https://bestweapon.vip/post_77150

начало здесь.

Вообще-то, меня больше интересовало попробовать роль раба. Может получится понять, почему всех женщин влечёт на эту неприглядную роль. И если своих рабынь ещё мог понять, то почему они шли в услужение к НЕМУ? Что может быть привлекательного в том, что описала Свинка? Да, поначалу мог уболтать, заманить, затрахать… Но потом… Сплошной поток боли, унижения… Разумеется, не собирался устраивать себе подобное, но хоть как-то… приблизится к пониманию! Если такое вообще можно понять.

— Пап! Когда будешь моим рабом, заставлю тебя поставить мне колечко в клитор! – не унималась Нина. – Раз уж я маму для тебя уговорила!

— Никаких долгоиграющих модификаций, - отказал я. – Элли, запомни – это игра предназначена для тебя, ты принимаешь решение и несёшь ответственность. Если не против участия Нины, должна её контролировать. Госпожа будет только одна!

— Можно вопрос… вопросы? – её пальцы мелко дрожали.

— Разумеется, - кивнул я. – Подожди, сначала объясню правила. Если начнёшь действовать слишком интенсивно – остановлю игру. Ты проиграла. Если слишком… ванильно – останусь недоволен. Ты проиграла. Я не буду тебе подсказывать, что и как делать.

— Вы сказали, что можно будет вас… Мне бы в голову не пришло!

— Я уже делал с тобой такое, что мне в голову не приходило. Смотрел на твою реакцию, мимику, вспоминал о чём мы говорили. Кстати, ты сама пыталась учить, как стать господином, - не удержался от улыбки. – Могу разрешить тебе помощь друга… подруги. Поговори с Мариной.

— Думала, вы отстегаете меня сильно, или заставите сделать что-то… унизительное… - в её голосе звучала мольба.

— Кукол я себе немало найти смогу. Элли – у меня единственная и уникальная, - обнял женщину, целуя её в щёку.

— Игорь… можно мне тоже… с тобой? – прошептала Марина.

— Иди к нам, - подхватил её за руку, вынуждая подняться. – Конечно же! Меня одного, на одну только Нину будет мало.

Чмокнул её в губы, растрепал волосы.

— Как хочу выебать мою любимую жёнушку! – едва произнёс, как её ловкие пальцы расстегнули штаны, стягивая их вниз. Она закинула ногу мне за спину, и член как-то сам оказался в огромной мокрой дыре. – Прекрасная поза!

Резко толкнул бёдра, проникая вглубь, пока наши лобки не столкнулись. Марина взвыла, выгнулась, закатила глаза…

— Прикажи Эльке… пусть продолжит! – выдохнула она. – Не Кукла… подруга… моя подруга…

— Я не могу приказывать Элли, - мысли в голове смешались. – Попроси подругу…

— Элечка! Умоляю! Именно по жопе! Пожалуйста! – зачем ей это надо? Что ещё пытается доказать?

Нина сунула в руку растерянной матери плётку и отошла в сторону. С первым же ударом стало понятно… Жена охнула, дёрнулась всем телом и задрожала в оргазме, заливая мне ноги своими выделениями. С каждым следующим ударом это повторялось, и я не понимал, кончает она каждый раз или всё продолжается. Моё внимание и усилия были направлены на попытки удержаться на ногах… и не сломать член в бешено скачущем влагалище. К счастью, ощущения оказались слишком сильными и долго это не продлилось. Стащил жену с члена, кинув животом на кровать, раздвинул широко колени и жадно присосался к набухшим истекающим губкам. Только сейчас заметил запах мочи, похоже она не только кончала на ноги, но было уже всё равно. Жадно высасывал густое содержимое, под неистовый вой изгибающегося тела. И наконец откатился в сторону, пытаясь перевести дыхание. Элли облизала влажный член и выскочила из комнаты.

— Они ещё забыли сказать, - хихикнула задыхающаяся жена. – Что поссать меня не отпустили.

— Правильно сделали… Добавляет терпкие насыщенные нотки в пряный аромат твоей пизды, - повернул голову, заметил, что Элли очень постаралась. И без того опухшие и покрасневшие ягодицы были исполосованы пунцовыми шрамами. – Надо чем-то смазать…

— Ты же запретил…

— До того, как ты добавки попросила. Если бы знал, что Элли настолько агрессивна, - сейчас женщина старательно протирала пол.

— Элька! Спасибо тебе огромное! – выкрикнула жена и снова захихикала. – Пиздец, как больно! Но теперь такая охуительная боль… Это был даже не оргазм, а словно душа вылетела из тела…

— Нина, полотенце мокрое принеси, - скомандовал я.

— Нет! Не надо, - решительно отказалась Марина. – Хочу попробовать, как наша мама говорила… Сполна ощутить… Когда ещё получу тройную порцию пиздюлей!

— Надеюсь, тебе не настолько понравилось, чтобы захотела повторить, - проворчал я.

— Без тебя, совсем не понравилось. И в кабинете… Ты как-то отстранённо, бездушно меня порол. Но последняя часть… О-о-о! Элечка, солнышко моё ласковое! Ложись ко мне, - женщина откинула тряпку, стянула платье через голову и улеглась рядом с Мариной в нижнем белье. – Боялась, что слишком слабо будешь, но ты так постаралась… Просто идеально!

— На свою жопу потом посмотришь, - недовольно проворчала Элли, покосившись на меня.

— Я и так всё чувствую… Так люблю тебя… - она полезла к женщине с объятиями и поцелуями. Нина стояла у двери, снисходительно ухмыляясь.

С одной стороны, последняя порка была явно избыточной. Не хочется, чтобы Марина привыкала к боли. С другой же – если начнёт получать достаточно сильные ощущения со мной, меньше шансов, что побежит их искать в другом месте. И даже знаю – в каком именно. Глянул на часы…

— Девочки, мне надо бежать… Помочь Любаше… - придержал язык, едва не озвучив причину. Почему-то не хотелось сообщать жене раньше времени своё новое место работы. С одной стороны, она вела себя как и прежде, но с другой… Ощущение искусственности… пластмассовости её веселья, не оставляло.

Расцеловал женщин, и вместе с Ниной мы вышли.

— Мне не нравится, что между вами происходит, - сердито проговорила она. – Моя мама ищет страданий и находит в них наслаждение. Марина – не такая. Она должна быть весёлой, озорной.

— Под конец она такой и стала, - какой наблюдательный и умный ребёнок.

— Ты этому поверил? – Нина заглянула мне в лицо. – Почему она не захотела признаться?

"Почему", а не "в чём". И вопрос формулирует грамотно.

— Она… Она сама не разобралась, как относится к происходящему, - ответил я почти правдиво.

— Этот Самойлов, её новый начальник. Он заставляет её что-то делать?

Так она всё у меня выведает!

— Все начальники заставляют что-то делать, - снова правду говорю. – Нина, скажу тебе мудрую, отцовскую заповедь – если получится оставаться в жизни серым, неприметным человечком… Оставайся им! Да, скучно. Да, однообразно. Но так спокойно и уютно!

— Пап, твоё поведение меня беспокоит. Не забывай – именно на тебе мы держимся, - она встревоженно глянула на меня.

— Этого я никогда не забуду! – целомудренно чмокнул её щёчку, повернув к офису.

25_4. На работу.

У двери в наш "аквариум" стоял парень, о чём-то оживлённо общаясь с Любашей, которая приветливо ему улыбалась. Не так давно здесь работаю, но даже со мной в "служебном режиме" она была строга и холодна. Подошёл ближе, и женщина указала ему взглядом за спину.

— Игорь Андреевич! – резко обернулся он, поднимая пустую руку. – Я подошёл спросить… Ой, забыл на столе. Сейчас вернусь!

Парень кинулся к своему месту.

— Похоже, ты становишься популярной, - хмыкнул я, уткнувшись в компьютер и дожидаясь, пока вернувшийся обсудит с Любашей какой-то пустяковый вопрос. Две расстёгнутые пуговицы не делали вырез настолько уж глубоким, открывая лишь многообещающее раздвоение грудей, но плавное покачивание и подрагивание мягких свисающих полусфер… Если Марина придёт в подобной блузке на работу… Так, стоп! Разобраться бы с тем, что уже есть!

— Отправляю вам документы, по которым у меня возникнут вопросы, - заговорила женщина, едва парень вышел. – Да, и ещё – вам принесли ноутбук, вроде того, с которым вы в палате лежали. Положила вам в верхний ящик. Можете с него постоянно контролировать работу отдела.

— Айтишника, что принёс, впечатлил твой вид?

— Когда наклонилась положить, у меня и расстегнулась пуговка, - хихикнула она.

— Мне нравится твой новый стиль поведения.

— Глупо ходить размахивая сиськами и отвергать внимание. Судя по всему, что вы говорили и разрешили рассказать про ваш запрет… И не скрывать наши отношения… Думаю, мне придётся стать более… открытой, - Любаша внимательно смотрела на меня.

— Всё верно. Ограничивайся флиртом и показом, не позволяй лапать. Я не собираюсь делать тебя публичной шлюхой. Если кто не поймёт отказа, можешь прямо сказать, что принадлежишь мне, - почему так приятно потеплело в груди при этих словах? – Я не люблю, когда посягают на моих женщин.

Судя по лицу Любаши, ей тоже понравились эти слова.

— Скинь мне пару фото своей промежности, - спокойно озвучил уже обычное своё требование. – Пройдусь пока по рядам…

При всех недостатках моего предшественника, он сумел подобрать грамотных специалистов, которые неплохо справлялись. Или, все помнили, что осталось ещё одно место на вылет. Внимательно изучил работу трёх кандидатов на Любашу, раздумывая о своём предложении. Придумал его как возможность дополнительно проверить и унизить женщину, не ожидая, что она поддержит идею с таким энтузиазмом. Остаётся вопрос реального воплощения. Как и в любом другом офисе возникали у нас и служебные романы, и мелкие интрижки… Однако, так просто подойти к сотруднику, предложить ему трахнуть свою помощницу… Конечно же можно! И это станет поводом для бурного обсуждения, восторгов и негодования. Интересно, как такую безумную идею можно подать, укрепив репутацию Любаши и свою собственную, и сохранив тайну?

Пришло сообщение. На этот раз трусики были белые и совершенно прозра… Нет, по второму снимку видно, что они промокли, плотно облепив мясистые губки и набухший клитор. Ничего себе! Стоять посреди людного офиса, разглядывая промежность женщины, сидящей за стеклянной перегородкой… Хорошо, что я слишком утомился чтобы… Ещё один снимок – Любаша оттянула трусики и сжимала пальцами торчащий чле… клитор. Поднял взгляд от телефона и едва успел заметить её лицо, как она уткнулась в компьютер.

"Не знал, что ты так течёшь" – набрал, стоя посреди офиса.

"Сама не знала. Только в последние дни началось"

"Юбку не боишься намочить?"

"Я с голой попкой сижу, как Госпожа велела"

Видела бы сейчас попку этой госпожи…

"Похотливая сучка. Нравится дрочить свой членик?"

"Было неприятно к нему прикасаться. Пока вы его так не назвали"

"Должна кончить, играя только с ним"

Ладно, продолжу работать. Заканчивал свой инспекционный обход, когда Любаша выглянула из-за перегородки. Она не просто встала в проёме, а оперлась о него плечом, чуть наклонившись, так что тяжёлые груди соблазнительно покачивались, натягивая ткань блузки.

— Игорь Андреевич! – заявила она восторженным голосом. – Выполнила ваше распоряжение! Вы были правы – всё получилось великолепно и сошлось до последней запятой!

— Всегда верил в тебя! – широко улыбнулся, удивляясь насколько быстро она приняла свою новую роль.

— И ещё. Владимир Степанович ожидает вас в фойе.

— Кто? – не сразу понял я.

— Овсов. Вам звонили раньше, помните?

— Помню. Иду… - настроение сразу упало, но улыбку с лица не снимал, пока не вышел в коридор.

Сильно надеюсь, что вопрос касается проекта, но ещё сильнее в этом сомневаюсь. Не припёрся бы он лично, для решения технических вопросов.

Владимир Степанович шагал мне навстречу, приветливо и широко улыбаясь и протягивая руку. Впрочем, увидев выражение моего лица, руку он убрал.

— Привет. Слушаю, - ответить более неприязненно и сухо я бы не смог.

— Извините, что тревожу вас. Мне позвонила ваша жена и сказала, что именно перед вами я должен загладить свою вину…

— Она позвонила? – удивился я. Лёжа с больной задницей звонит Овсову, послать его ко мне… Бред какой-то! Могу догадаться с одного раза, чьи уши торчат за очередной странностью.

— Да, она была настойчива, и я подумал… Если смогу предложить вам… компенсацию. Лучше бы свою жену предложить, но она и так на каждый член кидается. Могу познакомить вас с дочерью. Милая, невинная особа. Я очень дорожу ею, но… попрошу быть к вам… благосклонной. Она очень послушная девочка, - озадаченно слушал его пламенный монолог, пытаясь понять, о чём вообще идёт речь. – Если вас не устраивает… Недавно познакомился с очень очаровательной девочкой… Она меня покорила! Можно сказать, влюбился в неё! Она очень необычная, но наверняка вам понравится!

— То есть, вы собираетесь подсунуть мне какого-то дорого для вас человека, чтобы я с ним…

— Если кто-то из моих близких пострадает, как ваша жена, я испытаю те же чувства, что и вы… Око за око… - он продолжал улыбаться, а в глазах его был страх… или ужас? Как вчера в глазах Свинки… Но Овсов, нихуя не Свинка! Он влиятельный и богатый человек! Я рухнул на ближайший диванчик, и тот аккуратно присел рядом.

— Даже не хочу думать, как в вашей башке мысли совокупляются, - выдохнул, едва сдерживая гнев. – Вы предлагаете мне проделать то, за что я другим яйца отрывал!

— Нет, вовсе не обязательно! Я состоятельный человек. Если вам необходима материальная компенсация… - протянул мне сложенный вдвое конверт. – Ваша новая карточка. Сумма соответствует указанной на конверте. Там же, и пин-код записан.

Посмотрел на цифры с недоумением.

— Разумеется, это в евро, - поспешно добавил он. – Вы с женой тоже станете… состоятельными людьми, - в этом он не соврал. Сумма, даже в рублях была весомой, но в евро… Протянул ему обратно конверт.

— Нет-нет! Это ваше в любом случае! – замахал двумя руками, отказываясь от годового бюджета небольшого городка.

— Теперь начните историю сначала, - положил конверт между нами.

— У меня забирают "Гортензию", - произнёс он плачущим голосом, окончательно теряя свою респектабельность.

— Забирают? Мы только проект делаем! – не сразу понял я. – А-а-а… Понял…

В городскую элиту я не входил, но с правилами игры был хорошо знаком. Только наивные люди полагают, что в наших краях всё решают деньги. На самом деле – решают влияние и связи. И плевать, сколько у чиновника миллионов, и что у него в кармане почти половина города. Если появилась сила, способная вырвать у него из горла настолько лакомый кусок… Все побегут прислуживать именно этой силе. Тем более, авторитет Овсова я уже успел подорвать, облегчив задачу… ЕМУ! Блять! Сука!!! ЕМУ! Почему всё так оборачивается?

— Ваша жена сказала, что, если вы примете мои извинения… Позвоните Самойлову… сделки не будет, - дрожащими пальцами он подвинул конверт ко мне. – Передайте их жене, если… не хотите сами.

Теперь он заглядывал мне в глаза откровенно умоляюще. Блять! Ну, Самойлов! Ну сукин сын!!! Как я хотел бы принять извинения Овсова даже не ради денег! Но… Блять! Я же не могу!!! Почему-то вспомнились слова Олега, что я идеально приспосабливаюсь к ситуации. И к чему тут приспосабливаться, когда именно ОН создаёт эти ситуации! Бля-а-а-а!!!

— Вы догадываетесь, каким будет мой ответ? – печально вздохнул я, отводя взгляд.

Не Овсова мне было жалко, и не той кучи денег…

Только проводив взглядом бредущую к выходу фигуру, обнаружил, что конверт остался лежать рядом. Он такой щедрый человек или так искренно раскаивается? Или, получил строгую инструкцию оставить мне деньги? Сунул его в карман. Марине будет приятно узнать, сколько она стоит… Кстати, о жене!

Дрожащими пальцами достал телефон.

— Любимая, как себя чувствуешь?

— Великолепно чувствую! Каждой клеточкой тела! Ох, к тебе там должен прийти этот мудак… Надеюсь ты…

— Он уже приходил, я ему отказал, - меня больше интересовало другое. – Тебе Самойлов звонил, отправить его ко мне?

— Настя заехала, сказала, что делать. И номер его дала. Она говорила, он ко мне собирался приехать, но я в таком виде, и принимать его дома… - Марина хихикнула. – Сказала, что ты должен решать этот вопрос. Шура согласился…

— Согласился? Ты с ним разговаривала?

— Он звонил, спрашивал, как моё состояние. Сказал, что ты всё сделал правильно и я должна быть благодарна тебе, что это проявление твоей заботы... – слушая этот невинный щебет, пытался не скрипеть зубами. - Милый, я правда благодарна тебе! У меня мозги на место встали, и теперь понимаю, насколько… насколько ты оказался прав! Ой, чуть не забыла! Я хотела узнать у Насти, что между вами… В смысле, как ты с ней… Она сказала, что без согласия Господина не может ничего говорить. Пожалуйста! Дай ей своё согласие! Нет, извини! Милый, если ты пожелаешь… Мне бы хотелось лучше познакомиться с… с твоей рабыней.

Так понимаю, ОН успел объяснить Марине, что идеальная жена не должна требовать от мужа – только просить?

— Поговорю с ней, - пытался удержать голос спокойным. – И если у тебя мозги встали на место… Догадаешься, что надо поменьше говорить… Шуре о наших с тобой отношениях? Его забота становится слишком… навязчивой.

— Я и не… Извини, ты имеешь право думать обо мне так, но я не… - жена явно всхлипывала. – Я почти ничего не говорила о нас. Мы в основном… Какие должны быть отношения, как себя вести… Про Овсова он сам спросил. Он уже знал обо всей этой истории…

— Успокойся, любимая. Не воспринимай всё так болезненно… М-м-м… Извини, неудачно выразился.

— Тогда я ещё кое в чём признаюсь, - она хихикнула. – Настя привезла мазь, и я позволила ей… Ты сам раньше говорил, что можно… смазать. Поэтому согласилась.

— Правильно сделала.

— И ещё… Ты говорил, что завтра я… буду ему сосать, - её голос перешёл в шёпот. – Не будет для тебя обидно, если пока я лежу… немного потренируюсь с дилдо.

Вообще не обидно! Ни капельки! Перед тем, как сосать мне, ей в голову не приходило тренироваться!

— Напротив! Меня радует, что ты такая предусмотрительная, и так ответственно относишься… - лицемерие начало утомлять. – Позже позвоню.

Стараясь успокоить дыхание продолжал сидеть, глядя на двери, из который пару минут назад выходил некогда всемогущий, а ныне сражённый Овсов. И принял он смерть, от коня своего… Не-е-ет… Дело не только в деньгах. Мы с женой несколько дней ломали голову, как вообще к нему подступиться. Радовались, что его хотя бы в дворянское собрание не пустили. Теперь могу понять Анжелу, которая призналась, что, если перейду с НИМ в открытое противостояние, даже близко ко мне не встанет. Мудрая женщина… Можно мне как-то самому… рядом со мной не стоять? Рядом со мной грузно опустилась Настя. Ей-то чего надо?

— Он отпустил меня на сегодня, - тихо проговорила она. – Он дал мне распоряжение… служебное. Но мне оно показалось… несправедливым, по отношению к моему Господину, и я предупредила, что сообщу вам. Он сказал, что я так и должна сделать, и что он правильно меня воспитал.

Женщина протянула мне мобильник, на экране которого сияла исполосованная задница. На следующем снимке, общий план – спина, задница и ноги.

— Я сделала перед тем как смазать её, и отправила, - выглядела она трагично, и не удержался, придвинулся к ней, обнял за плечо.

Она прижалась ко мне, и ощутил, как по её телу пробежала дрожь.

— Ему должно понравится, - сказал я, чтобы что-то сказать.

— Если пожелаете… В следующий раз можете приказать мне. Я хорошо умею… наказывать.

— Уверена, что будет следующий раз?

— Он всегда бывает…

— Подожди! Тебе? Ты умеешь… тоже?

— Разумеется, этому он тоже меня обучал. Как правильно пороть по разным частям тела, как бить по гениталиям, чтобы их не повредить, сохранить возможность… использования.

— И на ком ты… обучалась? – на этот раз она промолчала.

— Марина хочет знать, как у нас с тобой, - вспомнил просьбу жены. – Можешь рассказывать, без подробностей. Кроме… твоего воспитания, разумеется. Даже не намекай.

Протянул ей руку, помогая подняться, вывел на улицу, спустились по ступеням. Едва сдерживал улыбку, потому что обратил внимание на новую причёску Насти. Сейчас волосы были гладко зачёсаны, и собраны в два хвостика за ушами. Помню, что в ресторане у неё были локоны, но не вспомню, когда именно она изменилась. Утром, вчера?

— Подожди в машине, минут пятнадцать-двадцать, - я немного поменял свои планы.

Собирался выехать с Олегом и Анжелой, просто позвонив жене, но теперь решил сначала к ней заехать. Для этого, надо разобраться с работой. Зашёл к Любаше, проверил всё ли в порядке. Потом направился к Анжеле… Зазвонил телефон.

— Я в кабинете мужа, - знакомый голос знакомо отключился, не дожидаясь ответа.

— Король умер, да здравствует король, - Олег поднялся, протягивая мне руку.

— Скорее шут, или – паж, - обернулся к его жене, протягивая конверт. – Насколько понял, он неплохо заплатил мне за Марину.

Она извлекла из него карточку ногтями, внимательно изучила. Посмотрела написанные цифры.

— Проверю счёт, хоть и не сомневаюсь, что всё честно. К таким деньгам, помимо кода должны прилагаться документы. Проверишь свою почту, - она подняла на меня улыбающееся лицо. – Ну что, поединок окончен?

— Хотелось бы… Могу свалить на тропический остров, и там развлекаться с туземками до самой старости, забыв всё, как страшный сон.

— И что же тебя удерживает? Любовь? Чувства? – она откровенно издевалась.

— Хуй его знает! – не удержался я. – Знаю, что буду ненавидеть и презирать себя всю оставшуюся жизнь! Хотя, ненавидеть себя начинаю уже сейчас!

Олег подошёл, глянул на конверт.

— Любимая, просто чтобы ты знала… Если за тебя будут столько предлагать… Извини! – они вдвоём рассмеялись.

— Я никогда не питала иллюзий. Обожаю прагматичных мужчин! Так что же – честь, совесть, гордость? – продолжила предлагать она.

— Тупость, упёртость, долбоебизм, - озвучил я свои варианты. – Ладно, мне домой надо заехать… Если не передумали, встретимся там.

— Подожди, я хочу попробовать, - Анжела лёгким движением встала, сунула конверт с карточкой в карман, и… впилась в мои губы страстным поцелуем. Это было… совсем иначе! Язык так же настойчив, а губы жёсткие, но… Покосился на Олега, который спокойно вернулся за стол, а поцелуй всё длился, превращаясь во всё более мокрый… нежный… долгий… Мои руки обхватили крепкие ягодицы, всё сильнее их сжимая…

— М-м-м… - с тихим стоном она первая разорвала его. – Мужчина, готовый отстаивать своих женщин… Сделай меня своей женщиной… Своей… рабыней!

Её глаза преданно смотрели в мои, а голос был слишком… убедительным. Снова покосился в сторону Олега. Заметив мой взгляд, тот развёл руками.

— Овсов был более значительной фигурой, чем я. Стоит тебе лишь намекнуть Самойлову… - спокойно проговорил он.

— Бля! – буквально оттолкнул от себя сомлевшую Анжелу. – Ты же понимаешь, что я такого не сделаю?

— Конечно! Поэтому и позволяю себе такие шуточки. Если же серьёзно – единственный человек, которому я доверяю безраздельно, моя жена. Теперь появился и второй. Причём тебе я не просто доверяю, но могу доверить и жену. Можете заниматься чем и, как угодно. Догадываюсь, что секс окажется самым безобидным в списке ваших развлечений. Да, милая… - он обернулся к жене. – Ты постоянно что-то рыла у меня за спиной, и это всегда приносило пользу нам обоим. Сейчас ты зарываешься слишком глубоко, но… ты всегда была умнее и хитрее меня в таких вопросах.

— Хорошо… Ты точно не станешь возражать… - Анжела медленно говорила, глядя ему в глаза. – Если я действительно стану его рабыней?

— А-а-а!!! Да вы издеваетесь! – выставил вперёд обе руки. – Заебали меня этими рабынями! Нахуй вас всех!

— Тяжела ты, шапка Мономаха! - Олег заржал, откинувшись в кресле. – Если тебя Эльвира сумела захомутать в господина, от моей, точно не отвертишься!

Упал на диванчик, закатив глаза.

— Плесни мне грамм писят чего-то спиртного, рабыня, - сделал приглашающий жест Олегу. – Присаживайся, отметим. Не каждый день жену в аренду сдаёшь. И моему другу тоже налей…

— Будет лишь одно условие, - Олег уселся рядом, усмехаясь. – В мои годы уже поздно заниматься онанизмом…

— Любашу тебе подгоню! – царственно махнул я рукой. – С беременной не хочешь попробовать? У меня этих рабынь! Как гуталина у кота Матроскина.

— У его дяди, - уточнил он и мы подняли бокалы. – Подожди, Любашу? Она же Снежная королева!

— В смысле? – не понял я.

— Ну-у-у… твои предшественники… Все пользовались ею, и только по необходимости. По словам Бекетова, резиновая женщина проявляет больше нежности.

— Теперь ты её не узнаешь, - с некоторым высокомерием признался я.

— Конечно не узнаю! Я и раньше её… не знал!

— Покажу тебе старые записи и последние, - подала голос Анжела. – Игорь прав – не узнаешь. И она не против, что ты её… предлагаешь?

— Она отнеслась к этому с большим энтузиазмом, чем я сам. Не могу понять женской логики…

— Пилоту Формулы-один не обязательно быть механиком, - мудро заметил Олег.

— Что ещё пожелает мой Господин? - проворковала Анжела, угодливо изгибаясь передо мной.

— Переигрываешь, - сурово заметил я. – Надо школу рабынь организовать. Самойлова – директором, меня – завучем.

— Если тебе будет проще, рассматривай это, как операцию под прикрытием, - Анжела уселась напротив в кресло. – Детективы и боевики смотрел?

— Смотрел, но подозреваю, что в жизни всё иначе.

— Рассмотри приятную сторону – сможешь насиловать меня, избивать, подкладывать под кого захочешь…

— Избивать? Тебя? – скептически фыркнул я.

— Я покорно приму любую боль из ваших рук, Господин, - снова проворковала она, и сразу вернула нормальный голос. – Вот сегодня вечером и порепетируем. Марина, так понимаю, не сможет.

— Свинку возьму. Она дипломированная рабыня, и потом расскажет Самойлову. Так что, перед ней – не придуриваемся. Бля, она меня ждёт! Домой ещё заскочить надо… Нет, стоп! Какого хера Олег решил подарить мне свою жену? – посмотрел на них обоих. Ответила, конечно Анжела.

— Мы не афишировали наши буйные отношения, но про них многие знают. Олег устал от моих закидонов и поставил условие – или я научусь послушанию, или он подаёт на развод, - чётко доложила женщина. – О твоих необычных отношениях муж знает, и обратился за помощью.

— Выглядит логично. Особенно для Самойлова. Ха! Даже замечательно! – в голове складывались кусочки мозаики. – Я не просто хочу смотреть, что он вытворяет с Мариной, а хочу обучаться у мастера! Ещё тогда в ресторане он несколько раз упоминал о моей перспективности, и как я интересен для него. Тогда Марина превращается в наш совместный проект, который я смогу саботировать!

Посмотрел на кивающую каждому слову Анжелу.

— Ты всё так и планировала?

— Думала предложить что-то подобное. Твой вариант звучит лучше, - она похотливо усмехнулась. – Забавно попробовать себя в роли сабмиссива… Никак не собираюсь тебя ограничивать, но я ни с кем, кроме мужа… и тебя. Хотя, предложений было много. Так что используй мою супружескую девственность бережно.

— На этой позитивной ноте мы и расстанемся, - встал, театрально раскланялся.

— Ещё момент, - Анжела подняла палец. – Самойлов уже переписал Лихушину на тебя в допуске на территорию ГД, так что пропустят её без проблем. И захвати документы Поляковой. Они оформят её на работу.

Лихушина – Свинка, Полякова – бывшая сотрудница, вспомнил я. Пришлось ещё зайти в отдел кадров… Там никто не захотел отдаться мне и предложить себя в рабыни. Ещё не весь мир сошёл с ума, что радует.

— Извини, задержался, - пробормотал, садясь в машину.

— Передо мной нет необходимости оправдываться, - мягко улыбнулась женщина. – Я буду ждать вас сколько угодно…

— Тебе что Элли говорила? Пока ты Настя, я буду общаться с тобой, как с нормальным человеком! – гневно посмотрел на неё. – И тебе придётся терпеть такое обращение, потому что ты – моя рабыня!

— И она сказала, что я не должна извиняться, - Настя робко улыбнулась. – Шура сделал из меня идеальную женщину, но теперь понимаю, насколько ваши критерии различаются. Я очень быстро обучаюсь, и… скоро вы будете мною полностью довольны.

— Дорогая, ты можешь быть идеальной рабыней, я не возражаю. Но рядом с идеальной женщиной начну чувствовать себя ущербным, - тянутся до лица было неудобно, поэтому поцеловал её пальцы. – Поехали, проведаем Марину.

— Мне подождать вас? – она остановилась у подъезда.

— Придётся пойти, - вновь подал ей руку, помогая вылезти из машины и начали подниматься по лестнице. – С Элли жена давно была знакома, а твоё появление оказалось… внезапным. Придётся устроить презентацию новой рабыни.

— Желаете видеть меня Свинкой?

— Я тебе говорил такое? Достаточно, если будешь помнить о своём статусе и не раздражать меня его демонстрацией! – грубовато прозвучало, но спишу на свою раздражённость и утомлённость обилием событий. Признавать своё превращение в НЕГО, точно не хотелось.

Она лишь кивнула головой.

— Спасибо, что помогаете мне. В последнее время, действительно… не так просто перемещаться, - пропыхтела она, заглядывая мне лицо.

Марина лежала голая на кровати, увлечённо заталкивая в горло толстый фаллоимитатор, издавая жутковатые хекающе-булькающие звуки.

— Развлекаешься? – усмехнулся я, подавляя раздражение её старательностью.

— Милый! Я так соскучилась! Настенька! – она отложила мокрый стержень, откашливаясь и сглатывая слюну.

— Решил, что должен лично познакомить тебя с моей рабыней, - подтолкнул вперёд женщину. Та склонила голову, виновато улыбаясь.

— Прикажи ей раздеться и сесть ко мне! – сразу заявила Марина.

Кивнул, и Настя моментально скинула платье, в следующую секунду избавилась от белья, и уселась на кровать. Уже едва заметные синяки и шрамы жену ничуть не смутили. Сама выглядела гораздо плачевнее.

— О-о-о… Какая красота! – жена склонилась над огромным животом, бережно его поглаживая. – Кожа так натянулась… Такой тугой…

Начала касаться губами в верхней части, спускаясь к узелку пупка.

— Так мечтала увидеть тебя голой, Настенька. Ты уже знаешь, кто будет?

— Мальчик, - ответила та, дрогнувшим голосом.

— Такой же очаровательный, как его мама… - Марина обхватила талию, прижимаясь к животу щекой. – Кажется, я слышу сердечко… Шура говорил, что отправит тебя рожать к мужу… Дорогой, оставь её с нами! Можно я буду с ней, когда она будет рожать?

— Не вижу проблем, - легко согласился я. Целый букет проблем! В первую очередь – финансовых. Можно легко решить их все, достав из кармана конверт.

— Настенька, ты не можешь отказаться! Я буду рядом с тобой! Я буду держать тебя за руку и успокаивать! Мы с тобой первые услышим его крик! Потом… Потом ты будешь рядом со мной…

— Конечно… не откажусь… - женщина сглатывала слёзы, кривила лицо, пока я не сел рядом, обняв за плечи. Она расплакалась. Как-то робко… тихонько… беззащитно.

Должен признать, ОН вовремя избавляется от своих… воспитанниц. Дальновидный дядька.

— Если начну сосать, появится молоко? – Марина уже увлеклась другим аспектом беременности.

— Ещё рано, но, если постараешься, - добродушно усмехнулась женщина.

— Не хочу смущать… кое-кого, - Марина кинула на меня лукавый взгляд. – Дорогой, можно мы будем встречаться, как подружки?

— Конечно же. Недолго её знаю, но Настя мне очень понравилась. Милая, очаровательная, остроумная… - благодаря "воспитанию" Самойлова. Блять! Только недавно говорил жене, как она стала центром моей жизни… Теперь можно переносить центр моей жизни!

— Насть, а ты уже ебалась с моим мужем? – женщина кинула на меня вопросительный взгляд.

— В ресторане. Он взял меня в попку.

— Это я знаю. Больше не было? – теперь Марина посмотрела на меня. – Ты же теперь можешь её… без моего разрешения?

— Я могу без её разрешения. Она рабыня, не ты. Если тебя это не устраивает…

— Меня это не устраивает, но… Настенька? Тебе же понравилось с моим мужем? Ты хочешь его?

После тех сотен или тысяч членов, прошли через это тело… Трудно выделиться.

— Марина, ваш муж… изумительный человек! Когда он отдал ему моё и-и-и… Подарил меня, я… я плакала… перед вашим мужем. Я знаю, что у рабыни нет своих чувств и мыслей, и меня надо наказать за их проявление, но… Я плакала, и он видел мои слёзы, - из глаз Насти снова потекли слёзы. – Марина, позвольте ему… пользоваться мной! Умоляю вас!

— Два условия! – Марина резко повеселела, напоминая мне прежнюю Марину. – Ты мне всё рассказываешь! И, я тоже пользуюсь тобой!

Снова вопросительный взгляд от женщины, и снова мой благословляющий кивок.

— Как пожелаете, Госпожа, - Настя покорно склонила голову.

— Так! Для Любаши я госпожа, и для тебя. Ого! У меня уже две рабыни… На аутсорсинге, но это не принципиально, - жена так мило важничала, что я едва сам не прослезился. – Настя, теперь встань рачком! Может я сама захочу тебе приласкать!

На этот раз обошлось без переглядываний. Женщина развернулась и встала на четвереньки.

— Ох-х-х! Ого! – она изумлённо смотрела на огромное тёмное пятно сфинктера и набухшие губки, покрытые явно следами порки. – Тебя… прямо… туда?

Я заметил маслянистое пятно на её бедре, пока Настя переворачивалась, но решил пока промолчать.

— Нет, это я сама. Рабыня не должна получать оргазм от наслаждения. Если желание слишком… сильное… Мне разрешено кончать только от боли, - она говорила совершенно спокойно.

— Мне однажды Игорь врезал… туда, и я… Но, сама себя! – Марина изумлённо оглянулась на меня. – Дорогой! Немедленно разреши ей дрочить!

— Разрешаю! – легко согласился, подумав, сколько ещё скрыто ЕГО команд внутри моей новой рабыни.

— Выеби её! Прямо сейчас! Я буду её целовать, и она поймёт, как мы её любим! Настенька, ты куда сама хочешь?

— Хочу? – удивлённо переспросила та. – Хочу… в киску…

— В киску? Так мило! У тебя скорее пельмешек, - хихикнула Марина, лаская влажные губки языком. – Такой необычный вкус… Ты знаешь, что я пробовала всех женщин моего мужа? Настенька, милая…

Жена повалилась на спину, обнимая и жадно целуя женщину, в которую я медленно проникал. Уже знал, что в неё можно проникать как угодно, и чем угодно, но хотелось отличится от остальных… сотен или тысяч. Плавно двигался, поглаживая плечи и шею, запуская пальцы в волосы… Потом склонился, поглаживая живот, отвисший до самой кровати. Сжимая и тиская мягкие груди с набухшими сосками… Её широкие бёдра… Да, то самое место… Какое-то углубление, и на пальцах… что-то склизкое. Настя чуть заметно дёрнулась, но продолжала покачивать бёдрами, не разрывая поцелуя с женой. Идеальная женщина… Почему меня это не радует? Влагалище начало постепенно сжиматься, увеличивая моё наслаждение, а рука женщины погружалась в промежность Марины, и та всё громче стонала, выгибаясь и раздвигая колени.

Не было бурного завершения, судорожных рывков и криков. Просто излился в податливое влагалище, понимая, что именно этого и хотел – спокойного, размеренного, тихого. Марина со стоном насадилась на пальцы и вытянулась, тяжело всхлипывая. Настя не забыла о своих обязанностях, развернувшись и очистив член языком.

— Вы позволите? – она указала взглядом на дверь ванной.

— Нет, подожди! – подала голос жена. – Садись мне на лицо… Я должна проверить… совместимость.