Утро. Солнце заглянуло в их спальню. Она проснулась в его руках.

Копро было, прежде всего, фантазией мужской, но фантазией скорее постсексуальной, то есть то, что должно быть скорее после оргазма. У женщин, хоть их огромная сила самоубеждения это отрицала и не давала признаваться даже самой себе, это было подсознательны верхом именно сексуальных фантазий.

В это прекрасное субботнее утро он лег на нее, ещё сонную, потягивающуюся. Он обожал ласкать ее грудь, а затем медленно спускаться по ней, пока ее дыхание не сбивалось окончательно и она не начинала рычать, стремительно перехватывая инициативу.

Теперь она взобралась сверху на него, приставив его член к своей пизденке и медленно сев. Этого момента она ждала всю неделю. Секс был, естественно, каждый вечер, но все согласятся, что аналога секса субботним утром нет и близко. Она чуть не кончила только от осознания его обнаженного члена внутри себя. Уткнувшись в него руками, она стала елозить на члене, все быстрее и быстрее, пока это не напоминало скачку. Наконец кончил он. Используя его сперму вместо смазки, она опустилась на его член своей задней дырочкой. Ей так захотелось кончить, занять обе свои дырки, если в задней был его член, то передняя лоханка, хоть и была заполнена спермой, тоже нуждалась в чем-то твердом.

Она достала из тумбочки у стола дилдо. Медленно облизнув его, она приставила его к своей сотрясаемой ударами груди, затем поводила вокруг половых губ и, с громким хлюпом, вставила в пизду.

Она развернулась спиной к нему, зная как его возбуждает ее невероятно аппетитная попка. Издав легкий и длинный стон, она приставила дилдо к своему анусу, который после нескольких лет игр напоминал скорее бездонное дупло, что ей безумно нравилось. Киской же она села на его член, продолжая прыгать на нем, пока он подмахивал и постоянно перенимал инициативу. Постепенно дилдо начал становится коричневым, образуя в дыре невероятно возбуждающий коктейль из спермы и дерьма. Оно было твердое, но постоянно размягчалось глубокими движениями искусственного члена. От такого вида его члена стал только крепче. Он шепнул:

— Давай на паркет.

Они переместились на паркет, он поставил ее раком и приставил член к ее задней дырке. Ее разъебанная многочисленными не самыми узкими самотыками дырка расширилась, нервно пропульсировав пару раз пока она тужилась, и выдала неплохую порцию говна. Он приставил свой член к ее дырке, не дав ничему упасть. Размесив говно на две части своим входящим членом, он снова вставил ей в жопу. Постепенно, смакуя каждый новый сантиметр. Но она не могла ждать, резко насадившись на него.

Словно сумасшедшая, она стала натирать свой испачканный ее мочой клитор, умоляя ебать ее глубже. Зачерпнув в ладонь, она перенесла говно на пиздень, стала его размазывать и жадно пропихивать внутрь.

Она поднялась с рук, прижавшись к нему спиной и стала размазывать остатки говна по своим блядским сиськам. Она резко развернулась, хорошенько размазав говно по его члену и насадилась горлом на него, продолжая одной рукой разминать одну из грязных сисек.

Он же, не растерявшись и немного потужившись, стал ссать ей в рот, прямо в желудок. Она глотала как могла, ведь сама мысль, что ее желудок был сейчас заполнен только его мочой, только ещё больше возбуждало ее, она сосала по максимуму, но моча вытекала с краев ее ебучих губ по ее телу.

Продолжая сосать она размазывала мочу по своему телу, создавая крайне липкую и жидкую смесь. И некую лужу под собой. Внезапно он развернул ее и насадил пиздой на свой хуй, с хлюпом выбив оттуда кучу дерьма, своим пахом ударив по ее ждущей жопе его шлюхи. Резко сделав пару фрикций, он натянул ее как можно больше и кончил в нее так обильно, что она даже подумала, что он снова стал мочится. И тут кончила уже она, и теперь уже у него проскользнула мысль, что мочится она.

Она упала на него, он сейчас тоже был не очень силен на ногах и медленно лег на пол, обнимая ее в своих руках, одновременно как свою самую грязную шлюху на свете и свое бесценное сокровище.