Я сидел в кресле в углу комнаты, терпеливо дожидаясь Эмму. Само собой, уходя, она не нашла нужным сказать мне, куда она идёт и когда вернётся. Но я был готов ждать её столько, сколько понадобится.

Вернувшись, она спокойно прикрыла дверь и направилась ко мне, мерно стуча каблуками в тишине. Её длинные, до поясницы, шелковистые волосы рыжевато-орехового цвета были собраны в аккуратный хвост на макушке, полностью открывающий лоб. Она успела накрасить тонкие губы яркой красной помадой, которая лишний раз подчёркивала её холодный, презрительный взгляд, направленный на меня. Ей хватило времени и переодеться — сейчас на ней была строгая белая блузка, вполне подходящая к её образу хозяйки, строгая чёрная юбка с чулками и чёрные же туфли на высоко каблуке.

Подойдя ко мне, Эмма остановилась, уперев сжатые кулачки в бока, и смерила меня всё тем же холодным, властным взглядом.

— На колени, — внезапно скомандовала она. Слегка замешкавшись от неожиданности, я поскорее сполз на пол. Она продолжала смотреть на меня, словно оценивая и до сих пор сомневаясь.

— Снимай вверх, — последовала следующая команда. Костюм я давно снял, он сейчас лежал на подлокотнике кресла. Дрожащими от волнения пальцами я начал расстёгивать рубашку. Когда последняя пуговица поддалась, я отбросил её в сторону.

Эмма обошла вокруг меня, по-хозяйски осматривая, только что зубы не проверяя. Её лицо оставалось беспристрастным — ни одна мышца не дрогнула, ни одного намёка, довольна ли она происходящим. Я послушно смотрел на неё снизу вверх.

— Закрой глаза и открой рот, — следующий приказ. Я сразу же зажмурился, широко открыв рот и подняв голову. По шагам я почувствовал, как она подошла ближе ко мне, спереди, затем секундная пауза и — на лицо мне упала тягучая капля её слюны. Она попала на щёку, затем начала стекать вниз, к губам, где я с удовольствием слизнул её. Эмма не остановилась на этом — она продолжила пускать на меня одну слюнку за другой, некоторые из которых попадали прямо в рот, другие же — на щёки, нос, подбородок. Я открыл глаза, увидев её, склонившуюся надо мной. Её широко расставленные ноги так близко ко мне... Я проглотил её слюну, накопившуюся во рту, в то же время сама Эмма засунула себе в рот два пальца и немного поводила ими там, видимо, чтобы собрать побольше жидкости. Она пустила ещё одну слюнку, которая попала прямо мне в рот, затем присела рядом. Она взяла меня за подбородок, посмотрела пару секунд в глаза, а потом плюнула прямо в лицо. Затем снова. И снова, и снова... Когда она прекратила, всё моё лицо было блестящим от её слюны. Встав, Эмма дала новую команду:

— Ложись на спину.

Так, в общем, и до этого происходили у нас все разговоры — её холодное презрение, уничижение в каждом взгляде и моя покорность. Но сейчас всё было несколько по-другому.

Я выполнил её приказ и лёг прямо на полу. Тем временем она подобрала полы своей юбки и стянула вниз чёрные трусики, подняла их и бросила в мою сторону, попав в живот. Я не смел шевелиться, они остались лежать там. Сама же Эмма собрала юбку на поясе, обнажив гладко выбритый лобок. Она медленно подошла ко мне и присела над моей головой, опустив промежность прямо на моё лицо. Пару секунд перед моими глазами были её раскрытые розовые губы, а затем она резко опустилась вниз.

Поначалу она просто медленно водила промежностью по моему лицу, размазывая по нему слюну и соки, которыми она буквально сочилась. Впрочем, мой член тоже уже был в полной готовности. Потом, когда всё моё лицо стало скользким от смеси её жидкостей, я почувствовал, как Эмма, остановившись на мгновение, схватила меня за волосы, а затем начала резко двигать тазом, тереться распахнутыми губами об меня. Я чувствовал прикосновение её клитора о мои губы, чувствовал её запах, и это сводило меня с ума. Первые секунды я не мог сориентироваться и не знал, что делать, затем выставил язык, который заскользил между её хлюпающих губ. Ответом на это действие последовал протяжный стон, донёсшийся сверху. Эмма усилила движения.

Она двигала тазом не только вперёд-назад — она также водила им по кругу и вверх-вниз, словно насаживаясь на мой язык. Такое чувство, словно она ждала этого даже дольше, чем я — столько агрессии, ярости было во всём этом. Её движения становились всё сильнее, но она не останавливалась — только крепче сжимала мои волосы. Её рука тоже дёргала мою голову, стараясь попасть в такт с движениями таза.

Наконец, она стала замедляться. Через минуту она уже плавно водила текущей пиздой по моему лицу по кругу, а затем и вовсе остановилась. Просидев так немного, она встала. В полумраке комнаты было ясно видно её раскрасневшееся лицо; впрочем, волосы всё так же выглядели идеально, как будто их только что расчесали. Блузка была расстёгнута на одну пуговицу и немного спущена вниз, обнажая её среднего размера грудь с небольшими розовыми пятнышками сосков.

Откинув с моего живота всё ещё лежащие там трусики, она жестом приказала подняться. Я встал, и Эмма буквально бросилась на меня с поцелуем. Я почувствовал всё ту же ярость, с которой она только что елозила по моему лицу. Теперь с той же страстью она целовала меня, водила своим языком по моему. Когда она отстранилась от меня на мгновение, между нами протянулась вязкая ниточка слюны, смешанной с её соками. Затем — она снова бросилась на меня.

Это продолжалось несколько минут, после чего она снова отстранилась. В её по-прежнему холодном взгляде теперь были и другие чувства — желание, похоть. Она толкнула меня в сторону кресла и сама направилась к нему. Поставив одну ногу на подлокотник, она перегнулась через него, упёршись руками в сиденье. Юбка задралась ещё выше, демонстрируя её крепкие, даже спортивные бёдра. Она провела рукой по ягодице, слегка сжав её; я понял, чего она хочет, даже без слов.

Подойдя к ней, я дотронулся до её бедра, проведя пальцами снизу, от колена, обтянутого чулком, до самой поясницы. Затем раздвинул её ягодицы и жадно провёл языком между ними. Эмма как будто подалась мне навстречу. Я повторил, на этот раз усилив нажим языком. Просунув пальцы между её ног, я начал массировать клитор; свободной же рукой я ещё сильнее раздвинул ей ягодицы, наклонился и продолжил вылизывать там. Эмма наклонила голову с удовлетворённым выдохом. Она завела одну руку за спину, опять схватив меня за волосы, и прижала к себе, начав водить тазом вверх-вниз. Повторилось то же, что было на полу — она просто трахала себя моим языком. Впрочем, на этот раз она быстро сдалась, отпустив меня и предоставив действовать самостоятельно. Я продолжил вылизывать её.

Её стоны всё усиливались. Если поначалу она просто потихоньку постанывала, то теперь это скорее походило на визг, иногда переходивший в настоящее рычание. Я старался, как мог — мой язык мелькал, словно молния, лаская, наверное, каждую её клетку. Почувствовав, что её бёдра начинают дрожать, я усилил движения пальцев на её клиторе и ещё быстрее заработал языком. Она взвизгнула, сжав ногами мою руку, и начала валиться на бок, трясясь от мелкой дрожи. Я удерживал её, как мог, стараясь прижать к подлокотнику, но она всё равно медленно сползла на пол, продолжая биться в конвульсиях оргазма.

Я отступил назад, наблюдая за ней, свернувшейся на полу — в помятой блузке, с уже растрёпанными волосами, с красным лицом и задранной юбкой. Она ещё около минуты скулила, не поднимая головы, затем затихла, но так и не встала. Я присел рядом с ней, поглаживая одной ладонью её бедро, а второй взял её за подбородок, как она меня совсем недавно, и повернул её лицо к себе, заставив посмотреть мне в глаза. В её взгляде уже не было того холода, но похоть... Она только усилилась.

Эмма подняла дрожащую руку и медленно провела пальцами по моей щеке, на которой всё ещё блестели её соки. Затем слабо улыбнулась.