Мы лежали, тяжело дыша, всё ещё соединённые. Мой член медленно пульсировал внутри неё, а Оля мелко дрожала всем телом от только что пережитого оргазма. Её киска продолжала ритмично сжиматься вокруг меня, выдавливая остатки моей спермы. Я обнимал её сзади, уткнувшись носом в её влажные от пота волосы, и чувствовал, как её сердце бешено колотится.

Несколько минут мы просто молчали. Я осторожно гладил её по животу, поднимаясь выше, к груди, и нежно сжимал её мягкую, тёплую грудь. Оля тихонько вздохнула и прижалась ко мне попкой сильнее.

— Братик... — прошептала она наконец хриплым, уставшим голосом. В этом слове смешались стыд, возбуждение и какая-то новая, непривычная нежность.

Я поцеловал её в затылок.

— Что, сестрёнка? — тихо ответил я, специально подчёркивая это слово.

Оля повернулась ко мне лицом. Её щёки были ярко-красными, губы припухшие от поцелуев, взгляд — одновременно смущённый и довольный. Она прикусила нижнюю губу.

— Мы реально это сделали... — выдохнула она, пряча лицо у меня на груди. — Я только что трахалась с тобой... и называла тебя братиком. Боже, Слава, что с нами не так?

Я тихо засмеялся и крепче прижал её к себе. Моя рука спустилась ниже и легла на её мокрую попку, слегка сжимая.

— А тебе понравилось, — уверенно сказал я. — Я чувствовал, как ты кончала. Ты так сильно сжимала меня внутри... и кричала «еби свою сестрёнку».

Оля застонала от смущения и легонько ударила меня кулачком в грудь, но тут же обняла.

— Заткнись... — пробормотала она, но в голосе слышалась улыбка. — Да, мне было очень-очень хорошо. Я не думала, что меня так возбудит эта твоя больная фантазия про сестру... Когда ты начал шептать мне на ухо, у меня сразу всё намокло. Я прям почувствовала, как течёт.

Она подняла на меня глаза.

— А ты? Тебе правда нравится представлять меня своей сестрой?

— Очень, — честно ответил я, глядя ей в глаза. — Ты и так для меня почти как родная. Мы так близко общаемся, трогаем друг друга... А теперь ещё и это. Мне кажется, я никогда не кончал так сильно.

Оля провела пальчиком по моей груди, спускаясь ниже, к животу. Мой член, всё ещё полутвёрдый, снова начал наливаться от её прикосновений.

— Я тоже... никогда так не возбуждалась, — призналась она тихо. — Когда ты вошёл в меня сзади и начал шлёпать... и назвал сестрёнкой... у меня в голове всё помутилось. Как будто запрещённое, но от этого в сто раз слаще.

Она помолчала пару секунд, потом лукаво улыбнулась:

— Только не думай, что теперь я буду каждый день называть тебя братиком и раздвигать ножки. Это было... разовое безумие. После такой тусовки и твоих утренних нашептываний.

Я усмехнулся и перевернул её на спину, нависая сверху. Мой член снова прижался к её мокрой щёлке.

— Разовое, говоришь? — я медленно провёл головкой по её губкам, размазывая смешавшиеся соки. Оля тихонько застонала и слегка раздвинула ноги. — А мне кажется, моя младшая сестрёнка только вошла во вкус.

— Слава... — она закатила глаза, но не оттолкнула меня. — Ты реально опасный. Я теперь буду краснеть каждый раз, когда ты меня обнимешь по-братски.

— А я буду думать, как ты выглядишь без трусиков и с моей спермой внутри, — честно сказал я.

Оля прикрыла лицо руками и засмеялась.

— Боже, какой же ты извращенец... И я теперь тоже. Мы же друзья... или кем мы теперь стали?

Я аккуратно вошёл в неё снова — медленно, на этот раз нежно. Оля выгнулась и обхватила меня руками за шею.

— Мы теперь... очень близкие брат и сестра, — прошептал я ей в губы.

— Плохой братик... — простонала она, начиная двигать бёдрами мне навстречу. — Но если ты кому-нибудь расскажешь... я тебя убью.

— Никому не расскажу, сестрёнка. Это только наше.

Мы снова начали медленно и сладко трахаться, целуясь и шепча друг другу пошлые и нежные слова. После бурного первого раза этот секс был более ленивым, но от этого не менее горячим.