Осиное гнездо.

Дверь со скрипом резко открылась и ударилась о стену. Сергей перепугался до смерти, ведь он не предполагал, что кто то может его тут найти. Он схватился за лежавшие на полу шорты, пытаясь их быстро надеть, но его остановил сердитый голос отца:

— Не сметь трогать. - прикрикнул он.

Сергей отдернул руку, оставшись сидеть, голый, с торчащим членом, не успев еще кончить. Его член покачивался и вздрагивал, словно ветка на ветру. Отец вошёл и наклонившись, ухватил сына за член и потянул к себе. Сергей поднялся и отец, перевернул его кверху задницей. Завернув руки за спину, отец связал их и снова развернул сына к себе лицом.

— Я говорил тебе не дрочить в моей мастерской. - грубо сказал отец.

— Да, — пробормотал Сергей виноватым голосом, получив пощечину.

— А ты знаешь, почему, - продолжал отец.

— Нет, - ответил Сергей, боясь разгневанного отца, и получил еще оплеуху.

— Мне больно. - заплакал Сергей.

— Если тебя осы нажварят, будет еще больнее, или тебе это нравится, - сказал отец.

Жили Сергей с отцом рядом с трассой, у отца было своё дело по ремонту машин, ведь в дороге всякое случается. Других строений в округе не было и дикие осы облюбовали их дом и сараи, а также и мастерскую отца.

Сергей что-то пытался возразить но отец его не слушал.

Он снял с полки банку и достал из ящика резиновую крышку. Подойдя к угловой полке, отец накрыл горловиной банки устроенное там небольшое осиное гнездо. Накрыв банку резиновой крышкой, он показал ее сыну. Опомнившись, осы выбрались из гнезда и злобно жужжали, готовые воткнуть свои жала в того, кто их побеспокоил.

— Если бы они тебя покусали, - сказал отец.

Сергею было стыдно сидеть перед отцом голым с торчащим членом, но он не мог даже прикрыться, руки были связаны за спиной.

Отец, показав банку с осами, спросил с усмешкой,

— Знаешь что сделают осы, если изжалят твои яица и член, онанист хренов?

Отец засмеялся и схватил сына за волосы, направив его взгляд на банку с осами. Сергею ничего не оставалось как повиноваться. Он был испуган сильнее обычного, и это так возбуждало отца, что у него член начал пульсировать в брюках.

Отец поставил банку с осами между ног сына ударив ею по яйцам.

Сергей вздрогнул, а его член еще больше напрягая. Идея, сказанная отцом про ос, что они воткнут свои жала в член и яйца, ещё сильнее возбуждала его. Увидев это, отец решил преподать сыну урок, который он не забудет и может отпадет желание дрочить где непопадя. Отец достал из кармана перочинный нож, с которым никогда не расставался, и сделал на крышке два разреза, крест на крест. Затем сказал строгим тоном, похожим скорее иначе на приказ чем на просьбу,

— Это будет поучительно для тебя, ты я вижу сам этого хочешь, член стои как каменный, - сказал он глядя на сына.

Сергей боялся отца, что тот может его отхлестать ремнем по голой жопе, что сидеть будет больно и нерешительно кивнул.

— А кто будет за тебя просить прощения, - спросил отец.

— Прости папа, я больше не буду, - пробормотал Сергей.

— Хорошо, я прощу тебя, но для порядка я должен тебя наказать, чтоб ты не дрочил свой член где попало. - сказал отец.

Сергею ничего не оставалось, как принять это как должное и он нехотя кивнул головой.

Отец усмехнулся, опустился на колени и ухватил его за яйца, которые отвисли довольно низко. Потом медленно запихнул одно яйцо в банку через разрез в крышке. Это потребовало осторожности, чтоб не выпустить ос. Осы немедленно облепили яйцо и принялись жалить, так что Сергей стиснув зубы, завыл, а из глаз потекли слезы. Это не останавливало отца. Он протолкнул другое яйцо, и осы набросились на добычу. Сергей попытался вытянуть яйца, дрыгая ногами, но получил оплеуху от отца. Ничего не оставалось и Сергей стиснув зубы, стал терпеть.

— Слезы тебе не помогут, но чем больше ты дергаешься, тем сильнее они будут жалить. - сказал отец.

Сергей постарался лежать тихо, тяжело дыша, и осы стали успокаиваться и перестали жалить. Боль немного утихла, однако яйца уже распухли и стали заполнять банку. Отец встряхнул банку, и осы, расправив крылышки, снова набросились на сверхчувствительные яйца, пронзая их жалами, как иголками. Сергей изо всех сил старался не двигаться и не реагировать, чтобы не злить их еще больше, но отец делал все по своему.

— Вот видишь, а что бы ты стал делать, если бы они накинулись на тебя, а меня рядом и не оказалось, - спросил отец.

Сергей пожал плечами.

Несмотря на все старания не двигаться вовсе, Сергей не мог сдержать дрожь. Каждый мускул его тела был в напряжении. А отец наблюдал, как осы облепляют яйца внутри банки и жалят, жалят и жалят.

— Здорово твои яйца раздулись. Пора бы и член туда же отправить, - сказал отец и с трудом согнув торчащий член, затолкал его в разрез крышки.

Через пару минут член Сергея был облеплен осами и немного притихшая боль с новой силой пронзила паховую область Сергея. Отец стоял и наблюдал что делают осы несколько минут, пока не стал опухать член сына

— Он стал такой толстый, и яйца огромные, что тебе их не выдернуть теперь из банки, как бы ты не старался. - сказал отец.

Сергей только теперь догадался, что было на уме у отца.

— Папа, пожалуйста, помоги снять банку, я не буду больше делать это. Папа, я уже не могу терпеть, - умолял Сергей.

— Ты будешь ходить с банкой на своем члене, пока осы не задохнуться и опухоль не спадёт. Я не хочу чтоб осы ещё и меня исжалили, - сказал отец.

— Ты можешь это вытерпеть или ты не мужик, - добавил он следом.

Глядя на опухший член сына, отцу только сейчас пришла внезапная мысль, которая разожгла его кровь, заставить сына дрочить свой опухший член.

Немного подумав, отец представил как сын дрочит перед ним опухший член, а осы жалят его яйца.

— Ты хочешь чтобы я тебя простил, - спросил отец.

— Да папа, - ответил Сергей.

— Я знаю как лучше. Ты должен научиться не дрочить. Твой член, это мои будущие внуки, я не хочу чтоб они были такими же извращенцами, как ты, - сказал отец.

— Я это знаю, папа. Будет как ты хочешь, - ответил Сергей.

— Нет, ты этого не знаешь! Ты знаешь это в уме. А это должно знать ещё и твое тело. И я помогу тебе в этом, - сказал отец.

Отец развязал сыну руки, взял его и помог ему встать. Сергей передвигался очень медленно, чтобы не раздражать ос в банке, которая повисла на его распухших яйцах и члене.

— А теперь потерпи ещё пять минут и я уберу банку, там ещё несколько ос ползают, - сказал отец.

Сергей послушно стоял и даже не шевелился.

— Тебе везет, дрочила, что гнездо не очень большое и даже от такого количества ос твои яйца и член так раздулись, что заполнили всю банку, так что скоро остальные осы там задохнутся. Прошло несколько минут и отец, посмеиваясь, взял молоток,

— Пусти, я помогу тебе. Хочешь, я разобью стекло? Но мне бы не хотел разбить тебе яйца или порезать из стеклом. Они теперь, чересчур нежные, того и гляди кожа сама лопнет, сказал отец.

Отцу стало смешно, когда Сергей закрыл глаза, тяжело дыша и стараясь не раскачивать банку.

— Тебе решать. Подожди немного, пока твои яйца начнут опадать и банка сама с них свалится. Хочешь так ходи неделю, не меньше, или чтобы я позаботился о твоих причендалах с помощью молотка? - продолжал отец.

Сергей заплакал,

— Папа, помоги мне, пожалуйста, - простонал он.

Отец тихонько ударил молотком по дну стеклянной банки, не разбив ее. Это так отдалось на нежных яйцах Сергея, что он вскрикнул от боли.

— Я же сказал, что тебе решать, дрочила! Теперь терпи и не ори на всю округу, - сказал отец.

Сергей решил подождать, пока опухоль на яйцах и члене не спадёт и они не уменьшатся в размере. Каждый шаг и любое движение болью пронизывали опухшие яйца, словно осы снова жалили их, причем все сразу.

Постоянно терпеть эту боль Сергей не мог и он согласился.

Отец осторожно снял крышку, банка оставалась висеть на яйцах и члене, которые были слишком велики и не проходили сквозь горлышко.

Неожиданно отец снова накинул петлю на его левое запястье и закинул на крюк на высоте около двух метров. Сергею пришлось стоять с поднятой рукой возле стенки, имея свободной правую руку.

— Ты не отпустишь меня? - спросил Сергей у отца.

— Отпущу, но позже, когда пойму что ты все понял, - ответил отец.

Отец схватил банку обеими руками и дернул.

Банка с резким выхлопом слетела, а отец засмеялся, когда Сергей пронзительно вскрикнул и залился слезами. Его лицо быль красным, а яйца надулись словно воздушный шар, готовые вот вот лопнуть. Сергей чуть не потерял сознание но удержался на ногах так как его рука была привязана. Он практически висел на ней.

После этого отец поднялся, отвязал сына и поддерживал его, чтобы он не упал, пока тот не пришел в себя и не смог самостоятельно стоять на ногах. Однако то был еще не конец, отец решил довести задуманное до конца.

Дав сыну время чтоб он смог отдохнуть, он снял с его члена и яичек резиновую крышку и взяв банку побольше, надел на неё. Зайдя в мастерскую, отец выбрал осинное гнездо большего размера и накрыл его банкой. Ловким движением он оторвал его от потолочной балки и закрыл банку крышкой и поставил на стол. Выйдя к Сергею, он смочил полотенце холодной водой и обернул им яйца. В течении получаса это помогло уменьшить опухоль. Отец посчитал что можно продолжить так как яйца вполне могли снова пролезть в горлышко банки. Взяв Сергея за руку, он снова подвел его к стене и привязав верёвку к левой руке, подтянул её вверх. Взяв со стола банку с осами, отец подошёл к сыну.

— Папа, не надо больше, я все понял, - умолял Сергей, но отец не слушал.

— Если ты понял, то это для закрепления урока, - ответил он улыбнувшись.

Взяв в руку пухлые яйца Сергея он поднёс к ним банку и оттеснив одно яйцо, сквозь разрез протиснулся его внутрь, следом туда же в банку с осами отправил и второе яйцо.

Обмотнув вокруг горлышка шнурок, отец привязал банку к основанию члена и отпустил её раскачав, что осы и без того уже жалившие яйца, накинулись на них с большим остервенением. Сергей уже привыкший к этой боли с большим трудом сдерживал себя, чтоб не завыть и не заплакать. Ос было в гнезде раза в два больше и они просто облепили всю мошонку втыкая в неё свои жала и протыкая кожу насквозь, доставали до яиц. Отец с наслаждением наблюдал за этим и сказал.

— Ну что, дрочер, давай дрочи, а я погляжу!

Сергею было неудобно и он стал умолять отца, отпустить его, но отец был непреклонен и показал на ремень. Ничего не оставалось и Сергей взял пальцами свой торчащий член. Он дышал тяжело и мучительно, но вскоре к этому присоединилось учащенное дыхание сексуального возбуждения. Отец стоял и усмехался.

По мере того, как юношеская гиперсексуальность овладела Сергеем, он стал дрочить все сильнее и быстрее, заставляя банку висящую на его мошонке, качаться и тем самым раздражать и без того обозленных ос. Они ещё сильнее стали его жалить, и слезы текли из глаз, но Сергей продолжает усиленно дрочить, раскачивая банку из стороны в сторону, так что осы просто обезумели. Они снова и снова обжигали ему яйца. Словно мыльный пузырь кожа на них так натянулась, что была видна паутина тонких синих вен на посиневшей и покрасневшей светлой поверхности.

Так как Сергей стал дрочить еще сильнее, то его яйца стали давить ос о стенки банки. Сергей хватал воздух ртом, когда изверг струю мутноватой жидкости, ударившую ему в лицо. А отец наблюдал за ним и смеялся, зная, что вот-вот наслаждение перейдет в такую боль, как будто ему зажали яйца в кулак. Еще прежде чем последний заряд выстрелил из его письки, его пронзила сильная боль, что он взвыл повиснув на верёвке. Отец подошёл и развязал его уложив на старое одеяло.

— Я хочу, чтобы ты сделал две вещи. Ты догадываешься, какие именно? - спросил отец.

— Чтобы я снова подрочил, да? - ответил Сергей.

— Это первое. Когда ты это сделаешь, я скажу тебе, в чем заключается вторая просьба. - сказал отец.

Отдохнув, через час член Сергея снова напрягся, несмотря на всю боль и страхи, которые он пережил с осами, и боль в яйцах от их яда, которая притупилась немного, но оставшиеся осы продолжали жалить и Сергей уже не обращал на это внимания.

Сергей уже кончал раз, пока его жалили осы. Он взял член и стал его массировать, между тем как банка продолжала раскачиваться, ударяясь о ноги.

Пока он дрочил, его снова пронзила боль в перемешку с наслаждением, какого он доселе не испытывал. Он двигал рукой по опухшему члену туда-сюда, все сильнее и сильнее, не понимая, что наслаждение было бы еще интенсивнее, если бы он действовал медленнее и старался до последней возможности удерживать выброс спермы. Но он дрочил сильно и в быстром темпе, и тем не менее на сей раз долго не мог кончить. Зато в конце концов он испытал такое наслаждение, какого не мог себе даже вообразить. Он выплеснул заряд, и тут боль снова скрутила его. Он потерял сознание упав на одеяло раскинув в разные стороны ноги, а сперма из его члена медленно стекала на пол в мастерской. Отец посмотрел на сына, на ос ползаашил в банке по его яйцам и сказал сам себе.

— Пусть отдыхает, - и закрыв дверь, ушёл домой.

Больше часа Сергей провалился там, пока не пришёл в себя. От нехватки воздуха осы все валялись на дне банки, а его яйца опухли ещё сильнее и вытянуть из банки он их не смог. Взяв молоток, он слегка ударил по дну и оно выпало. Ломать оставшуюся часть банки он побоялся, что стекло может порезать растянутую тонкую кожу мошонки. Затолкав между стеклом и яйцами тряпку, Сергей взял кусачки и стал по чуть-чуть отламывать стекло. Так ему удалось освободиться от банки и болтая опухшим членом и яйцами, выйти из мастерской, голым, ничего не боясь. Да и чего было бояться после того что только что с ним было.

Прошло две недели после того, как член и яйца Сергея изжалили осы. Все зажило и приобрело обычное состояние, единственно что изменилось, член Сергея не стоял как раньше. Желания дрочить не было да и было нечего, разве мягкий член подрочишь. Член возбуждался только по утрам, когда Сергей спросонья сильно хотел в туалет.

Летели дни, проходили недели и вот уже прошло два месяца и Сергей стал часто задумываться про то как его член и яйца жалили осы. От этих мыслей его член начинал вставать, но Сергей гасил это возбуждение чтоб не нарушить обещание данное отцу. Сколько он не пытался воздерживаться, но терпеть сил уже не было и он выбрав момент, зашел в мастерскую к отцу. Он что то делал и Сергей спросил его.

— Пап, я обещал тебе и сдержал своё обещание, я уже два месяца не занимался онанизмом. - сказал Сергей.

— А чего хотел то, - спросил отец.

— Просто последние дни я стал все чаще вспоминать тот день и от этого возбуждаюсь, боюсь что не смогу сдержать слово и не дрочить. Смог бы ты мне помочь, - спростл Сергей.

— Что, по осам соскучился, - удивившись спросил отец.

— Типа того, чтоб ещё на дольше хватило и я не хотел дрочить. - объяснил я.

— То что сам попросил помочь, за это я тебя хвалю. Если просишь помочь, то что ж, помогу, куда тебя девать то, - ответил отец.

Сергей собрался уходить чтоб не мешать отцу, он был чем то занят, но отец его остановил.

— Ты куда, просил помочь, а уходишь, - сказал он.

— Я думал ты занят сейчас, - ответил Сергей.

— Дела подождут, это важнее, раздевайся, - сказал отец.

Сергей быстро снял футболку и стянул штаны вместе с трусами. Отец достал банку и ту самую резиновую крышку. В углу висело осинное гнездо, по размеру больше тех предыдущих, и имело вытянутую форму. Отец подошёл и ловко срезал его в банку и закрыл крышкой.

— Ну что, готов, - спросил отец.

— Да, - ответил Сергей.

Раз Сергей пришёл сам то отец не стал связывать ему руки, а подставив банку, затолкал в неё сначала одно яйцо, затем второе и спустя минут пять, и член. Сергей стиснул зубы так как осы стали сильно жалить и отец сказал.

— Сам попросил, поэтому не ной и не стони как Баба.

Сергей только кивнул головой с трудом сдерживаясь.

— Хоть один стон услышу, привяжу, - предупредил отец.

Отец занимался своими делами но периодически подходил к сыну и шевелил банку чтобы взбудоражить успокоившихся ос. Прошло минут пятнадцать но осы продолжали жалить и член и яйца. Гнездо было приличных размеров и ос видно там тоже было много. Некоторые осы уже валялись на дне банки, но на яйцах и члене сидело несколько десятков. Сергей наблюдал за ними и его член стоял от осознания того что он видел как очередная оса втыкает своё жало то в головку, то в яйца то в член, погружая его на всю длинну от 2 до 5мм., что зависело от вида, возраста и размера самой осы. Прошло с полчаса, но осы были живее всех живых, банка была большая и им было там вполне комфортно. Валялись только те, которых Сергей придавил яйцами или членом, когда они попали между ними и стеклом. От всего происходящего член просто стоял колом в банке. Его кожа как и на мошонке, расстянулась и опухла, готовая вот вот лопнуть. Осы продолжали нашпиговывать его хозяйство своим ядом.

Сергей был внешне крепким парнем и на здоровье не жаловался. Целыми днями на свежем воздухе сыграли свою роль в закаливании, но как любой человек он с трудом переносил боль, острую боль. Первый опыт с осами закалил его и он понял что эта боль приходит и уходит, нужно только потерпеть и он следил как его член жалят осы и терпел. Сергей решил что в этот раз он будет терпеть столько, сколько сможет. Шел уже второй час как его член подвергался укусам ос. Голова начала кружиться и в глазах потемнело. Как Сергей потерял сознание, он не помнит. Очнулся от резкого запаха нашатыря.

— Ну что, готов или еще будешь смотреть как твой хер осы жалят. - спросил он.

— А долго я в отключке был, - спросил Сергей.

— Минут пять, пока я тебя на улицу вытаскивал, - ответил отец.

— Тогда ещё посижу, а то банку снимешь и осы нас изжалят, - ответил Сергей.

Большая часть ос уже валялась на дне банки но ещё несколько десятков ползали по опухшим яйцам и члену, втыкал в тело свои жала.

— Ну посиди посиди, а мне надо закончить ремонт, а то отвлекся с тобой, - сказал отец и зашел в мастерскую, предварительно разозлив ос в банке.

Хватило Сергея буквально минут на пять или десять и он снова как сидел, так и упал на траву без сознания.

Отец больше получаса занимался ремонтом машины и закончив, вышел на улицу и увидел лежавшего сына. Он снова нашатырем привёл его в чувство и больше не спрашивал. Взяв молоток он разбил банку и осторожно освободил опухшие член и яйца. По своей форме они теперь больше напоминали трясущиеся холодец. Его хозяйство не помещалось в штаны, а про трусы и говорить было нечего. Дав сыну пару каких то таблеток, отец отвёл его в дом, а сам все подсел и убрал, чтоб не пораниться о стекло.

Сергей сразу заснул, боль постепенно во сне отступила, но опухоль увеличилась ещё больше, что когда Сергей проснулся, он сам испугался этого. Отец тоже был в шоке но не подал вида и только сказал.

— Сам хотел, вот и таскайся с этим пузырем, - а иначе член и яйца по другому было и не назвать.

Чтобы штаны не порвать и не растянуть, Сергей две недели ходил в одной футболке болтая своим опухшим хозяйством и отец всегда, как видел это, посмеивался над ним, приговаривая.

— Вот останется таким и будешь всю жизнь без портков ходить и жить в поле, чтоб людей не пугать.

Сергей понимал что отец прикалывается над ним да и сам заметил что опухоль стала спадать понемногу. А еще через две недели её практически не было заметно. Приближалась зима и осы куда то исчезли.

Член у Сергея не вставал аж до нового года и даже и не появлялось желание подрочить его и он был доволен что решился на это второй раз и не рассердил отца.

marinakcnh@rambler.ru