... Чарли не мог больше сдерживать себя. Он поднялся со своего коврика в прихожей и ринулся в глубь квартиры. "Нелли – вторая" недоуменно проводила его взглядом, но за ним не последовала... Дог задержался в большой комнате, словно раздумывая: " идти или идти? Нарушить ли правило безусловного подчинения приказам хозяев? Может растянутся на этом большом кожаном диване и ждать?"

Чарли толкнул мощными лапами полированную дверь, без приказа... Она распахнулась без скрипа, шаги глушил густой ворс ковра. Спальня была ярко освещена. "Чужак" голый сидел на краю разворошеной постели, расставив ноги и прикрыв глаза... А между этих ног ОНА ! На коленях... Тоже голая, прекрасная и обожаемая, покорная "этому". Шевелится внизу его живота ее светлая растрепанная головка.. . .

Чарли жалобно заскулил от обиды. Он присел, возбужденно шлепая прутом хвоста по ковру. Нелли выпустив член Павла изо рта, повернула голову, вздрогнула и метнула встревоженный взгляд на любовника, понимая угрожавшую ему опасность. Она корила себя, за то что не озаботилась закрыть дверь на защелку.

– Platz! – cкомандовала она. Собака не повиновалась и осталась сидет. Она повторила команду с гневными нотками голоса. Безрезультатно. Павел улыбнулся, произнес с иронией : – И это хваленая немецкая дрессировка ?! Он прикоснулся к ее голове, провел ладонью и запустил пальцы в светлые пряди. Ему хотелось скорее направить наливавшийся член в глубину женского рта. Дог зарычал оскалив белые клыки. В больших, слегка навыкате глазах, окаймленных ярко – красным овалом третьего века была лютая ненависть!

Нелли удивленно вскинула брови : – – Ты что не понимаешь? – – сказала тихо, переходя на шепот, – убе – ри ру – ки...

Снова обернулась к догу и промурлыкала : – Bleib ruhig... Ruhig... ( – все спокойно... , тихо... ).

Она правильно оценила ситуацию и приняла единственно правильное решение. Нелли отодвинулась от кровати и встала на четвереньки и призывно выпятила зад.

– Ficken!

Кобель запрыгнул на нее, обхватив передними лапами, стал двигаться... В глазах мужчины страх сменила растеренность, он был обескуражен разворачивающимся перед ним зрелищем... Чарли взвизгивая от удовольствия, вывалив розовый язык, наносил толчки, от которых тело женщины сотрясалось, колыхались отвисшие под собственной тяжестью груди... Ее голова свесилась, стоны переходили в вой от удовольствия... Павла душила ярость и сознание собственного бессилия. Его член опал и скукожился.

... Когда дог и женщина стояли в "замке", он вскочил с постели, собрал ворох одежды и опрометью выскочил из спальни... Одевался за "сорок пять секунд", как в армии.

Прихватив свою Нелли, выскочил из квартиры, хлопнув дверью...

Больше в "собачьей" компании он не появлялся.