Пролог

В доме, где росли две красавицы - сестры Айгуль и Гульжан царили строгие правила, унаследованные от далёких казахских предков. Здесь каждое слово отца было законом, а каждое движение матери — выверенным ритуалом. Девочки выросли, словно два прекрасных цветка в оранжерее: красивые, ухоженные, но начисто лишённые права выбирать, в какую сторону тянуться.

Едва Гульжан исполнилось восемнадцать, у неё состоялся серьёзный разговор с отцом. Отец, пожелавший остаться один на один с дочерью, объявил:

— Мы договорились с семьей Аскара. Ваша с ним свадьба будет после того, как он закончит школу.

Гульжан не поверила своим ушам. Аскар? Она знала его с детства. Он был младше её на два, нет почти на три года, несуразный, вечно взъерошенный, с разбитыми коленками, а теперь — высокий, нескладный подросток, который всё ещё носил школьную форму. Мысль о том, что её жизнь будет связана с этим мальчишкой, казалась ей абсурдной, почти нереальной.

— Но папа, — голос Гульжан дрогнул, — я подала документы в Москву. В университет. Туда, где учится Айгуль. Я прошла по баллам, осталось только приехать самой и привезти оригиналы документов.

Айгуль действительно уже больше года жила и училась в Москве, успела окончить первый курс. Приехать домой в Астрахань на лето не смогла из — за какой- то там практики. Хотя, какая может быть практика сразу после первого курса? Айгуль постоянно писала родителям и сестре, рассказывала об успехах в учёбе, о столичной жизни, присылала фотки с видами большого города. Гульжан сгорала от зависти. Ничего. Через несколько месяцев и она отправится в Москву, следом за сестрой. Представляла себе как будет собирать чемодан, как сядет в самолёт, как без предупреждения появится в общежитии у Айгуль. Сюрпризом. Айгуль сначала удивится, а потом обрадуется. Они вместе будут весело смеяться. Потом сядут в комнате у Айгуль и будут вспоминать детство и строить планы на будущее.

— Никакой Москвы! - вынес приговор отец - Достаточно и того, что моя старшая дочь там учится. Ты останешься здесь, в Астрахани. Рядом с родителями. Так уж заведено предками. Мы присмотрим за тобой до замужества, а потом передадим с рук на руки мужу. Никто не запрещает тебе учиться. Но только в Астрахани.

— Но ведь у Айгуль тоже есть жених, Кайрат. Тем не менее она в Москве, а не под вашим присмотром.

— Айгуль уехала в Москву вместе с женихом. Этого обычай не запрещает. Твой же жених ещё слишком юн...

— Но ведь сейчас -то Айгуль в Москве вовсе не с женихом. Он в армии. Придёт только осенью.

— Как ты смеешь перебивать отца! Неблагодарная дочь! Тебе нашли жениха из благородной семьи, а ты имеешь наглость проявлять недовольство! Ты останешься в родительском доме до свадьбы. Вопрос закрыт!

Спорить не имело смысла. Всё. Судьба Гульжан решена. Вечером, сидя в своей комнате, комнате, которую она когда - то делила с сестрой, счастливо жившей теперь в Москве, Гульжан смотрела на экран смартфона. Там, в папке «Избранное», хранилось письмо из университета. Она перечитывала его сотни раз. Москва представлялась ей не просто городом, а порталом в другую жизнь — где она сама решает, что надеть, что читать и кем стать. Где её не будут оценивать по умению правильно подать чай гостям.

Подойдя к окну, Гульжан увидела Аскара, гоняющего по двору мяч со своими сверстниками. Интересно, знал ли он, что и его будущее уже расписано родителями, так же как и её? Впрочем, если и знал, то едва ли был против того, чтобы стать мужем самой красивой из старшеклассниц своей школы и пользоваться её телом. Пока же он был ребёнком. Ребёнком, которому предстояло стать её хозяином. Человеком, чьё слово — закон для Гульжан.

Почему нет рядом Айгуль? Она бы поддержала, утешила. Едва ли от воспитанной в строгости Айгуль можно было ожидать большего. Спора с отцом, например. Но, Гульжан и не ждала от сестры ничего, кроме жалости и сочувствия. В то же время Гульжан чувствовала, как внутри неё закипает тихий, холодный протест. Она смотрела в ночь на огни города и, стараясь сохранять спокойствие, размышляла. Может быть хватит быть послушной? Она несколько раз просмотрела фотографии с видами Москвы, присланные Айгуль. Возможно, ей стоит отправиться в этот далёкий большой город, который она видела только на картинках, разыскать там сестрёнку и уже оттуда вести разговор с родителями. В таком случае и Айгуль, находящаяся на большом расстоянии от отца, наберётся смелости и подаст голос в защиту сестры. Ведь если Гульжан не уедет сейчас, то она никогда не узнает, на что способна.

Она достала чемодан, который прятала под кроватью уже неделю. В нём лежали не платья для приданного, а пара джинсов, толстовка и папка с документами.

Гульжан понимала, что если она уедет, то это станет позором для семьи. Едва ли отец когда — нибудь простит ей этот бунт. Как бы не защищала её Айгуль, шансов на прощение будет немного. Однако, глядя на своё отражение в тёмном стекле, она видела не послушную дочь, а молодую девушку, которая впервые в жизни сделал вдох полной грудью.

Она не знала как доберётся до аэропорта, хватит ли ей денег на билет. Она знала одно: завтра утром, когда в доме начнётся утренняя молитва, её комната будет пуста.

Гульжан приехала в Москву ранним дождливым утром. В руке небольшой чемоданчик, в кармане — записка с адресом сестры. Телефон отключён, чтобы избежать общения со взбешённым отцом. Перед уходом Гульжан оставила на столе в своей комнате записку со словами : « Не волнуйтесь. Я в Москве у Айгуль». Ничего другого Гульжан сочинить не смогла.

Глава 1. Ева

До общежития добиралась на метро, потом пешком, постоянно заглядывая в бумажку с адресом. Здание общежития ничем не выделялось среди соседних, таких же серых и безликих. На проходной сидела полная женщина с усталым лицом и внимательными глазами. Гульжан назвала фамилию и имя сестры, объяснила, что приехала издалека и хочет её проведать.

— Она здесь больше не живёт. - без промедления ответила женщина, хорошо знавшая Айгуль.

Гульжан не сразу поняла смысл услышанного. Переспросила. Женщина повторила свою фразу. Гульжан ощутила холодок в животе. Приплыли. Она стояла на проходной с чемоданом в руках и не знала, что делать дальше. Получалось, что она приехала зря. Теперь ей некуда идти. Ведь обратной дороги нет. Мосты сожжены. Она стояла, переминаясь с ноги на ногу. В ожидании какого — нибудь чуда. И оно произошло.

Рядом с ней остановилась рыжая девушка в длинном плаще, под которым был заметен большой живот. Она внимательно осмотрела Гульжан и странно улыбнулась. Гульжан тоже окинула незнакомку взглядом и заметила нечто её удивившее. Девушка была явно беременная, но обручального кольца на её руке не было. В той среде, в которой Гульжан выросла, такого не могло быть никогда.

— Тебе помочь? - с какой — то ехидцей спросила рыжая девушка.

Гульжан обрадовалась неожиданной удаче и с детской наивностью объяснила, что приехала к сестре и назвала её имя.

— Айгуль! - почему — то обрадовалась девушка — Знаю такую. Я сразу подумала, что ты её сестра. Вы с ней похожи. Не возражай! Ты скажешь, что для нас, европейцев, все казашки на одно лицо. Вот и нет. Я, например, очень много общалась с людьми из Азии.

Девушка усмехнулась и, кинув короткий взгляд на свой живот, продолжила:

— Повезло тебе. Айгуль моя подруга. Она месяца два назад отсюда съехала. Квартиру снимает неподалёку.

Гульжан почувствовала облегчение. Значит, не всё так ужасно. Сестра живёт неподалёку и можно попытаться узнать её адрес. Только, почему Айгуль ничего не сообщала о переезде ни сестре, ни родителям?

Рыжая девушка, словно услышав мысли Гульжан, быстро добавила:

— Может быть просто не успела. Или забыла. Голова другим занята. Зачёты, экзамены.

Закончив фразу девушка хихикнула и, пряча улыбку, поспешно прикрыла рот ладошкой. Затем, она достала из кармана смартфон, что - то пролистала и развернула экран в сторону Гульжан.

— Вот её адрес. Минут двадцать пешком, не больше.

Гульжан жадно читала с экрана, повторяя слова про себя.

— Спасибо большое. - с жаром сказала она, понимая что у неё нет слов, способных выразить благодарность этой рыжей девушке, буквально её спасшей.

— Не за что. - отмахнулась девушка - Передавай Айгуль от меня привет. Меня Ева зовут. Напомни ей, что не одна она ждёт возвращения Кайрата.

— Ты и Кайрата знаешь?- опешила Гульжан.

— Доводилось встречаться. - хихикнула Ева и опять посмотрела на свой живот.

Они расстались у входа. Озадаченная Гульжан шла по улице. Странная девушка. Говорит какими - то намёками. Надо будет расспросить про неё сестру. Потом она думала об Айгуль. О том, что они давно не виделись, очень долго не разговаривали по - настоящему. Вот и результат. Человек съехал, а она ничего не знает.

Глава 2. Айгуль

Айгуль любила такие утренние часы, когда, проснувшись первой, она осторожно, чтобы не потревожить чуткий сон Малика, могла откинуть край одеяла и любоваться телом своего чернокожего парня. Стройное, атлетически сложенное, с рельефно проступающими мышцами, оно казалось настоящим чудом природы. А уж при виде чёрного эрегированного члена у Айгуль и вовсе перехватывало дыхание. Огромный с чёрной оголённой головкой. Если Айгуль приложит локоть к яичкам, головка члена ляжет точно в ладонь девушки. Поначалу Айгуль удивляло, что он вот так стоит каждое утро. Потом привыкла. Как же может быть иначе, когда твой парень настоящий самец? Например, сегодня ночью казашка три раза занималась любовью с африканцем, а он всё равно торчит как обелиск. После каждой случки Айгуль бегает в ванную, чтобы подмыться, а Малик остаётся в постели. Он ждёт возвращения девушки. Казашка вернётся и её губы и язык наведут порядок. Айгуль никогда этому не противилась. Наоборот. Она очень любила вкус семени своего парня. Это был вкус вожака стаи из дикой Африки. И этот самец целиком и полностью принадлежит одной ей. Айгуль потихоньку, то и дело косясь на спящего африканца, села. Спит. Можно заняться тем, что всегда доставляло ей огромной удовольствие. Казашка изменила положение своего тела и, когда её лицо оказалось в нескольких сантиметрах от огромного чёрного прибора, прикрыла глаза и медленно, наслаждаясь каждым мгновением, втянула в себя воздух. Запах африканского пота смешивался с запахами спермы и женских выделений и создавал аромат, от которого у девушки голова шла кругом.

— Опять ты за своё! - вдруг с наигранной строгостью произнёс Малик, прекрасно изучивший пристрастия казашки.

Притворяясь спящим, он исподтишка следил за поведением Айгуль. Айгуль вздрогнула и виновато посмотрела на парня.

— Что остановилась? - продолжил Малик тем же тоном - Понюхала залупу? Получила удовольствие? Теперь пришла пора расплаты.

Айгуль хихикнула. Расплата! То, чего ждал от казашки чёрный любовник, было для неё даже приятнее запаха его члена. Тем не менее условия игры, которую они с Маликом вели, требовали того, чтобы девушка недовольно наморщила свой лобик и деланно хныкнула. Затем, безо всякой паузы, Айгуль принялась проворно вылизывать огромную чёрную головку, очищая её от источников запахов. Малик довольно застонал. Он засунул обе свои ладони под голову и блаженно прикрыл глаза. Он прекрасно знал что его ждёт дальше. Айгуль начисто вылижет залупу, потом погуляет язычком по его длинному и толстому стволу и закончит тем, что примет чёрный прибор в рот. Как бы казашка не старалась, её рот и горло не смогут принять в себя больше трети гигантской елды, а губы растянутся настолько, что глядя со стороны на Айгуль будет страшно смотреть. Тем не менее, оба партнёра будут блаженствовать. Когда же Малик почувствует что вот - вот кончит, он остановит девушку и прикажет ей оседлать себя. Айгуль немедленно подчинится и превратится в наездницу.

— Ты их степного народа, - будет смеяться африканец - Тебя скакать учить не нужно.

Айгуль же, упиваясь разрывающей болью в собственном влагалище, будет двигаться во всё возрастающем темпе до тех пор, пока не ударит фонтан горячей спермы, наполняя семенем матку. Айгуль тоже немедленно кончит, забьётся в сладких судорогах, закричит как дикое животное. Соседи опять будут стучать по батарее. Плевать. Это они из зависти.

Пока же парень девушка были в начале пути. Айгуль вылизывала головку, когда на прикроватной тумбочке завибрировал телефон. Как не вовремя. Кто там ещё? Айгуль недовольно покосилась на экран и почувствовала, как внутри всё похолодело. Звонила мама. Обычно мама предпочитала писать. Она боялась помешать учебным занятиям дочери - отличницы. Если мама звонит, значит что - то случилось. Придётся ответить. Казашка виновато посмотрела на парня, прося разрешения на разговор. Тот снисходительно кивнул. Можно.

— Айгуль, доченька, - голос матери звучал тревожно - Гульжан ушла из дома. Оставила записку о том, что поехала к тебе. Теперь не отвечает на звонки. Отец в ярости. Кричит, что она ему больше не дочь.

— Ко мне? Почему ко мне?

Айгуль прижала телефон к уху, чувствуя как сердце колотится где - то в горле.

— Её приняли в московский университет, но отец был против...

В этот момент в трубке раздался разгневанный голос отца и разговор закончился. Следовало ожидать. Отец разъярён и себя не контролирует.

Вот это удар! Неужели сестрёнка Гульжан действительно отправилась в Москву? Неужто она едет именно к Айгуль? Если так, то последствия для старшей сестры могут оказаться катастрофическими. Гульжан будет искать сестру в общаге и, разумеется, не найдёт. Единственным выходом для неё тогда будет позвонить маме и поведать о том, что Айгуль пропала. Папа в ярости, но мама - то обязательно выслушает непослушную дочь. Когда выяснится, что Айгуль чего - то не договаривала о себе родителям и сестре, то к ней появится куча неприятных вопросов. Снимаешь квартиру? На какие деньги? Заработала ? Где и как? Не может ведь Айгуль честно признаться в том, что главным источником её доходов являются гонорары за съёмки в порнофильмах. Раньше она ещё встречалась за деньги с богатыми мужчинами, но после появления в её жизни Малика, немедленно прекратила. Кстати, Малик ничегошеньки не знает о том, что его девушка снимается в фильмах для взрослых. Узнает - наверняка бросит.

— Что - то случилось? - участливо спросил Малик, глядя на озадаченную казашку.

— Что? - как будто проснулась Айгуль, возвращаясь к реальности - Нет - нет. Всё хорошо.

— Тогда, может быть, продолжим?

Айгуль, действуя на автомате, оседлала африканца и, положив ладошки на свои не крупные грудки, начала двигать попкой, стараясь с каждым толчком насадиться на член чуть больше, позволить ему проникнуть чуть глубже. Было не до наслаждения. Голова занята другим. Тем не менее, парня она осчастливила. Он обильно излился в лоно казашки и блаженно застонал.

Именно в этот миг и прозвучал звонок в дверь. Да что происходит! Кого ещё чёрт принёс? Раздражённая Айгуль сползла с тела парня и, роняя на постель капли тягучей спермы, соскочила на пол. Суетливо поискала халатик, тапочки. Впопыхах не смогла найти ни того, ни другого. Голая и босая побежала к двери. Вдруг пришёл хозяин квартиры. Он как раз собирался зайти с проверкой. Для порядка сначала позвонит, подождёт немного. Потом поймёт, что никого нет дома и войдёт, воспользовавшись собственным ключом.

Айгуль подбежала к двери и припала глазом к дверному глазку. Поняв, кто именно стоит лестничной площадке, тут же отпрянула. Гульжан! Она уже здесь! Откуда она узнала адрес? Кто ей мог его дать? Чёрт! Не о том нужно сейчас думать. Что теперь делать? Не открывать? А что, если сестрёнка решит, что Айгуль нет дома, сядет под дверью и будет дожидаться её возвращения? Разве у Гульжан, никого не знающей в Москве, кроме Айгуль есть другие варианты? Если ей сейчас не открыть, потом будет только хуже. Ведь рано или поздно Айгуль придётся выйти. Например, сегодня в три часа у неё съёмка в фильме для взрослых. Хочешь - не хочешь, а идти придётся. Иначе, чем платить за квартиру? Тогда, нечего мяться у двери. Надо действовать.

Айгуль на цыпочках вернулась в комнату.

— Айгуль, в холодильнике пусто. Может закажем... - начал было Малик, но увидев озабоченное лицо девушки, осёкся.

Айгуль округлила глаза и приложила палец к губам. Она лихорадочно соображала. Если Гульжан услышит мужской голос, Айгуль ждут крупные неприятности. А уж если она увидит Малика, вся жизнь Айгуль полетит под откос. Для её многочисленной казахской родни Айгуль девственница, дожидающаяся возвращения жениха из армии. При одном только подозрении, что она не сберегла себя до брака, девушку изгонят из семьи.

— Малик, миленький, спрячься. - робко попросила она - Не надолго. Так надо, понимаешь...

— Куда? - удивился африканец.

— В гардеробную. И посиди тихонько. Минут десять, не больше.

Малик был удивлён, но спорить не стал. Он недоуменно пожал плечами и, как был, голый направился в гардеробную. Понимая, что время поджимает, Айгуль впихнула ошарашенного парня в гардеробную - узкую нишу за раздвижными дверями, где висели пальто и куртки.

— Ради всего святого, молчи! - прошептала она едва не плача - Притащилась моя сестра. Если только она тебя увидит, меня вычеркнут из семьи.

Малик, всё ещё не понимая, что происходит, послушно замер в темноте среди вешалок. Девушка как придётся накрыла постель покрывалом, собрала с пола и стульев мужские вещи и, сунув их Малику в руки, закрыла дверцы. Халатик и тапочки нашлись сами собой. Гульжан, тем временем, ещё трижды надавила кнопку дверного звонка. Айгуль запахнула надетый халатик и, шаркая тапками, побежала к двери.

Глава 3. Гульжан

Гульжан уже начала впадать в уныние, когда дверь перед ней распахнулась. На пороге стояла сестра.

— Гульжан? Ты? - как - то вяло произнесла она - А я сплю и сквозь сон слышу, что звонят. Только вот понять не могу, во сне это или наяву.

— Айгуль! - со слезами на глазах Гульжан полезла обниматься - Как я рада, что тебя нашла.

Айгуль нехотя ответила на объятия. Как обниматься, когда у тебя по ляжке стекают капли спермы и ты думаешь только о том, чтобы сестра - девственница их не заметила.

— Ну -ну! Что ещё за слёзы! Проходи, не стой в дверях.

— Айгуль, прости меня... Я вот так, без предупреждения... Мне некуда больше идти... Я сбежала. Хочу учиться в Москве... Как ты...

— Я всё уже знаю. Ты хоть понимаешь, что натворила? Мама в истерике...

Айгуль разрывалась между необходимостью серьёзно поговорить с младшей сестрой, совершившей безумный поступок и постоянно грызущей её мыслью о том, что в гардеробной томится её любимый парень.

— Вот как мы поступим. - наконец решила она - Ты сейчас отправишься в ванную и смоешь с себя дорожную пыль, а я тем временем сбегаю в магазин. У меня пустой холодильник. Потом мы сядем в кухне и всё спокойно обсудим.

Гульжан радостно закивала. Она не сомневалась, что сестра всегда её поддержит. Едва в ванной зашумела вода, Айгуль вытащила Малика из ниши и тоном, не терпящим возражений, велела ему одеться. Поговорить они смогли только после того, как они оделись и покинули квартиру.

— Любимый, тебе придётся сегодня переночевать в общаге.

— В какой ещё общаге? Я официально оттуда съехал. Между прочим, ты сама настояла...

— Ну, у друзей. Всего одну ночку... Максимум две... Ты видишь какие у меня проблемы.

— Да что за проблемы -то? Ты меня стыдишься?Всё потому, что я - чёрный?

— Вовсе нет. Слушай, сейчас нет времени объяснять. Просто сделай как я прошу.

Не зная что сказать ещё, Айгуль встала на цыпочки и поцеловала Малика в губы. Затем он она поспешно отвернулась и зацокала каблучками, быстро удаляясь. Малик растерянно смотрел ей вслед. Парень не мог поверить в реальность происходящего. Куда он может пойти, когда друзья разъехались на каникулы, а в карманах пусто? Айгуль же бежала домой, то и дело посматривая на часы. Время поджимало. После ночных забав они с Маликом и так слишком поздно проснулись, а тут ещё Гульжан со своими выходками. Так и надрала бы девчонке уши за её самодурство. Нельзя. Айгуль сейчас не в том положении.

Забежала в магазин и похватала с полок первые подвернувшиеся под руку продукты. Выбирать некогда. Напоить сестру чаем и бежать на съёмку. Серьёзный разговор, без которого не обойтись, придётся отложить до вечера. Влетела в квартиру и увидела Гульжан, разгуливающую в её, Айгуль, халатике. Что за бесцеремонность!

— Вернулась! - искренне обрадовалась Гульжан, увидев сестру - А я тут изучаю твою квартиру. Слушай, а почему у тебя так много мужских вещей ?

— Каких? - настороженно спросила Айгуль.

Она прекрасно понимала о каких именно вещах идёт речь. Малик оставил достаточно много следов своего пребывания в квартире. Задавая вопрос, Айгуль пыталась выиграть немного времени, чтобы придумать хоть какое - нибудь оправдание.

— Бритва в ванной, мужские тапки, кроссовки большого размера...

Неизвестно, сколько бы ещё Гульжан перечисляла свои находки, если бы старшая сестра её грубо не оборвала.

— Вещи хозяйские. - сказала она - Я ведь снимаю эту квартиру.

Версия слабенькая, но другой сходу не придумать.

— Вот как. - с облегчением вздохнула младшая сестра, привыкшая всегда и во всём верить старшей.

— А ты что подумала? - уже более смело спросила Айгуль.

— Ничего я не подумала. - испугалась Гульжан - Так просто спросила.

— Пойдём пить чай! - распорядилась старшая сестра, подводя черту под неприятной темой - А то у меня со временем беда.

После того, как сёстры сели за стол, Гульжан попыталась задать ещё пару вопросов, но была грубо остановлена.

— Расскажи- ка мне лучше о себе. Что с тобой случилось? Почему отец тебя проклинает, а мама расстроена?

Гульжан понуро опустила голову и начала свой рассказ.

Глава 4. Кино для взрослых

Непросто в наши дни снимать квартиру в Москве. Дорого. Студенту уж точно не по карману. Тем не менее, Айгуль каким - то образом снимала. Малик не спрашивал откуда у девушки деньги. Просто делил с ней жилище и постель. Да если и спросил бы, что толку? Неужели Айгуль честно рассказала бы любимому парню об источнике своих доходов? Да, не за что на свете!

Казашка заключила контракт с порно продюсером, цыганом по имени Бахти, по которому была обязана целый год сниматься в его фильмах. В случае нарушения контракта Айгуль - выплата неустойки и публикация в Сети порочащего её видео, где она занимается сексом со здоровенным псом, а потом стоит сцепленная с ним собачьим узлом. Страшно представить, что будет, если этот киношедевр увидит любимый парень. А Айгуль не хочет его потерять. Этого самца с гигантским членом природа создала именно для неё и она ни за что не слезет с его чёрного прибора.

Снимаясь в своих первых фильмах, Айгуль тяготилась этим занятием, сгорала от стыда. Потом втянулась и начала получать удовольствие не только от самого секса, но и от процесса съёмок. Ей нравилось, что в студии есть зрители, которых она откровенно дразнит, что её снимают на камеру, а потом будут пересматривать. Если она хорошо сыграет свою роль, мужчины будут раз за разом на неё дрочить, при этом называя красивую казашку грязными словами, а она думая об этом будет заниматься сексом с очередным партнёром. Со временем Айгуль втянулась и уже не представляла своей жизни без съёмок в порно. Кроме того, за это хорошо платят. Хорошо даже не для студентки, а вообще для молодой девушки. Причём не только живущей в Москве, но и в Европе. Причём размер гонорара зависел прежде всего от самой Айгуль. Хочешь заработать побольше? Не вопрос. Согласишься на чуть более грязный сюжет - пачка купюр в конверте станет немного толще. Двигаясь по этому пути, Айгуль давно прошла через секс один - на - один, тройнички с двойным проникновением и банальные групповухи. Теперь она радовала поклонников своего таланта настолько гадкими сценами, что даже отдельные члены съёмочной группы с трудом удерживали рвотные позывы.

В день приезда сестры Айгуль предстояла съёмка как раз в одной из таких сцен. Продюсер собрал к назначенному часу ровно двадцать мужчин, которым предстояло стать партнёрами казашки. Причём, вовсе не в качестве массовки. Поэтому, ни перенос съёмки на другой день, ни хотя бы опоздание со стороны девушки были категорически недопустимы. И в такой день Гульжан решает проявить самостоятельность.Идиотка!

Айгуль влетела в павильон, на ходу расстёгивая куртку.

— Пять минут до начала. - бесстрастно произнёс Ганс, бессменный режиссёр Айгуль.

Как будто она сама не знает. Гульжан со своими вопросами и пустой болтовнёй украла массу времени. Вбежала в раздевалку и, не закрывая за собой дверь, принялась скидывать одежду. Через пару минут осталась совершенно голой. Покрутилась перед зеркалом. Поправила макияж. Сойдёт.

— Минута! - объявил Ганс.

Айгуль на босых цыпочках вбежала под свет прожекторов. Начали. Сначала дать себя узнать поклонникам. Зрители хорошо знали девушку под именем Зухра. Камера крупным планом взяла лицо актрисы.

— Hello. - приветствовала она зрителей с похотливой улыбочкой - It”s me. Zuhra. Did you miss me?

Казашка томно прикусила нижнюю губку и лукаво посмотрела прямо в камеру. Теперь общий план. Камера отъехала демонстрируя обнажённую Зухру. Та игриво повернулась попкой, наклонилась и обеими руками растянула ягодички. Девушка не удаляла волосы из промежности полностью. Достаточно и короткой стрижки. Так тёмный ёжик волос наиболее выгодно оттенял бутончик её чёрных половых губ, за которые Айгуль называли Чёрной Розой. Затем пришло время приоткрыть и губки. Пусть все увидят, что за чёрными створками прячется нежно - розовая ракушка. Потрясла попкой, подразнила. Пришла пора встать на коленки. Опять посмотрела в камеру.

— Let’ s start. - - призывно произнесла казашка, оглаживая грудки.

Раздался топот босых ног и павильон начал заполняться голыми мужчинами. Кто - то гордо шествовал, потрясая эрегированным членом, кто - то активно массировал вялый отросток. Парни встали полукругом за спиной девушки и замерли, дожидаясь указаний режиссёра.

— Начнём с минетов. - вполголоса бросил тот, наблюдая за происходящим в видоискатель.

Айгуль, посмотрела по сторонам, как будто прицениваясь, а потом, выбрав два показавшихся наиболее симпатичными члена, взяла в каждую руку по одному и начала неспешные движения вверх - вниз по их стволам. Она поочерёдно припадала губами то к одному, то к другому, в то время как в её щёки тыкались головки пенисов других, менее удачливых соискателей. Айгуль не могла удержаться от озорных смешков.

— Активней! - потребовал Ганс, обращаясь к парням.

Те, помня для чего были приглашены, оживились. Началась активная дрочка. Мужчины словно соревновались, кто первым придёт к финишу. Ганс отдавал короткие команды, сопровождая их быстрыми жестами. Наконец, наступил момент, когда счастливчики, чьи стволы ласкала Айгуль, вынуждены были отойти. Девушка широко открыла рот и в него брызнула мощная струя спермы. Айгуль подняла глаза и посмотрела в лицо того, кто кончал ей в рот. Она не отводила взгляда до тех пор, пока не стало ясно, что парень полностью разрядился. Спермы оказалось необычно много. Не удивительно. Ганс поставил условие: «Хочешь слить в ротик порно звезде, воздержись от любого секса хотя бы пару недель. Будет мало спермы - больше не приглашу». Все участники неукоснительно последовали строгому требованию. Перерыв в две секунды и в рот Айгуль изливается второй участник. Затем, уже безо всякого перерыва, третий. Айгуль смотрит каждому в глаза и, не сглатывая и не сплёвывая, позволяет наполнять семенем свой ротик. Капли, оказавшиеся на губах, на щеках, на подбородке, девушка собирает кончиками пальцев и отправляет в рот. Только после пятого излияния, казашка получает разрешение проглотить накопившееся семя. Режиссёр разрешил не из милосердия а, руководствуясь чисто практическими соображениями. Больше спермы в маленький ротик девушки просто не поместилось бы. Айгуль сглотнула слизистую массу и показала чистый язычок на камеру.

Пришла очередь следующей пятёрки. Айгуль, сохраняя на лице игривую полуулыбку, смотрит в мужские глаза и безропотно позволяет наполнять ротик. Дальше та же схема. После пятого - Ганс даёт разрешение проглотить.

Затем, действуя в соответствии с задумкой режиссёра, Айгуль - Зухра томно прикрыла глазки. Партнёры начали изливаться на её брови и ресницы, покрывая веки клейкой массой. Айгуль пыталась улыбаться, но получалось, честно говоря, неважно. Она прекрасно знала, что её ожидает уже через минуту - другую.

— Zuhra! Open your eyes! - потребовал Ганс, останавливая мужчин.

Она попыталась. С первого раза не получилось. Ресницы были надёжно склеены.

— Open your eyes! - куда грубее и громче.

Заволновалась, затрясла головой. Оп! Открылся левый глаз. Сильно защипало от попавшей в него спермы. Превозмогая боль, открыла правый. В глазах сперма и слёзы, но на губах - улыбка.

— Drink a cup of coffee?

Девушка кивнула в знак согласия. В её руках тут же появилась маленькая чашечка до половины наполненная кофе. Айгуль держала её пред собой, ожидая продолжения. Мужское стадо пришло в движение. Парни подходили по одному и, яростно мастурбируя, выстреливали короткими белёсыми струйками в кофейную чашку.

— Cappucсhino - хохотнул Ганс, когда желающих слить в кофе больше не осталось - Drink please!

Айгуль послушно выпила и как кошка вылизала чашечку. Теперь осталось только посмотреть в объектив и облегчённо улыбнуться.

Отдохнуть после съёмок не получилось. В душ и пулей - домой. Неизвестно что ещё могла там обнаружить Гульжан в её отсутствие. Оказалось, волновалась напрасно. Сестра сидела в кухне и смотрела мультики по телевизору. Какой она, в сущности, ещё ребёнок. А всё туда же, сбегать из дома.

— Ой! - воскликнула Гульжан, увидев сестру - Какие у тебя глаза красные! Ты что, плакала?

— Было дело. - не стала спорить Айгуль.

— Почему? Что случилось?

— Моя младшая сестрёнка совершила безрассудный поступок, а я за неё переживаю.