Я приехал на работу. Но все мысли крутились исключительно вокруг вчерашней ситуации и утреннего диалога с женой. Что все это значит?

Мы с Настеной несколько раз использовали элементы ролевых игр в нашем сексе, но это были стандартные учитель-ученица, доставщик пиццы или медсестра. Но я отдавал себе отчет, что прошлые игры были изначально надуманными, в чем мы оба отдавали себе отчет.

То же что произошло вчера, однозначно не было похоже на игру в «персонажа» — мы были — самими собой. Хотя нет, я был и неким незнакомым мужиком, который трахал мою жену, и отчасти был самим собой, который это наблюдал. Но Настена оставалась Настеной и очевидно ловила кайф от происходящего.

Этот круговорот в голове сказался на качестве моей работы и мой непосредственный начальник Андрей Иванович поинтересовался — что это на меня нашло. Мне это было на руку, и я убедил его в том, что мне необходим отпуск. Он на удивление легко согласился отпустить меня на 15 рабочих дней, что с учетом выходных получалось в итоге — на три недели. Единственным его условием было, что отпуск мой должен был начаться через неделю, а за оставшиеся дни нам предстояло усиленно навалиться и завершить в основных чертах текущий проект.

По дороге домой я купил вискаря — надо было с одной стороны остудить голову, а с другой я надеялся чуть подпоить жену и продвинуться в исследовании ее сексуального подсознания. Теперь это было не просто интересно, теперь это было необходимо.

Не стану утомлять подробным рассказом всего вечера, а начну с того момента когда в бутылке уже убавилась половина и мы оба подошли к тому чтобы говорить откровенно.

— Настен, ты ведь понимаешь, что вчера разыграла измену?

— Нет дорогой, не я — а мы разыграли. Давай сразу договоримся — все, что будет говориться, а уж тем более, если вдруг что-то начнет происходить — ко всему этому мы оба будем причастны. Это может быть хорошо, может быть плохо, но мы будем оба в этом замешаны. Запомни, или прямо сейчас давай прекратим всякие разговоры и уж тем более действия.

Ничего себе, подумалось мне — видимо не только я провел нынешний день в раздумьях — по крайней мере, супруга озвучивала вполне сформировавшиеся мысли. Что ж, будь что будет, останавливаться сейчас было выше моих сил. Меня влекло в эту пугающую бездну фантазий.

— Значит, понять стопроцентно — был у тебя подобный секс или это твоя фантазия — я уже не смогу?

— Да. Уже не сможешь. Более того, теперь ты не сможешь спокойно отпускать меня с Аней без того, чтобы не предполагать, что на этот раз я возьму чужой член для начала в руки. Кажется, ты именно об этом вчера меня просил?

— Стоп — я не просил, я попенял, что ты динамишь несчастных мужчин видящих красивую женщину, ее грудь и даже киску. И значит ли это, что я тоже могу залезть в трусики другой женщине?

— Конечно. Мы на равных. А ты хочешь залезть в трусики Анюте?

Оба на... Неожиданный поворот. Я не спорю — Анька девушка сексуально привлекательная. bestweapon И если я не представлял, как я ее имею, то только потому, что она близкая подруга жены. А теперь получается, что...

— Ты же не хочешь сказать...

— Игорек, мы же договорились — сказанное слово теперь уже не воротить — я сказала именно то, что сказала. Я тебе скажу больше — я бы сама хотела попробовать залезть к ней в трусики. Я никогда не была с женщиной, но я думала об этом. Я видела Аньку голой, видела ее грудь, ее пизденку и скажу, что если начинать, то она очень бы даже подошла. И мне действительно было бы интересно увидеть твой член в ней. Я не знаю почему, наверное, потому, как и тебе было возбуждающе узнать, что меня может поиметь другой мужчина.

— Настен... Ты понимаешь, что чем дальше, то мы все глубже вязнем в опасной ситуации? Ведь выпустив этого джина, мы вряд ли его затолкаем обратно. Нам придется с этим жить и, судя по всему, идти все дальше и дальше.

— Да... мне самой страшно. Поэтому я прошу тебя — давай прекратим. Наверное, еще не поздно. Я не очень то хочу становиться шлюхой и блядью... А этот путь именно в эту сторону.

Я налил, и мы молча выпили. Я понимал, что сейчас мы оба решали, безусловно, один из самых главных вопросов в нашей совместной жизни. Ответ сулил в себе массу неожиданных открытий, которые могли оказаться невыносимо болезненными, но в то же время манили своей возбуждающей неизведанностью и притягательностью. Воистину — грех запретен и тем сладок, и потому мы оба с какой-то обреченностью смотрели друг на друга — не мы, а наши тела и чувства решили уже все за нас. Нам оставалось только не мешать и по возможности сдерживать ту стихию похоти, которая начинала пробуждаться здесь, сейчас в нас, в нашей квартире, в наших головах и телах.

Я положил руку на промежность жены — она была влажная и мягкая. Настенька возбудилась от самих только мыслей и потому ее руки также судорожно стали освобождать мой член от домашних шорт. Мне хотелось сначала насладиться запахом и вкусом, поэтому я перевернул супругу в позу 69 и приник к ее пизденке. Мой член в свою очередь утонул в ее рту.

Пока я лизал ее, мне в голову пришла удивительная мысль — ведь правду говорят, что каждый новый партнер в сексе меняет своего партнера, а это значит, что возможно, этот запах, этот вкус я ощущаю почти последний раз. То, что вскоре в эту мою — а мою ли теперь уже... — что в эту сладкую пещерку скоро будут входить чужие члены, я понимал. Вопрос лишь времени...

Неожиданно Настя прекратила ласки и вскочила, налила и свои «два пальца» выпила сразу.

— Так ты хочешь Аню? — спросила она.

— Я никогда об этом не думал, но если говорить в общем — она красивая сексуальная молодая женщина. Да я ее хочу.

Настя набрала телефон Ани, а меня отправила в магазин за виски.

Когда я вернулся, то увидел, что у нас в горстях сидела Аня и видимо ее сегодняшний кавалер из клуба. Оба были примерно в нашей кондиции опьянения, поэтому общение не было напряжным.

Все. Сейчас все начнется — холодок пробежал по моей спине — этот мужик вскоре будет ебать (будет-будет) мою жену. Это будет. Это произойдет. Его хуй будет у нее в рту и в ее пизденке. Так будет.

Честно — я мог думать только об этом. Я даже не мог перевернуть мысли в направлении, что я возможно отъебу Анечку. Мне не было пока до этого никакого дела. Я просто смотрел на руки Виктора (так звали Аниного кавалера) и представлял, как они гладят тело моей жены, я смотрел на его рот и представлял, как он целует Настену. Я сходил с ума от неизбежности. И эта неизбежность, сама еще не знающая о своем предназначении спокойно выпивала, курила, рассказывала анекдоты и тискала Аню.

Я не выдержал. Я позвал Настю на кухню.

— Я не могу. Я не могу представить тебя с ним. Или с другим. Неважно. Я не могу и не хочу тебя ни с кем делить. Все. Я боюсь.

— Спасибо, мой любимый. Ты сейчас меня спас. Я сама сидела и не хотела, но думала, что это необходимо...

Мы обнялись, и стали крепко целоваться. Потом Настена чуть отпрянула и выдохнула:

— Но с Аней мы сегодня оба переспим.