Я видел столько раз бой рукопашный,

Пять наяву. И тысячу — во сне.

Кто говорит, что на войне не страшно,

Тот ничего не знает о войне.

Рассвет уже почти полностью вступил в свои права — алая полоса на востоке быстро превратилась в сплошное зарево, а сизые полутемные сумерки превратились в тихое прозрачное утро, какое бывает только перед самым восходом. Солнца еще не видно, но его лучи уже зажгли розовым светом высокие перистые облака, зависшие прямо над головой на большой, такой звенящей высоте. Тихо, так чудесно, словно войны нет. И воздух такой чистый, сладкий, не надышаться им...

А кто эти люди, выходящие из "Доджа" и броневика? Точно командующий фронтом и его охрана. А эти пять девушек - это личные врачи генерала и трое девушек с узла связи фронта. У нас с самого утра, раз сейчас перемирие и немцы вывозят с поля боя своих убитых и раненых, скромный пикник на природе, прямо как на картине Манэ. А я впереди бодро зашагал навстречу багровому как помидор, восходящему солнцу.

Какое всё же утро чудесное. Тихо, тепло... Где-то за небольшими холмами, за леском вставало солнце. Пока ещё тусклое, оно вставало за холмами таким маленьким жёлтым шариком. Казалось - взять сейчас теннисную ракетку и ударить - и тот час долетит шарик-солнышко до самого Парижа! Прокатится по бульвару Распай, лихо перелетит Сену, да шмальнёт об церковь Мадлен. Тут и вспомнился наш переезд из Испании, через Париж - мы там побыли недельку и в Швейцарию. А потом и домой...

Париж... Балованные игривые парижанки. Правда Мадлен не парижанка, а русская графиня, она попутала меня с бароном фон Шпрее - я отлично говорил на немецком. Три дня в квартире графини - как давно и далеко это было... Есть что вспомнить. Ладно вернёмся в Крым...

А тут хорошо! Высокое голубое небо с полупрозрачными перистыми облаками, чистейший морской воздух, крики нахальных чаек в вышине, вековые естественные травянистые газоны- и вон там, чуть вдали, широкий морской пляж с нежным золотистым песочком... Но без валяющихся бутылок, банок, пластиковых пакетов и прочей дряни. И, к сожалению, без девушек в дерзких бикини, до которых осталось минимум ещё полвека. Очень жаль, что нет девушек в таких откровенных купальниках. Очень приятное и даже "вкусное" зрелище.

Вскоре чудесные запахи поплыли на поляне - Степан ловко разогревал всё, что ему выдали на кухне. А я сидел, опёршись спиной на дерево и отдыхал от жутких перипетий вчерашнего боя. Нужно и отдыхать иногда...

Мы чудесно позавтракали, солнце палило вовсю, так что девушек я отправил искупаться в небольшой лагуне. После купания они выстроились пленительной стайкой на берегу и, вытираясь полотенцами, кокетничали с моей охраной. Я сидел в тени и любовался... И девушками и природой. Лиза и Настя вечером так чудесно приспали меня... А тут тихая природа...

Вокруг бурлила невидимая глазу жизнь неприметных существ, которым не было дела до того, что тут только что происходило. Стрекотали насекомые, какие-то крылатые букашки перелетали с цветка на цветок. Я ощущала энергию этой Земли, ее живое тепло, так нежно обволакивающее меня. Казалось, она разговаривает со мной, пытаясь донести до меня что-то важное. И под ее влиянием я меняюсь. Я уже не был тем, что прежде. Новые чувства открылись мне с той поры, как я стал Кукловодом у генерала...

Ну что, отдохнули, пора уже возвращаться нам, как говорится, на нашу грешную землю. Война к сожалению продолжается...

А вчера вечером...

Ну Настя и хитруля! Уложив меня, она подмигнула и на ухо: «Не спите пока, товарищ генерал. Сейчас-сейчас... « А точно, тихой сапой вошла красотка-связистка и, ловко и быстро раздевшись, скользнула ко мне под одеяло. Какая она сладкая! И так горячечно шепчет мне ухо, сладко целуя:

— Не сердитесь, товарищ генерал. Я как Вас увидела, так тогда и хотела. Вы уж извините меня... У меня сегодня можно... Ну безопасно сегодня, Вы же понимаете... Вы такой мужчина... А когда Вы спели, я просто с ума сходила... Вы такие потрясающие стихи пишете! У меня аж сердце ёкало... И поцелуйте меня...

Я с ней просто молодость вспомнил, дважды подряд кончив в неё. Да как она ловко ножки раздвинула, впуская меня к своей горячей сокровенной дырочке. Девушка точно сильно «соскучилась»! И она точно была на вершине страсти, слегка укусив меня за плечо и так сладко охая. Кончив во второй раз, я лёг на спину и просто совсем отключился... Хорошо!

В коридоре штаба сейчас были выставлены две картины "Женщина на войне". И все, кто приходил сюда, долго стояли у них. Похоже каждый думал о своей подруге, жене, знакомой, любовнице...

Утром были чисто хозяйственные вопросы и мы с Трубачёвым всё решили. Расширилось наше тыловое хозяйство. Две водонапорные башни с болиндеровскими насосами - вода всегда есть. Банно-прачечный комбинат с вольнонаёмным женским персоналом - женщины довольны оплатой и пайками. Сделали подсобное хозяйство с огромным огородом и даже свиноферма есть. Баранов у татар напрямую закупаем.

Муку город поставляет - запустили паровую мельницу в Джанкое, так что бойцы питаются хорошо. И из госпиталя сообщают - есть лекарства, сытые бойцы прямо на глазах выздоравливают. Ирина приходила, получила премию, благодарила меня за отличные скальпели и набор хирурга, да так и осталась переночевать.

Она несколько минут после бурного оргазма лежала на спине, приводя мысли в порядок. В какой-то книжке она читала или слышала от специалистов, что настоящий, редко кем достигаемый в полной мере экстаз у женщин ничем не отличается от эпилептического припадка со всеми клиническими признаками. Вот его она сейчас наверняка и пережила... Слабость в теле, и одновременно — чудесное ощущение, переполняющее всё её естество, медленно перетекающее во что-то другое, ощущение мучительного, но яркого сладострастия. Какая у неё была улыбка! Первый оргазм!

Утром она была просто со счастливым лицом - я её на БА-10 отправил в госпиталь. Оберегать нужно такую умелую, бойцы все её хвалят. И, точно говорят - у победителей раны заживают намного быстрее!

Объехал я фронт и заехал в расположение мотоциклетного батальона.

— Копаем, бойцы, копаем, время отведено до завтра, — коротко бросил я весьма недовольным голосом, и лопаты разом заработали быстрее. — И если хотите жить и завтра, и послезавтра, и через месяц, и до конца войны дожить, то крепко зарубите себе на носу: лучше отрыть двадцать метров траншеи, чем один метр могилы! Наша земля отлично нас прикроет. Так что копаем!

Мотоциклисты не очень хотели копать, но всё — теперь немчура готова к их дерзким рейдам, получив по морде. Вот пулемёты этого батальона и создадут тут стену огня, которая не пустит этих негодяев в Крым. Ветераны боёв убеждали таких лихих мотоциклистов, что генерал прав на все сто — глубокие окопы и спасали их. Особенно так называемые «лисьи норы», копать нужно вперёд и вниз. Те из бойцов, кто пережил обстрелы «Лапотников» из пулемётов, твёрдо со мной согласны. Хотя, конечно, не все.

Вот командир этого батальона хотел было поспорить со мной, но... Он увидел... В траншее при виде командующего поднялись молчаливо сидевшие бойцы, крепкие и умелые, целое комендантское отделение, личная охрана, ставшая за эти дни чем-то довольно привычным. Кадровые, по два-три года службы за плечами, в цепких руках СВТ и редкие в стрелковых подразделениях ППД, финки в ножнах, гранаты в сумках, все бойцы в стальных касках защитного цвета — если наденут на себя маскировочные костюмы, вылитый спецназ или фронтовая разведка выйдет.

И адъютант здесь, куда ж генералу без него, капитан вообще стал моей тенью. Комбат и проглотил слова... Эти парни станут стеной на защиту генерала! И ляпать языком при них не стоит! Особенно впечатлил его вот этот высокий, но ловкий, явно сильный гигант с пулемётом “МG-34” впереди всех.

И тут вдруг откуда-то этот “Мессер”. Я успел рявкнуть “Ложись” и тут ас люфтваффе сбросил похоже пятидесятку. Грохнуло и меня ударила волна взрыва.

Где-то на краю сознания я слышал оживленную стрельбу, отметив работу пулемета ДШК и зенитных пулемётов. Фиксировал какие-то крики, вроде как обращенные ко мне. Но никак уже ни на что совсем не реагировал. Я вдруг почувствовал такой покой, такую легкость, такую невероятно чудесную умиротворенность, что невольно расплылся в улыбке. Этот жуткий марафон, что я так бежал столько месяцев кряду, завершился. И теперь я надеялся хорошенько отдохнуть. Поэтому с этой странной улыбкой на лице и отключился...

... Где-то внизу расстилалось бескрайнее море облаков. Они были очень похожи на огромные, безразмерные куски ваты. Солнечные лучи создавали причудливую игру теней: острова, горные вершины и перевалы, а разрывы походили на бездонный океан, в глубине которого лишь угадывалась далекая поверхность земли. Над всем этим синело голубое небо. Таким оно бывает только на высоте семь километров. Увидеть эту красоту можно только из иллюминатора бомбардировщика, а сейчас почти авиалайнера Пе-8. Меня отвезли в Москву – Сталин специально прислал самолёт. Но я вновь отключился.

... Прозрачная крышка медкапсулы медленно открывалась и меня вскоре достали оттуда. Сплошные поздравления – эксперимент завершился просто великолепно. Это был большой успех нашей сверхсекретной лаборатории! Теперь можно точно надеяться на новые финансовые вливания. На очень большие вливания! Военные боссы просто в восторге! Есть параллельная реальность! И она работает! Ну а я теперь учился ходить снова и, стараясь не торопиться, вкушал настоящую пищу, а не пресную внутривенную. Вскоре мне рассказали новости из того параллельного мира. Было так невероятно интересно! Ну и дела!

До сих пор не верится, что удалось попасть в прошлое. Интересно, почему именно сюда? Наверное, здесь какая-то важная развилка в моей судьбе, но как ее найти? Как начать новый путь? И куда он приведет? Ладно, разберемся. Главное, не повторить старых ошибок. Память объединялась, раскрывая новые подробности и смыслы, ранее никому не доступные. Вот почему меня так тщательно расспрашивали...

У генерала была ретроградная амнезия, как объявили врачи в Москве. После контузии он совсем ничего не помнил о своём руководстве Крымским фронтом. Но вот свою жену вспомнил сразу, увидев рисунок и, конечно, чудесную красавицу Маргариту. Как она обрадовалась – муж вернулся живой и в звании генерал-лейтенанта. Да и весь в орденах!

Анастасия сейчас замужем, а Марина в этом же доме. Я её тоже узнал, вкусив её шедевры пищи. И "вкусив" прелести её самой - Марина считает, что это ей награда от генерала! Ксюша служит в штабе Крымского фронта, уже старший лейтенант.

Со мной прилетели пять казаков – купив на мои деньги два дома напротив, будут охранять “личного врага фюрера”. Так что, получив месяц на лечение, генерал заодно съездил и к жене Толбухина – передал ей кучу денег от мужа и от меня ещё пару дорогих колечек. Но вначале был обычный для прелестницы сексуальный шок – кровать в спальне охала и стонала! Но осторожно - она беременная!

Генерал, очень довольный таким потрясающим сексом, вручил красотке пачку денег и от себя. А та передала ему закрытую папку – я её оставил у этой рыжеволосой красавицы. А там был чёткий подробный план операции “Сатурн” – об окружении 6 армии Вермахта в районе Сталинграда. И, кроме всего, чертёж пятиступенчатой КПП к Т-34 и КВ. Чертежи новой самоходки СУ-100, её легко сделать в Ленинграде на базе КВ-2, снятого с производства, да морских орудий Б-24 на складах в Ленинграде полно.

Передал их в Генштаб. Увидев все эти бумаги, Василевский был в восторге и твёрдо решил оставить такого лихого генерала Козлова в оперативном управлении Генштаба. Даже Хозяин удивился:

– Товарищ Козлов, когда Вы всё успеваете – и Манштейна бить, и такие чудесные песни писать, их вся страна знает, да ещё и чертежи отличные. Конструкторы Морозов и Духов были в шоке – они никак не могут сделать такие КПП, а Вы им – просто на блюдечке. Вы точно гений смерти! Смерти немецким оккупантам! Придётся Вас наградить! - и смеётся, явно очень довольный.

Вот как закончилась эта моя история в параллельном мире!