Вольный перевод рассказа: «Mother's shocking discovery», на русский язык. Автор рассказа: lvnthe80-х. 2026 год.

В доме было тихо, когда восемнадцатилетний Артур Петровский вернулся из института. Его мать, Сара Соломоновна, оставила записку на кухонном столе: «Сыночек пошла в магазин. Скоро вернусь». Артур вздохнул, разочарованный. Он надеялся поймать свою сорокалетнею маму переодевающейся до того, как она выйдет из дома. Уже несколько месяцев он был одержим тем, чтобы видеть свою мать голой, фантазируя, о её изгибах и движениях. Он знал, что это неправильно, но не мог с собой справиться. Он часто носил её трусики под своей одеждой, чувствуя себя ближе к ней, представляя, что они её.

Будучи довольно типичным восемнадцатилетним парнем, Артур сделал бутерброд с сыром и сделал несколько глотков молока прямо, из коробки. Он поднялся пошел свою комнату, закрыв за собой дверь. Снимая пиджак и расстёгивая пуговицу на джинсах, его пальцы провели, по изящной ткани маминых трусиков, которые он носил. Они были мягкими на коже, тайное волнение, от которого его член дергался, от возбуждения. Он любил, как они себя чувствуют, на его теле, как напоминают ему его мать.

Когда Артур полез в ящик комода, за чистой одеждой, дверь его комнаты скрипнула. Артур застыл, сердце колотилось в груди, когда он поднял взгляд и увидел маму, стоящую в проёме двери, её глаза широко раскрылись от шока, когда они упали на трусики, выглядывающие из-под расстёгнутых джинсов, свободно свисающих на бёдрах.

— Что... Что это сыночек? — спросила она, заметив ещё одну пару её трусиков в ящике комода, который он только что открыл. Её голос слегка дрожал, — смесь замешательства и чего-то ещё, — чего-то, что заставляло живот Артура скручиваться, от страха и возбуждения.

— Я... Я могу всё объяснить мамочка, — запнулся Артур, его лицо покраснело. Он точно знал, о чём она думает, и это осознание заставило его член, ещё больше возбудится в украденных у мамы трусиках.

Мать сделала шаг ближе, не отрывая глаз, от её тёмных прозрачных с розовыми бантиками трусиков надетых на сына.

— Это же мои трусики, не так ли? — мягко спросила она.

— Я замечаю, что уже несколько недель не хватает несколько пар моих трусиков у меня в комоде.

Артур с трудом сглотнул, не в силах встретиться с маминым взглядом.

— Да, мамочка, — прошептал он.

— Прости. Я просто... Я хотел быть рядом с тобой.

К его удивлению, вместо злости на лице матери мелькнуло странное выражение, — смесь недоверия, любопытства и чего-то совсем другого. Что-то, от чего по спине пробежал холодок.

— Ты носил мои трусики? — спросила она, голос стал хриплым шёпотом. Она подошла ближе, её бёдра мягко покачивались с каждым шагом.

— И я вижу, что ты и теперь их носишь?

Артур мог только кивнуть, дыхание перехватило, когда мама остановилась в нескольких сантиметрах, от него. Он чувствовал её аромат, тот знакомый аромат, который всегда сводил его с ума. Она выглядела так сексуально в чёрной юбке-карандаше и белой атласной блузке, всё это облегало её женственную фигуру. Без предупреждения она протянула руку и ласково коснулась его щеки, заставив посмотреть на неё.

— И ты так в них ходишь в институт на занятия?» — спросила мама, большим пальцем проводя, по его нижней губе.

— В моих трусиках, под своими джинсами?

— Да! Мамочка, — признался Артур, едва слышным голосом. 

Долгое мгновение Сара Соломоновна просто смотрела на него, её зелёные глаза искали его лицо. Затем, к его удивлению, она улыбнулась, от которого его сердце забилось ещё быстрее.

— Нам нужно поговорить об этом, — наконец сказала Сара Соломоновна, отступая на шаг. «Но сначала, думаю, нам стоит что-то сделать с твоей маленькой коллекцией.

Прежде чем Артур успел ответить, мама развернулась и вышла из комнаты, оставив его стоять в своей комнате, растерянного и мучительно возбуждённого. Он последовал за ней, где Сара Соломоновна, уже брала сумочку.

— Артур!Мы  сейчас идём за покупками, — объявила она, глядя на него своими пронзительными глазами.

— Тебе нужны свои трусики, а не мои.

Дорога, до торгового центра была напряжённой и тихой. Артур не мог перестать смотреть на мать, задаваясь вопросом, о чём она думает. Она испытывала к нему отвращение? Или нет? Он не мог понять, и неопределённость сводила его с ума.

Сара Соломоновна повела его прямо в отдел женского нижнего белья, где начала выбирать разные пары трусиков с вешалки.

— Сыночек! У тебя есть предпочтения? — спросила она, поднимая пару чёрных кружевных стрингов. «Что-то вроде этого?».

Артур покачал головой, смущённый. «Я... Мне больше всего нравятся прозрачные», — признался он. «Как у тебя».

Сара Соломоновна снова улыбнулась, та же загадочная улыбка, которая пронизывала его волны жара. «Конечно, хочешь», — пробормотала она, выбирая несколько пар трусиков разных цветов. «Давай примерим это сыночек».

Они пошли в примерочную, Сара Соломоновна вошла и начала закрывать дверь, когда Артур незаметно вошел не привлекая внимания других покупателей в примерочную кабину к своей матери. Мама просто улыбнулась и откинулась на дальнюю стену. Маленькое пространство казалось сужающимся, под её присутствием, и он чувствовал жар, исходящий от её тела.

—Давай! Артур! — подбодрила она, садясь на маленький табурет. «Примерь их для меня».

Дрожащими руками Артур снял джинсы и нижнее бельё, затем надел первые трусики — мягкий розовый атлас, идеально подходящий к его стройным бёдрам. Он медленно поднял их, ощущая прохладную ткань на коже, член уже наполовину твёрд от мысли, что мать смотрит на него.

— Повернись, — приказала она, голос её был наполнен эмоциями.

Артур послушался, повернувшись к ней. Её взгляд скользил, по его телу, задерживаясь на контуре его члена, прижимающегося к тонкой ткани трусиков. К его удивлению, мама облизала губы, и он увидел, как её грудь прижимается к ткани блузки с каждым вдохом.

— Как они себя чувствуют? — спросила Сара Соломоновна, слегка наклонившись вперёд.

— Они потрясающие, — выдохнул Артур. «Почти так же хорошо сидят, как и твои».

Сара Соломоновна сделала шаг ближе к почти голому сыну, сократив расстояние между ними. Она протянула руку, её пальцы провели, по поясу трусиков. «Они тоже потрясающе смотрятся на тебе сыночек», — прошептала она, не отрываясь от его глаз.

— Ты выглядишь очень сексуально в них, сыночек.

Без предупреждения её рука скользнула вниз, обхватив растущую выпуклость на передней части трусиков. Артур ахнул, его тело дернулось, от её прикосновения.

— Тебе нравится, когда я трогаю тебя здесь? — спросила Сара Соломоновна, нежно проводя пальцами, по ткани трусиков. «Ты что-нибудь ещё делаешь, когда надеваешь мои трусики?». С кокетливой улыбкой, Сара Соломоновна нежно взяла его яйца и спросила: «Ты трогаешь себя, когда носишь мои трусики?».

— Да, — простонал Артур, его бёдра прижались к её прикосновению. «Всегда».

Сара Соломоновна мягко сжала его яички, заставив сына тихо заскулить. «Я хочу, чтобы ты показал мне», — сказала она, её голос понизился, до соблазнительного мурлыканья. «Покажи, как тебе нравится носить мои трусики».

Дрожащими руками Артур зацепил большие пальцы, за пояс трусиков и опустил их, обнажив полностью эрегированный член с каплей пред эякулята, уже образовывающейся на кончике головки. Член гордо возвышался, из его тела, свидетельствуя, о его возбуждении. Глаза матери слегка расширились, когда она осмотрела это, затем Сара Соломоновна опустилась на колени перед сыном.

— Я никогда не видела ничего более прекрасного, — прошептала она, протягивая руку, чтобы обхватить его член. «Такой красивый и большой».

Артур с восхищением наблюдал, как мама наклонилась вперёд и провела языком, по кончику его члена, заставив его вздрогнуть и вытереть пред эякулят. «Мм...м», — промурлыкала Сара Соломоновна. Затем она взяла член сына в рот, её тёплые, влажные губы полностью окутали его. Артур простонал, его руки запутались в её каштановых волосах, когда она начала качать головой, сося и облизывая его член с мастерской точностью.

— Никто, никогда раньше так со мной не делал, — выдохнул Артур, его бёдра невольно двигались. «Это так приятно мама».

Сара Соломоновна немного отстранилась, посмотрев на него тёмными, голодными глазами. «Я твоя первая женщина сынок?», — спросила она, улыбка играла на губах.

— Да! Мама...

— Хорошо...

Затем Сара Соломоновна взяла его член глубоко в горло, глотая головку члена, пока он не подумал, что вот-вот взорвётся. Ощущение было невероятным, лучше, чем он когда-либо мог себе представить, и он знал, что долго не продержится.

— Я кончу сейчас мама, — предупредил он, но мама только пососала сильнее, её рука работала с основанием его члена в такт её движениям.

С сдержанным стоном Артур кончил, его горячее семя полилось, по горлу матери. Сара Соломоновна проглотила каждую каплю семени сына, затем облизала его член дочиста, встала и вытерла рот тыльной стороной ладони.

— Вот что бывает, когда носишь красивые трусики, — сказала Сара Соломоновна, глаза её сияли, от удовлетворения.

— А теперь давайте закончим покупки мой мальчик.

Покидая торговый центр, Артур не мог перестать думать о том, что произошло в примерочной. Мать подарила ему самое интимное удовольствие в жизни, и воспоминание, о её губах, обхватывающих его член, останется с ним навсегда. Но когда они шли к машине, он заметил, как мама всё время поглядывает на него, как её рука всё время касается его бедра. И он знал с абсолютной уверенностью, что это только начало их новых отношений.

В тот вечер, когда они вернулись домой, Артур нашёл свою мать, ждущей его в своей спальне. На ней была только шелковая прозрачная ночнушка, а очертание её тела, под тонкой прозрачной тканью вызывало у него слюнки. Он видел, как её возбужденные соски  выступают наружу.

— Сегодня, я не могла перестать думать о тебе сыночек, — призналась Сара Соломоновна, глаза её горели желанием. «О том, как ты выглядел в этих трусиках».

Артур с трудом сглотнул, его собственное возбуждение быстро росло. «Я тоже», — признался он. «Я всё время думаю о том, что ты мамочка сделала, со мной в примерочной».

Сара Соломоновна улыбнулась, медленный, чувственный изгиб губ, посылая волны жара по телу. «Иди сюда сыночек», — приказала она, похлопывая по кровати рядом с собой.

Артур осторожно подошёл, сердце бешено колотилось в груди. Когда он подошёл к краю кровати, она натянула к своему лицу ночнушку, обнажая под ней своё обнажённое тело. Артур ахнул, увидев её полную грудь, розовые соски, уже вставшие от возбуждения, и гладкую выбритую промежность между ног.

— Тебе нравится то, что ты видишь сыночка? — спросила Сара Соломоновна, чуть раздвигая ноги, чтобы дать ему лучший обзор.

— Да, — выдохнул он, его член напрягался в штанах. «Ты красивая, и такая сексуальная».

— Коснись меня, — приказала Сара Соломоновна, откинувшись на кровать, взяв его руку и положив её на свою грудь.

— Почувствуй, как сильно я тебя хочу, мой мальчик...

Артур осторожно провёл рукой по её мягкой коже, чувствуя, как сосок становится твёрдым, под его прикосновением. Он мягко сжал, вызвав у мамы тихий стон. Воодушевлённый, он наклонился и взял сосок в рот, сосал и покусал, пока Сара Соломоновна не начала извиваться под ним.

— Боже, да, — выдохнула она, её пальцы запутались в его волосах. «Вот так...».

Пока Артур продолжал сосать её грудь, его рука скользнула ниже, скользнув между её ног, чтобы найти её уже влажной и готовой к нему. Он шарил по сторонам, не совсем понимая, что делать и куда прикоснуться. Он обводил её клитор пальцем, заставляя её дёргаться, под его прикосновением.

— Я хочу, чтобы ты был во мне, сейчас, — потребовала мама.

Артур быстро снял одежду, его член стоял по стойке смирно. Он расположился между её ног, потирая кончик головки, о её скользкий вход, во влагалище. Мама ввела его член внутрь своего «Детородного туннеля», задыхаясь, когда он полностью его заполнил.

— Мм...м, мама, — простонал Артур, начиная двигаться внутри неё.

Сара Соломоновна обвила ногами его заднюю часть ног и ягодиц, подталкивая его глубже с каждым толчком. «Трахни меня сыночка», — прошептала она, её ногти вонзились ему в спину. «Трахни меня, как ты это чувствуешь, если что я тебе помогу».

Артур ускорился, его бёдра ударялись о её, пока он входил и выходил из её влажного влагалища. Звук их тел, сталкивающихся вместе, наполнял комнату, смешиваясь с их стонами и вздохами удовольствия.

— Сильнее! Сыночка! — умоляла она, глаза её были полны желания.

— Отдай мне всё, что у тебя есть в твоих яичках!

Артур подчинился, его движения стали отчаянными, пока он гнался за разрядкой. Его яйца сжались, и он понял, что долго не продержится. Артур вошёл так сильно и глубоко, как только мог, тереться животом о её клитор.

— Я кончаю! А...а! Артур! — закричала Сара Соломоновна, её тело судорожно содрогалось вокруг его члена. «О боже, я кончаю!».

Вид и ощущение её оргазма бросили его к собственному оргазму, и с последним толчком он глубоко вошёл в неё и кончил, наполняя её горячим семенем. Они рухнули вместе, потные и измотанные, их тела всё ещё были переплетены.

Лежа и переводя дыхание, Артур знал, что всё в их жизни с мамой изменилось. Этот запретный акт сблизил их, и он знал, что проведёт остаток жизни с женщиной, которая подарила ему жизнь...