Глава 27

Саманта приоткрыла затуманенный глаз и решила, что проснулась. Это была чудесная вечеринка в честь дня рождения, и она была уверена, что ни одна -летняя девочка с Земли никогда не сможет испытать ничего подобного. Она и Каррутерс выходили на сцену ещё два раза, а за ними следовал целый поток людей, поздравляющих её. После шоу, которое устроили она и офицер по логистике базы, на танцполе завязались другие импровизированные пары, в том числе ее собственные родители (а за ними — тетя и отец).

Она открыла второй глаз и обнаружила, что смотрит на раскинувшуюся фигуру своей наложницы Викки. Британская ветеринарша была так же обнажена, как и Саманта - конечно, поняла Саманта: она приказала своей наложнице раздеться и еще не отменила этот приказ. Темноволосая женщина крепко спала и, очевидно, тоже не осталась в стороне: из ее раскрытой вагины сочилась характерная жидкость.

Прокручивая в уме сцену прошлой ночи, она с досадой поняла, что так и не узнала имя Каррутерс.

— Субдекурион Редберн, - неожиданно прошептала женским голосом ИИ базового борделя, - у вас посетители.

— О? Где?

— На кровати слева от вас.

Она отвернулась от Викки и в полном изумлении уставилась на три пары серьезных глаз, принадлежащих трем девочкам, лежавшим на животе на кровати рядом с ней. - Ты же просила меня привести девочек на завтрак, - напомнила Диана Дешен страдающей от похмелья чиновнице, указав на дочь Викки - Микки и племянницу Элли. Обе девочки Арбунот были одеты в белые детские сорочки, спускавшиеся до середины колен; Диана была одета в ту же одежду, что всегда носила ее мать.

Несмотря на то, что было уже почти девять утра, вечеринка на самом деле все еще продолжалась – Саманта слышала, как музыка доносится по лестнице, когда она спускалась вниз, чтобы осмотреть помещение. Может, и был ее день рождения, но «Салон красоты» по-прежнему оставался в ее ведении, да и к тому же это была ее вечеринка по случаю дня рождения. Она оставила двух девочек, чтобы те разбудили их мать.

У подножия лифта, ведущего из зала для вечеринок, она столкнулась с полковником Дешеном и Пенни, поднимавшимися наверх. Пенни, казалось, торопилась и прикрывала одной рукой промежность.

— Надо в туалет! - прозвучало спешное объяснение от пожилой женщины. Она не остановилась, запрыгнув в лифт, но Майкл замер.

— Это же не просто моча, правда? - спросила Саманта, заметив ухмылку на лице Майкла.

Он радостно покачал головой. - Как и ты, Пенни должна подавать наложницам хороший пример, показывая, что секс может доставлять удовольствие. Пока что вы обе отлично справляетесь. К тому же Диане уже давно пора завести младшего братика или сестричку, так что мы как раз над этим и работали.

— По крайней мере, Диана не может увидеть меня такой. Это было бы просто слишком постыдно! - крикнула Пенни, прижимая ладонь к промежности, чтобы удержать сперму. Саманта с беспокойством посмотрела на своего босса.

— Ой-ой, - тихо сказала Саманта, а Майкл мгновенно осознал ситуацию. - Четыре, три, два...

... - один, - поморщилась она.

Пенни, очевидно, слишком сильно хотела в туалет, так как не спускалась. Майкл тихо смеялся над затруднительным положением своей наложницы, и его плечи дрожали. Вместе эти два офицера Конфедерации поднялись на лифте на этаж спальных комнат борделя, чтобы хоть как-то утешить Пенни.

Пенни, однако, в тот момент не хотела утешения. Ей хотелось уединения... а в этой комнате она его не получила бы. Майкл увидел, что она сидит на одном из туалетов, выстроенных в ряд вдоль стены, отделявшей душевые от огромной спальни. Туалет, на котором она сидела, подчинился постоянным инструкциям и стал абсолютно прозрачным, как стекло. Она делала вращающийся жест пальцем и говорила:

— Диана, дорогая, не могла бы ты на секунду повернуться?

Диана недоуменно пожала плечами, хотя прекрасно понимала, что переживает мать - но соблазн подразнить ее был слишком силен. - Зачем? Там нет ничего, чего я бы раньше не видела. - В ее взгляде читалась чистейшая невинность.

Майкл не переставал ухмыляться. Когда Саманта прошептала:

— Напомни мне, чтобы я никогда не играла в покер с твоей дочерью, - он чуть не расхохотался.

Внизу, в столовой, две дочери Шелли Сатурн - 12-летняя Мелисса и 10-летняя Мэйси - во всю глотку пели в караоке. Песня, которую они выбрали - довольно откровенный трек группы Nickelback - явно была адресована их удивленной, но при этом смущённой матери, сидевшей за столиком рядом со сценой с указанием своего спонсора никуда не сдвигаться с места:

— Мне нравится то, что ты хочешь надеть,

— Интересно, что там под этим,

— Интересно, будет ли это когда-нибудь

— У меня под языком.

Шелли прекрасно понимала, что, скорее всего, «то, что там под одеждой», окажется у них под языком, как только каждой из них исполнится. ..надцать. Ее спонсор явно был удивлен этой мыслью - как и она сама, хотя она не осмеливалась этого показать - и он уже дал ей понять, что, когда каждая из девочек достигнет нежного возраста, от Шелли ожидается, что она научит своих дочерей прелестям лесбийской любви.

В этот момент в комнату ворвалась Саманта, произведя впечатление, сравнимое с ураганом: обнаженная, счастливая, только что лишенная девственности и недавно получившая повышение. ..летняя стихия обычно так и действовала. Ее мать и тетя растянулись на скамейке в U-образной кабине, отсыпаясь после плотских утех своего покровителя - ее отца. Саманта тихо посоветовалась с отцом и лейтенантом Уильямом Баркером, после чего оба мужчины подошли, подняли двух беременных наложниц на руки, как будто это были малышки, и отнесли их в банкетный зал на верхнем этаже, чтобы они немного поспали.

Все еще ощущая последствия недосыпа, Саманта плюхнулась рядом с одетой в рабочую одежду межзвездной певицей и громко зевнула. Едва она успела устроиться в кресле с высокой спинкой и без подлокотников, как к ней подошла официантка-наложница, одетая в скандально откровенную версию наряда официантки 1930-х годов с короткой стрижкой темных волос, соответствующей той эпохе, с кофейным сервизом, копирующим стиль фон Нессена.

Девушки закончили свою непристойную песню и подошли, чтобы крепко обнять свою мать. - Я рада, что они не знают смысла песни, которую пели, - доверительно сказала Шелли Саманте.

— Да. Верно. - Саманта избегала смотреть Шелли в глаза. Она прекрасно понимала, как матерям нравится думать, что их дочери все еще невинны - невинность, с которой сталкивались крайне редко даже до социальных перемен, произошедших в эпоху Роя.

Шелли приподняла бровь, когда её младшая дочь хихикнула. - Я чувствую скептицизм.

Саманта лишь улыбнулась старшей женщине. Затем, поднеся чашку на полпути между столом и губами, она замерла, а на её лице появилось отрешённое выражение. Она принимала субвокальное сообщение.

Она отряхнулась от этого взгляда и извинилась перед своей собеседницей. - Извините за это - долг зовет. Секундочку, мне нужно поговорить.

— Все в порядке, моя дорогая, - успокоила Шелли. - Я понимаю - жаль только, что это произошло в твой день рождения.

— Это военный трибунал? - спрашивала Саманта полковника Дешена.

— А что означает эта песня? - спросила Шелли у Мэйси.

— Нет, это называется Следственной комиссией. Они не считают, что мы сделали что-то, что подвергло бы нас военному суду, по крайней мере пока, но они считают, что из этого можно извлечь уроки, - прозвучал голос полковника в ухе Суб-Декуриона. - Сегодня можешь оставаться в костюме Адама, - усмехнулся он, - они прибудут только через неделю.

— Это про секс, - ответила Мэйси, уверенная в своей интерпретации текста, к большому огорчению матери. - Ну, знаешь, про то, как зачать ребенка.

— Я бы, однако, посоветовал тебе ознакомиться с отчетами о боевых действиях и, возможно, вникнуть в мои и адмирала, - серьезно добавил полковник.

К еще большему смущению матери Мелисса продолжила:

— Да, то, что мы наблюдаем, как ты и Фрэнк делаете каждую ночь с тех пор, как он тебя забрал. - Капрал Фрэнк Эванс был их спонсором - и, если его развитие будет продолжаться в том же духе, то он скоро станет офицером десанта Конфедерации.

Саманта попросила ИИ предоставить ей упомянутые отчеты о действиях и назначить время для их просмотра, а затем снова обратила внимание на звездную певицу, сидящую за соседним столом.

— Сэм, я просто еще НЕ привыкла к жизни в колонии, - стонала Шелли.

— А? - спросила Саманта, озадаченная тем, что её разговор совершенно не соотносился с тем, о чём говорила Шелли. ИИ пришлось вкратце объяснить ей ситуацию, используя субвокальную связь. Саманта поняла, что эта связь просто неоценима. - Послушай, на Земле, даже когда я уезжала оттуда около шести месяцев назад, беременность. ..тилетних девочек по-прежнему считалась поводом для скандала и позора для их семей. Здесь же от. ..тилетних, будь то наложницы или спонсоры, ожидают, что они забеременеют, желательно скорее, чем позже, и поэтому от них ожидают не только секса, но и удовольствия от него. Нам нужно много маленьких пехотинцев и моряков, чтобы отразить Рой, и мы не получим их достаточно быстро, если заставим подростков ждать около шести лет после наступления половой зрелости, чтобы размножаться. А это значит, что когда им исполняется. .., от них ожидают, что они знают, в чем суть секса. А это значит, что им нужно узнать, в чем суть, до того, как им исполнится. ..

Шелли бросила на нее отчаянный взгляд, но Саманта только вздохнула. - А это значит, что тебе нужно дать им правильное половое воспитание задолго до этого дня рождения и показать им правильное отношение, чтобы они поняли, что это нормально и что мама рада и поддерживает их - даже если маме придется притворяться. - Она утешительно взяла Шелли за руку, и в ее глазах читалось сочувствие. - Итак, где ты будешь примерно через полтора года, когда Мел исполнится . .? Будешь притворяться, что ей все еще нужно дождаться. ..тилетия, или будешь держать ее за руку, пока она катается на милом морском пехотинце?

В этот момент поступил очередной рабочий звонок, и Саманта была вынуждена скрыться в своем кабинете. Она оставила после себя очень задумчивую мать.

В то же время, пока Саманта занималась очередным конфликтом между спонсором и наложницей, адмирал Винсент Ван Де Грааф в своей каюте на базе Скотт изучал отчет о боевых действиях в битве за Гесперусат.

Каюта адмирала изначально была просто еще одним модулем, но, как и любой другой спонсор, он наложил на все свой личный отпечаток. В отличие от своего коллеги из морской пехоты, его вкусы склонялись не столько к ар-деко, сколько к эдвардианскому стилю - и этот вкус отражался в декоре и архитектуре не только его каюты, но и самой базы Скотт. Коридоры были заполнены рифлеными колоннами, верхушки которых были украшены гипсовыми лозами и виноградом. Здания базы, расположенные аналогично тем, что в лагере Шеклтон, были оформлены в стиле, который не выглядел бы неуместным для воинов Первой Великой войны, включая колонны в георгианском стиле и окна «восемь на восемь», которые действительно открывались. Вход в штаб-квартиру базы - по бокам украшали львы, дизайн которых был взят прямо из Центральной библиотеки Нью-Йорка. Если бы Эркюль Пуаро выглядел так, будто он принадлежит улицам лагеря Шеклтон, то Шерлок Холмс чувствовал бы себя как дома на базе Скотт. Даже высокие технологии были искусно замаскированы, чтобы выглядеть так, будто они вписываются в эпоху эдвардианцев, придавая базе тонкий эффект стимпанка.

Его помощница, 31-летняя голландка по имени Кэтлин, блондинка и мать троих детей, вошла в комнату, защитно прикрывая живот, уже достигший последних сроков беременности. Когда Винсент выбрал её и ещё троих в том кафе в Бреде, Кэтлин была полноватой и не в лучшей физической форме, но благодаря волшебству медицинских препаратов теперь она напоминала 23-летнюю кокетку. Винсент не сильно изменил ее по сравнению с тем, какой она была в том возрасте, за исключением беременности, сейчас уже на восьмом месяце. Она направилась прямо к диванчику напротив его стола и с большим трудом устроилась на нем.

— Эта штука, - объявила она, указывая на свой выпуклый живот и надув губы, - должна выйти. Сейчас же.

Винсент ласково улыбнулся и подошел, чтобы сесть рядом со своей любимой наложницей. - Еще не время. К тому же, мне нравится, как прекрасно ты выглядишь сейчас, когда жизнь внутри тебя дополняет твою естественную красоту. У тебя есть это... сияние.

— Лестью ты добьешься всего, - сухо ответила Кэтлин, - но я все равно выгляжу и чувствую себя толстой и уродливой.

— Ты не толстая. Ты даже не пухлая. - Он пощекотал ее, заставив плод внутри нее пинаться.

— Перестань, - хихикнула Кэтлин. Она немного успокоилась, и ее глаза наполнились любовью. - Ты злой. Если бы ты действительно так думал, ты бы трахал меня, пока у меня глаза не закатились.

— Похоже, это как раз то, что нужно и мне. - Винсент, чья обычная сила до экстракции была усилена благодаря модификациям его тела, с легкостью поднял миниатюрную женщину и отнес её в свою спальню. Вскоре её хихиканье сменилось криками страсти.

Крики, которые встретили Саманту, когда она вошла в свой кабинет, были не криками страсти, а криками горя - и страха, и боли. Наложница была высокой, гибкой и северной внешности, с длинными светлыми волосами до пояса, одетой в стандартную уродливую серую наложническую рубашку. Она прижимала к груди явно сломанную правую руку, и слезы текли ручьем. Ее спонсора не было в кабинете.

— Вы должны его остановить! - умоляла раненая женщина обнаженного субдекуриона. - Он преследует мою дочь!

Этих слов было достаточно. Субдекурион Редберн повернулась к ИИ и обратилась к нему вслух.

— ИИ, определи спонсора этой наложницы и начни слежение.

— Субдекурион Редберн, спонсором наложницы Мэри-Джейн Корбелл является рядовой Джеймс Корбелл из 1201-го батальона, прибывший с последним набором. В данный момент он находится в своей каюте и пытается трахнуть в свою иждивенку Лору-Ли Корбелл.

— Отлично, - в панике подумала Саманта. Совершенно новый морской пехотинец. Высокая агрессивность, которая делала его хорошим морским пехотинцем, как правило, делала его жестким наставником, особенно при низком общем балле по шкале CAP. А у рядовых этот балл в подавляющем большинстве случаев не превышал 6, 8. - Дежурный сержант!

ИИ, осознавая срочность ситуации, вывесил изображение спальни рядового Корбелла на стене перед дежурной командой, состоящей исключительно из военно-морских офицеров, обслуживающих Центр управления. На нем была изображена кричащая. ..-летняя девочка с длинными светлыми волосами, как у матери, обнаженная и испуганная. Мужчина начал наклоняться к девочке, решив получить удовольствие от этой явно несовершеннолетней подопечной. Она сопротивлялась, но поскольку его тело было модифицировано до стандартных для морского пехотинца двух метров роста, это не имело большого значения. Ее мольбы остановиться были практически заглушены его криками «заткнись».

Дежурный сержант крикнул команду - Выстрелить в него!, - но кулак дежурного капрала уже был на полпути по дуге, заканчивающейся у большой красной кнопки, которая внезапно появилась на его пульте управления. Удар оказался впечатляюще сильным, и капрал хрипло взвыл от боли, понимая, что сломал по крайней мере одну кость в руке.

«Жало» лишило девочку сознания, что, вероятно, было для нее благом, а ее «спонсора» сделало ошеломленным и временно неспособным завершить свою плотскую миссию. Саманта и дежурный сержант поняли, что ситуация временная, и оба предприняли меры.

Сержант оттолкнул капрала в сторону, чтобы занять пост, и приказал ему пройти в медицинский кабинет. Затем он приказал ИИ найти капрала на смену - где угодно, но найти.

Саманта приказала немедленно уведомить полковника Дешена и старшего сержанта Блонделла, а также попросила оповестить ближайших десантников, чтобы те приготовились войти и спасти иждивенку от её невменяемого опекуна. Она добавила просьбу, чтобы ближайший к ее кабинету спонсор, независимо от звания или рода войск, явился к ней как можно скорее - или раньше, если возможно - для медицинского сопровождения.

Пока группа десантников - во главе с, как заметила Саманта, способным и опытным сержантом Ковальски - готовилась войти в отсек, ИИ объявил о прибытии капрала флотской вспомогательной службы Анри Корнуа. В помещение вошел впечатляюще высокий и худощавый чернокожий мужчина, и Саманта моргнула, увидев яркую гавайскую рубашку и зеркальные солнцезащитные очки. Он выпрямился по стойке смирно, но, поскольку был в гражданской одежде, не отдал честь. - Капрал Анри Корнуа, я прибыл для выполнения задания по медицинскому сопровождению, СЭР! - провозгласил он с мягким французским акцентом. Однако в его поведении не было ничего мягкого. Офицер гражданской службы (единственная в звании) не только славилась тем, что не просила о помощи без веской причины, но и была известна своей строгостью при исполнении служебных обязанностей.

Саманта, также не находящаяся в форме, тоже не отдала честь. Она указала на Мэри-Джейн и лаконично приказала:

— Ее. Медицинское обследование. Сразу. Блядь. Сейчас же.

— Сэр! - решительно ответил он и повернулся к Мэри-Джейн. Его голос стал мягким, и он постарался как можно бережнее обращаться с находящейся в явном эмоциональном потрясении наложницей. - Если вы пойдете со мной, мадам, я попрошу санитаров привести вас в порядок, - предложил он с легким квебекским акцентом.

— Моя дочь, - возразила Мэри-Джейн, не в силах произнести ни слова больше.

— Я разберусь с вашей дочерью, - прорычала субдекурион Редберн, и ее слова звучали, словно высеченные из самой твердой углеродистой стали. Анри почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Он ни за что не хотел, чтобы субдекурион Редберн на него разозлилась. - ИИ, - добавила Саманта, опасно сдерживая голос, - переведи на временную опеку гражданской службы наложницу Мэри-Джейн Корбелл и иждивенку Лору-Ли Корбелл до разрешения всех обвинений против спонсора Джеймса Корбелла. Также временно переведи под опеку гражданской службы всех других наложниц и иждивенцев, которых спонсирует Джеймс Корбелл.

— Субдекурион Редберн, это должно быть санкционировано губернатором Майклом Дешеном, - ответил ИИ ровным женским голосом.

— Тогда попросите Старика это утвердить.

— Старик это утверждает, - ответил Майкл, и его голос загремел в динамиках. Саманта внутренне вздрогнула, зная, как сильно Майкл ненавидел, когда другие называли его этим прозвищем. Казалось, он всегда стоял прямо за твоей спиной, когда ты его произносил.

— Принято к сведению, - прозвучал успокаивающий голос ИИ. - Наложница Мэри-Джейн Корбелл и иждивенец Лора-Ли Корбелл временно переданы под ответственность гражданской службы. Наложница Кэлли Корбелл и иждивенец Джейсон Корбелл временно переданы под ответственность гражданской службы. - ИИ сделал паузу. - И Кэлли Корбелл, и Джейсон Корбелл находятся на верхнем уровне отсека Корбеллов.

На экранах, где велось наблюдение за дракой в каюте рядового Корбелла, люди стали свидетелями того, как он поднял стул и попытался ударить сержанта Ковальски и его отряд. Стул разбился о грудь Ковальски, но он мог бы быть сделан из бальсового дерева, так как двухметровый сержант не получил никаких повреждений от удара. Ковальски ответил ударом в солнечное сплетение, от которого у мужчины перехватило дыхание. Когда Корбелл пошатнулся назад, второй удар - сильнее первого - пришелся именно по нему. Корбелл упал на палубу, как мешок с картошкой, и был сбит с ног и скручен своими сослуживцами.

Пока остальные, под командованием младшего капрала, уводили теперь уже скованного наручниками мужчину в карцер, сержант Ковальски осторожно поднял все еще без сознания девушку и нежно прижал ее к себе. - Я взял на себя ответственность за пострадавшую. Сейчас же доставляю ее в медицинский пункт, - доложил он.

Пока Анри сопровождал Мэри-Джейн в медицинский пункт, Саманта приступила к расследованию, которое неизбежно привело бы к предъявлению обвинений против провинившегося рядового Корбелла.

Глава 28

В конце концов, им пришлось вернуть Джеймса Корбелла в строй. Его психологический профиль указывал на то, что он находился в состоянии опасной нестабильности, а оценка по шкале CAP оказалась невозможной. Проще говоря, события на «Гесперусе» довели рядового Корбелла до предела. Капрал флотского вспомогательного корабля Анри Корнуа с радостью взял под опеку мать с ребенком. ИИ согласился, что его менее агрессивный характер позволит Мэри-Джейн и ее дочери быстрее прийти в себя, и губернатор с радостью одобрил запрос на разрешение на сверхштатного сотрудника.

Саманта теперь сидела в помещении для незакрепленных любовниц, напротив другой любовницы Корбелла. Кэлли была испуганной 23-летней девушкой с огненно-рыжими волосами и столь же рыжеволосым годовалым сыном по имени Джейсон. Мальчик был сбит с толку и слишком мал, чтобы понять, что только что произошло, и в результате склонен был прижиматься к матери. Он осторожно разглядывал подростка своими большими зелеными глазами, пытаясь поворачиваться так, чтобы мать оказалась между ним и этой незнакомкой.

Недавно получившая повышение субдекурион подумала, что до сих пор это был чертовски незабываемый день рождения: получение оценки CAP, ее первая наложница и первый сексуальный опыт, а теперь еще и выполнение самой обычной функции государственного служащего - сбор осколков метафорически разбитого корабля.

— Что будет дальше? - спросила Кэлли со слезами на глазах с сильным ирландским акцентом.

— Сколько ты уже здесь? - осторожно поинтересовалась Саманта. Сзади к ней подошла на работу полусонная обнаженная Викки. - Думаю, ты, наверное, уже видела это раньше и имеешь представление о том, как здесь все устроено.

— Мы прибыли последним транспортом, кажется. Может, шесть недель назад. - Она взглянула на Викки, которая достала из репликатора чашку кофе «дабл-дабл» и белую платье-конкубину, на нагрудном кармане которой красовался ветеринарный символ - золотой жезл Асклепия, наложенный на черную букву «V». - Ее наказывают?

Нет, почему так решила?

— Она голая... - Кэлли была явно сбита с толку. Ее бывший спонсор использовал наготу в качестве наказания.

— Мы все бываем обнаженными в какой-то момент дня, например, когда одеваемся. - Она подняла палец. - Сначала мы переоценим твой балл CAP, чтобы понять, готова ли ты теперь стать спонсором, и проведем общий медицинский осмотр. Одновременно мы проверим здоровье Джейсона.

— А если я не наберу шесть с половиной баллов?

Саманта в ходе разговора провела приблизительную оценку и пришла к выводу, что Кэлли вряд ли заслуживает оценки выше 4, 9. Неспособность этой наложницы прийти к какому-либо логическому выводу не позволяла ей претендовать на оценку уровня спонсора. - Тогда ты будешь работать в борделе для государственных служащих, пока тебя не выберет новый спонсор. Честно говоря, это не должно занять много времени. - Поскольку многие офицеры и сержанты получили переоценку на следующий уровень и, таким образом, могли содержать еще по паре наложниц, плюс огромное количество детей из того хоккейного турнира достигло 14 лет и получило оценки уровня спонсора, в Туле снова катастрофически не хватало наложниц.

Они оставили маленького Джейсона с Глэдис, которая пришла, чтобы в этот день открыть салон красоты. Сопровождая ирландскую девушку через купол к медицинским камерам для переоценки CAP, Саманта размышляла над предложением, которое сделала старший сержант Блонделл. - Выбери стандартный пакет десанта, - посоветовала она миниатюрной молодой сотруднице гражданской службы. - Во-первых, военные будут смотреть на тебя как на коллегу, что поможет, когда ты будешь просить их о помощи. Во-вторых, когда ты предстанешь перед следственной комиссией, ты будешь выглядеть более взрослой, чем сейчас - ведь тебе и так едва ли исполнилось 14. - Чем больше Саманта об этом думала, тем больше это казалось ей разумным.

Проходя мимо детской площадки возле школы, Саманта и Кэлли мимоходом заметили мать с маленькой дочкой, которой было, судя по всему, около пяти лет. Мать, кормящая грудью новорожденного, сидела на скамейке, а рядом с ней лежала её уродливая серая накидка наложницы, в то время как пятилетняя девочка была одета в джинсы и футболку с надписью, дававшей понять, что она - «начинающая любительница наложниц». - Мамочка, мамочка! - задыхаясь, сообщала девочка. - Там пара, и они трахаются. - Она посмотрела на свою любимую маму большими, круглыми, серьезными глазами.

— Она же не может знать, что означает это слово... - начала Кэлли, не подозревая об уровне знаний детей диаспоры.

К сожалению для спокойствия Кэлли, пятилетняя девочка услышала ее. Она повернулась к рыжеволосой женщине и объяснила, раздраженно закатив глаза и смертельно монотонным тоном:

— Они размножаются. - Можно было почти услышать невысказанную жалобу - Глупые взрослые! - сквозь стиснутые зубы.

— Им нравится? - спросила мать девочки, спокойно кормя грудью своего младенца.

— Да, мамочка. Их почти слышно отсюда!

Уши Кэлли покраснели, когда она последовала за субдекурионом.

Обучение Кэлли продолжалось, пока она шла с Самантой к кабинету медицинского осмотра. Их перехватил крупный пехотинец в матово-белом бронежилете с нашивками капрала, держа в одной руке лазерную винтовку RLA-1, а в другой - шлем своего бронежилета.

— Субдекурион Саманта Редберн! - окликнул двухметровый экземпляр, когда взгляд Кэлли поднялся... и поднялся еще выше...

— А, капрал Роджер Бачелор, поздравляю с повышением!

— Спасибо, субдекурион, и вас тоже поздравляю! Не хотите присоединиться к нам на стрельбище? Вместо обычных учений класс снайперов собирается вырезать тыквы.

— Тыквы? - спросила, моргнув, Саманта.

— Да, ну, ведь скоро Хэллоуин.

В суматохе последних двух месяцев и из-за полного отсутствия рекламы в Туле Саманта совершенно забыла о существовании Хэллоуина - а у Кэлли были другие заботы, кроме того, чтобы следить за датами. Обе были удивлены этим напоминанием. - ИИ, пожалуйста, организуй сегодня днём заседание Совета наложниц и пригласи на него губернатора. Посмотрим, что мы сможем придумать для празднования Хэллоуина. Это должно пойти на пользу моральному духу. - Она посмотрела на купол, который показывал, что на улице сейчас сумерки, сильный ветер и метель - не самая идеальная погода для вырезания тыквы на открытом воздухе, хотя температура и раньше не была особенно благоприятной для этого занятия. Стрельбище снайперов находилось на некотором расстоянии от купола и было направлено в сторону запретной зоны. - Итак, Бэтч, что это за идея - вырезать тыквы на стрельбище?

— Ну, к этому времени они должны уже хорошо промерзнуть и быть готовы к работе. Снайперы и некоторые курсанты собираются устроить соревнование, чтобы посмотреть, кто сможет вырезать на своих тыквах самое страшное лицо. У нас есть пару дюжин из гидропоники.

— ' Я как раз думала, откуда ты их взял. Судя по оружию в твоих руках, ты вырезаешь их не с помощью К1, а с помощью РЛА-1?

— Да, сэр. Обещает быть очень весело.

— Мадам, - прервала совершенно сбитая с толку Кэлли, - что такое К1?

— Покажи ей, пожалуйста, - попросила Саманта.

Кивнув, Бэтч бросил Саманте свой шлем и вытащил из ремня с сетчатыми карманами угрожающий на вид нож со стальной рукояткой. Как и все предметы снаряжения, которые носят десантники «Замороженных избранных», это оружие с 30-сантиметровым лезвием имело матово-белую отделку. - Это К1, - сказал он, вставляя нож обратно в ножны. - А это, - он погладил бластер в своих руках, - РЛА-1.

— Первый выстрел разнесет их в клочья, - предупредила Саманта Бэтча. - Ты не будешь вырезать тыквы, а превратишь их в бульон.

— Мы используем учебные патроны, - пояснил Бэтч. - Они выделяют энергии ровно столько, чтобы выпарить верхний слой поверхности тыквы.

— Это должно быть интересно, - кивнула Саманта, все еще слегка озадаченная мыслью об использовании лазерной винтовки для того, что по сути было художественным проектом. Может, это можно было бы назвать проектом боевых искусств? Однако в этот момент через ее субвокальный имплантат поступил срочный вызов от ИИ.

— Прежде чем мы уйдем, можно я на минутку воспользуюсь твоими услугами?

Джулианна и Марк с любовью смотрели друг другу в глаза, тихо шепча много ничего не значащих слов, пытаясь убедить себя, что все в порядке. Оба были без верхней одежды, в одних шортах и сандалиях, и каждый нервно пытался обнажить другого.

Внезапно Марку показалось, что он услышал, как Джулианна сказала:

— Привет. - Однако выражение её глаз изменилось - в них отразился страх. Оба подняли головы.

Они обнаружили, что в хранилище 217 они вдруг оказались не одни. Молодую женщину в серой форме, стоявшую над ними, можно было сразу узнать - это была субдекурион Редберн. Позади нее, пытаясь скрыть свое веселье, стоял тяжело вооруженный и бронированный капрал с поднятым забралом шлема и нервная наложница в рабочей одежде.

И Джулианна, и Марк, ошеломленные до оцепенения, могли только с ужасом смотреть на эту троицу.

— ИИ сообщает, что вам по двенадцать, — сообщила Саманта веселым тоном.

— Ну, вроде того... - слабо подтвердила Джулианна.

Саманта бросила удивленный взгляд на Бэтча. - Вроде того, - говорит она.

— Это что, как «почти беременна»? - спросил Бэтч, вопросительно приподняв бровь в сторону юной сотрудницы гражданской службы.

— Думаю, да, - согласилась Саманта, все еще пытаясь сохранять серьезный вид. Она повернулась к двум заблудившимся двенадцатилетним. - Ладно, дети, что вы тут вытворяете? И, пожалуйста, не пытайтесь оскорблять мой интеллект или интеллект того крупного вооруженного мужчины, стоящего за моей спиной.

— Мы... - начал Марк, запнувшись.

— Так вы и делали, да? - ободряюще спросила Саманта.

— Мы хотели побыть наедине.

— Ах. По вашим расписаниям вы оба должны быть на спортивной площадке. Так что вы решили, что сможете просто ускользнуть и немного поиграть в «честерфилдский регби».

— Не думаю, что эта игра входит в список игр, разрешенных для двенадцатилетних, - проворчал Бэтч.

— Не в том списке, который я, как школьный инспектор, одобрила. - Саманта на мгновение стала серьезной. - Послушайте, дети, ИИ знает все и видит все - он настоящий всезнайка. И он все рассказывает. Он не может лгать, и он не может позволить двум несовершеннолетним детям зайти дальше, чем небольшой поцелуй с язычком. В. ..надцать можно зайти чуть дальше, но пока что вам позволено держаться за руки, целоваться и с тоской смотреть друг другу в глаза. И это все.

— А мы можем увидеть друг друга голыми? - спросила Джулианна, полная нетерпения, несмотря на свои страхи.

— Хочешь? - подразнила Саманта. Оба подростка рьяно кивнули, а потом отступили, в последний момент осознав, что это может повлечь за собой немедленное смущение. - Вы что, не видите достаточно обнаженных тел в своих капсулах? Или в школах, или на детских площадках?

— Папа старается не давать мне это видеть. - Джулианна покраснела и схватилась за руку Марка в поисках поддержки.

— Ой, гормоны зашкаливают. Джулс, я хочу приглашение на твою вечеринку по случаю. ..летия. Похоже, она будет такой же безумной, как и моя. Я до сих пор хожу, выпятив ноги. - Ее взгляд стал отрешенным - верный признак того, что она говорила про себя, вероятно, обращаясь к ИИ.

— Мадам? - спросила Джулианна.

— Сэр, - поправил Бэтч. - Она офицер. Офицеров называют сэр.

Саманта вернулась в реальность.

Марк решил рискнуть. - Сэр? У нас неприятности, сэр?

— Неприятности? Нет, мы вовремя это остановили, хотя думаю, вас обоих ждут серьезные подколки, когда вы вернетесь в свои капсулы. Мы решили, как поступить в этой ситуации. Идите со мной. Бэтч, удачи с резьбой по тыкве.

— Да, сэр, - кивнул Бэтч, направляясь к снайперскому полигону, чтобы заняться резьбой в стиле деревенщины.

— Вы двое пойдете с нами. Иди с нами, Кэлли.

— Да, мэм, э-э, сэр.

Комната была заполнена смешанной компанией из иждивенцев, наложниц и десантников в в гражданской одежде, не находящихся на службе, возраст которых начинался примерно с девяти лет. Почти все участники держали в руках большие альбомы и угольные карандаши. Мирель, наложница, ведущая занятие, до того как стать «Дочерью Короля», была учительницей рисования в одной из специальных школ для «сирот-изгоев», которые Конфедерация открывала на Земле. Теперь она преподавала искусство как в рамках обычной школьной программы, так и, как в данном случае, для любителей.

Мирель встретила двух юнцов с распростертыми объятиями. Она вручила каждому блокнот и угольный карандаш.

— Сегодня мы будем рисовать с натуры, - объявила она классу. - Мы разделимся на пары и будем рисовать друг друга. Она вытащила еще два складных стула и поставила их спинками друг к другу, на расстоянии примерно полуметра. - Вы двое, садитесь сюда. - Пара подошла, чтобы сесть. - Нет, нет. Сначала разденьтесь. - Она указала на остальных учеников - все они были заняты тем, что раздевались, даже те несколько. ..летних детей.

Джулианна и Марк нервно разделись. Затем они сели на стулья.

— Нет, садитесь спиной друг к другу. Вы будете рисовать друг друга.

Слишком поздно они осознали хитроумный план субдекуриона. Она устроила так, чтобы они увидели друг друга обнаженными, но в тщательно контролируемой и социально приемлемой обстановке. Сидя верхом на стульях, они были вынуждены раздвинуть ноги, и это гарантировало, что у каждого будет отличный вид на гениталии другого.

Они с недоумением посмотрели на Саманту. Та лишь улыбнулась им дружелюбно и посоветовала:

— Наслаждайтесь!» И она ушла, чтобы продолжить свое путешествие с Кэлли в М.И.Р.

Саманта проснулась в медицинской камере, гадая, каково это - внезапно обрести тело десантника. Почему-то она не чувствовала никакой разницы. Она посмотрела на себя - внешне тоже ничего не изменилось. Кэлли все еще находилась в своей медицинской камере, где переоценивали ее показатели CAP.

Зеркало быстро показало, что никаких модификаций тела с ней не проводили. В этот момент подошла капрал Шина Джеймс, дежурный медик.

— Нет, мы не делали модификаций. Присядьте, пока я объясню.

Когда Саманта устроилась в кресле возле стола медика, Шина объяснила:

— Мы не любим проводить серьезные модификации тела беременных женщин. Их тела меняются, чтобы приспособиться к растущему внутри плоду, и еще и иметь дело с модификациями тела по стандартам десанта - это уже слишком. Большинство справляется с этим, но это добавляет ненужный стресс.

— Ну, это имеет смысл... Подожди-ка. Ты сказала «беременна»?

— Да, сэр. Срок около сорока восьми часов. ИИ утверждает, что генетическим отцом является лейтенант Каррутерс. И начинай придумывать имена для мальчиков - тебе понадобятся два.

Саманта моргнула. - Я думала, что для зачатия мне нужно быть в официальном декретном отпуске, иначе нанороботы применят меры по контролю рождаемости.

Шина протянула ей планшет. - Есть два исключения, санкционированных губернатором. Моряки и десантники, приписанные к учебным подразделениям, и гражданские служащие, приписанные к гарнизонной службе, что относится к вам.

Все еще потрясенная новостью, Саманта взяла планшет. - А он мне ни слова не сказал. Я пошла на свою вечеринку по случаю дня рождения, думая, что просто попрактикуюсь в создании детей, а не буду рожать их по-настоящему. Подлый ублюдок. - Она восхищенно улыбнулась. - ИИ, где сейчас сержант Боб Редберн?

— Сержант Роберт Редберн проводит учения по тактике использования бронетехники.

— Пожалуйста, соедини меня с ним.

Через секунду в M.I.R. раздался голос ее отца. - Да, доченька, какие-то проблемы?

— Нет, всё в порядке, - успокоила его Саманта. - Мне просто нужно, чтобы ты придумал имена для двух внуков, которые у тебя появятся через девять месяцев. Увидимся сегодня за ужином! - Не успел он и слова сказать от удивления, как она прервала связь. - На домашний модуль, пожалуйста, или туда, где находится наложница Моника Редберн.

— Наложница Моника Редберн находится в школе для родственников в лагере Шаклтон, где ведет урок по основам ухода за детьми.

И тут заговорила мать Саманты. - Все в порядке, дорогая?

— Да, бабушка. Все просто отлично. Увидимся вечером. - И снова связь была быстро прервана.

Шина ухмыльнулась Саманте. - Ты просто злобная. Полковник Дешен мог бы поучиться у тебя искусству дразнить.

— Эй, а откуда, по-твоему, я этому научилась?