![]() |
![]() ![]() ![]() |
|
|
ИСТОРИЯ КЛОЧКО СВЕТЫ И ВАЛИ ВОЛКОВИЧ. ЧАСТЬ ВТОРАЯ Автор: pflybwbgjkysqgbgtw Дата: 24 мая 2024 По принуждению, А в попку лучше, Минет, Группа
![]() ВАЛЯ, ЕЁ ТРУДОВЫЕ БУДНИ И ЛИЧНАЯ ЖИЗНЬ — Ох, какая сосочка, как она сосет, - стонет мужчина, по члену которого скользят мои губы. Время от времени я вытаскиваю хуй изо рта, ласкаю язычком головку, а затем снова запускаю его стояк в рот, при этом уделяю внимания яйцам, почесываю их ноготками. Я стою раком на широкой кровати, эдаком траходроме, из одежды на мне лишь белые носочки, передо мной в положении полусидя, спиной опираясь на подушки, сидит мужчина лет сорока и стонет под напором моих губ и языка. Его рука в моих волосах, так он регулирует частоту движения моей головы на члене, глубину погружения стояка в мой рот. Сзади мою попку размашисто таранит второй мужик, он время от времени сильно шлепает меня по ягодицам и спрашивает: — Ну как, травится тебе, когда тебя в очко ебут? Отвечай, сучка! - и я ощущаю новый шлепок по моей многострадальной попке. — Ох, как нравится! - отвечаю я ему, выпустив член изо рта. - Давай резче, глубже! Протрахай меня в попку как следует! Шевелись, не филонь! Ох, как мне хорошо! Еще... Еще! Ох... Уф... Хорошо... Ах... Еще! — Вот жеж шлюшка! - хохочет мужчина, в очередной раз шлепает меня по заднице и до упора вводит член в мою попку. Я начинаю красиво стонать, охать, подмахивать, одновременно надрачивая член того, что сидит передо мной, а сама думаю об одном — когда же это всё, блядь, закончится, бедная моя задница, как же она у меня болит. — Хватит мне дрочить, пора сосать! - мне отдает команду любитель моего рта и я снова начинаю отсос. Я работаю на совесть, никакой халтуры быть не должно. Андрей, директор студии требует полной отдачи, под камерами я должна изображать удовольствие, страсть и похоть. И не только под камерами. И я трахаюсь со всеми, и с парнями и с девчонками, трахаюсь с таким видом, что мне все происходящее нравится, что я без ума от своих половых партнеров, хотя внутри я испытываю лишь отвращение и усталость. Отвращение к ним, отвращение к себе. И усталость от всего этого. Нет, сегодня съемки нет. В комнате сегодня нет оператора, осветителя, гримера, режиссера. Только я и два эти неприятных мне дядьки. Тогда что здесь происходит? А все просто. Андрей, директор студии, парень креативный. Фильмы, что он снимает, в открытом доступе отсутствуют. Нужно где-то там платно зарегистрироваться, затем подписчик получает доступ на сайт, где опять же за плату может смотреть контент. Но это еще не все. Желающие могут прислать свой сценарий и по этому сценарию снимут фильм. Причем автор сценария может провести кастинг и назначить актеров на роли. За плату конечно. А еще можно ненадолго купить внимание понравившейся девочки. Ну, или, мальчика. Оговорить дату и время, виды секса, внести плату. И развлекаться. Правда есть одно "но". Если эти мальчики и девочки согласны. Меня же это не касается, у меня просто нет выбора, я обязана выполнять все указания Андрея. Этим двоим я приглянулась и они меня сняли на два часа. Господи, что они только не делали со мной, что только не вытворяли. Все что видели в одном из фильмов с моим участием. Правда, не все у них получилось. Есть такая сцена, когда мужчина лежит на спине на траходроме, а актриса, широко раздвинув ноги, приседает на его члене спиной к нему. Это поза удобна для оператора, и на экране смотрится хорошо, все видно, вход во влагалище, клитор, половые губы, член, входящий в анал и выходящий из него. Однако трахаться в этой позиции без сноровки трудновато, это первое. И рассчитана эта поза на пару-тройку минут экранного времени, это второе. И не удобная она - это третье. Эти двое пытались попробовать сделать, как на видео, ну взгромоздилась я на одного, села на его хуй попкой, второй встал рядом и дал мне в рот. И ничего из этого не вышло. И двойное проникновение у них тоже не получилось, там тоже определенная сноровка нужна. Плюнули они на это и вот поэтому я стою раком, полирую натруженными губами один член, а второй член таранит мою многострадальную попку. Смазки бы немного добавить, но тут не съемка, ассистентов нет, да и обламывать клиентов "левыми" просьбами нельзя. Так-то смазка это "наше все", я уже полтора года трахаюсь на камеру и ложусь под тех, кто снял меня на время, и уже давно не испытываю возбуждения от секса. Поэтому я всегда сухая, как пустыня Сахара, поэтому лубрикант всегда при мне. Иногда мне кажется, что его запах пропитал меня насквозь, что он сочится из каждой поры на моей коже и этот запах ничем и никогда не смыть с меня. — Петрович, может быть поменяемся? - предлагает тот, что трахает меня в задницу. — А давай! - отвечает тот, которому я минетила, и я чувствую, как члены выходят из моей попки и рта. Мужчины меняются местами, в мою попку входит другой член, а мои губы обхватывают ствол, еще недавно бывший в моей заднице. Я начинаю ласкать его, глажу, чуть мну яички, почесываю их ноготками, щекочу кончиком языка головку, целую её, затем вновь забираю его в рот и мои губы скользят по стволу. В начале моей карьеры порно актрисы меня мутило, когда мне приходилось брать в рот член, незадолго до этого побывавший в заднице, своей, чужой, не важно, теперь мне все равно. Я привыкла. Я ко всему привыкла. Привыкла к тому, что стала вещью, послушной и бесчувственной куклой. Мне говорят "возьми в рот" и я беру. Мне говорят "встань раком" и я встаю. Мне говорят "лижи" и я лижу. Я без лишний эмоций, ласкаю зыком анусы, спокойно отсасываю члены, принимаю сперму в рот, на лицо, на грудь, вылизываю сперму из влагалищ, для меня не проблема анал - неприятно, больно, но терпимо. В комнате слышны стоны, бормотание, шлепки, чмоканье. Мня трахают еще минут пять, после чего мужчины ставят меня на пол на колени и с начинаю попеременно отсасывать у них. Это они тоже в фильме видели, чертовы извращенцы. Я сосу один член, другой надрачиваю, затем меняю их. — Я на подходе, - выдыхает один из них, чей член я обрабатываю ртом. - Как кончу - не глотай, покажи мне. Я продолжаю ласки, вижу, как тело мужчины напрягается, он охает и в мой рот льется сперма, настолько кислая, что скулы сводит. Семяизвержение прекращается, и выпускаю член изо рта и показываю мужчине полный рот спермы. — Глотай! - командует он мне и я проглатываю его кислятину, улыбаюсь, открываю рот, а затем, обольстительно глядя на него, снова обхватываю член губами, уделяя внимание головке. Надо дососать остатки, почистить его. Мужчина удовлетворенно кряхтит, довольно глядя на меня. — Я почти. В рот не бери, надрачивай, я хочу кончить на твою мордашку! - стонет тот, чей член находится в моей ласковой ручке. Я обхватываю хуй обеими руками, направляю на своё лицо и начинаю дрочить, глядя на этого изврата. Тот с улыбкой смотрит на меня, потом охает и сперма орошает мои губы, щеки, подбородок, часть её стекает с лица на мои груди. В глаза не попал, уже хорошо, они потом воспаляются, приходится капли капать. Он кончил, я обхватываю головку, обсасываю, чищу её. — Чудо, какая сосочка. Теперь пальчиками собери все и отправь в свой ротик! Я улыбаясь пальчиками собираю сперму со своего лица и отправляю в рот, проглатываю её и показываю пустой рот. У него тоже кислятина. Что они там ели и пили перед тем, как отодрать меня? — Класс! Ну как, детка, тебе понравилось? — Еще как, вы такие славные мальчики, такие сексуальные, неутомимые, я постоянно кончала под вашими хуями - мурлычу я в ответ, хотя мне хочется пойти и проблеваться. Неужели они верят в то, что я получила удовольствие от всего этого? Я уже начинаю верить, что женщина в принципе не может получить удовольствие от секса. — Свободна, детка. Ты отработала на все сто. Иди в душ. Я поднимаюсь с колен и иду в душевую, встаю под упругие струи воды. Сперма на удивление быстро засыхает, с тела её легко удалить мочалкой, но вот лицо ею тереть не хочется. Я наслаждаюсь водой, затем внезапно чувствую тошноту и меня рвет спермой. Я отплевываюсь, прополаскиваю рот и продолжаю плескаться. На сегодня еще один любитель актрис из фильмов для взрослых. Он уже бывал у меня, с ним будет легче. Ему под шестьдесят, хуй у него толком не стоит, в прошлый раз все ограничилось минетом. Может быть и в этот раз все пройдет быстро. Вот только он полный, сильно потеет и не смотря на то, что перед отсосом он принял душ, через пару минут от его мошонки несло козлом. Да так, что я еще еле сдерживала тошноту. Терпи Валя, терпи. Больше ничего не остается, выбора у тебя нет. Вернее есть, но... Лучше уж так, чем когда я и родители на зоне, а брат в детском доме. Пора. Он уже должен подойти. Я насухо вытираюсь, Я облачаюсь в кружевное бельишко, наношу яркий макияж, натягиваю на губы обольстительную улыбку и выхожу в комнату. ХХХ — Ох, Сонечка, как мне хорошо. Какая ты искусница. Мне еще никто не делал так хорошо. Жена и та ни разу в рот не брала, - стонет этот боров, что развалился в кресле передо мной. Я устроилась внизу, расположилась между его ног и пытаюсь выжать из него оргазм. Получается плохо, его хуй я смогла более-менее поднять, но вот заставить его кончить никак не получается. Мои губы скользят по его вялому члену, время от времени я, невзирая на противный запах, язычком ласкаю его яйца, почесываю их ноготками, слегка мну их. Сонечка... Это мой псевдоним, хоть на это я имею право. Право не сниматься под своим именем... — Давай, Сонечка, давай, постарайся, еще чуть-чуть, - стонет он. И я стараюсь, глядя снизу вверх ха этого отвратительного дядьку. Два подбородка, здоровенное, дряблое пузо, что мешает мне работать, редкие волосенки на голове и густые заросли на груди, поросячьи глазки, дурной запах изо рта, побитые грибком ногти на руках и на ногах. — Ох, какая ты мастерица, Сонечка! Не останавливайся! - охает боров. Я активно работаю головой, сдавливаю, обсасываю головку, пальчиками ласкаю его яйца и наконец боров, застонав, кончает мне в рот. Сперма противная, приторная на вкус, я борясь с тошнотой проглатываю семя, продолжая ласкать член. Боров стонет, ахает, охает, ухает, бормочет мне что-то ласковое. Я вынимаю хуй изо рта, целую кончик, ласкаю головку язычком. — Ну как, Борис Сергеевич, вам понравилось? - с ласковой улыбкой, осведомляюсь я, лаская его отросток ладошкой. — Ты просто чудо, Сонечка, - довольно улыбаясь, отвечает боров. - А тебе понравилось? — Очень, - вру я ему в глаза, очаровательно улыбаясь. - Я даже пару раз кончила, пока отсасывала вам. — Ну иди ко мне, - он сажает меня к себе на колени и лезет целоваться. Блядь, да я лучше еще раз ему отсосу, чем он будет дышать мне тухлятиной в лицо. Он мнет мои груди, теребит соски, гладит по спине, запускает свою лапу между ног. Меня начинает тошнить от вони из его рта, не сблевать бы его же спермой на него. — Мокренькая, возбудилась, хочешь меня... Ложись, маленькая моя, я тоже доставлю тебе удовольствие, отлижу тебе как следует. Хочу тебя? Ага, хочу, как собака хочет палку. Мокренькая? Да там столько лубриканта... Я ложусь на спину, раздвигаю ноги и готовлюсь "волшебному" куннилингусу. Ну, это он так считает, что тот будет волшебным. А для меня это, как поход к гинекологу. Копошится кто-то у меня между ног. Какое тут удовольствие? Боров приникает своими сальными губами к моей промежности и начинает работать языком. Я изображаю страсть, ахаю, охаю, но мысли мои далеко. Скоро день рождения у мамы, с подарком я определилась, на днях надо будет зайти, купить. Благо с деньгами особых проблем нет, платят мне хорошо. Боров продолжает свои "ласки", я время от времени сжимаю его голову бёдрами, изображая особо сильные приступы "удовольствия". Боров пальцами-сосисками мнет мои груди, покручивает соски. Наконец я решаю, что хватит изображать из себя нимфоманку, делаю вид, что бурно кончаю, выгибаюсь дугой на кровати и бессильной валюсь на простынь. — Сладкая моя девочка, - продолжает ласкать меня, целует внутреннюю сторону бедра. — Ох, как же хорошо с вами, Борис Сергеевич, - мурлычу я ему, внутренне содрогаясь от отвращения, уж слишком он отвратный тип — И мне с тобой Сонечка очень хорошо... Не то, что. с моей грымзой женой. Жаль, что мне пора идти. — И мне жаль, - вру я ему, вскакиваю с кровати и иду в душевую. На сегодня все. Дней пять будут свободными, можно будет отдохнуть. Стоя под упругими струями, смывающими с меня скверну, я прикидываю, как провести это время. Фитнес, само собой, мне надо следить за фигурой, СПА процедуры, депиляция интимных мест, нужно прогуляться по магазинам. Купить подарок маме. Прикупить еды на неделю. Я неторопливо вытираюсь полотенцем, сую ноги в резиновые шлепки и иду в комнату. Там Андрей, он уткнулся в телефон, я прохожу мимо него ничуть не стесняясь своей наготы. А чего мне стесняться? Он меня обнаженную во всех позах видел, видел как меня трахают и в одиночку и вдвоем и втроем и вчетвером. Как-то раз меня драли пятеро. Ну, двойное проникновение, один давал в рот, а двоим я дрочила. Чего уж тут стесняться? От стыдливости меня быстро избавили. Это поначалу я зажималась перед камерой, все эти люди кругом, режиссер, оператор, осветитель, гример. Яркий свет хлещет по моему обнаженному телу, и я в объективе, как в прицеле. Режиссер дает команды: "ногу туда", "руку сюда", "бери в рот", "сядь на него сверху". Первые несколько съемок все это было для меня дико, но потом я постепенно привыкла. Человек такая тварь, что привыкает практически ко всему. Я неторопливо одеваюсь. Простенькое нижнее белье, майка, зеленые мешковатые штаны с обилием карманов, куртка. Кроссовки. Небольшой рюкзак. И никакой косметики. Я избегаю внимания мужчин, я не хочу, что бы они обращали на меня внимание, не хочу быть обаятельной и привлекательной в их глазах. Для меня все это давно не интересно. Хочу быть незаметной для всех, и в первую очередь для мужиков. — Валя... — Да, Андрей. — Хорошая работа. — Я старалась. — Клиентура довольна. Особенно дядя Боря. Обещал еще раз заглянуть. Мама дорогая... Ипать-колотить. Вот только не это. Господи, только не он, пожалуйста, только не он. Блядь, да меня трясет от отвращения к нему, я боюсь не сдержаться и вцепиться ногтями в его сальную рожу, выцарапать его поросячьи глазки... Жирное потное тело, вонь изо рта, ногти эти... Блядь, да к нему просто прикасаться противно, а мне приходится минетить его полудохлый член. — И... Когда? - затаив дыхание спрашиваю я. — Успокойся, - Андрей поднимает глаза на меня, - через пару месяцев, не раньше. Я с облегчением выдыхаю. Пара месяцев - уйма времени, за это время я немного отдохну от "дяди Бори". А там, глядишь, боров "коньки отбросит", может быть мне повезет. — Кстати, через две недели начинаем снимать "золушку", - сообщает мне Андрей. Как по мне, так эта новость так себе. Какой-то эстет и большой оригинал прислал нам сценарий порно пародии на эту сказку, распределил роли, заплатил не хилый аванс. Все серьёзно, уже шьют костюмы, собираются снять особняк для съемок. Проблема в том, что в главной роли я, а это значит, что меня будут драть во все дыры "отец", "сводный брат", оба "принца", да по сценарию их двое, и "король". Кроме того, в постели со мной будут кувыркаться "мачеха" и "сводная сестра". Короче, предстоит море работы. Правда, заплатят хорошо. Валентина на съемках. Я не прощаясь вышла из комнаты, прошла по коридору, проскользнула мимо охраны, вышла на лестницу, спустилась вниз и вышла на улицу. Вечерело. Я не спеша шла домой, впереди свободный вечер, отмокну в ванной, приготовлю легкий ужин, посмотрю кино. Триллер. Или боевик. Все эти романтические фильмы про любовь-морковь - на свалку. Не хочу. Будет у меня спокойный вечер. Впрочем, как и всегда. Я живу замкнуто, это защитная реакция моей психики, так мне объяснил "мозгоправ", к которому я ходила. Нет, я не рассказала ему все, так в общих чертах. Просто рассказала о том, что вынуждена торговать собой, сниматься в порно. Он и дал мне ответ. Я оборвала все свои старые связи, сменила жилье, удалилась изо всех социальных сетей, поменяла номер сотового. Контакты у меня только с родителями, и то, по большей частью это телефонные звонки. Я все время опасаюсь, что то, чем я занимаюсь станет известно моим знакомым, друзьям. Я опасаюсь того, что они на меня будут смотреть с презрением, разговаривать с усмешками, а парни к тому же будут бросать на меня сальные взгляды. Еще под. и юбку полезут... И пусть, если все же узнают, то меня не будет рядом с ними. Пусть все будет, как в том анекдоте: - Вы знаете, когда Вас нет, они о Вас такое говорят... - Передайте им, что когда меня нет, они могут даже меня бить.
Вот черт... Опять он. Призрак из моей прошлой жизни. Единственный, кроме родителей, с кем я контачу. Шеф повар стриптиз клуба "Нирвана" по совместительству сын достойных родителей Дима. Который, с его слов, влюблен в меня. Когда работала в клубе он постоянно подкатывал ко мне, но тогда я не считала его выгодной партией. А сейчас... Сейчас мне ничего не нужно. Не хочу я ничего, не нужно мне от него мужского внимания, не нужно мне ухаживаний, не нужно мне цветов, подарков, походов в кино и прочей романтической хрени. Почему? Потому, что рано или поздно Дима вполне обоснованно потащит меня в койку. А я этого не хочу категорически. Нет, можно было бы с ним разок переспать, чтобы он отстал, мужиком больше, мужиком меньше, с меня не убудет. Только ведь он не отстанет, подумает, что покорил меня, начнет окучивать на предмет серьезных отношений... А зачем они мне, эти отношения? Мне на работе приходится постоянно играть, бутафорить, так и дома мне придется притворяться? Делать вид, что мне все нравится, что я без ума от секса с Димой, что мне приятны его прикосновения, его дотрагивания? Нет. Не надо мне такого счастья, проживу без него. И вообще! Знал бы ты Дима, чем я только что занималась... Бежал бы от меня, как от огня. — Дима... Ты зачем здесь?- задаю я глупый вопрос, ясно же зачем от тут торчит. С букетом в руках. — Я... Вот, проводить тебя хочу. Прогуляться с тобой. Вот, это тебе, - и он протягивает мне букет роз. Я беру розы, вдыхаю их аромат. Красивые цветы. Мы идем по дорожке небольшого парка, из нас получается странная пара. Я во всем мешковатом, защитного цвета, на ногах кроссовки, он начищенных туфлях, в костюме, при галстуке, в пальто. Полные противоположности. Мы идем, он время от времени пытается взять меня за руку, но я мягко пресекаю эти поползновения. Дима, собравшись духом, предлагает: — Валя, а давай завтра сходим в кино? Если ты свободна, конечно... — Какой-нибудь боевик, где гора трупов и один супер герой, ветеран Первой и Второй Пунических войн побеждает целые полчища врагов и спасает свою девушку из лап главаря банды? Димка улыбнулся. Красивая у него улыбка, добрая, открытая. Так, Валя, соберись, ты не о том думаешь. — Нет, можно сходить на слезливую мелодраму, где они сначала закрутят любовь, потом поругаются вусмерть, а затем герой будет половину фильма бегать, вымаливая прощение у героини. А в конце они поженятся и все такое. Свадьба там, медовый месяц и прочее. — Дима... Я... - он хороший парень, мне не хочется его огорчать, но... лучше не надо все это продолжать. — Ну как? Идем? — Извини, Дима, завтра у меня дела. И не надо меня дальше провожать, дальше я сама. Я оставляю его за спиной и иду по аллее. Я не хочу, чтобы он знал, где я живу. Интересно, откуда он знает про место, где я работаю? Ведь получается, что он время от времени караулит меня. Нет, всю эту "романтику" надо заканчивать. К добру это не приведет. Что я ему могу дать? Ничегошеньки. Может сказать Диме, что я занята? Попросить одного из партнеров по съемкам представится ему моим парнем? Нет, там парни ненадежные. Придется ему все объяснять, а он тогда может начать меня шантажировать тем, что расскажет все Димке. Это не выход. Мне надо придумать что-то другое и это нужно сделать как можно быстрее. ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ - ГРУСТНЫЙ ПРАЗДНИК Сегодня светлый день в моей жизни. Их не так много, таких дней. День рождения мамы. Утром я проснулась с отличным настроением, приняла душ, позавтракала, долго и придирчиво выбирала платье, нанесла легкий макияж, проверила упаковку с подарком, накинула плащ, обулась в туфельки. Туфельки специально куплены для этого выхода, позавчера я обнаружила, что кроме кроссовок мне сунуть ноги не во что. Я беру такси, родители живут загородом в небольшом коттедже, трафик на дороге небольшой, десять минут и я на месте. Расплачиваюсь с водителем, выскакиваю из машины, иду к дому, открываю калитку, прохожу по дорожке поднимаюсь по ступенькам к крыльцу открываю дверь и вхожу в дом. И меня охватывает неясная тревога. В доме было тихо и это было неправильно. У мамы сегодня юбилей, в доме должна быть масса гостей, играть музыка, должны быть слышны разговоры гостей. И вместо этого тишина. Картины одна страшнее другой проносятся перед моими глазами. Я прохожу через прихожую и устремляюсь в зал, где должно проходить празднование. Там только мама и папа, гостей нет. И праздничного стола нет. Мама сгорбившись сидит на диванчике, глаза красные от слез, в руках у ней платочек, которыми она время от времени вытирает глаза. Папа сидит в кресле. Внешне он спокоен, но я-то его прекрасно знаю. Он крепко зол, это очевидно. — А, вот и любимая доченька пришла, - притворно ласково говорит он увидев меня, поднимается с кресла и идет ко мне. Мама вообще не реагирует на мой появление. — Мама, папа, что-то случилось? - спрашиваю я и чувствую, как все сжимается внутри. — Что случилось? Да ничего особенного, - отец подходит ко мне в плотную, берет из рук мамин подарок и безцеремонно рвет праздничную обертку. Достает из коробки мой подарок, изящную вазу из фарфора, маме нравятся такие вещи, взвешивает её в руке и... Размахнувшись бьёт ею об пол. Ваза разлетается на мелкие осколки и я чувствую, как у меня внутри все обрывается. — Папа, что... — Что происходит дочурка? Валюша скажи, на этот подарок любимой маме ты своей пиздой и жопой заработала? Я чувствую как кровь бросается мне в лицо, мне хочется что-то сказать, но не получается, спазм перехватывает мое горло. Я с ужасом смотрю на осколки и понимаю, что это не просто осколки вазы, это осколки моей жизни. — Чего молчишь, шлюха?! А? Я тут вчера узнал, чем ты на жизнь зарабатываешь. Фильму с твоим участием посмотрел. Заплатить, правда пришлось, но оно того стоило. Сначала один глядел, потом вместе с матерью. Хороший ты ей подарочек на день рождения преподнесла. Ты чего молчишь, дрянь? — Папа... - я наконец-то справилась со спазмом и смогла заговорить, - папа я... Пощечина обжигает мой лицо. Я в шоке. Отец никогда пальцем не прикасался ко мне. Меня родители вообще никогда не били. Максимум, в качестве наказания, могли поставить в угол, ограничить сладкое, просмотр мультиков. А тут такое... — Заткнись, шлюха. Ты не наша дочь, наша дочь не может быть проституткой. Убирайся вон из нашего дома. И к Артему не смей подходить, а то еще заразишь его гепатитом или сифилисом. Ослушаешься - изувечу! Вон! Я медленно поворачиваюсь и как механическая кукла, дерганными движениями выхожу из дома, иду по дорожке к калитке, выхожу на улицу и сажусь на скамейку. Случилось самое страшное. О том, чем я занимаюсь узнали не бывши коллеги, не знакомые, не бывшие друзья. Узнали родители. Это катастрофа. Катастрофа для них. Катастрофа для меня. Самые близкие люди отказались от меня. А я для них теперь продажная девка. Не гордость семьи, а блядь и шлюха. Отец никогда меня не простит, воспитание у него не то. Мама... А мама верная жена своего мужа. Она может быть и простила... Вот только отец единолично принимает все самые важные решения, как и положено в нормальной семье. С его точки зрения нормальной. Они никогда не примут. Никогда не простят. Сколько времени я так просидела на скамейке, не помню. Очнулась, с недоумением посмотрела на телефон в своей руке, набрала номер, вызвала такси. — Валька! - услышала я детский голосок. — Артем.... Брат подбежал ко мне и обнял. Я прижалась к нему, как в последний раз. Хотя, почему как? Это и впрямь последний раз. Больше я брата не увижу. Меня выбросили из его жизни. — Валька, вчера ужас, что творилось. Папка орал как сумасшедший, мама плакала. Она обзвонила всех гостей, отменила праздник. Валька, ты знаешь, что случилось? — Артем, - я еле сдерживаюсь, чтобы не заплакать. - Артем, мне придется уехать далеко и надолго. Ты уже взрослый, тебе семь лет. Пообещай мне, что будешь слушаться маму и папу, хорошо учится, помогать им. — Валька, - Артем смотрит на меня своими глазищами, - а ты будешь нам звонить? — Буду. Беги к маме. Брат убегает. Я смотрю ему в след и сердце щемит от тоски. Подъезжает такси я сажусь в машину и называю адрес. Я еду домой и ощущаю странное спокойствие. Так наверное чувствуют те, кому после долгих анализов, обследований объявили о смертельном диагнозе. Все тревоги и волнения остались позади. Впереди полная ясность. Уже дома я пытаюсь набрать телефоны брата, матери и отца. Бесполезно, я в черном списке. Я удаляю из телефонной книжки ставшие ненужными номера, и замечаю, что осталось лишь два номера. Это телефонный номер режиссера порностудии и врача-венеролога, у которого я прохожу регулярные обследования. И больше никого. Отец часто говорил мне о том, что по человеку судят по окружающим его людям. И кто же теперь рядом со мной? В этот момент телефон оживает. Это Андрей. — Завтра съемка. Сценарий я тебе скинул. Будь готова к десяти. — Хорошо. Я читаю сценарий. Ничего особенного. Студентка завалила экзамен и пришла на "переэкзаменовку". "Принимать экзамен" будут трое преподов - двое мужиков и одна дама. Будут анал, минет, куннилингус. Придется отсасывать члены возрастных мужиков, принимать их в нижние дырки, лизать потрепанную манду бабы, которой полтинник. Ладно. Сегодня легкий ужин, завтра легкий завтрак, пара клизм. Надо ложиться спать, завтра будет трудный день. Жизнь, какая она ни есть, продолжается. Это даже хорошо, что впереди много работы, будет чем занять себя. Иначе - хоть в петлю лезь. Продолжение следует. P.S. Прошу пощения у читателей, что затянул со второй частью. Причины объективные, долго время не было доступа к ПК. 24951 19 26295 117 6 Оцените этот рассказ:
|
Проститутки Иркутска |
© 1997 - 2024 bestweapon.in
|
![]() ![]() |