Денёк у Рорка выдался продуктивный. Список бывших клиентов покойной Вионы уменьшился почти на треть. Гибель парочки любителей молоденьких девочек была обставлена как несчастные случай. Другие были похищены и заживо сожжены. Работы ещё предстояло много, но Рорк не сомневался, что его люди справятся. На худой конец, если возникнет такая необходимость, он и сам во всём этом лично поучаствует. Но это потом. Сейчас же глава воровской гильдии встретился с молодой аристократкой по имени Амиса. Это было не слишком привлекательная слегка полноватая девушка с длинными рыжими волосами.

Её беспутный братец, несколько месяцев назад унаследовавший титул виконта, занял у Рорка деньги под проценты, а когда пришло время вернуть долг, не смог этого сделать. Вот Амиса и пришла попросить об отсрочке. Говорила, что её брат – человек чести, и всё до последней монетки обязательно вернёт, но чуть позже, девушка попыталась разжалобить Рорка словами о том, как её недалёкий родственничек места себе не находит, и вообще всё у него в последнее время валится из рук. Но главу воровской гильдии это объяснение ничуть не впечатлило. Какому-нибудь дельцу, у которого возникли проблемы, он, возможно, на встречу бы пошёл, но не беспечному аристократу. Этому кретину просто по факту рождения на голову свалилось богатство, а он быстро и бездарно его разбазарил. А когда речь зашла о возвращении долга, вдруг про дворянскую честь вспомнил, вместо себя трусливо отправив просить об отсрочке младшую сестру. Побоялся, что его здесь хорошенько отдубасят, а может ещё что похуже сделают, а на его сестру руку не поднимут.

Придирчиво осмотрев просительницу с ног до головы, Рорк, не став играть в благородство, заявил, что может дать отсрочку и попридержать проценты на какое-то время, но лишь в обмен на интим. Естественно, первой реакцией Амисы было негодование. Девушка искренне возмутилась таким предложением, говоря, что растила и берегла свой “цветочек” совсем не для того, чтобы его сорвал какой-то проходимец непонятного происхождения. Но гонор всё же заметно поубавила, стоило Рорку пояснить, что братец Амисы слегка приврал касательно суммы долга в меньшую сторону, да ещё и в какой-то момент сбежать попытался, но был быстро пойман и доставлен обратно. Виконту настоятельно порекомендовали больше так не делать, пообещав достать его из-под земли, а заодно отправить туда не только его самого, но и его родных и близких. И это был не блеф. С должниками только так и нужно. Если дашь слабину, и сделаешь кому-нибудь поблажку, остальные это заметят, и попробуют провернуть тот же трюк.

Тогда от негодования Амиса вновь перешла к мольбам, заявив, что у неё есть приданное, которое покроет чуть ли не половину долга, но для будущего мужа, с которым уже заранее всё было оговорено, было важно, чтобы его невеста была девственницей. Если окажется, что это не так, брак с позором будет расторгнут, а приданное – утеряно. Рорка и это не особо тронуло. Сам он рос на улице, где промышлял воровством. В его глазах девственность не была чем-то ценным. Напротив, лучше, чтобы у девушки были знания и практический опыт, чем если она, будучи нетронутый, на протяжении всего акта будет изображать бревно. Визитёршу он заверил, что может получить желаемое и без утраты Амисой невинности. Ещё немного поломавшись, девушка всё же согласилась на предложение Рорка. Так-то визитёрша была совсем не в его вкусе, но то, что аристократка сама к нему приползла, да ещё и согласилась на интим, добавляло происходящему пикантности.

Начать полукровка решил с оральных ласк. По тому, насколько неумело и посредственно сосала Амиса, Рорк сразу определил, что до этого она не то чтобы минет не делала, но даже член раньше не видела. Пришлось подсказывать ей, как лучше и правильнее сосать, иначе она бы с этим очень долго провозилась. Сама Амиса никакого удовольствия от этого не получила, но мысленно порадовалась, что так легко отделалась. Будучи наивной и ничего не понимающей в сексе, девушка не понимала, что это только начало. Конечно, Рорк мог бы сказать ей продолжать вплоть до самого конца, и кончить визитёрше в рот, но у него на уме было кое-что другое, а именно похозяйничать в заднице Амисы. Как только он ей об этом сообщил, девушка совсем уж растерялась, и начала что-то невнятно блеять, на что Рорк решительно заявил, что всё сделает сам. От неё требуется лишь нагнуться, раздвинуть ноги и терпеть, иначе их договорённость будет расторгнута. Делать этого Амисе не хотелось, но раз уж минет был сделан, а член главы воровской гильдии стоял, надо было довести дело до конца, иначе всё будет напрасно. Проглотив остатки гордости, девушка пошла у Рорка на поводу.

Свой первый раз Амиса не так представляла. Думала, что первая близость у неё будет с законным супругом, в роскошной спальне и на мягкой кровати. На деле же её просто нагнули над столом, вынудив оголить низ. Совсем уж грубым животным Рорк не был, и драть визитёршу на сухую не стал, чтобы она своими воплями на всю факторию весь кайф ему не обломала. Немного её задний проход помассировав, Рорк ему смазал, использовав сначала слюну, а затем растительное масло. Сама задница у Амисы была довольно крупная, а вот кольцо ануса – совсем крошечное. Как только Рорк вставил головку, пискнувшая девушка заёрзала.

— Расслабься и не дёргайся, - посоветовал полукровка, легонько шлёпнув визитёршу по левой булочке.

Амиса попробовала этим советом воспользоваться, хоть ей и было от всего этого, мягко говоря, не комфортно. Идя сюда, девушка не знала, что её ждёт, и что главе воровской гильдии анальный секс нравится больше, чем оральный и вагинальный. Но так уж удачно совпало, что Амиса в последнее время умеренно питалась, желая немного похудеть, да и ванну приняла, поэтому задница у неё была чистенькая. Драть аристократку в задний проход была практически так же приятно, как и Тасию, с той лишь разницей, что у блондиночки даже после жёстких утех колечко ануса через непродолжительное время всегда возвращалось в исходное состояние. Как Рорк на этот счёт разок пошутил, ей хоть бревно в задницу запихивай, ничего страшного от этого не случится. Но в отличие от дочери милисены, Амиса была простым человеком без регенерации, поэтому долбя её в задний проход, Рорку пришлось соблюдать осторожность, чтобы эту пышечку не травмировать. Начав с введённой головки, постепенно он продвигался дальше, но засовывать член дальше середины всё же не стал, сочтя это перебором. Ему и так пришлось накрыть рот визитёрши рукой, ведь поскуливающая девушка с каждой минутой голосила всё громче и громче.

Несмотря на то, что Рорк старался осторожничать, в пятой точке у Амисы кололо и полыхало. Поэтому когда пульсирующий член дёрнулся, и в её задний проход брызнуло что-то очень тёплое, визитёрша испытала небывалое облегчение. Рорк не стал заставлять Амису полировать член, только что побывавший в её заднице, хотя Тасия это делало спокойно, без малейших намёков на отвращение. Надевая штаны, полукровка посоветовал визитёрше в ближайшие пару дней сидеть как можно реже, а лежать исключительно на животе, иначе будет больно. Своё обещание он сдержал, дав должнику отсрочку на пару месяцев. Буквально через минуту после ухода Амисы к Рорку пожаловала Тасия.

— Вот почему ты не пришла хотя бы чуточку раньше? – укоризненно проговорила полукровка, обратившись к новой визитёрше.

— А что бы это изменило?

— Ты видела рыжую пышечку в зелёном платье?

— Видела. И что?

— Если бы ты пришла пораньше, развлеклись бы с ней вместе. А так мне пришлось одному отдуваться.

Тасия усмехнулась, сразу догадавшись, как именно Рорк отдувался.

— Рыжие толстушки не в моём вкусе. Светленькие стройняшки мне нравятся гораздо больше, - сказала она.

— Мне тоже. А что касается толстушек, то всё зависит от того, в каких конкретно местах они толстые. Конкретно эта девка мясистая в нужных местах, - парировал Рорк, вспоминая упругую задницу Амисы.

Тасия не сочла нужным как-то это комментировать. Она пришла сюда совсем ни для этого.

— Она мертва, - сообщила Тасия.

— Кто? Надеюсь, ты сейчас не про рыжую говоришь?

— Про Дестерию. Её больше нет.

— Как это случилось?

— Понятия не имею. Меня в тот момент рядом не было. Я просто почувствовала, что её больше нет. Понимаешь?

— Если честно, нет. Откуда ты знаешь, что она мертва, если не видела этого?

— Я же говорила, что между Дестерией и её потомками существует кровная связь. И недавно я почувствовала, как она оборвалась. Что-то похожее было, когда не стало моей матери. Манс тоже это почувствовал, хотя его дар ещё не проявился.

Услышав такое объяснение, ухмыльнувшийся Рорк проследовал к шкафу, откуда достал бутыль красного вина. Вернувшись к столу, он извлёк из ящика два стакана.

— Раз уж этой суки больше нет, а я лишнего болтать не буду, похоже, твой маленький грешок сойдёт тебе с руку, - проговорил полукровка довольным голосом, разливая жидкость по стаканам.

— Похоже на то, - ответила Тасия, не испытывая ни малейшего сожаления из-за смерти своей прародительницы.

— Предлагаю это дело отметить.

Взявшая стакан девушка охотно предложение любовника приняла.

***

Ледяная вода, вылитая ему в лицо, привела Фарнела в чувство. Очнувшись, он обнаружил, что находится в подземелье под поместьем, прикованный к стене. На его шее висел тот самый оберег, с помощью которого Бэрек лишил Мирию сил, прежде чем заживо сестру похоронить. Зарксис провернул этот трюк по той же причине, чтобы жёнушка, пытавшаяся его прикончить, не попыталась сбежать, воспользовавшись телепортацией.

— Как самочувствие, дорогая? – саркастично поинтересовался Зарксис, обратившись к лже-супруге.

— Бывало и лучше, - сдержанно ответил Фарнел.

— А будет хуже. Насколько хуже, зависит от тебя.

Фарнел в теле Мирии презрительно хмыкнул.

— Кромсать будешь?

— Если всё по-хорошему расскажешь – не буду. Ты собиралась украсть моё сердце. В буквальном смысле, а не в переносном. Зачем и почему?

— Дай мне воды. Пожалуйста, - попросил Фарнел.

Пить он не хотел, а просто попытался выиграть немного времени. Излишняя самонадеянность сыграла с Фарнелом злую шутку. С Мирией всё прошло гладко, как и было задумано, от того мужчина и был уверен, что и с Зарксисом проблем не возникнет, потому и не стал продумывать запасной план.

— Дам. Но только после того, как ответишь на заданные вопросы, - не повёлся граф Чезвик на столь простую уловку.

— Рада бы, но не могу. Я ничего не помню, - соврал Фарнел первое, что пришло ему в голову.

— Прямо совсем-совсем ничего? – скептически поинтересовался Зарксис, всем своим видом давая понять, что не особо верит в это объяснение.

— Я помню, что хотела обсудить с тобой что-то очень важное, мы пошли в мои покои, а дальше всё как в тумане.

— А нож и парализующий порошок у тебя оказались под рукой совершенно случайно.

— Понятия не имею, как они ко мне попали. Что я должна сделать, чтобы ты мне поверил?

— Поклянись самим дорогим, что у тебя есть – жизнями своих детей.

— Клянусь жизнью Рентиса и Лиры – я понятия не имею, что произошло.

Зарксис ухмыльнулся.

— И только? А как же Альрик?

— Альрик?

— Твой первенец, которого ты нагуляла до свадьбы, и сослала в деревню, чтобы он не мозолил мне глаза.

— Я думала, ты имеешь в виду только наших детей.

Ничуть не изменившись в лице, и ничего не сказав, Зарксис молча покинул подземелье, чтобы вскоре вернуться с чёрным котёнком на руках. Никакого Альрика не существовало. Граф Чезвик его выдумал для проверки. И лже-Мирия её не прошла. Однако Зарксису показалось, что для разоблачения самозванки этого недостаточно. Вполне возможно, она просто подыграла ему, решив отыгрывать до конца карту с потерей памяти. Пообщавшись с дочерью, Зарксис попытался разузнать, не замечала ли та в последнее время чего-то странного и подозрительного в поведении матери. И Лира, немного посомневавшись, рассказала про реакцию своего питомца на Мирию. На самого Зарксиса, поглаживающего его по спине, котёнок реагировал нормально, благодаря магической подвеске на шее полукровки. На закованную в кандалы Мирию, точнее на Фарнела в её оболочке, зверь ожидаемо начал шипеть.

— Не хочешь ничего объяснить? – вновь обратился Зарксис к самозванке.

— Я не знаю почему, но он меня с первого взгляда невзлюбил.

Опустив котёнка на пол, полукровка призвал костяной кинжал, и тут же приставил его к шее лже-Мирии.

— Кто ты, и куда дела мою жену? – спросил граф Чезвик, глядя самозванке в глаза.

Поняв, что отпираться дальше бессмысленно, Фарнел решил не продолжать этот маскарад.

— Если хочешь вновь увидеть её живой, тебе придётся меня отпустить, - заявил самозванец.

— У меня есть идея получше.

Сказав это, Зарксис загнал костяной кинжал самозванке в бок. Фарнел дёрнулся, стиснув зубы. Рана была не слишком глубокая, да и не смертельная, но приятного всё равно было мало. Пустив самозванке кровь, Зарксис, не вынимая кинжал, коснулся Фарнела.

— У тебя есть не больше минуты. Либо ты всё расскажешь, либо сдохнешь. Третьего варианта нет, - сказал граф Чезвик, прежде чем начать вытягивать из самозванца жизненную силу.

Фарнел сразу понял, что происходит, от чего запаниковал. Если занятое им тело умрёт, то и он сам тоже погибнет. К счастью, для обратного обмена физический контакт был не нужен. Достаточно было лишь мысленно дать такую команду, и оберег на шее никак этому не препятствовал, потому что лишал сил магов. Но Фарнел не был магом – он был полудемоном, как и Зарксис. Чувствуя, как его неумолимо клонит в сон, как холодеет и тяжелеет тело, не справившийся с заданием Фарнел поспешил произвести обратный обмен. Произошло это мгновенно, будто по щелчку пальцев.

— Прекрати! Это я! – воскликнула Мирия, вернувшись в своё тело.

— Докажи. Бэрек и Виона – кто это такие? – сразу же поинтересовался Зарксис.

— Мои брат и сестра.

— Допустим. Где ты родила Рена и Лиру?

— В каком-то охотничьем домике.

Последнее слово обессиленная графиня произнесла совсем тихо, но Зарксис всё услышал. Прервав смертельную откачку, полукровка поспешил супругу отстегнуть. Освободившись от кандалов, пошатнувшаяся Мирия тут же потеряла равновесие, и упала, но Зарксис вовремя её подхватил. Закинув её руку себе на плечо, полукровка поспешил вывести жену из подземелья, не став закрывать дверь до конца, чтобы котёнок Лиры смог выбраться наружу.

— Почему мне так холодно? – тихо пробормотала Мирия, другой рукой зажав кровоточащий бок.

— Потому что я слегка переборщил. Но ты не волнуйся, это поправимо, - заверил её Зарксис.

Доведя раненную супругу до её спальни, и уложив на кровать, он сказал ей зажать рану рукой, чтобы не истечь кровью, а сам отправился к Сарине. Завербовав вампиршу, Зарксис провёл над ней несколько экспериментов. Оказалось, что из сытой Сарины можно спокойно вытягивать жизненную силу, без особого вреда для самой девушки. Она побледнеет и проголодается, но не умрёт. Поэтому сейчас, отыскав вампиршу, Зарксис дважды её покормил своей кровью: перед откачкой жизненной энергии и после. Вернувшись к Мирии, полукровка помог ей восстановиться, сделав “магическое переливание”. Рана от костяного кинжала затянулась, так что на коже даже рубца не осталось, вернулась бодрость. О том, что не так давно она была не в лучшем состоянии, графини Чезвик напоминали лишь дыра от ножа и кровь на одежде. Не стесняясь супруга, Мирия поспешила переодеться. Только после этого Зарксис попытался выяснить, как так вышло, что её телом кто-то завладел. Мирия без утайки поведала мужу о случившемся в храме.

Потеряв сознание после физического контакта с Фарнелом, в себя графиня Чезвик пришла уже в чужом теле. Сама она своё отражение не видела, ведь кто-то связал её руки и ноги, а также завязал рот и глаза. О смене пола Мирия догадалась лишь по появлению члена. Кто и где её держал, графиня тоже не знала. Единственное, что она смогла узнать, так это то, что Фарнелу помогала какая-то женщина. Это графиня определила по голосу, поскольку Леория к пленнице пару раз обратилась. Услышанное Зарксиса немного разочаровало. Он надеялся узнать как можно больше о негодяях, пытавшихся его убить. Из видения Вейры, пересказанного Каем, граф знал, что убийца в теле Мирия хотел забрать его сердце. Зачем? В качестве сувенира? Маловероятно. Скорее уж для проведения какого-то ритуала. Или приготовления зелья. Покойный Ласло, глава “Терновника”, использовал сердца полудемонов для изготовления снадобья, повышающего магический потенциал. Для каких целей оно понадобилось Фарнелу, так и осталось загадкой. Главное, что сердце в итоге осталось на месте, да и Мирия пострадала совсем уж незначительно. Как выглядит женщина, державшая её связанной, графиня Чезвик не видела, зато хорошо разглядела Фарнела, прежде чем тот поменялся с ней телами.

Продолжив обсуждение, Зарксис задался вопросом, почему оберег на шее Фарнела не помешал тому произвести обратный обмен, хотя должен был лишить его сил, но быстро нашёл ответ. После того как Мирия подтвердила, что у злоумышленника была тёмная аура, граф Чезвик пришёл к выводу, что это был полукровка, ведь оберег действовал исключительно на колдунов, но не на отпрысков демонов. Задавшись вопросом, стоит ли попытаться сначала Фарнела завербовать или же лучше сразу прикончить, Зарксис пришёл к выводу, что слишком сильно забегает вперёд. Для начала его надо найти, и что-то подсказывало графу Чезвику, что сделать это будет не так-то просто, если только Фарнел, подобно Бэреку, после неудачи не решит попробовать довести дело до конца, вместо того чтобы залечь на дно.

***

Как только произошёл обратный обмен, Леория, всё это время присматривающая за Мирией сразу всё поняла, развязав любовнику рот и глаза. После того как Фарнел рассказал ей, что потерпел фиаско, разочарованная ведьма ненадолго его оставила, удалившись в другую комнату. Вскоре она оттуда вернулась с ножом в руке. Как только любовница приблизилась к нему, полукровка слегка напрягся. Глядя Леории в глаза, Фарнел заподозрил, что за фиаско подружка сейчас вырежет сердце уже ему. Но нет, девушка лишь освободила приятеля от пут, после чего переместилась вместе с ним в Барнакс.

Там они разделились. Фарнел отправился в ближайший кабак, чтобы промочить горло, а Леория – в заранее оговоренное место, коим оказался безлюдный переулок за лавкой кожевника. Там она встретилась с мужчиной в капюшоне. Это был её брат, он же старший инквизитор Фрейс. Как-то раз магистр Холтерс отозвал его в сторонку, чтобы поделиться важным известием. На одном из шабашей была захвачена и взята под стражу небольшая кучка тёмных ведьм, среди которых оказалась и его сестра. Потерявший дар речи Фрейс поначалу отказался в это верить, пока не встретился с Леорией. Та не стала отнекиваться, не видя в этом смысла. Скрывать тёмную ауру ей удавалось благодаря зелью собственного приготовления. Именно такое снадобье принял Фарнел, прежде чем отправиться в резиденцию Ордена Солнца. Находясь в заточении, Леория понимала, что дни её сочтены, и попросила брата лишь об одной услуге – быстрой и безболезненной смерти. Уж лучше так, чем быть заживо сожженной на костре. Фрейс был и рад выполнить просьбу сестру, но собственноручно лишить её жизни у него рука не поднялась.

Вместо этого он отправился к магистру Холтерсу, прося его помиловать Леорию, даже если это означало бы пожизненную высылку из королевства без возможности вернуться. Но глава Ордена Света поступил умнее. Леорию он пощадил и освободил. Вместо неё на костре сожгли взятую из тюрьмы преступницу, предварительно её переодев и изменив внешность с помощью магии. Так Фрейс и его сестра оказались в неоплатном долгу перед Холтерсом. В то время как её брат стал верным псом магистра, Леория начала тайно работать на главу Ордена Света. С её помощью удавалось гораздо эффективнее выслеживать других тёмных ведьм и колдунов в Аталии. Вот уж что, а втираться в доверие она умела. Ковен, членом которого был покойный Ханли, прекратил своё существование именно благодаря Леории.

Но адептами тьмы всё не ограничилось. Интересовали Холтерса и полукровки. Отпрысков демонов магистр ненавидел, и всеми силами пытался извести, устраивая внесудебные расправы над проклятыми полукровками. Однако дело было не только в личной неприязни. Во всём этом был и практический смысл. Сердца полудемонов были нужны Холтерсу для изготовления зелья, повышающего магический потенциал. Чем сильнее и могущественнее демонический родитель, тем эффективнее окажется приготовленное снадобье. В какой-то момент взор главы Ордена Света ожидаемо пал на Зарксиса. Кто он такой на самом деле Холтерс знал, и что ему служат другие полукровки, магистру тоже было известно. Разобраться с некоторыми из них не составляло особого труда. Тот же Ферн особой опасности не представлял. Но его гибель не осталась бы незамеченной, и все прочие полукровки, гораздо более опасные, были бы настороже. Зачем забирать пешки, если можно ударить сразу по королю? Придя к такому выводу, магистр Холтерс решил избавиться от Зарксиса, завладев его сердцем. Но узнав, что Леория потерпела фиаско, он, взвесив возможные риски, не стал приказывать ей во что бы то ни стало довести дело до конца, а поспешил отозвать вместе с любовником обратно в Аталию, пока граф Чезвик их не вычислил. Что же касается Фарнела, то он даже не подозревал, в чьих интересах трудится его подружка. Леория же догадывалась, что в какой-то момент Холтерс может захотеть получить сердце её любовника, но ведьму это не слишком беспокоило.

На встречу со старшим братом Леория пришла не с пустыми руками, а с утешительным призом в виде сердца Эльды. Пока Фарнел охотился на графа Чезвика, Леория тоже не тратила время впустую, умудряясь не только присматривать за пленной Мирией в теле полукровки, но и за жилищем Агни, использовав для этого магию. Открыто противостоять той, кто играючи может лишить любого мага сил, а заодно и жизни, ведьма не рискнула. Вместо этого она дождалась, пока Агни отлучится, проникла в её жилище, осторожно обезвредив магические ловушки, отыскала самопровозглашённую владычицу острова Ларнис, погружённую в коматозное состояние, и вырезала сердце из её груди. Поскольку Эльда была сильнее любого полукровки из команды Зарксиса, а её отцом был высший демон, для Холтерса это был довольно ценный трофей. Простились брат и сестра довольно холодно, будто посторонние люди. Уходя, Леория подумала, что теперешний Фрейс вряд ли стал бы просить магистра пощадить её. Удивительно, но оказавшись, по сути, по одну сторону баррикад, эти двое как никогда были далеки друг от друга. Служение магистру Ордена Света – это всё, что объединяло двух некогда близких людей.