17.

Крис собрала чемоданчик и посмотрев на Эл с улыбкой произнесла.

— Ну что, давай приступим к испытанию. Одевайся, пойдем гулять по коридору. Я сначала переоденусь, а потом мы продолжим. У нас есть еще минут пятнадцать двадцать, пока начнется действие. Ты поймёшь, сначала тебе станет жарко, потом обильно вспотеешь, слюньки потекут, мышцы будут сжиматься. Увидишь в общем.

Они подошли к сестринской, где Эл осталась в коридоре, а Крис нырнула в комнату и буквально через минуту вынырнула в новых брюках, но так же без трусов, как отметила про себя Эл.

— Пойдем погуляем по коридору, - Крис взяла Эл подруку и они пошли неспешно в другой конец.

Так они прошли два раза, пока Эл почувствовала поверхностный жар на своем теле, но решила не показывать вида. Впрочем, это было бессмысленно, т.к. Крис и так видела происходящее с Эл. Спокойное гуляние продолжалось, но Эл пришлость промокнуть пот на лице и шее. Еще через мгновение Эл пришлось вытирать уже целиком вырез футболки, да и подмышками стало сыро. Эл глубоко вздухнула, т.к. участилось сердцебиение и на мгновение перхватило дыхание. Женщина снова протерла вырез футболки от пота, ложбинку между грудями. Потом задрала футболку снизу и протерла под грудью. Прикосновения ткани к груди были чувственно приятными, отчего соски Эл стали тугими, а ареолы сморщились сделав соски еще более чувствительными, еще больее напряженными. Футболка буквально промокала насквозь. Румянец покрыл лицо женщины. Протирая себе шею, вырез, грудь, Эл случайно задела один из сосков. И тут же отдернула руку. Тело пронзило как электричрским импульсом волна приятного наслаждения. Мгновенно отреагировала промежность, сжавшись в трусах. Эл даже остановилась на мгновение. схватила себя за промежность слегка согнув 5оги в коленях и отклячив попу.

— Как ты? - Крис внимательно смотрела на Эл. Наврное пора пойти к тебе в комнату. Дальше будет сильнее все.

Эл кивнула головой и они неспеша пошли в комнату Эл.

18.

Подходя к двери комнаты Эл неожиданно остановилась, замерла на мгновение, пережидая томинетельну серию спазмов в промежности. Чувствительность губ, а особенно клитора стала такой, что идти было уже просто так невозможно. Облокитившись на Крис Эл струдом переступила порог постоянно приседая и сжимая ляжками промежность. Что хоть как-то перенести невыносимо приятные, почти оргазменные ощущения в напряженном теле. Но фишка была в том, что такие ощущения были по всему телу. Крис подвела Эл к маленькому диванчику и посадила на него. Эл откинулась на спинку. Ноги Эл сжимались и подтягивались вверх, натягивая белье в районе клитора так чтобы прижать его. Пальцы рук сжимальись в кулаки непроизвольно. Эл поочередн просовывала руки в между сдимавшихся ног, поднимая колени и наклоняясь вперед. Женщина сидела или полуледала, вздрагивая, тяжело дыша, уже зажав ладони рук у себя в паху и одновременно прижав вздымающуюся от шумного глубокого дыхания грудь. Руки сами тянулись внутрь брюк, чтобы погладить себя там, но Эл мужественно преодолевала это желание лишь протирая себя и потихоньку вскрикивала когда касалась груди, резко отлергивач руки, чтобы не начать себя ласкать. Желание наростало с такой силой и скоростью, что Эл толком уже не могла говорить, а только вскрикивала от "случайных" прикосновений к груди, сдерживать которые становилось все труднее. Но молодая женщина не сдавалась. Сидя с ладонями сжатыми бедрами и раскачивачсь на диванчике взад вперед Эл не заметила, как ребра её ладоней оказалась прижатыми к тому месту, гдепод брюками в промежности был верхнмй край губ и сжатый в тугую палочку клитор. Невероятно чувствительный, притягательный, кричащий желанием - "потри меня", клитор. Что Эл и стала поочередно лелать ребрами ладоней поочери проводя вверх и вниз, даже не понимая этого. Такой силы желание накрывало Эл. Женщина уже не могла просто качаться на стуле и натирать себе паха, а вздрагивала от любой подвижки одежды по соскам или клитору. Т.е. прывистое от возбуждения дыхание и вздрагивания от которых Эл то сгибалась, то разгибалась стали напрерывными.

19.

Наконец не выдержав, Эл поднялась и приседая и раскачиваясь тяжело дыша побрела к столу, гле стояла бутыль с водой С трудом открыла ее и сделала два больших глотка. Тут же женщину накрыл приступ возбуждения. Эл согнулась пополам, облокотившись локтями на стол, оттопырив попу и скрестив ноги, иаким образом прижав клитор. Постала так пережидая спазмы в промедности от которых попа Эл видимо сдималась и раздималась и дрожали ноги. В итоге на попе согнушейся женщины проступили вспухшие губы с мокрой полоской на провплившейся ткани. Женщина продолжала трясти попой и ногами одновременно опускаясь все ниже и ниже, пока не оказалась на четвереньках. Эл была в состоянии, как-будто пробежала марафон, настолько потной и тяжело дышащей она была. Сил у женщины не хватало для сопротивления, но она продолжала бороться, пытаясь на четвереньках доползти до стены комнаты. Слюни уже сами текли из полуоткрытого рта женщины, лицо было почти на уровне пола. В какой-то момент желание сломало женщину и та сильно оттопырив попу назад, при этом почти упав лицом и грудью на пол застыла раскачивалаясь и прижимая клитор брюками проваливающимися между больших губ со стонами всхлипами и шумным прерывистым дыханием.

20.

В этот момент Крис, порядком возбужденная происходяшим, подошла к Эл сзади и положила руки на ягодицы женщины. Эл взвизгнула от неожиданной реакции возбуждения и задрожала всем телом, дергаясь вперед назад. Крис не остановилась на этом, убрала руки шлепнула сначала по одной ягодице женшину, а потом по другой. Эл от этого просто тоненько завыла... Крис подержала руки на ягодицах Эл после чего начала гладить всю попу, включая место где были промокшие в промежности брюки. Эл дрожала, судорожно вздрагивая, двигаясь вперед и назад, выгибаясь и отстраняясь. Но уже не контроллировала ситуацию. Крис же все сильнее прижимала свои ладони к попе Эл, все чаще и глубже проникала между складками губ в промежности женщины, от чего на попе образовалось достачно большое мокрое пятно. Эл тихонько подвывала в такт рукам Крис. Фактически, Эл лежала на полу лицом и телом и только попа с широко расставленными для доступа ногами возвышалась перед Крис. Медсестра просунула руку между ног Эл, пролезла под задравшуюся футболку и дотянувшись до предельно чувствительныз сосков стала ими играть, перебирая пальчиками то одну, то другую грудь Эл. Это окончательно сломало волю Эл. Она протянула руку назад в промежность и начала гладить сеья поверх брюк, так же с воем и стонами, которые срывались с губ женшины непрерывно. Крис отодвинула руку Эл и сама стала натерать ей губы, прижимая пальцы к клитору и массируя его. Эл пыталась двигать попой навстречу руке Крис, но только вздрагивала изгибаясь в пояснице и двигаяя попой вверх вниз. Стоны и вой женшины не прекращались ни на секунду, прерываясь лишь шумным дыханием.

Крис приподняла Эл и сняла с нее футболку. обхватила сзади и стала перебирать пальцами торчащие соски женщины. У Эл, видимо, заканчивались силы. Тело просто мелко вздрагивало Глаза Эл были закрыты. Только свои груди Эл иногда подсовывала навстечу пальцам Крис.

Время от времени Крис меняла тактику от груди переходила к мокрой промежности, котору жёстко натирала и обратно нежно перебирала сосочки. Эл уже не контроллируя себя также теребила соски, и натирала себе промежность. Руки женщин играли какую-то дикую игру с телом Эл. Вдруг Эл застонала особенно прерывисто, задрожала попой и бёдрами... Замерла.. На попе Эл стало образрвываться мокрое пятно и потекли струи по ногам, оставляя стрелы и собираяясь в лужу на полу. Эл описалась не вылержав напряжания, но так же продолжала раскачиваться попой и натирать губы руками.

22.

Крис обняла Эл сзади и помогла сесть женщине у стены, прислонившись спиной. Эл раздвинула ноги и гладила себя по мокрой промежности, другой рукой играя с сосками и сжимая себе по очереди грудь. Пальцы женщины ходили вверх и вниз между ног, одновременно с этим Эл привставала и опускалась как бы имитируя натирание клитора членом. Сил издавать звуки у женщины не было лишь небольшие всхлипы и шумное дыхание раздавались в комнате.

Крис подошла к Эл и взяв за подмышки с трудом подняла женщину с пола и двинуться у коовати. Эл сгибалась и приседала на фоне происходящего с ней, но все же Крис довела её, уложила на живот, полностью раздев.

23.

Крис взяла салфетку и стала оттирать тело Эл. Когда салфетка, теплая и почти живая от лосьона, скользнула с поясницы Эл на округлость правой ягодицы, всё тело Эл отозвалось лёгкой волной. Крис двигалась с гипнотической медлительностью, описывая широкие, бесконечно плавные круги. Ткань обволакивала каждую выпуклость, вдавливалась в нежную ложбинку между ягодицами, лишь на мгновение, чтобы тут же отступить, оставляя за собой след прохлады и возбуждения.

Эл вдавила лицо в подушку, сдерживая стон. Мышцы её попы напрягались, принимая чёткую, подтянутую форму, а затем расслабились в непроизвольном, томном движении, будто приглашая ладонь вернуться. Крис видела это безмолвное приглашение, положила свободную руку на крестец Эл, фиксируя, успокаивая, и продолжая мытье. Теперь её движения стали более прицельными. Салфетка скользила не по поверхности, а как бы вглядывалась в кожу, прорабатывая каждую клеточку — от упругого верхнего свода до самой чувствительной нижней части, где ягодица переходит в бедро. Прикосновение там заставило Эл вздрогнуть всем телом, а её нога согнулась в колене, бессознательно приоткрывая доступ к самому сокровенному. Эл несколько раз пыталась согнуть ноги в коленях и отклячить попу, предлагая Крис "войти внутрь", Но Крис неумолимо проходила мимо заставляя Эл скулить, подвывать и судорожно трясти попой.

Крис остановилась. Воздух в паузе стал густым, сладким и тяжёлым. Крис сменила салфетку, и звук вскрытия упаковки прозвучал невероятно громко. Она видела, как подрагивает нежная, почти прозрачная кожа внутренней поверхности бёдер Эл. Как судорожно дышит женщина преодолевающая невозможное.

Новый этап начался с едва ощутимого прикосновения к самой верхней точке промежности, у копчика. Это было почти целомудренно. Но затем ладонь Крис, уверенная и влажная, повела салфетку вниз по узкой, сокровенной дорожке. Не напрямую, не грубо, а фланируя по границам. Ткань скользила по внешней складке, огибая святилище, лишь изредка, случайно, краем касаясь самых наружных, уже набухших и потемневших от прилива крови губ.

Каждое такое мимолётное соприкосновение отзывалось в теле Эл судорогой наслаждения. Её бёдра начали двигаться в едва уловимом, древнем ритме — микроскопические толчки, которые она не могла контролировать. Попа слегка приподнималась, следуя за движением салфетки, словно цветок за солнцем. Мышцы влагалища сжимались и разжимались впустую, вызывая горячую, стыдливую влагу, которая пропитывала простыню под ней.

Крис, затаив дыхание, сосредоточилась на этой границе. Она водила салфеткой вдоль половой щели, сверху вниз и обратно, с возрастающим давлением, но всё ещё не нарушая границы. Она обрисовывала форму, дразнила полноту, чувствовала под тонкой тканью, как набухают и становятся твёрдыми бархатные складки. Её собственная рука дрожала, а между её ног возникла глубокая, пульсирующая пустота, требовавшая заполнения. Белые слаксы стали тесны. А у самой Крис стало сыро в промежности.

Внезапно, в одном из движений, салфетка соскользнула чуть глубже, и её середина, сложенная в несколько раз, на мгновение легла прямо на сомкнутые, горячие губы, прижала их. Эл издала сдавленный, хриплый звук. Её тело выгнулось в дугу, пальцы ног врезались в матрас, пальцы рук судорожно вцепились в простыню. Это было кульминацией, взрывом, после которого последовала глубокая, трепещущая тишина.

Крис замерла, её ладонь всё ещё лежала на том влажном, пульсирующем месте, чувствуя через ткань бешеный стук крови и мелкие, после прилива подрагивания мышц. Она видела, как дрожат ягодицы Эл, как сокращаются её бёдра, как влага окончательно проступает на простыне. И понимала, что влажность между её собственными ногами — зеркальный ответ на эту немую, чувственную открытость, ледащей перел ней молодой возбужденной женщиной.

Крис зашла немно6о сзади Эл, взяла подушку, ладонью еохлопала Эл по ягодице:

— Красотка, попу подними...

Эл с готовностью оттопырила зад и медсестра тут же пристроила под животом у женщины заготовленную подушку.

Эл лежала на животе, её ноги были слегка разведены, подушка под тазом приподнимала его, открывая уязвимый, запретный ландшафт. Этот ракурс был одновременно более интимным и менее прямолинейным. Крис, стоя на коленях между её щиколоток, видела всё: сокровенную тень между ягодиц, нежную припухлость половых губ, приполнятых над постелью и каплей слюньки свисающей с копюшона, и, главное, внутренние поверхности бёдер, эти шелковистые ворота к наслаждению.

Она начала с левой ноги. Салфетка, пропитанная уже не просто лосьоном, а смесью его аромата и электричества, натянутым в воздухе, коснулась подколенной впадины. Эл вздрогнула. Это была зона внезапной, острой чувствительности. Крис медленно повела салфетку вверх по бедру, следуя за расслабленной, но готовой в любой момент дрогнуть мышцей. Кожа здесь была самой тонкой, почти сияющей изнутри. Прикосновение было похоже на проведение смычка по самой чувствительной струне.

Когда салфетка достигла самой верхней части внутренней поверхности бедра, почти у самого паха, движение замедлилось до минимума. Крис не дотрагивалась до блестящей от смазки щели, но скользила в миллиметре от неё, обрисовывая границу. Дыхание Эл стало прерывистым, шумным, губы 6абухли снова и разошлись готвые к приему. Её левое бедро непроизвольно отклонилось наружу, открывая чуть больше. Приглашение. Повинуясь ему, Крис сменила угол. Теперь её пальцы в салфетке легли не вдоль, а поперёк бедра, и следующий танец прошёл снизу вверх, от колена прямо к самому центру скрытого тепла.

Край салфетки на этом движении коснулся внешней складки половых губ. Не самой губы, а лишь прилегающей, сверхчувствительной кожи паховой области. Это было как удар тока низкого напряжения. Правая нога Эл дёрнулась, её пятка скользнула по простыне, а таз приподнялся, и задрожал судорожно, бессознательно подставляясь под призрачное давление. На простыне под ней проступило тёмное, влажное пятно. И слюньки обильно "повисли" на губах.

Крис перевела дух, чувствуя, как её собственные паховые мышцы сжались в ответ на этот немой крик. Она повторила манёвр с правой ногой, но теперь её движения были ещё более уверенными, почти настойчивыми. Она знала карту откликов. Когда салфетка скользила вверх по правому бедру, её большой палец, обёрнутый тканью, намеренно сильнее надавливал на нежную кожу паха, прямо у края вульвы.

Тело Эл перестало подчиняться. Оно жило своей собственной, животной жизнью. Её бёдра совершали мелкие, круговые движения, растирая себя о постель. Ягодицы ритмично сжимались и разжимались, и в этих сокращениях было отчаяние и мольба. Мышцы живота напрягались, пытаясь приподнять таз выше, глубже вжать его в подушку, чтобы усилить трение или давление, чтобы пальцы медсестры провалились, наконец, в пылающую и текущую вагину. Пальцы Эл буквально рвали простынь, комкая и выдергивая ее из под матраца.

Завершающий аккорд Крис поставила, когда обе её ладони в салфетках легли одновременно на внутренние поверхности бёдер Эл, высоко, почти у самого источника жара. Крис не двигалась, лишь прижимала тёплую влажную ткань к этой дрожащей, пульсирующей коже, чувствуя под ней бешеный пульс. А затем, с невыносимой медлительностью, свела руки вместе, по направлению к центру.

Салфетки встретились, сомкнувшись, на самой сокровенной точке — на припухших, влажных от собственных соков половых губах, нежных, дрожащих от нестерпимого желания. Это было не проникновение, а утверждение. Полное обладание моментом.

Эл закричала в подушку — глухой, раздавленный, непроизвольный звук. Её тело выгнулось в сильнейшем спазме, замерло на пике, а затем рухнуло, обмякшее и источающее волны мелкой дрожи и судорог. Крис убрала руки. Она видела, как сокращаются мышцы спины "упавшей" женщины, как судорожно вздымаются её рёбра при каждом вдохе, как подрагивает всё ещё влажная, покрасневшая кожа внутренней стороны бёдер.

На белых слаксах Крис, в самой глубине паха, тоже расплывалось тёмное пятно влаги. Её собственная промежность горела, а в ушах стоял звон от этой тихой, мощной симфонии, которую они только что исполнили в четыре руки.

Крис перевернула Эл на спину, в воздухе тут же повисло новое напряжение. Поза была жертвенной и бесконечно доверчивой. Руки возбужденной женщины лежали вдоль тела, ладонями в6из. Пальцы уже слегка подрагивали, готовые вцепиться во что угодно. Свет лампы падал на её тело, и каждая детоль была видна с мучительно - эротичной чёткостью.

Крис стояла на коленях между её бёдер. Её рыжие волосы выбились из хвоста, обрамляя лицо ореолом меди. Она смотрела не в глаза Эл, а вниз, на трепещущий эпицентр, пульсирующий, еще не остывший после взрыва. Там, в обрамлении блестящих, влажных от пота, слюнек и лосьона складочках, лежала её цель. Но она не торопилась. Она была и исследователем, и дирижером этой медленной симфонии плоти.

Она начала с лобка. Не с интимного места, а с самой выпуклой косточки, того нежного холмика, который прикрывал святилище. Салфетка, сложенная в несколько раз, легла на него всей площадью. Крис прижала салфетку нежно, но ощутимо и начала медленные, вращательные движения. Она растирала эту зону, будто разогревая, подготавливая почву. Под её пальцами кожа лобка становилась горячей, упругой, и каждое движение заставляло нижележащие, скрытые части мелко дрожать. Эл зажмурилась, её живот втянулся, а затем резко выпятился на вдохе.

Затем Крис сместилась ниже. Теперь салфетка скользнула вниз по лобку, к основанию больших половых губ. Она взяла их, эти мягкие, набухшие валики, между пальцами, обёрнутыми влажной тканью, и начала аккуратно, сантиметр за сантиметром, проводить по их внешней, а затем внутренней складке. Движение было похоже на то, как раскрывают спелый плод, не повреждая нежную мякоть. Большие губы под давлением разошлись, обнажив сокровенную розовость внутри.

Дыхание у самой Крис тоже перехватило. Промежность Эл была влажной, сияющей, дышащей. Малые губы, обычно скромные лепестки, были припухшими, выдвинутыми вперёд, тёмно-розовыми, почти алыми. А над ними, под небольшим капюшоном из плоти, прятался клитор — напряжённый, пульсирующий бугорок, явственно проступающий под тонкой кожей.

Крис сменила салфетку на абсолютно свежую, как будто этот момент требовал новой чистоты. Она обмакнула её в лосьон, но теперь это было уже просто ритуалом. Всё было мокрым от другого.

Она коснулась сначала одной малой губы. Кончиками пальцев в ткани она провела вдоль неё, от основания до вершины, где она сходилась с капюшоном. Эл замычала и застонала. Её ноги дёрнулись, колени разъехались шире, а стопы уткнулись пятками в матрас, замерли в этом неестественном, открытом напряжении. Крис повторила движение с другой губой. И снова — судорога в бёдрах, сжатие кулаков.

Теперь её внимание привлек сам капюшон. Кожа над клитором была натянута, как барабанная перепонка. Крис положила на него подушечку указательного пальца, нажала, помассировала. Потом прикрыла салфеткой и начала водить ею совершая небольшие, крошечные круги. Не надавливая. Не открывая. Просто скользя по этому невероятно чувствительному куполу.

Реакция была мгновенной и всеобъемлющей. Тело Эл вздрогнуло, как от удара. Её ягодицы оторвались от кровати, таз начал совершать короткие, прерывистые толчки в воздух, абсолютно непроизвольные, подчинённые лишь стихийному ритму наслаждения. Мышцы её живота сжимались, подрагивали, живот то выпячивался, то опалал, резко сокращаясь. Губы её разомкнулись, из горла вырывалось прерывистое, хриплое дыхание, похожее то ли на рычание, то ли на стон.

Крис надавила сильнее, усилила нажим. Движения стали чуть настойчивее. Она чувствовала под тканью твёрдую, маленькую точку, которая, казалось, билась, как второе сердце. Она чуть оттягивала сам капюшон слегка обнажая алую головку клитора, и тут же возвращается на место.

Медсестра тогда сменила тактику. Убрав палец, она сложила салфетку в плотный, мягкий валик. И этим валиком, всей его длиной, медленно, невероятно медленно, провела снизу вверх по всей открытой теперь щели, через влажный, пульсирующий вход, через малые губы, и вверх, прямо по головке клитора, прижимая и оттягивая капюшон одним непрерывным, всепоглощающим движением.

Это стало последней каплей, триггером, детонацией.

Эл издала звук, в котором не было ничего человеческого — низкий, рычащий стон отчаяния и боли. Её тело выгнулось в невероятной дуге, опираясь только на затылок и пятки. Промежность её сжалась в серии быстрых, судорожных спазмов, которые были видны невооружённым глазом — пульсация, бегущая волнами от входа влагалища к клитору и обратно. Её бёдра бились в конвульсивном танце, руки вцепились в простыню, голова закинута назад, обнажив напряжённые шейные вены. Лицо исказила гримаса высшего, болезненного экстаза, губы были влажными, глаза закатились.

От увиденного, волна дрожи пробедала по телу Крис, зависла в промежности сильнейшим напряжением и разродилась множеством спазмов, отчего у медсестрв стало горячо между ног. Когда волна спазмов начала отступать, оставив после себя лишь мелкую, непрекращающуюся дрожь во всём теле, Крис медленно убрала салфетку. Её собственная рука дрожала. Между её ног была такая пульсирующая, мокрая пустота, она сжала бёдра, пытаясь облегчить это давление, смотрела на обмякшее, дышащее прерывисто тело Эл, на её влажную, сияющую на свету, всё ещё подрагивающую плоть, и поняла — они обе стояли на краю. И эта пропасть миновала их обоих.

В возникшей тишине Крис оценивала состояние молодой женщины и свое мобственное. Чувства настолько поглотили Крис, что она не замитила, как её собственные слюньки превратились в сквирт, промочив слаксы от попы до колен. Встав с кровати, медсестра оглялела себя, развела руки в стороны, как говоря "...ну да... случилось такое, бывает..." Отошла от кровати и села на стул, чтоьы не замочить диванчик, в ожидании, когда напряжение Эл упадет.

25.

Крис помогла Эл встать с кровати. Придерживая за плечи и в полусогнутом состоянии, на полусогнутых в коленях ногах зажимая рукой клитор, скользкий до сих пор и истекающую по бедрам слюньками промежность, Эл побрела в душ вместе с медсестрой.

Включив душ, Крис проверила температуру и помогла Эл забраться в ванну. Лежа на спине Эл все еще вздрагивала и сжималась хватаясь то за грудь, то за промежность, издавая только всхлипы редкие "ааах".

Крис сняла лейку со стойки и начала поливать Эл, отмывая от слюнек, столь обильно размазанных по всему телу Эл, которая старалась подставить свои имнтимные места под струи воды и получить очередной неосознанный оргазм. Шум воды, стоны молодой женщины, редкие всхлипы продолжались некоторое время пока Крис пыталась вымыть Эл. Наконец Эл со стононом и судорогами выгнулась, подставив вагину под струи воды, упала на дно ванной и, задергавшись в оргазменных конвулсиях, затихла.

— Ну вот, девочка моя, - Крис практически с любовью смотрела на молодую женщину в полуобморчном состоянии, лежащую на дне ванной.

— Теперь я вытру тебя и баиньки... - медсестра, выключив воду, фактически подняла едва живую Эл и посадила на скамейку у стены тщательно вытерла.Промокнув, не натерая, все интимные места Эл. Затем подняла и так же шаг за шагом на полусогнутых, причелая и вздрагивая, довела Эл до кровати, уложила, накрыв одеялом и села в углу, ожидая когда женщина заснет. Впрочем ждать пришлось недолго, т.к. утомленная произошедшим Эл уже и так была на грани сознания.

24.

Поснувшись утром, Эл, еще не открыв глаза, вспомнила вчерашнее приключение, потрогала грудь, раздвинув ноги прошлась ео клитору, забралась в вагину... Все было на месте, все как всегда. Потянулась и сев на кровати попыталась оценить свое состояние. Ничего, кроме легкого головокружения, обнаружить не удалось. Тут и Крис пришла:

— Привет, дорогая, как ты? - Медсестра изучающе смотрела на женщину.

— Голова немного, - Эл покрутила пальцем вокруг головы, - а так... всё нормально.

— Вот и хорошо, - натремся мазькой и порядок.

— Опять? - Эл удивленно почмотрела на Крис.

— Нет, это другое. Если что-то поранила вчера, быстренько заживёт. Как тебе вчерашнее.

— Теперь трахаться вообще наверное никогда не захочу. Очень сильные ощущения, но повторять не буду. - помолчала и добавила, - никода! Я потеряла волю, контроль над собой. Не хочу такого больше. Хотя ощущения дикого животного возбуждения очень приятны.

— И ладно, - Крис помолчала немного, - Закончишь натирать себя, приходи на завтрак, а потом на выписку к врачу. Да... На прощальное кофе зайди. Посидим, поболтаем.

25.

После обеда Эл выписали из Мед. Центра. Женщина зашла в сестренскую к Крис. Накрыли маленький столик и за разговорами провели остаток времени до вечара. Обнявшись, поцеловавшись на прощание, женщины расстались на пороге комнаты.

Машина ожидала прямо в подземном гараже. Водитель не спрашивал адреса проживания и вообще не разговаривал с Эл. Машина со свистом мчалась по ночным улицам Города мимо провожающих поворотом головы с задумчивыми глазами сотрудников ГиБДД, мимо светофоров, на которых всегда был зеленый свет. Ехали молча. Эл вспоминала, как провела время в центре, медсестру Крис, свои ночные фантазии, руки медсестры.

— А что, может действительно Андрея пригласить. Я же сообщила на работу, что выписалась из больницы. Наверняка завтра нагрянут сослуживцы поздравить с выпиской. Машина, пролетев очередной перекресток, затормозила возле одинокого такси. Водитель не оборачиваясь произнес:

— Дальше Вы сами. Ваши вещи в багажнике. Удачи!

Проговорил и снова превратился в молчаливого сфинкса. Эл вышла, сняла маску, полощив ее в багажник, достала пластиковый чемодан на колесах с выдвижной ручкой. Машина тут же со свистом развернулась и улетела в ночь. Эл подошла к такси, назвала адрес и погрузив багаж, поехала к дому. Привезли Эл прямо к парадной дома, где жила Эл. Посмотрела на свой дом. В её паралной горело единственное окно – у соседки. В окне на фоне света за непрозрачными шторами мелькнул силуэт или Эл только показалось? Женщина вздохнула и вошла в парадную, не оборачиваясь к водителю и такси. Вызвала лифт. Поднимаясь на лифте, Эл как-то остро ощутила жалость к своей соседке. Как она все перенесла? С чем ей пришлось столкнуться пока Эл была в отключке до приезда врачей? Двери лифта распахнулись, Эл вышла на лестничную площадку перед лифтом и тут кто-то с криком бросился на неё, стал дубасить кулаками сначала по спине, потом в грудь :

— Дура, хоть бы СМС-ку написала, я ж поседела вся за эту неделю из-за тебя!

Эл узнала соседку. Соседка повисла на шее Эл, заливая слезами кофту молодой женщины.

– Как ты могла со мной так поступить?

— Ну ладно, ладно тебе… - бормотала Эл, - все уже закончилось. Ну? Я здесь! Посмотри же, я жива и здорова. Ну почти здорова. Пойдем ко мне, расскажешь, как ты тут без меня? Соседка буквально висела на Эл не отрываясь, не отпуская из своих объятий.

– Мы ж вместе с детсада с тобой, за что ты меня так? – рыдала женщина. – Почему?

— Ну погоди, сейчас расскажу, что помню – шептала Эл, - давай уж зайдем ко мне и закроем дверь.

Войдя к себе в квартиру, Эл на секунду замерла. Огляделась вокруг. Всё, как и было в тот день. Только как-то прибрано и чисто. Эл оставила в коридоре сумку, прошла на кухню. Поставила чайник. Подруга, заливаясь слезами, ходила как хвостик за ней неустанно всхлипывая. Эл достала бутылку вина, конфеты из холодильника и «перетащила» за собой соседку в комнату. Поставила на стол-каталку вино с конфетами, два фужера и подкатила к дивану. Взяв пульт включила на музыкальный канал ТВ, висящий на стене, напротив дивана и села, развалившись на диван. Похлопала рядом с собой ладонью, предлагая место рядом с собой своей соседке.

— Гадюка! – В шутку пролепетала соседка, еще больше разрыдавшись. – Стерва белобрысая... Я чуть не померла тут, пока тебя где-то носило. Всю валерьянку в районе выпила…

— Да нигде не носило меня, я в больнице два дня в отключке провалялась с перитонитом.

— Ага… Конечно… – лепетала дрожащими губами женщина, - а что за мужики тут шманали без тебя? Даже мусор забрали с собой и унесли. Я в себя только к вечеру пришла. Подумала, что ты заразой какой-то заболела в своей командировке. Вещи твои забрали все. Правда вернули потом, на следующий день, я подглядела из-за дверей. Ночью привезли. Ты где была-а-а…

Молодая женщина совсем уже залилась слезами. - Я все больницы города обзвонила, все моргии-и-и… Никто ничего не знааеет…- протяжно, навзрыд, тянула соседка.

Эл налила вина в фужеры, один взяла сама, другой протянула соседке:

— За наше воссоединение! Давай уже порадуемся.

Соседка поспешно закивала головой.

— Рассказывай уже, что случилось, - жалобно хлюпая носом попросила соседка, положив голову на колени Эл.

Эл принялась за рассказ, опуская не нужные для ума соседки подробности о Мед Центре. Эл старалась с юмором описать разные ситуации, в которых ей удалось побывать, подливала вино в фужеры. Как вдруг поняла, что соседка уже спит. Эл улыбнулась, осторожно встала, не разбудив сладко сопящую молодую женщину. Из спальни принесла подушку, подложила под голову спящей женщине и накрыв одеялом, вышла на кухню, выкатив за собой столик с остатками трапезы. Огляделась вокруг себя и найдя, что все в порядке, уперлась руками в косяк двери, потянулась, сказала сама себе:

— Дом… Милый дом, как я скучала по тебе!

На секунду замерла, внимательно прислушавшись к своему телу, - Точно, ванна! Как же я забыла! Эл зашла в ванну сбросила себя одежду, оставшись в одних трусах, залезла внутрь. Постояла чуть, глядя на себя в зеркало. Затем раздвинула слегка ноги, поставив их ванной максимально широко, на сколько позволяла ёмкость, застыла чуть в неподвижности, глядя себе между ног в зеркало. В промежности расплывалось мокрое пятно. Чуть напряглась, от этого в трусы ударила струя горячей жидкости. Эл погладила себя между ног ладонью, потеребила сквозь мокрые, ставшие сразу прозрачными, трусы свои гладковыбритые губы. Прошептала сама себе:

— Вот теперь все. Добро пожаловать домой, Эл.