Мамочка-шлюха

Slut Mommie

fantasy69 (c)

Перевод от tester_2021:

Глава 1.1 - bestweapon. vip / post_77594

...

Глава 7.2 - bestweapon. vip / post_82837

Глава 8.1 - bestweapon.vip / post_113238

Глава 8.2 - bestweapon.vip / post_113262

Глава 9 - bestweapon.vip / post_115390

ГЛАВА 10

Кейт втягивается в встречу с девушкой своего сына.

***

Адам вёз нас домой той ночью, пока мы с Лиз сидели вместе, тесно прижавшись друг к другу на заднем сиденье, и разговаривали тихими голосами о том, что произошло. Каким-то образом опыт почти изнасилования сблизил нас, не говоря уже о том, что она сделала со мной, но сексуальная часть той ночи не была частью нашего разговора. Лиз извинялась передо мной больше, чем что-либо ещё, в конце концов, она пыталась подружиться с Фрэнком. Она объяснила, что всё ещё учится в колледже и что она не ходила на свидание уже очень давно, и когда появился Фрэнк, это показалось хорошей идеей — провести с ним время.

Когда мы подъехали к её дому, я подумала, что, возможно, важно поддерживать с ней связь и убедиться, что с ней всё в порядке, такой травматический опыт мог быть трудно пережить для девушки её возраста. Мы обменялись номерами телефонов, и я пересела на переднее сиденье машины, чтобы доехать до автобусной станции, где стояла моя машина. Адам всё это время был очень тихим, и я не заводила никаких разговоров, погружённая в собственные мысли о том, что произошло. Каждый раз, когда я думала о Рэйвен, я напрягалась, чувства, которые она вызвала во мне, были очень сильными, именно часть подчинения заставляла моё сердце биться быстрее. Честно говоря, я немного боялась их. Я не могла понять, как я могла чувствовать себя таким образом или те грязные вещи, которые я делала с ней! Я закрыла глаза и покачала головой при мысли о том, как я прижималась к её заднице, я не могла поверить, что сделала это!

Парковка автобусной станции была довольно пустынной. Мы подъехали рядом с моей машиной, и Адам заглушил двигатель. Я посмотрела на него и поняла, что он смотрит на меня своими глубокими голубыми глазами. В них больше не было никакого следа «безумия», я видела только интеллект.

— Адам, я просто хочу сказать спасибо, огромное спасибо. Если бы ты не появился, я не знаю, что бы произошло. Ты... ты спас нас, и если я могу что-нибудь сделать для тебя, дай мне знать.

Я подумала, как это прозвучало, и находясь в машине с парнем, будучи одетой так скудно, как я была, это было бы мгновенным приглашением к чему-то извращённому, чем любой парень, вероятно, воспользовался бы. Каким-то образом я знала, что Адам не будет думать таким образом. Я была права.

— Кейт, я просто сделал то, что сделал бы любой другой парень, мне просто жаль, что тебе пришлось через это пройти.

Мы посидели там ещё мгновение, но что-то продолжало тянуть меня за заднюю часть сознания, что-то, что мне нужно было знать.

— Адам, как ты узнал, что происходило в той комнате? Как ты узнал, что они собирались сделать?

Он посмотрел на меня долгим взглядом, ничего не говоря. Почему?

— Ты беспокоишься за них, ты, наверное, думаешь, что они могут потерять свою работу. Это был диджей? Там были камеры, и кто-то знал, что происходит?

— В той комнате нет камер, — медленно ответил он.

Тогда как? Он не собирался мне говорить, он не знал меня достаточно хорошо. Я схватила его большую руку и ласково сжала её.

— Спасибо, — прошептала я и вышла.

Я стояла там, наблюдая, как он отъезжает, отъезжает навсегда. Я начала открывать свою машину, но внезапно увидела стоп-сигналы на машине Адама. Он дал задний ход и подъехал обратно. Остановив машину передо мной, он опустил окно, и я увидела тот же пустой взгляд в его глазах, который я считала признаком безумия.

— Мне сказала маленькая чёрная птичка, — сказал он своим глубоким голосом, засмеялся и уехал.

Что? Он снова терял рассудок? Его безумие снова брало верх? И тогда я поняла, ахнув. Рэйвен... Рэйвен сказала ему, когда она выскользнула из комнаты! Боже мой, эта доминантная красивая женщина, которая, как я думала, дружила с Фрэнком и, вероятно, получала бы удовольствие, наблюдая, как он берёт меня, на самом деле помогла мне! Я улыбнулась про себя, понимая, что у меня больше друзей, чем я думала, и, садясь в свою машину, думала о Рэйвен. Я думала о ней, о её божественном теле и о том, что я делала с ней, всю дорогу домой.

***

Я вошла в свой дом, заметив, что все лампы включены.

— Кристи! — крикнула я, надеясь, что моя дочь дома.

Мне не пришлось ждать долго, я услышала её быстрые шаги, когда она сбежала вниз по лестнице. Как только она вошла в кухню, она бросилась на меня, крепко обнимая и смеясь.

— Мам, ты дома, наконец-то ты дома. Расскажи мне всё, расскажи, что произошло! — кричала она и обнимала меня, возбуждённая сверх всякой меры.

Я просто держала её, я сжимала и держала свою дочь со всей любовью, которую я к ней чувствовала, черпая её любовь ко мне, мне это было так нужно! Наконец она успокоилась в моих объятиях и просто обнимала меня, её руки нежно поглаживали мою поясницу. Я убрала её тёмные волосы с лица и снова заметила, какая красивая у меня дочь.

— Хорошо, — прошептала я. — Но ты, молодая леди, сначала должна рассказать мне, что произошло у тебя с твоим загадочным другом и как вы двое умудрились достать те фотографии.

Мы прошли в гостиную, и, сидя на диване, Кристи пересказала события своих приключений. Она рассказала мне, как её подруга, которую звали Барбра, пошла в квартиру Фрэнка и, используя ключ, который всё ещё был у Барб, вошла в квартиру. Я поняла со злобным удовлетворением, что Фрэнк сам открыл себя своей бывшей девушке, дав ей доступ к своему компьютеру, а также к сетевому хранилищу со всеми паролями, которые им были нужны, чтобы получить к нему доступ. Как только они вошли, они стёрли все фотографии меня, которые у него могли быть.

— Это было так волнующе, я имею в виду, это было похоже на то, что мы были парой секретных агентов на задании! — засмеялась она.

— Мам, ты не поверишь, какие фотографии у него были! Но самая лучшая часть — это его сетевое хранилище, — она бросила на меня этот напряжённый взгляд.

— Расскажи мне! Кристи, расскажи мне! — воскликнула я.

Я не могла дождаться, чтобы услышать больше.

— Поверишь или нет, Фрэнк... любит мужчин тоже! — сказала она, глядя на меня со смехом в глазах.

— Что? Что ты имеешь в виду?

— У него были фотографии себя с другими мужчинами! Я имею в виду, очень откровенные фотографии, если ты понимаешь, о чём я. — Она подмигнула мне.

Фрэнк был геем? Или би, или кем-то ещё? О боже, я никогда бы не догадалась. Он, должно быть, хорошо скрывал эту часть себя от всех.

— Вы, ребята... те фотографии тоже стёрли? — спросила я, надеясь, что они, возможно, сохранили некоторые.

— Ни за что! — крикнула она. — Они были слишком хороши, чтобы их стирать, Барб скопировала их на диск и сохранила. О, и потом мы отформатировали жёсткий диск на его компьютере, Барб очень хорошо в этом разбирается, это будет выглядеть так, будто его компьютер сломался.

Да! Умные девочки! Теперь, если Фрэнк попробует сделать что-нибудь, что угодно, у нас был он, у нас был очень... очень большой рычаг. Я откинулась на диване, положив руки над головой в полной расслабленности, отпуская любую тревогу, которую я чувствовала. Лениво потянулась и наслаждалась ощущением, что снова контролирую ситуацию, всё обернулось гораздо лучше, чем я надеялась. Я заметила, что Кристи смотрит на мою промежность, где моя короткая юбка задралась, обнажая мои трусики.

— Мам, эти другие, чем та пара, которая была на тебе, когда ты уходила, — сказала она озадаченно, но потом её глаза расширились, когда она поняла, что ещё не слышала мою историю. — Расскажи мне, расскажи мне, расскажи мне... я хочу услышать всё! — возбуждённо продолжила она, хватая мои руки.

О боже, вот оно. Я подумала об этом мгновение, как я могу рассказать своей дочери, что я лизала киску другой женщины или её очко? Как я могла рассказать своей молодой невинной дочери, как я иногда чувствую себя по отношению к женщинам? Я не могла, я не стала бы сажать такие мысли в её голову. Вместо этого я пересказала все события вечера, опустив два раза, когда я была близка с Рэйвен, и часть о том, что Лиз была интимна со мной. Моя дочь слушала внимательно, вставляя маленькие комментарии то тут, то там, задавая детали, желая знать всё.

— Боже мой, ты сделала это в машине? — спросила она шокированно.

— Кристи, мне пришлось, я... я просто знала, что у него всё ещё были те фотографии и... если бы я этого не сделала, он бы... — я замолчала, боясь, что теперь моя дочь будет думать обо мне.

— Мам, я знаю, я знаю, но это просто... это просто горячо, — выпалила она.

Я посмотрела на свою дочь удивлённо, но с облегчением, что она не думает, будто я какая-то шлюха. Ей понравилась часть о том, как меня трахали пальцами в машине. Я заметила, что её глаза время от времени отводились от моего лица, пока она позволяла себе смотреть на выпуклости моих грудей, всё ещё видимых под свободной блузкой. Мне приходилось подавлять чувство возбуждения, когда она это делала, и продолжать свою историю. Когда я дошла до части о Рэйвен, я просто сделала так, чтобы казалось, что всё, что делала Рэйвен, — это танцевала для нас, как это сделала бы стриптизёрша.

— Стрип-клуб! Ты зашла в стрип-клуб? Я знаю, я знаю, тебе пришлось, я понимаю это. Но как это было? — быстро сказала она.

Я рассказала ей немного больше, с облегчением, что она сама никогда не посещала такое место. Родительский разум всегда беспокоится о таких вещах, о том, что их дочери могут делать в свободное время.

— Боже, я убью его, ооо... я хочу отрезать ему яйца, — она имела в виду Фрэнка, когда я дошла до части, где он пытался меня изнасиловать.

Она слушала широко раскрытыми глазами об Адаме и о том, что он сделал. Внезапно она крепко обняла меня и отстранилась.

— О боже, я хочу встретиться с ним, мам, я так сильно хочу встретиться с ним! Я хочу поблагодарить его за то, что он сделал! Мам, кто он? — спросила она.

Её глаза сияли возбуждением и удивлением, которого я раньше не видела.

— Я не знаю, всё, что я знаю, — это его имя, и теперь он даже больше там не работает.

Мы сидели там, глядя друг на друга, думая о наших собственных маленьких переживаниях той ночью, чувствуя близость, которая теперь связывала нас. Я поняла, что устала, я хотела принять душ и каким-то образом смыть любые следы Фрэнка со своего тела.

— Уже поздно, я думаю, нам обеим стоит хорошо выспаться. Томми всё ещё не вернулся? — спросила я, вставая.

— Да, он зашёл с Джиной на минутку, а потом они ушли в кино.

Я была рада, что мой сын встречается с Джиной, но часть меня скучала по нему и по близости между нами. Я поднялась наверх, чтобы принять душ.

***

На следующее утро я приняла ещё один душ и, чувствуя себя обновлённой, начала делать свои обычные домашние дела. Вскоре Томми вошёл в кухню, шаркая ногами и направляясь прямо к кофеварке. Я наблюдала за своим сыном, одетым в свои обычные шорты и футболку, пытаясь понять, как он всё ещё относится ко мне. Мы не были близки уже несколько дней, и я не была уверена, как Джина повлияла на его чувства ко мне.

— Привет, мам, что на завтрак?

Сделав глоток кофе, он посмотрел на меня, стоящую на противоположной стороне кухни. Его глаза сразу же метнулись вниз к простой майке, которая была на мне без лифчика под ней, и к моим грудям, продолжая вниз к бёдрам. Из-за обтягивающих пижамных штанов он мог видеть очертания моих стройных бёдер и ног.

— О, ничего, как прошёл фильм вчера вечером? — спросила я, поворачиваясь, зная, что теперь его взгляд будет прикован к моей попе.

Я нервно ждала ответа и услышала, как он подходит ко мне, шаркая. Он подошёл сзади, встал близко и, прижимаясь телом ко мне, просунул руки мне под руки, обхватывая обе мои груди. Уммм, это было приятно.

— Томмиии, какой фильм ты смотрел вчера вечером? — сказала я игриво, имея в виду, где были его руки.

Он коротко рассмеялся и поцеловал меня в шею.

— Не такого рода, мам.

Моя киска уже была мокрой от его прикосновения и поцелуев, которые он давал моей шее. Я не знаю почему, но поцелуи в шею всегда умудрялись меня возбуждать.

— Джина хорошо к тебе относилась вчера вечером? — прошептала я ему.

Он продолжал целовать мою шею и поднял одну руку, просунув её под мою майку и чувствуя мою обнажённую грудь, в то время как его другая рука спустилась вниз, скользнув под пижаму и трусики, и его пальцы коснулись моего уже возбуждённого клитора.

— Сын, ты не ответил на мой вопрос.

Мысль о том, что мой сын делает это со мной, продолжала подогревать моё желание к нему. Его пальцы продолжали нежно скользить по моему клитору.

— О, она была приветлива, поверь мне, — пробормотал он между поцелуями.

Значит, Джина снова трахнула моего сына. Я знала, что для такой молодой пары, как они, нормально заниматься сексом всё время, но я почувствовала небольшую каплю ревности. В конце концов, это её он ебал, а не меня. Я повернулась в его объятиях и посмотрела вверх в его голубые глаза.

— О да, она была лучше, чем... я, — прошептала я нервно, ожидая его ответа.

Он отстранился от меня на мгновение, ничего не говоря, обдумывая ответ, пока я понимала, что только что сказала. Я соревновалась с восемнадцатилетней девушкой за своего сына? У меня было что-то, что нужно было доказать? За что-то держаться?

— Мам, она просто другая. Всё в ней другое, но она не лучше, чем ты. То, как она пахнет, то, какая она на вкус... ты же знаешь.

Я напряглась. Да, я «пробовала» Джину раньше во время нашей встречи в джакузи, но ему не нужно было это упоминать. Вместо того чтобы злиться на него, мой разум сосредоточился на воспоминании о том, как я лизала Джину, пока он её ебал. То, что последовало, было неожиданным даже для меня.

— Хммм, да, она хороша на вкус... — прошептала я и сразу же посмотрела вниз, смущённая тем, что сказала.

Он протянул руку и схватил мою руку.

— Мам, ты хочешь попробовать её даже сейчас, — осторожно сказал он.

Сейчас? Что он имеет в виду, — подумала я в замешательстве? Потом поняла. Он ещё не принимал душ и... и его хуй... Джина... О боже мой, мой разум закружился при мысли о том, чтобы сделать что-то подобное. Я посмотрела на него вверх и заметила его предвкушение, его широко раскрытые глаза, уставившиеся на меня. Он хотел этого, он хотел, чтобы я это сделала.

— Боже мой, сын, ты хочешь, чтобы я... — я замолчала.

Он ничего не сказал, но его выражение лица сменилось на неуверенность. Я хотела своего сына так сильно, что не хотела, чтобы он был в замешательстве насчёт нас. Я сжала его руку и медленно опустилась на колени. Я была готова «попробовать» Джину снова, просто чтобы попробовать его. Я стянула его шорты вниз, и его полутвёрдый член выскочил перед моим лицом, принеся с собой запах секса. Да, это была Джина, запах её киски был безошибочно узнаваемым, и мои чувства медленно впитывали его, делая меня мокрой. Я приблизила рот очень близко и в последний раз посмотрела на него снизу вверх.

Неуверенность исчезла, сменившись возбуждением от того, что он видел, как я это делаю. Как будто это было моё разрешение, я открыла рот и взяла головку члена в рот, крепко держа руки на его бёдрах. Моё нежелание быстро сменилось удовольствием, как только я почувствовала вкус хуя своего сына. Хммм... толстый ствол, проталкивающийся мимо моих губ с терпким вкусом другой женщины, был однозначно приятным и порочно сексуальным! Я открыла рот шире и задвинула ствол так далеко, как могла, обхватывая его своими мягкими губами. Я сосала ртом и своим желанием к своему сыну и его сильному молодому члену.

— О боже, мам, о ебать, — застонал он, когда я сосала так сильно, как могла. — Тебе нравится? Тебе нравится вкус? — спросил он хриплым голосом.

Я посмотрела на него удивлённо, но не могла оторваться от его твёрдого члена. В тот момент мне было всё равно, что он обо мне думает.

— Уммм... да... о боже, да, мне нравится, — простонала я, сося сильнее.

— О боже, ты такая горячая.

Вскоре его член стал мокрым и снова имел вкус его самого, я успела быстро очистить его длинными, глубокими заглатываниями в рот. Было ли это моё желание к нему или опьяняющая мысль о выполнении этого акта? Я не знала, я была в замешательстве, но уверена в одном: мне нравилось это делать. Я любила его... я любила его большой член и любила, какой он на вкус, даже со привкусом киски Джины по всему стволу. Я так сильно скучала по нему и по его члену. Снова я взяла его глубоко, пока то удушающее ощущение от того, что что-то находится внутри твоего горла, не подкралось ко мне. Подавляя это чувство, я пошла ещё дальше, пока мой нос не коснулся его лобковой области.

О боже! Он весь внутри меня... у меня весь он! Эта мысль была невыносимой, и я хотела стонать, стонать как шлюха, которой он хотел меня видеть, но я не могла. Всё, что я делала, — это двигала горлом, что вызывало стоны у моего сына, наслаждающегося ощущением, которое я ему дарила. Я больше не могла этого выносить и откинула голову назад, позволяя его толстому, твёрдому члену выскользнуть из моего горла. Когда он наконец вышел, от головки его члена к моему рту протянулась длинная нить слюны, пока я делала быстрые, глубокие вдохи. Снова я набросилась на него, закрыв глаза и сося сильно и глубоко, сохраняя быстрый темп.

Мои руки оставались приклеенными к его бёдрам, потому что я хотела, чтобы он смотрел, как его член входит и выходит из моего рта. Это была тёмная сторона меня, которую я иногда не могла контролировать; сторона, которая получала удовольствие от того, что другие люди смотрят, как я делаю что-то грязное... что-то шлюшье. Я вытащила член Томми изо рта и пососала яйца, поглаживая по всей длине члена, прежде чем вернуть его обратно в свой голодный рот.

— Мам! Я сейчас кончу, мам! О боже мой, я кончаю! — застонал он, когда я почувствовала, как его хер ещё больше набух.

Я вытащила его и, повернув голову, убедилась, что мои тёмные волосы не мешают. Я держала открытый рот прямо перед его членом и посмотрела вверх на своего сына, я хотела, чтобы он это увидел! Поглаживая его, я ждала его кончу как голодная Шлюха, замечая, как его лицо исказилось от удовольствия.

— О боже мой, ебать... аааа... — глубоко застонал он, наблюдая за мной... наблюдая за моим открытым ртом.

Я почувствовала первый выстрел его спермы, ударивший в заднюю часть моего горла, и проглотила, не закрывая рот, наблюдая за его лицом. Ещё один выплеск ударил в то же место, а потом ещё один! Я держалась неподвижно, позволяя своему сыну стрелять своей спермой мне в рот, но внутри я хотела кричать! Я хотела кричать от удовольствия тоже от того, что смогла выпить его сперму. Зная, что он только что трахнул Джину предыдущей ночью, я была удивлена, сколько спермы он произвёл! Он быстро наполнил мой рот, и я боялась, что часть может вылиться, но после долгого момента он остановился и просто смотрел на меня своими широко раскрытыми глазами, полными возбуждения.

Глядя на него вверх, я закрыла рот и проглотила. Он просто покачал головой, наслаждаясь зрелищем... зрелищем того, как его собственная мама пьёт его сперму. Я почувствовала, как его липкая сперма стекает по моему горлу, что вызвало мурашки по позвоночнику. Я снова ласково ввела его член в свой рот и пососала ещё, очищая последние оставшиеся капли спермы с его смягчающегося ствола. Потом зазвонил дверной звонок.

Я подпрыгнула, и он тоже, быстро натягивая свои шорты! Осознание того, чем мы занимались, заставило нас вести себя как подростки, которых поймали родители. Я встала и посмотрела на Томми, гадая, кто это мог быть.

— Я открою, — прошептал он и вышел.

***

Я стояла там, дрожа, пока вкус члена Томми оставался у меня во рту. Через несколько мгновений он вошёл в кухню, за ним следовала Джина.

— О, привет, Кейт.

Внезапно мы перешли на имена, что было бы неуместно раньше, но после того, что произошло в её доме той ночью, это казалось естественным.

— Привет, Джина, — ответила я, пытаясь оставаться спокойной.

Джина улыбнулась и, подойдя к Томми, встала на цыпочки, чтобы поцеловать его. Её спина была повернута ко мне, и мои глаза быстро нашли её пышную, молодую попку, обтянутую парой обтягивающих джинсов. В тот момент Кристи вошла в кухню, потягиваясь после долгого сна.

— Привет, ребята, привет, мам, — сказала она застенчиво.

О боже мой, это было слишком, моё сердце было готово выпрыгнуть из груди. Стоя там перед своей дочерью и девушкой своего сына, я гадала, есть ли у меня сперма на лице, пролилась ли она мне на шею, пока сын стрелял ею мне в рот. Что, если они увидят это, что, если они узнают это, что они подумают обо мне? ШЛЮХА! Эта мысль была слишком сильной, и я повернулась, закрыв глаза на мгновение. Мне нужно было успокоиться.

— Итак, чем вы, ребята, занимаетесь сегодня? — спросила Кристи.

— О, немного походим по магазинам, может, пойдём поужинать позже и всё, что придёт в голову, — ответила Джина.

— Мам, Джина может остаться сегодня на ночь? — спросил Томми, его голос был немного слабым.

Я повернулась, надеясь, что не показываю никаких признаков того, чем я занималась мгновение назад.

— Конечно, сын, если это нормально для Джины.

— О, это так, я уже спросила её раньше, она не против, — быстро ответила Джина.

— Круто, может, мы все сможем сесть и посмотреть сегодня вечером фильм, — добавил Томми.

— Если только это не будет ничего кровавого, ты знаешь, я не выношу такие фильмы, — сказала я, надеясь закончить этот разговор.

Я хотела закричать, так я была расстроена. Я чувствовала себя немного дешёвкой от того, что сделала минет своему сыну и ничего не получила взамен. Правда была в том, что я хотела, чтобы он ебал меня так сильно, я хотела почувствовать, как его мужское достоинство вгоняется в меня и заставляет меня кричать, но теперь Джина забрала его всего себе! Я вышла из кухни злая, но стараясь этого не показывать.

***

После того как Томми и Джина ушли, Кристи пошла навестить свою подругу Барб, а я осталась дома одна. Я провела весь день, ничего не делая, смотрела немного телевизор, готовила лёгкие закуски и думала... думала о способах, которыми я могла бы снова быть со своим сыном. Я не могла понять, как он мог так занимать мой разум, он был моим сыном, а я была замужем и... я никогда не должна была делать то, что я делала с ним или с любым из его друзей! Мне нужно было придумать способ выбраться из этой неразберихи, поскольку отношения с моим сыном никогда не могли сработать. Но отношения с моим сыном, вероятно, были не тем, чего я хотела в любом случае. Тогда что это было?

По мере того как день шёл, всё только начинало становиться хуже, посреди дня кондиционер перестал работать, и после звонка в несколько сервисных компаний мне сказали, что пройдёт как минимум неделя, прежде чем кто-нибудь сможет приехать посмотреть на него. Мы были посреди лета, и у них был большой завал звонков, на которые нужно было ответить. В доме становилось всё теплее и теплее, и я ничего не могла с этим поделать.

***

Позже той ночью Кристи вернулась домой, но она просто поднялась в свою комнату и легла спать, оставив меня одну размышлять о своей ситуации. Я решила открыть бутылку вина и принять прохладную ванну, после которой надела свою любимую ночную рубашку, ничего не надев под неё, было слишком чёртовски жарко для трусиков или лифчика. Я смотрела телевизор какое-то время, попивая своё вино, пока Томми и Джина не вернулись домой, было около девяти часов.

— Мам, почему здесь так чертовски жарко? — спросил Томми, как только они вошли.

— Кондиционер сломался, и никто не может приехать его починить, — ответила я, глядя на него.

Что-то в нём и Джине было другим, и после внимательного наблюдения за ними я поняла, что они пьяны. Томми споткнулся, входя, а Джина прижималась к нему близко, как будто для поддержки.

— Ну, вы, ребята, выглядите так, будто хорошо провели время сегодня вечером.

— Пока нет, но ночь ещё молода, — ответила Джина, смеясь.

Томми бросил на неё взгляд, чтобы она замолчала, а я просто покачала головой, эта девушка была сплошными неприятностями. Я заметила, что её блузка была не на месте и расстёгнута больше, чем обычно спереди, оставляя её загорелую ложбинку между грудями обнажённой, как будто они дурачились в машине, прежде чем войти. Глядя на неё, я должна была признать, что она довольно горячая, молодая, потрясающее тело, длинные тёмные волосы. Неудивительно, что Томми был от неё без ума, одни её сиськи могли привлечь к ней толпу парней.

— Мам, мы собираемся подняться наверх в мою комнату на какое-то время. Ты будешь в порядке здесь одна?

— Я буду в порядке, иди, — ответила я ему, но внутри я чувствовала себя по-другому.

Джина потянула его за руку.

— Пошли, Томми.

Она потянула его за собой, поднимаясь наверх. Я сидела, снова расстроенная. Если бы не она, мой сын был бы сейчас со мной. Снова я попыталась не думать об этом, здесь я была взрослой, было время начать вести себя как взрослая. Но сколько бы я ни старалась, я просто не могла перестать гадать, что они делают в его комнате. Моё подозрение было в том, что они занимаются сексом. Образы члена моего сына, вгоняемого в ту молодую девушку, заполнили мой разум, и я невольно положила руку между ног, задирая свою рубашку вверх. Я провела по верху своей киски и стала тереть свой клитор круговыми движениями пальцем, думая о том, что они делают.

Боже, это заводило меня, и вино, которое я выпила, не помогало. Я сама себя возбуждала, думая о том, как мой сын ебёт ту девушку. Внезапно я встала и тихо пошла в сторону лестницы. Я должна была знать, я должна была выяснить, что они делают. Я прокралась наверх и бесшумно подошла к его двери.

— Еби меня, еби меня сильнее.

Я могла слышать голос Джины из-за двери.

— О боже, ты делаешь меня такой охуенно мокрой!

Я услышала достаточно. Отошла возбуждённая, услышав, как она говорит эти слова. Села обратно на диван и переключала каналы, но ничего не могла найти, я просто продолжала думать о том, как они занимаются сексом, что ещё больше подогревало мою сексуальную неудовлетворённость. Я думаю, всё началось с того, что мой муж уехал в свою деловую поездку, наши отношения в данный момент были на низком уровне и не предоставляли много возможностей для секса. Может, зная, что Томми всегда обеспечивал разрядку и чёртовски сексуальную встречу, я думала, что мне не нужен муж. Я пообещала себе исправить это, как только он вернётся из своей поездки. Я сидела на диване, хмурясь, следующие полчаса. Я была готова пойти спать.

— Привет, Кейт, можно я поговорю с тобой минутку?

Это была Джина, она вышла из-за угла от лестницы без звука, босиком, одетая только в свою лёгкую ночную рубашку, которая была достаточно короткой, чтобы оставить её ноги обнажёнными.

— Конечно, Джина, что такое? — спросила я, стараясь не пялиться на её идеальное молодое тело, хотя её твёрдые соски, торчащие под рубашкой, были довольно отвлекающими. Она села рядом со мной на диван и глубоко вздохнула, и я заметила, что её кожа слегка вспотела от секса, который она только что занималась с моим сыном.

— Я хотела извиниться за то, как я вела себя, когда мы вошли, — сказала она, глядя вниз на свои колени.

Снова я попыталась выглядеть равнодушной, разговаривая с ней, но факт был в том, что она была великолепна, её длинные тёмные волосы ровными волнами падали на её загорелые плечи, и каждый раз, когда она смотрела вверх, она откидывала их в сторону, чтобы убрать из глаз.

— Тебе не нужно извиняться, ты ничего мне не сказала, Джина.

— В том-то и дело, я должна была, я должна была сказать привет или как ты, но я этого не сделала. Я была грубой, и мне жаль.

Она придвинулась ближе ко мне, так что наши колени соприкоснулись, и, протянув руку, схватила мою руку, нежно держа её. Мой пульс подпрыгнул, как только я почувствовала её мягкую, тёплую кожу в своей руке. Я смутно осознавала запах, который шёл от неё, запах, который я почти могла узнать... да... конча, это был запах секса и спермы! Зная, что она делала наверху с моим сыном, я знала, что у неё на ней была его сперма, но где?

— Хорошо, извинения приняты, — прошептала я, глядя на её груди, скрывающиеся под рубашкой.

Как раз тогда она посмотрела на меня вверх, так что я сразу же отвела взгляд, не уверенная, поймали ли меня за подглядыванием. Когда я снова посмотрела в её глаза, я заметила лёгкую улыбку на её лице, которая быстро исчезла, сменившись мягким взглядом. Она изучала меня, её большие тёмные глаза были спокойными и непоколебимыми.

— Спасибо, Кейт, я обещаю, что больше так не сделаю.

Сказав это, она протянула руки и, обняв меня, обвила руки вокруг моей шеи, держа меня близко. Это было неожиданно, но приятный жест. Я почувствовала, как её твёрдые соски прижались к моей руке, и это вызвало мурашки по всему моему телу. Через несколько ударов сердца она отстранилась, но оставила руки вокруг моей шеи.

— Ты всегда так добра ко мне и Томми, если я когда-нибудь смогу что-нибудь сделать для тебя, просто дай мне знать, — прошептала она, её лицо рядом с моим.

Она влияла на меня так же, как Сьюзи во время той незабываемой встречи в обувном магазине, и я обнаружила, что тяжело дышу, а моя спина стала жёсткая как доска.

— Конечно, Джина, — всё, что я могла сказать в тот момент.

Она улыбнулась и приблизила своё лицо очень близко, как будто чтобы поцеловать меня, но остановилась в шаге от этого. Она хотела поцеловать меня? Я уставилась на её губы, такие мокрые, такие блестящие, и почувствовала, как открываюсь этому предложению. Внезапно я почувствовала, как мои губы касаются её, и не знала, кто установил контакт. Я почувствовала, как её рот открывается, и её мокрый язычок выскальзывает, скользя по моим губам, зондируя их, настаивая, чтобы они открылись. С бьющимся сердцем я открыла рот, чувствуя, как мокрый язычок скользит прямо внутрь, пока я касалась его своим собственным. Я почувствовала вкус её рта и нашла знакомый вкус члена моего сына, который проник в мои чувства, добавляя остроты поцелую с ней после того, как он был у неё во рту.

— Уммм, Кейт, я люблю делать это с тобой, — прошептала она мне в рот, пока наши языки исследовали друг друга.

— Мы не должны, — прошептала я в ответ, но не перестала целовать эту молодую девушку.

— Ты можешь почувствовать его вкус? Ты можешь почувствовать вкус хуя своего сына? — простонала она.

— Джина, пожалуйста...

Она повернула голову и, сильно прижав губы к моему рту, втянула свой язычок глубоко в мой ожидающий рот. Я обхватила губами его и сосала, как будто сосала член Томми, всё больше теряясь в этом моменте страсти. Внезапно она перестала целовать меня и встала, я посмотрела на неё вверх растерянно и немного разочарованно, что наш поцелуй закончился так внезапно. На её лице была лёгкая озорная улыбка, а глаза — широкие и возбуждённые. Её ноги были раздвинуты, с моими коленями между ними.

— Ты хотела бы увидеть, что Томми сделал со мной прямо перед тем, как я спустилась сюда?

Я не могла дышать, я знала, что она имеет в виду, как мой сын ебал её до безчувствия. Я тяжело сглотнула, готовая отрицать это, готовая остановить этот похотливый момент.

— Да... — прошептала я против своей воли и всякого здравого смысла.

Она просто улыбнулась и шагнула ближе, её колени касались края дивана. Она схватила края своей рубашки и медленно задрала её вверх по бёдрам, обнажаясь передо мной. Как бы сильно я ни хотела не смотреть, мои глаза оставались прикованными к краю её рубашки, жадно ища то, что было под ней.

Я беззвучно ахнула при виде её киски, она была немного красной, а внутренние губы опухшими, и их нечем было их скрывать, все волосы полностью удалены. Она была мокрой, но не только от своей влаги, но и от спермы моего сына, размазанной по всему её лобку, как будто он тёр свой капающий от спермы член по всей ней. Я тяжело сглотнула, мой рот внезапно стал очень сухим.

— Хммм, тебе нравится смотреть на меня, я вижу. Почему бы тебе не посмотреть поближе?

Я поняла, что она контролирует меня, контролирует мою страсть к моему сыну, но в тот момент я не знала, как с этим бороться. Я уставилась на её киску и почувствовала, как сама соскальзываю с дивана, вставая прямо между её раздвинутых ног. Моё лицо приблизилось к её киске, и я уставилась в благоговении и возбуждении на её влажную и интимную часть тела.

— Кейт, твой сын кончил внутрь меня... всё ещё во мне, ты хочешь попробовать его? — прошептала она, глядя вниз на моё лицо так близко между её ног.

Я посмотрела на неё вверх, качая головой из стороны в сторону в отрицании.

— Нет, пожалуйста, нет... — прошептала я, но осталась в том же положении.

Наши глаза были прикованы друг к другу, и я почувствовала, будто она может видеть меня насквозь, моё лицо ощущалось тёплым, и я могла сказать, что оно стало ярко-красным.

— О, Кейт, просто перестань отрицать это, я вижу, что ты хочешь попробовать своего сына. Вот, позволь мне помочь тебе.

Она протянула руку вниз и просунула свой палец внутрь себя. Я не могла смотреть, мой разум лихорадочно искал выход из этого, пока я смотрела на её лицо, зная, что она собирается сделать. Отведя от меня глаза, она посмотрела вниз на свой палец, выходящий из её мокрой пизды, мои глаза последовали за её, и я увидела, как её палец выходит полностью покрытый густой влагой. Нет! Я не могу! Я не должна!

— Открой рот, Кейт. Попробуй его.

Снова я покачала головой в неповиновении и полной панике. Я была готова отстраниться, когда почувствовала, как её мокрый палец касается моих губ. Я замерла и посмотрела на неё в панике! Её выражение было мягким, почти любящим, пока она смотрела на мои губы.

— Давай, Кейт, открой. Попробуй, это чудесно.

— Джина, н...

Я хотела остановить её, сказать ей, насколько это извращённо и неправильно, но всё, чего я добилась, — это открыть рот. Она сразу же воспользовалась этой возможностью, чтобы просунуть свой мокрый палец мне в рот, пока я сидела в шоке от мысли о том, что я позволила ей сделать. Она положила свой палец мне на язык, и я не могла заставить себя закрыть рот вокруг него. Однако вкус спермы моего сына и запах её использованной киски медленно подавили моё нежелание, и мой рот сам сомкнулся вокруг её пальца.

— Хорошая девочка, вот так, соси, очисти всё, — прошептала она, и её похвала ощущалась приятно.

Она смотрела, как я сосала её палец, полностью очищая его, и смотрела в её глаза, не уверенная, что она думает обо мне. Когда я закончила, она вытащила его, и я смотрела на неё в ожидании. Она улыбнулась.

— Ты хочешь ещё, не так ли?

Нет, скажи нет! —сказал разум мне мой с возрастающей паникой.

— Дааа... — мой шёпот был едва слышен.

Она улыбнулась и снова просунула свой палец внутрь себя, двигая им маленькими кругами мгновение, как будто хотела тщательно покрыть его тем, что мой сын оставил внутри неё. Когда он вышел, за ним тянулась тонкая нить густой жидкости, соединяющая её палец с её киской.

— Открой.

Мой рот автоматически открылся, и она снова положила свой палец мне на язык, ожидая. Я закрыла рот вокруг него и попробовала сперму своего сына, сося её палец.

— Хорошая девочка, хорошая маленькая Шлюха.

Услышав эти волшебные слова, из моих губ вырвался стон, и я лихорадочно сосала сильно, двигая головой вперёд и назад, как будто делая её пальцу минет.

— Ооо, тебе нравится, тебе нравится, когда тебя называют Шлюхой. Посмотри, как ты стараешься, о боже мой!

Снова мои щёки становились всё теплее, моё лицо краснело от звука её слов, зная, что она только что узнала мой маленький секрет! Но я не могла остановиться, сколько бы унизительными ни были её слова, я просто не могла перестать сосать этот восхитительно вкусный палец.

Она вытащила свой палец и, держа рубашку выше бёдер, присела над моим лицом, чуть вне досягаемости.

— Сделай это, зайди до конца и попробуй его, высоси его сперму из меня как хорошая маленькая Шлюха.

О боже мой! Как извращённо! Вкус, запах, вид её капающей киски! Я потеряла контроль, я не могла остановить это, что бы это ни было! Приблизив своё лицо к её киске, я широко открыла рот и накрыла им всю её щель, высунув язык и засунув его в её открытую дырочку. Я сосала с удовольствием, втягивая её губы в свой рот, пока мой язык ебал её дырочку медленными движениями внутрь и наружу.

— О боже мой, ты такая голодная! О, это приятно! Иисус, ты делаешь это лучше, чем Элейн!

Я посмотрела на неё вверх, заметив, что она смотрит на меня, тяжело дыша, и втянула язык обратно в рот, сильно сося. Сразу же я почувствовала, как жидкость течёт мне в рот, и поняла, что это сперма моего сына. Я проглотила и пососала ещё.

— О да, ты получаешь её! Я чувствую, как она уходит из меня, о, ты получаешь всё!

Я просто стонала и сосала, забирая всё. Вкус спермы моего сына, смешанный с её собственными соками, был опьяняющим.

— Соси, пей сперму своего сына, о да. Будь хорошей Шлюхой, да, вот так. Ты хотела бы, чтобы это был его большой хуй, который ты сейчас сосёшь?

Боже, эта девушка читала мои мысли! Я просто покачала головой в согласии, не желая отпускать её киску, чтобы ответить. В тот момент логика была заменена похотью.

— Я знала, что ты захочешь. Если бы у тебя был шанс, ты бы сделала это? Ты бы сосала его передо мной снова?

Я не могу ответить на это! Нет, я не могу!

Она отстранилась от моего мокрого рта и посмотрела вниз на меня. Я приблизила своё лицо к её киске как голодная Шлюха, но она остановила меня рукой на моих волосах. Я хотела продолжать, мне нужно было продолжать, внутри неё было ещё больше спермы!

— Сначала ответь, а потом я накормлю тебя ещё. Ты сделаешь это для меня?

Я знала, что если я отвечу, то окажусь в компрометирующей ситуации когда-нибудь в будущем, чего я не могла позволить. Но я хотела продолжить то, что мы делали, моя страсть к её киске и тому, что было внутри неё, побеждала мои чувства.

— Нет, Джина, я не могу, он мой сын, — умоляла я, надеясь, что она оставит эту безумную идею.

— Но ты уже пробуешь его. Ты пробуешь его кончу из моей киски! Сосать у него будет ничем по сравнению с тем, что ты делаешь прямо сейчас.

Она была так прямолинейна, и то, что она сказала, имело смысл. В конце концов, я лизала её киску после того, как она только что занималась с ним сексом. Я посмотрела на мягкие складки её киски.

— Может быть, о боже, может быть, я бы это сделала.

Снова я попыталась дотянуться до неё, но она остановила меня.

— Пообещай мне, что сделаешь. Когда этот момент наступит, пообещай мне, что сделаешь, и я позволю тебе продолжить.

О Иисус, может, этого не случится! Может, если я просто скажу да, она позволит мне продолжить, и я всегда смогу убедиться, что такая ситуация не возникнет.

— Да, я обещаю, — прошептала я, уже предвкушая вкус её мягкой киски.

— Тогда ты можешь питаться мной! Ты можешь иметь меня так, как захочешь.

Сказав это, она отпустила мою голову, и я немного приподнялась, чтобы дотянуться до её киски. Мой рот с лихорадочным предвкушением втянул её губы киски внутрь, и я сразу же начала ебать её языком, как раньше, позволяя оставшейся сперме капать в мой открытый рот. Это было так приятно — пробовать соки Томми из его девушки, особенно такой горячей девушки, какой она была!

Я полностью слезла с дивана, сидя на полу, поддерживая себя руками. Моя голова была откинута назад и между её раздвинутых ног, пока она стояла, присев надо мной, медленно покачиваясь вперёд и назад в такт движениям моего вытянутого языка, который скользил внутри её щели. Я потерялась в удовольствии, которое так редко испытывала, и не хотела, чтобы это заканчивалось.

Движения Джины становились шире, и я почувствовала её клитор на своём языке, который сменился низом её киски, пока мой язык доставлял удовольствие этой молодой девушке. Она стонала с закрытыми глазами, полностью наслаждаясь моим ртом. Сперма Томми полностью исчезла, надёжно разместившись в моём животике, то, что осталось, было только от Джины. Её вкус и соки её киски заменили нектар моего сына, когда они капали мне в рот.

— Боже, Кейт, ты делаешь так хорошо! Уммм... я никогда не осознавала, что у Томми такая талантливая мамочка. Ешь меня, хорошая маленькая Шлюха, о боже, ешь мою киску, — стонала она, глядя на меня, пока мой язык вгонялся в неё.

— Ты хочешь попробовать ещё? — она остановила покачивания, глядя вниз на меня.

Я была в замешательстве. Ещё? Ещё чего? Она увидела моё замешательство и сделала движение, которое подняло её киску выше. Поскольку я держалась неподвижно, мой язык отдыхал на части её тела между киской и очком. Теперь я поняла.

— О боже, Джина, я...

Я не знала, что сказать! Я делала это в прошлом, но сейчас! С девушкой своего сына?

— Я расскажу тебе маленький секрет. Я позволила Томми взять меня в попку сегодня вечером... — прошептала она.

Я посмотрела на неё вверх шокированно, гадая, правда ли то, что она сказала. Она манипулирует мной? Она хочет полностью унизить меня? Я почувствовала, как она поднялась ещё немного, и почувствовала края её очка на своём языке! По какой-то причине я не пошевелилась.

— Да, ты хочешь, не так ли? Вот что делают Шлюхи, они полностью едят других девушек! Ты будешь хорошей маленькой Шлюхой для меня, Кейт?

Мой разум был в вихре, эта восемнадцатилетняя девушка называла меня Шлюхой! Это создавало эффект, противоположный тому, чего можно было ожидать, я любила эти слова, я любила, когда меня называли Шлюхой! Предложение, которое она посадила мне в голову, пожирало меня, сводя меня с ума от извращённости этого, заставляя меня хотеть этого.

— Давай, Кейт, я жду твоего ответа.

— Да...

— Да что? — потребовала она.

— Да, я хочу быть твоей Шлюхой, — прошептала я в ответ, и каждое слово повышало уровень сексуального удовольствия, которое я чувствовала в тот момент.

Я была поражена, как хорошо это ощущалось — сказать это! Я почти хотела, чтобы она спросила меня снова. Я почувствовала, как мой язык касается центра её очка, и поняла, что она ни на миллиметр не сдвинулась.

— Хорошая Шлюха, теперь лижи его, — потребовала она.

Я сделала это, думая, каким ужасным будет вкус, но к моему изумительному удивлению, он был приятным. Смешанный с терпким вкусом, он действительно имел вкус Томми! Боже мой, он ебал её в жопу!

Вкус был не единственной вещью, доставлявшей мне удовольствие в тот момент, ощущение её очка на моём языке было невероятно приятным и в сочетании с мыслью о том, что я делаю, довело меня до края оргазма. Я стонала, лижа очко этой красотки как Шлюха в течке.

— Ухххммм...

— О боже мой, Кейт, встань сзади меня, лижи мою жопу как настоящая Шлюха! — промурлыкала она.

Я поспешно подчинилась, встав прямо позади неё, пока она устраивалась на руках и коленях, раздвинувшись на диване, её задница торчала вверх, давая мне полный доступ к её очку, с её сочной киской прямо внизу. Я встала на колени прямо позади неё, положив руки на её попу, чувствуя гладкую, тёплую кожу.

— Делай это, Кейт, ешь моё очко, делай это сейчас! — стонала она.

Наклонившись, я приложила свой язык к её очку и лизнула! Уммм, какое удовольствие!

— О да, о да, вот так, — стонала она, пока я лизала. — Тебе нравится это делать? Скажи мне, Кейт. — сказала она, поворачивая голову, чтобы смотреть на меня.

Что я могла сказать? Что мне не нравится? Нет, это было уже позади, позади отрицания.

— Да, — прошептала я, пока мой язык был прижат к её заднему проходу.

— Да что? Иисус, Шлюха, скажи мне! — сказала она нетерпеливо.

Я была её Шлюхой! Эта красотка обращалась со мной как с Шлюхой!

— Я люблю есть твоё очко. О боже, я люблю это! — ответила я с готовностью, потерявшись в моменте.

Схватив меня за волосы сзади, она развернулась и села передо мной, её лицо было близко к моему, и она смотрела мне в глаза.

— И чьей Шлюхой ты являешься?

Моё сердце сильно билось в груди, когда я ответила.

— Твоей Шлюхой, Джина, я твоя Шлюха, — сказала я чётко, наслаждаясь словами, которые выходили из моего рта.

— Тогда раздевайся, Шлюха, — потребовала она.

Я быстро посмотрела на лестницу, но коридор наверху был тёмным, я не могла сказать, смотрит ли кто-нибудь. Кристи была дома, но я надеялась, что она спит; Томми, вероятно, отключился от выпитого алкоголя. Мысль о том, чтобы раздеться перед этой красоткой, заставляла мои чувства покалывать от возбуждения. Я потянулась к своей ночной рубашке и, задрав её вверх, стянула с себя. Мои большие груди вывалились из своего заточения, и я стояла там, дрожа, перед Джиной, гадая, что она попросит меня сделать дальше.

— Красивое тело, вот что меня в тебе поражает, Кейт, с таким телом ты можешь заполучить кого угодно. Томми, твоя дочь, да, Кристи! Ты когда-нибудь думаешь о своей дочери?

Я задрожала, надеясь, что она не заметила почему, но было уже поздно. Она заметила, как её слова подействовали на меня.

— Ого, я вижу, что ты думаешь о Кристи. Хорошо, Шлюха, встань на колени передо мной и приготовься есть меня, — потребовала она, раздвигая ноги и поднимая их так, что её колени коснулись грудей.

В этой позе она была раскрыта полностью. Я быстро встала на колени перед ней, инстинктивно ожидая её приказа есть её. Мой рот наполнился слюной, когда я посмотрела вниз на её великолепную киску.

— Сначала ты должна сделать то, что я скажу. Ты будешь называть меня Кристи и притворяться, что я — твоя любимая дочь, понимаешь?

Я слабо кивнула головой вверх и вниз. Она улыбнулась.

— Что ты хочешь сделать, мам?

Её слова застали меня врасплох, это ощущалось так реально, так извращённо.

— Я хочу съесть тебя, детка, я хочу есть твою пизду, — услышала я себя.

— О, мам! Как сильно ты этого хочешь? Как сильно ты хочешь попробовать мою киску? — промурлыкала Джина, притворяясь моей дочерью.

— О, Кристи, я так сильно хочу попробовать тебя, я всегда этого хотела. Пожалуйста, детка, позволь мамочке съесть тебя, — умоляла я.

Я потерялась в этом, мне было всё равно, какими будут последствия, я просто хотела притвориться хоть раз. Я была удивлена, сколько удовольствия принесли мне эти слова, моя киска капала, и я была на грани того, чтобы кончить.

— Ешь меня, мам! Ешь меня сейчас, бери любую дырочку, какую захочешь, просто засунь свой язык внутрь меня!

Я накрыла ртом её киску и хлестнула языком, наслаждаясь влагой её пизды. Я закрыла глаза и тихо застонала, обслуживая её, проводя языком от её очка к киске и обратно. Мне показалось, что я услышала стоны, доносящиеся со стороны лестницы, но я не могла проверить, потому что сама кончала. Джина застонала и брызнула мне прямо в лицо, извиваясь передо мной от удовольствия. Я засунула язык глубоко внутрь её киски и оседлала свой собственный оргазм, достигая экстаза, достигая точки, которую, как я думала, невозможно достичь, даже не прикасаясь к себе.

Я почувствовала, как жидкость стекает по внутренней стороне моих бёдер, и поняла, что это моя конча. Я продолжала лизать её нежные губы, пока мы обе не успокоились, она лежала обмякшая передо мной, а я медленно лизала её открытую киску, чувствуя её гладкую кожу руками.

— Уммм, Кейт, спасибо! Боже мой, как это было приятно.

Она села, а я встала на слабых ногах. Я не была уверена, что сказать или сделать, я просто стояла там голая перед этой девушкой, которая всего минуту назад называла меня Шлюхой. Уммм, Шлюха, я была её Шлюхой. Она встала и подошла близко, положив руки на мои обнажённые бёдра, и притянула меня к себе, наши обнажённые тела прижались друг к другу, наши соски тёрлись вместе.

— Итак, ты всё ещё моя Шлюха? — спросила она, глядя мне в глаза.

Хотя мне нравилось ощущение, которое приносило мне это слово, особенно произнесённое ею, я должна была быть осторожной.

— Джина, всё не так просто... — я замолчала, осторожно, чтобы не испортить то, что у нас было.

— Ты моя или нет. — спросила она твёрдо, почти требуя.

— Да, — прошептала я.

Я не знаю, почему я это сказала, просто вырвалось. Мне нравилось каждый раз, когда она называла меня Шлюхой, и мысль о том, чтобы повторить то, что произошло здесь сегодня ночью, была крайне настойчивой.

— Я серьёзно могу к этому привыкнуть. Пойдём, моя маленькая Шлюха, я уложу тебя спать, — сказала она с улыбкой.

Она схватила меня за руку и потянула за собой. Я смотрела, как её идеальная попка покачивается передо мной, и когда мы дошли до лестницы, она поднялась на первые две ступеньки и повернула голову, раздвинув ноги в непристойной манере.

— Лижи, — потребовала она.

Сейчас? Здесь, на лестнице? Боже мой, эта девушка была ненасытной! Или, может, она проверяла, сделаю ли я это? В любом случае идея была интригующей, и я решила пойти на это, мне это казалось извращённым, а извращённое — это хорошо. Я наклонилась и накрыла ртом её киску, интимно облизывая её маленькими кругами.

— Аааахх, приятно, Кейт. Хорошо, этого достаточно, пойдём.

Мы дошли до моей спальни, и она вошла первой, потянув меня к кровати. Она отошла в сторону, пока я забиралась в кровать и ложилась на спину, наблюдая за ней. Она тоже смотрела на меня долгое мгновение, прежде чем сесть на кровать рядом со мной.

— Кейт, спасибо тебе за всё, с тобой было так хорошо, поверь мне. Я не могу вспомнить, когда в последний раз делала что-то настолько безумное. Я имею в виду, нас могли поймать в любой момент!

Она была нежной и мягкой, снова собой, а не моей госпожой. В тот момент я была не её Шлюхой, а Кейт, мамой её парня. Я вздохнула и укрылась одеялом.

— Я знаю, Джина, я не знаю, что на меня нашло, но... мне тоже понравилось, — сказала я наконец, пытаясь прояснить голову.

— Ты имеешь в виду, что тебе понравилось есть меня? Тебе понравилось есть мою... киску? — спросила она возбуждённо.

Я на мгновение отвела взгляд. Это было так интимно, так рискованно. Если я признаюсь, она назовёт меня лесбиянкой? Я потеряю уважение в её глазах? Но я действительно ела её и мне действительно понравилось, зачем скрывать? Я снова посмотрела на неё, мои глаза прошлись по её идеальным грудям, прежде чем остановиться на её красивом лице.

— Да, Джина, мне нравится есть твою киску, я думаю, это то, чем две женщины могут иногда делиться. Я не думаю, что в этом есть что-то плохое, и это принесло удовольствие нам обеим.

Она улыбнулась, и её лицо словно излучало радость.

— Это могло бы быть нашим маленьким секретом, то, что ты — моя секретная Шлюха? — прошептала она последнюю фразу, как будто не хотела, чтобы кто-нибудь услышал.

Эти слова уже посылали покалывающие сигналы в мою киску.

— Конечно, Джина, но это должно быть СЕКРЕТОМ, — подчеркнула я последнее слово.

Внутри я чувствовала новое возбуждение, проходящее через моё тело. Я буду её Шлюхой, я буду чьей-то сексуальной игрушкой! Я подумала о возможностях, которые это открывало, и мне пришлось сглотнуть, чтобы прочистить внезапно пересохшее горло.

— О боже мой! У меня никогда раньше не было свой Шлюхи! Уххх, что я только смогу с тобой делать. Ты будешь делать всё, что я попрошу, без вопросов?

Я могла только представить, что это!

— Да, — прошептала я, едва способная скрыть своё возбуждение.

— Тогда сладких снов, моя маленькая Шлюха. Кейт, я обещаю никогда никому ничего не говорить об этом, клянусь.

— Спасибо, Джина.

Я протянула руку и ласково коснулась её щеки. Схватив мою руку, она поцеловала её и встала, голая и великолепная. Она повернулась и вышла из комнаты, закрыв дверь за собой. Я лежала в кровати, долго думая о ней и Томми. Я думала о Рэйвен, образ которой всё ещё преследовал мой разум, и о том, что я делала с ней. Я думала о Кристи и о том, что я притворялась, что делаю с ней. Последнее, что пронеслось в моём взволнованном сознании, был Адам и тягучая мысль... на самом деле вопрос... насколько он большой... насколько большой его... член...