать Вам на грудь.

— Оу, чёрт?! Серьёзно?! – генерал чуть было не подавился своим алкоголем.

— Конечно, … Настюха уже такое делала.

— Ладно, тогда приводи её ко мне утром, ну или в обед. – Повелительным жестом Фёдорыч ставит свою послушную помощницу на колени и заправляя набирающий твёрдость причиндал ей в рот, окликивает Кая. – А крови то много было?

Парень нарочито усмехнулся, занося Лопухину в дом.

— Честно, я не смотрел, … был занят, с Гердой.

— Оо, твоя сестра - чудо! Честно, я бы женился на Герде, не будь она такой шлюхой.

— У Вас уже есть жена. – Язвительно ёрничая, Кай скрылся за дверью

— Хм, и то верно. – Здоровенная генеральская ладонь, легла девушке на затылок и Галина, повинуясь, взяла глубже, от чего у шефа закатились глаза. – Ох, кто бы ещё эту ханжу научил так сосать?

***

Сидевший в гостиной папа, накидывал соображения по устройству будущего специнтерната и не сразу заметил ношу у Кая в руках.

— Я, кстати, отправил Вадимовну глянуть кого там нам можно было бы оставить.

— И что, она кого-то нашла?

— Собеседовала, пока что, воспитанниц. Нашлась парочку дерзких, как раз под доминацию и хардкор, но с ними ещё нужно работать.

— А что персонал?

— Непригоден, всех за ворота. – С улыбочкой приспуская очки на нос, Альберт наконец увидел, кого сын заносит к себе в спальню. – Крови небось было как с поросёнка?

— Ну нет, может пара капель всего.

Откидывая планшет в сторону, старик поднимается с дивана и потягиваясь, с надеждой смотрит в след.

— Может разделишь с отцом и этого ягнёнка?

— Не сегодня, пап.

— Оу, понимаю. – поднимает со стола свою минералку. – Герде ведь необязательно знать, с кем ты?

— Пап!

***

Укладывая свою добычу на постель, Кай и не думал, что девочка уже какое-то время в сознании.

— Это не правда, я никому на грудь не блевала, … я только один раз описалась, твоей сестре в руку.

— Проснулась, притворщица? – улыбаясь, Кай налил стакан воды и присаживаясь рядом, поднял Настину голову, чтобы она могла попить.

— И почему ты меня ему не отдал?

— Не знаю, может хотел тебя сам.

Голову девочки всё ещё кружили вертолёты и руки Лопухину еле слушались, но она, без раздумий, распахнула простыню, предлагая Волшебнику себя.

— Возьми, … только я вся грязная.

Любуясь согласным на всё, юным телом, Кай водил по нему пальцами, отшелушивая негритянское семя с Настиной груди и живота.

— Глупая, ну зачем ты села с ней в машину?

— Я целое лето ждала, а тебя всё не было. - Шмыгая носом и робко улыбаясь, Настя обняла себя ладошками за грудь. – Ты можешь меня просто брать, … только не прогоняй.

Опускаясь рядом на подушку, Кай утирает слёзы с Настиных глаз, укутывает обратно в простыню и обнимая ладонью за лицо целует в губы.

Прижимаясь всем своим существом к Волшебнику, Лопухина дрожит от избытка чувств. Прикрыв глазки, она рыдает от счастья, отвечая на его поцелуй.

Непонятные и ему самому, смешанные чувства, умиления, радости и чего-то ещё, не позволили Каю воспользоваться предложенным ему телом, прямо сейчас.

В моменте он может и сожалел, что вовлёк девчонку в это, но совсем не считал Настю испорченной и уже не хотел сажать её на чужой поводок.

Кай пока ни в чём ещё не был уверен, согревая Замарашку своим теплом, он оставил решение на утро.

***

Лопухина, как это не удивительно, проснулась раньше. Чудеса подросткового метаболизма, не оставили и следа от вчерашнего алкогольного возлияния.

Прекрасно понимая, чем она может порадовать любимого мужчину этим утром, Настя, какое-то время любуется тем, как он спит, нежно наглаживая его лежащий на боку член.

Кай вроде как ещё спит, но его довесок, в девичьих руках, уже обретает твёрдость. Лопухина заныривает под простыню и с упоением обнимает губками наливающуюся кровью головку.

Настя сосёт со всей нежностью, стараясь не касаться чувствительной плоти зубками.

Ласковое, утреннее солнце, пение ранних птах и пухлые губки, неутомимо порхающие по члену – это ли не утро мечты?

Наверное, впервые за всё время, Настя что-то делала для партнёра мужчины с удовольствием. Она уже поймала себя на мысли, что её ощущения ярче с девушками, но её Волшебник оставался отдельной историей, её первым, настоящим крашем.

Лопухина громко сопела, наглаживая отстреливающийся ей в нёбо ствол, пальцами. Нимфетка жадно проглотила всё, что ей удалось добыть, начисто вылизала головку и несколько раз поцеловав мужчине живот, игриво засмеялась, поднимаясь с постели и завязывая простыню узлом на груди.

— Сейчас я подмоюсь и буду твоя. – С трогательной, добродушной улыбкой, показывает Каю, сложенное из пальцев сердечко. – Люблю тебя!

Осторожно высунув за дверь свой милый носик, Настя, прямо босиком, выпорхнула в коридор и придерживая простыню на груди, бесшумно пошлёпала к душевой.

Ароматный лавандовый гель и упругие струи тёплой воды смывали с тела девочки следы вчерашней, безуспешной попытки. Ловко выполаскивая себя пальчиками между ног, Лопухина чуть морщилась от боли, но не сомневалась, что с Волшебником всё случится на изи.

Чужая сперма, пот и остатки размазанной по лицу косметики смыты. Расчёсывая чёрные, как смола, волосы, Настя раскидывает их по своим смуглым плечикам.

Кружась перед зеркалом голой, нимфетка находит себя премиленькой, безупречно чистой и благоухающей как цветок.

В предвкушении долгожданной близости с любимым мужчиной, Настя, мечтательно закатывает глазки и завязывая подмышкой полотенце, направляется к выходу.

Столкнуться, прямо в открывшихся дверях с совершенно голым, двухметровым мужланом, Лопухина ну никак не ожидала.

Как маленькая рыбка, хватая ртом воздух, Настя лишь испуганно хлопала ресничками, когда здоровенный как гора генерал, словно пушинку сгрёб её тело рукой под бёдра и занёс обратно.

— Пустите. – вытаращив глаза, Лопухина что было сил упёрлась ладошками великану в грудь.

Усаживая девчонку на широкую мраморную столешницу раковины, дядя Коля зубами распахивает Настино полотенце, всей грудью вдыхая её настроенные на близость флюиды.

— Оо, милая, ты ведь ко мне собиралась? – с силой протискиваясь промеж сомкнутых коленок, генерал смачно облизывает Настину шею.

— Нет, не к Вам! – уворачиваясь от мерзких губ и языка, девочка высвобождает правую руку, внезапно заряжаясь ей на удар.

Заграбастав ручищами упругие, подростковые ягодицы, насильник уже упирается своей толстенной дубиной Насте в живот, когда она, чуть отстранившись, наотмашь дважды пробивает ему ладошкой по лицу.

Несмотря на то, что рука маленькая, удар получается хлёстким и отрезвляющим. Обескураженный таким отпором Фёдорыч, выпускает из рук Настину задницу и пятится назад.

— Сдурела ты что ли?!

— Это не для Вас!

— Замуж что ли собралась? – оправляясь от первого шока, генерал с улыбкой качает головой, потирая опиздюленные щёки. – Не верь, дура, у него в Марселе уже есть жена и дети.

— Сдался мне Ваш Бонифаций! – завязывая полотенце обратно, Настя поднырнула генералу под руку и выскользнула вон.

— Ну зайди хотя бы после, со мной дружить – не накладно.

— Невесты таким не занимаются! – походя добавила Лопухина и быстро перебирая ножками, посеменила к Каю в комнату.

— Вот ведь дурёха, … но духовитая. – открыв холодную воду, генерал шагнул в душевую зону, подставляя под струи лицо.

В спальню Настя ворвалась как ураган. На ходу роняя на пол полотенце, она забралась на Кая верхом и с прогибом царапая мужскую грудь топорщащимися сосками, принялась целовать его лицо и губы.

Обнимая ладонями вертлявую девичью попу, Кай отвечал на поцелуи, а его упругий член упрямо упирался партнёрше в пупок. Но что-то всё же было не так, любимый мужчина нет-нет, да зачем-то косился Насте за спину.

Ответ не заставил себя долго ждать. Лопухиной, словом, даже не пришлось оборачиваться, аплодисменты и знакомый, полный ехидства голос, расставили всё на свои места.

— Зря ты соскочила с чёрного хуя, детка. Для первого раза он может и великоват. – Герда подняла свою задницу с кресла в углу, подошла к замершей на кровати парочке и ухватив брата за член, несколько раз провела головкой по уже мокрой Настиной вагине. – Но после этого, я бы советовала снова попробовать с Жаном. Настоящая шлюха любит большой хуй, всей душой.

— Я Вам не шлюха!

— Шлюха-шлюха, … такая же, как и я. - Притапливая головку в истекающее соком лоно, Герда упирает братский отросток во всё ещё девственную Настину складочку. – Ну же, опусти свою задницу вниз и разницы, между нами, не станет.

Сексуальное напряжение этой сцены зашкаливало и Кая от него уже буквально трясло. Обнимая Лопухину ладонями за лицо он, вместе с Гердой, ждал её решения.

Даже в этих обстоятельствах, девочка хотела поскорее с этим покончить.

Кай не прогнал сестру прочь и её присутствие просто Настино возбуждение, оставалась только механика секса и удовольствие для любимого мужчины.

Лопухина прикрыла глаза, прикусила губу и …

Того, что случилось дальше вообще никто не ожидал.

На виллу вошли люди с оружием, в чёрной форме, балаклавах и непонятной аббревиатурой на груди и спине. Анастасию просто спихнули в сторону, а брату с сестрой закрутили руки и уложили лицом на пол.

Следом за оперативниками, на виллу вошёл и человек в погонах, в сопровождении генеральского референта Галины.

Она подняла забившуюся в угол Лопухину с пола, надела на её плечи халат, завязала пояс и вывела в холл.

— Ну вот и всё, милая. Скоро ты поедешь домой к матери, а сейчас мы должны записать твои показания.

— И про нас с тобой?

— Конечно, … про всех, а особенно про Жан-Пьера.

Как это не удивительно, на вилле приняли всех и Кая с Гердой, и их отца, и разумеется перепуганного французского атташе, всех кроме Николая Фёдоровича.

Ни его самого, ни генеральского мундира с лампасами Настя больше не увидела, а дознавательница её о нём и не спрашивала. Все её вопросы были связаны исключительно с владельцами борделя и тем, как, за сколько и при каких обстоятельствах, они продали её тушку иностранному дипломату.

Всё следствие, если это конечно был не какой-нибудь цирк, закончилось так же быстро, как и началось. А уже через неделю, Настю Лопухину вернули домой, на Фанерник, к матери и её похотливому сожителю, вернувшемуся кое откуда с деньгами и контуженной головой.

Долго ждать того, что Валера заведёт свою старую шарманку, конечно же не пришлось. Его предложение было прямым и крайне циничным.

— Слышь, Насть. – довольно лыбясь, Валера лупил вяленой рыбой по столу. – Инспектор сказала ты там неграм давала.

Допивая свой чай, Настя помалкивала, стараясь не поддаваться на провокации, за ней вот-вот должна была зайти Вера Малкова, с которой они вместе ходили на занятия.

— Ну чо молчишь та? Я ведь не просто так …. После негра, чего тебе там беречь то? – отрывая рыбине башку, Валера хохочет в голос, приобнимая безразличную падчерицу за талию. – Мать твоя не против, а я глядишь, Ваш долг по коммуналке бы закрыл.

Насилу сдерживаясь чтобы не расцарапать мужлану морду лица, Настя подорвалась с места, услышав спасительный звонок в дверь.

Понимая, что ни порочная слава, распущенная инспектором по надзору, ни сам Валера, никуда не денутся, Лопухина была безгранично благодарна Вере Малковой, что та не бросила с ней дружить.

Снова и снова убеждаясь, что девочки надёжнее мужчин, Настя придумала себе новую любовь, хотя Вера пока-что о ней и не догадывалась.

Угрюмая с похмелья Наташа, нагнала подружек уже у двери.

— Насть, пристава приходили. Сказали в ноябре ни газа, ни электричества не будет.

— Ладно. - Смущаясь перед подругой, Настя только лишь развела в стороны руками, растерянно кивая в ответ.

— Так что мне Валере то сказать?

Обречённо улыбаясь матери, выдержав паузу, Настя отвечает чуть слышно.

— Скажи, пусть сначала чеки принесёт.

КОНЕЦ