Андрей едва волочил ноги, опираясь на Женю. Тот, несмотря на женскую грудь и шёлковое платье, вёл себя как заправский грузчик — его мускулистые руки держали пьяного коллегу так легко, будто тот был тряпичной куклой. Виолетта шла следом, её смех гулко разносился по пустому коридору отеля.

— Ну что, наш герой... — Женя швырнул Андрея на кровать лицом вниз. — Покажем, как отмечают дебюты в нашем коллективе?

Виолетта, тяжело дыша, расстегнула пояс платья. Её живот дрожал от смеха, когда она наблюдала, как Женя ловко расстёгивает Андрею ремень.

— Осторожнее там с ним... — просипела она. Вдруг он еще мальчик.

Женя неожиданно замер. Его пальцы, скользнувшие под резинку трусов, встретили неожиданное отсутствие сопротивления.

— Черт возьми... — он рассмеялся низким смехом, резко стягивая бельё. — Виола, гляди-ка!

Изящный палец вошёл в Андрея слишком легко. Слишком привычно.

— Да у него там все так и хочет члена! — Женя вытащил палец, демонстративно щёлкнув им. — Всё готово.

Виолетта тяжело опустилась на край кровати:

— Видать, женушка не только на кухне хозяйка...

Женя ловко сдернула трусы.

— Ну что, мальчик, сейчас ты станешь девочкой.

Когда Женя вошёл в него без прелюдии, Андрей всё ещё был слишком пьян, чтобы сопротивляться. Лишь когда сознание прорезалось резкой болью, он хрипло выдохнул:

— П-подождите...

Женя на мгновение остановился, создав иллюзию прекращения. "Сон... Это просто сон..." — мелькнуло в голове у Андрея.

Но вместо отступления сильные руки перевернули его на спину. Женя закинул его ноги себе на плечи.

— Расслабься, красавчик, — прохрипел он, снова входя — теперь лицом к лицу.

Андрей закусил губу. Боль странным образом смешивалась с чем-то другим, когда он видел:

— как Женина грудь колышется над ним

— как Виолетта играет своими грудями

— как его собственное тело предательски откликается

— Тише, мальчик, — Женя прижал его плечи к кровати. — Ты же сам этого хотел.

Когда Андрей попытался вывернуться, 110 килограммов Виолетты обрушились на него. Её мясистые ягодицы придавили его к матрасу.

— А-аргх! — его крик утонул в её плоти.

Виолетта устроилась поудобнее, её огромная щель прилипла к его лицу.

— Ну-ка, покажи, на что способен... — она намеренно задвигалась вверх-вниз.

Запах — густой, животный — заполнил сознание. Он дергался, но Женя лишь глубже вошёл, схватив за бёдра.

— Ой, смотри-ка... — засмеялся тот. — Пытается вырваться!

Когда Виолетта ненадолго приподнялась, Андрей увидел жутковатое зрелище — её растянутые губы, блестящие от смазки, прямо над его лицом.

— Вот сучка! — она шлёпнула его по щеке, когда он замотал головой. — Думал, просто так будешь трахать начальницу?

Особенно сильный толчок Жени вырвал у Андрея стон. Виолетта тут же снова опустилась, запечатав звук своей плотью.

В темноте между её бёдер Андрей понял — сопротивляться бесполезно. Волны возбуждения уже накатывали, неумолимо приближая оргазм.

Андрей не успел осознать, что с ним происходит, когда волна оргазма накрыла его с неожиданной силой. Сперма горячими толчками вырывалась из него, пачкая спину Виолетты, которая в этот момент всей своей массой придавила его лицо к своей промежности. Казалось, кончал он бесконечно — до тех пор, пока в яичках не осталось ничего, кроме ноющей пустоты.

Женя, почувствовав, как тело Андрея содрогнулось в кульминации, резко ускорила движения. Её грудь тяжело вздымалась, а на губах застыла гримаса наслаждения.

— Да... вот так... — её голос сорвался на низкий хрип, и она, впившись ногтями в бёдра Андрея, замерла, заполняя его горячей пульсацией.

Виолетта почти одновременно с ними забилась в оргазме, её мощные бёдра сжали голову Андрея с такой силой, что в висках застучало. Он едва мог дышать, его нос и рот были залиты её соками, а уши оглушены её стонами.

Когда всё закончилось, наступила тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием. Женя медленно вышла из Андрея, и он почувствовал, как по его внутренностям стекает что-то тёплое и липкое — её сперма, смешиваясь с его собственными выделениями, вытекала наружу, пачкая простыни.

Виолетта наконец приподнялась, оставив его лежать в луже собственной слабости.

— Ну что, — она облизнула губы, — теперь ты официально принят в наш коллектив.

Женя, всё ещё дрожа от остаточных спазмов, упала рядом, её грудь тяжело вздымалась.

— Завтра, — прошептала она, — повторим.

Андрей закрыл глаза. От опьянения не осталось и следа. Он не был уверен, хочет ли он "завтра". Но его тело, предательски отозвавшись на эти слова, уже знало ответ.