Тёще занедужилось. Возраст, понимать надо. Прихватило спину - ни охнуть, не вздохнуть. Намазали ей спину мазью, тепло укутали и наказали лежать, пока не пройдёт и не отступит боль. Она нам нужна здоровая. Верка, язык без костей, пошутила типа

— Как с больной спиной перед зятем раком стоять будешь? А может ему тебе сейчас присунуть, пока на животе кверху жопой лежишь? Вдруг поможет. Ане поможет если туда, томожет в жопу?

Тёща обласкала дочку всякими нехорошими словами и предложила подставить свой сральник, благо он у неё в последнее время раздался. Видимо частое знакомство её жопы с членом идёт жопе на пользу. Женщины ещё немного пообменивались колкостями, но без злобы, скорее по привычке. Надо же бабам яд выпускать, который скапливается у них на языке. Оставили тёщу в покое и Веруська пошла готовить завтрак. Хреновато без заботливой мамочки. А я сел за стол, ожидая, пока накормят, газету развернул. Юлька рядом с матерью крутится, скорее мешая, чем помогая. Та раз её шуганула, чтобы не лезла под руку, другой, потом врезала полотенцем по заднице и матом посоветовала, куда доченьке надо бы с утра пораньше прогуляться. Та восприняла мамин совет буквально.

Я и не заметил, как эта шлёнда оказалась под столом. Понял это, когда кто-то начал стягивать с меня брюки. Потом этот кто-то вытащил член из трусов и присосался к нему жадным и голодным ртом. Ну, крестница, ну, затейница. По степени ебли обскакала мать и бабку. Готова на это двадцать четыре на семь.

Опустил руки под стол и Юле на голову положил. Какая тут газета, не до новостей. Поглаживая и слегка придавливая голову племянницы, направлял её, хотя ей это не надо. Натренирована ещё до меня. Правда глубоко в рот не берёт, чуть дальше головки, но уж её обрабатывает умело, не оставляя без внимания самые чувствительные места. И завела меня крестница с утра пораньше. Шепчу

— Юль, вылезай и садись ко мне на колени.

То, что Веруся тут же рядом готовит, особо не смущает. Девочки мои, мои жёны незаконные, но от этого не перестающие быть горячо любимыми, давно перестали стесняться и дают и по одной, и хором, не обращая внимания на свидетелей. Бывает с одной начнёшь, а тут и вторая подключится, потом, глядишь, и третья пизду или жопу подставляет. Так что выебать крестницу при матери не проблема. Проблема будет, если она бросит готовку и присоединится. Тогда точно голодными ходить будем.

Юлька из-под стола вылезла, подол задрала трусики спустила и голой попкой ко мне на колени села, ёрзает по члену ягодицами.. Тот и без того колом стоит. Обычно девочки дома без трусов обходятся, но крестнице на практику идти, вот и нарядилась. Ёрзанье, конечно, приятно, но стоящий член дырочку ищет, куда можно поместить головку и всё стальное. Дырочка у крестницы зачётная. От природы чуть шире материной, но мельче. Стараюсь не погружаться в неё на всю длину члена, потому что иначе девочке некомфортно. Захочет или посчитает нужным, сама наденется, как ей надо. Поэтому и любит позу всадницы, в отличии от матери с бабкой, которые от природной лени своей любят ебаться или раком, или лёжа на животе, или на боку, но чтобы я был сзади. Прикольно, когда все три встанут раком и стоят, ждут, пока я их по очереди приласкаю. Я с закрытыми глазами могу отличить их по запаху, по вкусу, а уж член точно не перепутает где чья пизда. Или попа. Это по обстоятельствам.

Шепчу на ушко девочке

— Юль, давай я подержу, а ты сядешь.

— Я лучше встану и наклонюсь, а ты сам вставляй. И давай сначала медленно. Я потом сама всё сделаю, как мне надо.

Девочка моя встала, наклонилась, попку выставила. Обычно перед еблей я много-много раз поцелую эти ягодицы, но сегодня обстановка не та. Поэтому просто несколько раз провёл головкой между влажных губок, приставил её к дырочке и Юля сама насадилась пиздой на член. Громко прошептала

— Замри!

И сама начала двигаться, как ей надо. Получается не я её, она меня ебёт. Разохотилась, раздухарилась и так зашлёпала ягодицами мне по животу, что Веруся услышала и обернулась, отвлеклась от готовки. Руками всплеснула

— Юлька! Бесстыдница! Крёстный голодный, а ты не, чтобы матери помочь и накормить его, вон что удумала.

Юлька, не прекращая движений, в ответ

— Вспомни, куда ты меня послала. Вот я туда и пошла, пока нет очереди. А если тебе завидно, то можешь занять моё место, дай только кончить. - И обращаясь ко мне.- Крёстный, выеби ты её. Она после этого добрая и ласковая становится. А без этого мегера мегерой.

— Так-то ты о матери. Вов, не слушай её, дуру такую.

Я, словно е слыша Верусю, Юльке отвечаю

— Вот как ты кончишь, так и выебу. Будет ей завтрак на этом столе.

Веруська, уперев руки в бока, заявила

— Так я и дала. Ждите.

Не прекращая ебать Юлю, ответил

— С Юлькой завалим, она подержит, а я выебу.

Юлька, активно подмахивая

— Я ещё и заправить помогу. И в жопу вставить. Тебе ведь в жопу нравится.- И тут же заойкала -Ой! Ойёёёй Мммм! Всё, я кончила Можешь раком вставать.

Подтянула трусики, одёрнула подол. На часы глянула

— Блядь! Опаздываю.

И засуетилась. Веруся спрашивает

— Даже не подмоешься?

— Зачем? Крёстный не кончил, для тебя сберёг. А там в комнату гигиены схожу, подмоюсь Всё, всем привет и счастливо поебаться.

И на выход побежала.

Верка в окошко высунулась, наклонилась, провожая взглядом дочь, идущую по двору. Залипательная жопа, обтянутая трусами. Они сговорились сегодня трусы надеть? Непорядок. Сдёрнул с попы трусы. Веруся поаыталась обернуться

— Вов, ты чё?

Надавил ей на спину, не давая выпрямиться. Свободной рукой погладил мокрую пизду. Направил хуй в дырочку и резко вошёл. Веруся ахнула. Юлька, идущая к калитке, услышала, обернулась, увидела мать в окошке и меня сзади неё, всё поняла, засмеялась, показала большой палец и крикнула

— Крёстный, про её жопу не забудь. Она в жопу любит.

Раз крестница наказала, так и сделал, кончив в Верусину попу. Потом проза жизни. Подмылись, поели. День впереди большой, успеет Веруська ещё постоять раком. А там Юлька вернётся. Глядишь, и у тёщи спина пройдёт. Замечательно сложилось с моим разводом. Потеряв одну семью, обрёл другую. Когда бы я ещё мог с утра двух женщин выебать. Кончил, правда, в одну, так ещё не вечер. Просто замечательное и доброе утро. Добрее не бывает.

—