Adam's Journey от stormdog

Она протянула руку назад, взяла меня за руку и потянула к себе.

— Ты этим занимаешься со своей Кристи?

— Э-э, нет, не так много. То есть, нет ни одной части её тела, которую я бы не изучил хотя бы частично, и я это делал, но ни я, ни она не большие поклонники футфетиша.

— Фух! Я и не знала об этом до сегодняшнего дня! Это было довольно забавно и поучительно для меня, но если тебе это не нравится, то почему?..

Я улыбнулся:

— Это было очень спонтанно – это была единственная часть твоего тела, которая была открыта, и мы были на публике, – и я попробовал. И я не сказал, что мне это не нравится, это просто сиюминутный порыв, а не моя настоящая одержимость. У тебя очень красивые ноги.

Она рассмеялась, покачав головой:

— Тебя бы еще чуть-чуть побольше набить дерьмом и твои глаза стали бы карими!

— О-хо, вот это по-женски! У тебя довольно острый язык, девочка, ты слишком много времени проводишь среди лошадей и ковбоев. Похоже, изящный ответ на комплимент не входит в твой лексикон, не так ли?

Она пожала плечами:

— Думаю, у меня нечасто такое бывает, разве что когда какой-нибудь парень пытается залезть ко мне в трусы. Здешние парни, ну, в основном хорошие, но не всегда умеют красиво говорить.

Я остановил нашу перепалку и посмотрел на нее:

— Не мое дело, Тифф, и можешь смело можешь послать меня куда подальше, но у тебя было много парней с тех пор, как ушел твой муж?

Она посмотрела на озеро, избегая моего взгляда:

— Не так уж много. Думаю, несколько. Мне потребовалось некоторое время, чтобы снова появилось желание.

Я наблюдал за ней. Несмотря на её внешнюю невозмутимость я слышал боль в её голосе. Когда она закончила говорить, я кивнул:

— Я понимаю. Но то, что ты сказала о пачке фотографий, которые ты собираешь, заставило меня подумать, что у тебя, возможно, дела немного вышли из-под контроля. Знаешь, это рискованные вещи.

Она посмотрела мне в глаза, всматриваясь в них:

— Спасибо за беспокойство, это мило, учитывая, что ты меня почти не знаешь. Но нет, это куча фотографий всего с несколькими разными парнями. Больше всего я хочу, чтобы он увидел фотографии с Папашей и с его бывшим лучшим другом. Я хочу ткнуть его носом в эти фотографии, потому что они сведут его с ума!

— Ты имеешь в виду тебя с Тоби?

Она казалась удивленной.

— Ты знаешь о Тоби?

— Папаша мне кое-что рассказал. Я рад, что ты не возненавидела всех мужчин.

— О нет, мужчины тоже не лишние, как я уже говорила! — засмеялась она. — На самом деле, большинство парней довольно приличные, хотя большинство мужчин здесь не хотят тратить много времени на расчесывание твоей гривы или надевание уздечки, они просто хотят сразу запрыгнуть в седло – если ты понимаешь, о чем я. Они уж точно не делают ничего подобного тому, что ты только что сделал!

Я посмеялся над ней:

— Удачная метафора, одновременно красноречивая и яркая. Очень хорошая!

Мы дошли до конца причала и стояли, наблюдая, как причаливает большой плавучий дом. Ронни очень медленно подвел его к причалу, и один из работников марины помог смягчить толчок о причал, убедившись, что резиновые бамперы между судном и причалом были на месте.

Кори стояла в передней части яхты – точнее, на носу, – она помахала мне рукой и, улыбнувшись, бросила швартовочный канат.

— Привет, Адам, я вижу, ты нас нашел!

— Привет, Кей. Боже, ты отлично выглядишь!

Она сильно загорела и выглядела красивой и отдохнувшей после нескольких дней на озере, ее очень короткие шорты и откровенный верх бикини привлекли к ней немало взглядов.

Я закрепил канат к кнехту на причале, и мы с Кори повторили процедуру на корме, пока Тиффани ожидала у носа. Я услышал, как заглох двигатель, и к нам вышел Ронни. Он тоже выглядел расслабленным и спокойным, очевидно, короткое время, проведенное на озере, сотворило с ними чудеса.

Я вернулся к Тиффани, взял ее за руку, и мы поднялись на борт знакомиться. — Ребята, это моя новая подруга Тиффани, о которой я вам рассказывал по телефону. Тифф, это мои друзья Рон и Кори. Красавица – Кори.

Тифф ни секунды не колебалась. Она протянула руку Рону и сказала:

— Привет, Кори, я очень рада с тобой познакомиться!

Ронни тут же расхохотался!

— О боже мой, кажется, эта девушка мне понравится, она явно леди с изысканным вкусом и превосходным чутьём!

Кори, притворившись, надула губы:

— Хм! Ну, если хочешь, можешь забрать его, милая, но тебе, наверное, стоит проверить зрение! Я уже так устала сидеть взаперти на этом корабле в компании только капитана Рона, что готова целовать ноги Адаму!

Мы с Тиффани обменялись быстрыми взглядами и легкими улыбками, после чего я быстро обнял и поцеловал Кори.

— Как бы это ни звучало мило, Кей, думаю, тебе больше повезет, если ты поцелуешь ноги Тиффани.

Тиффани тут же покраснела, и ее румянец стал еще сильнее, когда Кори медленно оглядела ее с ног до головы и сказала:

— Правда? Это звучит очень многообещающе! Ну же, дорогая, помоги мне приготовить пару коктейлей для нас всех, пока ты мне об этом расскажешь.

Тифф, всё ещё краснея, пробормотала:

— О, нет, я не могу! Я имею в виду, мне действительно нужно возвращаться.

Рон выглядел разочарованным.

— О, так ты не идешь с нами?

Я вмешался и объяснил им ситуацию, сказав, что если мы сможем вернуться в яхтенную пристань Буллфрог в среду днем или вечером, она, скорее всего, присоединится к нам. Я заметил, как Рон и Кори обменялись взглядами, прежде чем заверить нас, что мы, безусловно, сможем это сделать, и в то время как Рон, казалось, был в восторге от возвращения Тиффани на борт, Кори, казалось, была в меньшем восторге. Я сделал мысленную пометку спросить ее об этом позже, а также рассказать ей немного о ситуации с Тифф и упомянуть, что она вполне может занять отдельную комнату. Мне показалось, что Кори просто защищает территорию своей подруги Кристи – то есть меня – и хочет дать ей понять, что, возможно, все не так страшно, как она думает.

Они уговорили Тиффани остаться выпить всего по стаканчику, и девушки вместе отправились их готовить, предварительно поинтересовавшись, кому что больше нравится. Кори посмотрела на меня:

— Адам?

— Боже, Кей, еще довольно рано. У тебя есть что-нибудь для кровавой Мэри?

— Глупенький мальчик! А у леопардов бывают пятна? А у чернокожих члены большие? У Дональда Трампа самая дурацкая прическа, которую когда-либо видели у богатого старого белого мужчины? Конечно, у меня есть все для кровавой Мэри!

Тиффани улыбнулась, почувствовав себя более непринужденно, увидев, как мы подшучиваем друг над другом, они ушли, а мы с Ронни остались поболтать. Он был впечатлен Тиффани, расспросил, как и где я ее нашел, и как мне удалось уговорить ее присоединиться к нам за такой короткий срок. Я не считал нужным рассказывать ему слишком много из ее истории, которую она рассказала мне по секрету. Если она захочет, чтобы они узнали о ней больше, она сможет рассказать им сама либо сейчас, либо позже на этой неделе.

Я ясно видел, что Ронни сразу же проникся к ней симпатией, и к тому времени, как они с Кори вернулись, неся четыре довольно больших бокала кровавой Мэри, они уже общались друг с другом, будто старые друзья. Я почти был уверен, что она вернется в среду, и обнаружил, что это делает меня очень счастливым. Я также чувствовал, как расслабляюсь, наслаждаясь выпивкой, компанией и звуком плещущей под корпусом яхты воды. Но я устал, очень устал и отчаянно нуждался в отдыхе.

Мы сидели на палубе, не забывая отхлебывать из бокалов, и я видел, как Тиффани становилось все комфортней в компании с Роном и Кори, а им – с ней. В какой-то момент она немножко пооткровенничала с ними и рассказала отдельные моменты своей жизни, опустив большую часть деталей, которыми поделилась со мной. Они, в свою очередь, рассказали ей о себе и о том, как мы познакомились и стали близкими друзьями. О Кристи почти не говорилось, считая, что это будет неловко, но когда все же разговор касался ее, я замечал, что Тифф впитывала каждое слово.

Мы уже почти допили свои напитки, когда Тиффани взглянула на часы и сказала, что ей пора уходить. Рон и слышать об этом не хотел, пока не устроит ей экскурсию по яхте, и они пошли прочь, причем он вел ее за руку. Кори посмотрела, как они поднимаются по ступенькам на верхнюю палубу, а затем повернулась ко мне:

— Она кажется очень милой, Адам. И интересной, в ней есть что-то очень притягательное – или, может быть, лучше сказать, интригующее – и я имею в виду не только ее внешность. Зачем ты пригласил ее с собой?

— Ну, как ты и сказала, она интересная. На самом деле, очаровательная и красивая, по крайней мере, мне так кажется. Но, если честно, сам не знаю, я просто ляпнул ей об этом, а она согласилась. Я совсем не жалею, что так получилось, мне бы хотелось узнать её поближе.

Кори снисходительно улыбнулась:

— Да, я тоже, но хочешь знать, что я думаю?

Я знал ее, она всё равно мне всё выскажет, невзирая на мое мнение, поэтому ответил:

— Конечно.

— Мне кажется, у тебя синдром белого рыцаря. Ты не можешь устоять перед дамой в беде, никогда либо.

— Это неправда! И даже, если бы это было правдой, это всё равно не так.

Она рассмеялась:

— Это правда, Адам, это я видела сотни раз. Даже совсем недавно, вспомни себя и Рейн, себя и Тиффани теперь, любую женщину, которая плачет или грустит – ты таешь от умиления. Ты даже не можешь заставить себя бросить Кристи, что бы она ни сделала или еще сделает, потому что ты не хочешь причинить ей боль.

Я думал, что в случае с Кристи это было потому, что я не хотел, чтобы она причиняла боль мне, но я ничего не сказал.

Она продолжила:

— Знаешь, у многих мужчин это в той или иной степени есть, и это здорово, но у тебя есть шестое чувство, позволяющее находить таких женщин. Пострадавших женщин.

Мне пришлось возразить.

— Это неправда, и ты это знаешь! А как же Лиза и Кристи? Ни одна из них не была «девушкой в беде», как ты выразилась. Если уж на то пошло, ни одна из них не пострадала до того, как встретила меня! — Кори тут же разразилась безудержным смехом, и я понял, что сказал. Мне тоже стало смешно, это было так глупо. — Подожди, я не совсем правильно выразился. Я хотел сказать...

Она перебила меня:

— О нет, мне кажется, получилось идеально! Ты слегка глуповат, но ты милый глупец. О, Адам!

Когда появились Рон и Тифф, она все еще смеялась. Рон посмотрел на нее с улыбкой:

— Что смешного?

— О, ну как обычно, дорогой, Адам и его склонность говорить что-нибудь невпопад. Ты же знаешь его.

— А, понятно, — он повернулся к Тиффани. — Адам известен как мастер избитых клише, смешанных метафор и ляпов но, может быть, ты уже это заметила.

Она посмотрела на них, а потом на меня:

— Нет, на самом деле он показался мне чересчур уравновешенным. Порой.

Кори снова рассмеялась:

— Адам? Спокойный? Очевидно, ты его мало знаешь!

Я демонстративно посмотрела на часы:

— Боже, Тифф, посмотри на время! Разве тебе не пора бежать?

Все засмеялись но переместились к борту, и мы с Тиффани ступили на причал. Я с удивлением обнаружил, что мои сумки все еще лежат на причале, где я их оставил, когда помогал пришвартовывать судно. Закрутившись со знакомством Тифф со своими друзьями я совсем забыл о багаже. Я бросил сумки Ронни, который оставил их на палубе.

Рон обратился к Тифф:

— Итак, Тиффани, надеюсь, мы увидимся в среду вечером.

Она посмотрела на них:

— Да, наверное. Я буду здесь примерно в полшестого или, может быть, в шесть. Постараюсь позвонить тебе заранее, если что-то изменится.

Это напомнило мне, что нужно обменяться с ней номерами телефонов, и я позаботился, чтобы у неё был и номер Кори, на случай, если возникнут какие-либо проблемы. Мы с Кори пользуемся услугами разных операторов, и качество сигнала у нас разное.

Они попрощались, и я проводил её по причалу.

— Твои друзья кажутся очень милыми. Рон очень добрый.

— Да, это так. Ронни – тот ещё тип. Прикидывается грубияном, будто ему всё нипочём, но сердце у него золотое. Они лучшие, просто замечательные люди.

— Кори без ума от твоей тела, ты же знаешь, правда? —ухмыльнулась она мне.

Я рассмеялся:

— Кори возбуждается от каждого тела, она не может не флиртовать и не играть. Для нее это как дышать. Если бы ты задержалась еще на полчаса, она бы начала охотиться и за твоим телом, но это всего лишь игра, она практически безобидна.

— Я думаю, скорее опасна, — она помолчала, наблюдая за моим лицом. — Ты ведь всё ещё очень любишь Кристи, правда?

Ого! Это было совершенно неожиданно! Как же мне на это ответить, раз у меня не было ответа?

— Тифф, я не знаю, что я сейчас к ней чувствую. Наверное, должен, как ни странно. Или, может быть, я просто не хочу отпускать ее. Я просто не знаю. Я скучаю по ней.

— Я вижу, ты все еще любишь ее. Так зачем приглашать меня? Так зачем же приглашать меня с собой, я что, просто заполняю пустоту в твоем списке, очередная интрижка?

— Нет, Тифф. Я бы так не поступил. Ты мне очень нравишься – помимо того, что ты красивая, ты привлекла меня с первого взгляда, – и я хотел больше времени, чтобы узнать тебя.

Она улыбнулась.

— Спасибо, Адам, думаю, ты со мной честен, — она задумалась. — Я вернусь в среду, потому что здесь, похоже, будет спокойно, мне нравятся твои друзья, и это просто кажется очень забавным, но, думаю, я возьму отдельную спальню. Посмотрим, как сложится.

Я пожал плечами:

— Хорошо. Я буду с нетерпением ждать встречи с тобой. Обращайся с моим джипом бережно, он старый, но, конечно, используй его по своему усмотрению.

— Хорошо. Пока, Адам.

Она подошла ко мне и поцеловала, и я понял, что мы это сделали в первый раз, не считая моего контакта с ее ногой, от чего мы оба изрядно возбудились. Её губы были мягкими и тёплыми, дыхание – сладким, и поцелуй длился достаточно долго, чтобы выйти за рамки целомудренного, но не недостаточно долго, чтобы стать эротическим или сексуальным. Мне захотелось продолжить.

Я проводил ее взглядом, еще раз любуясь зрелищем, а затем вернулся на яхту. Рону надо было дозаправить баки перед отплытием, а я сказал им, что собираюсь попытаться вздремнуть пару часов. Я попросил их разбудить меня к обеду, но не раньше часа дня, и пошел выбирать спальню. Каюта? Кают-компания? Не знаю, к черту все, меня будто избили.

Я разделся и рухнул на кровать. Если я думал, что шум от запуска лодки и ее маневрирования не даст мне уснуть, то я ошибался. Полное изнеможение усыпило меня за считанные секунды. Я был в забытье до тех пор, пока не почувствовал, что меня осторожно тормошат и, открыв глаза, обнаружил, что лежу на спине, а Кори сидит на мне верхом.

На ней были крошечные трусики от бикини, скорее стринги, без лифчика, она наклонилась и подносила свои обнаженные груди мне под нос. Она пошевелилась, проведя полными грудями по моему лицу, и я почувствовал, как ее торчащие соски чиркнули по моим губам. Она тихо застонала, и я почувствовал, как задвигается ее таз, когда она терлась своим горячим лобком о мой член, отделенный лишь тонкой простыней.

Прижав губы к моему уху она прошептала:

— Проснись, Адам, пора поиграть!

Я крепко спал и был в полной отключке. А также был сильно возбужден из-за сна, в котором я заново переживал сцену, свидетелем которой я был всего несколько часов назад у Папаши, только во сне это Кристи задыхалась от оргазмов, когда огромный черный член был внутри нее, а я смотрел, пока Тиффани скакала на моем члене. Это был очень реалистичный сон!

Кори терлась своей горячей влажной промежностью о мой эрегированный член, и это было так невероятно приятно, что я чуть было не схватил ее и не притянул ее сиськи к своим губам пососать соски, но, наконец, я окончательно проснулся, чтобы понять, что это не часть сна, и женщина, сидевшая на мне сверху, была не Тиффани, а моя подруга Кори, жена моего лучшего друга!

— Кори, ради бога, слезь с меня! Что ты делаешь?

Я пытался оттолкнуть ее, но она схватила мои руки и опустила их вниз, навалившись всем своим весом.

— Я просто подумала, что это может быть хорошим способом тебя разбудить, — она снова начала двигать бёдрами, прижимаясь к моей выпуклости. — М-м-м, я была права, это очень хороший способ.

Мне удалось вырваться и практически сбросить её с себя, перевернув на спину. К сожалению, она оказалась подо мной и тут же обхватила меня ногами. К счастью, я совсем запутался в простыне, которая она вместе с её трусиками препятствовала ей насадиться на меня – но не из-за недостатка усилий, поскольку она извивалась и двигалась, прижимаясь ко мне.

Я был в полной панике, отчаянно пытаясь освободиться, но она была очень настойчива и цеплялась за меня, как липучка, пока внезапно не рухнула обратно на кровать, и я освободился! Я вскочил на ноги, удерживая простыню, обернутую вокруг моего голого тела, пока она перевернулась на бок, отвернувшись от меня. Я глубоко вздохнул, готовый устроить Кори разнос, когда понял, что она рыдает.

Я остановился, ничего не сказав. В растерянности я протянула руку и коснулся её плеча.

— Кори, дорогая, всё в порядке, не плачь! Ты просто меня напугала, вот и всё, я же тебя не обидел, правда? — она продолжала задыхаться, поэтому я сел на кровати рядом с ней и осторожно потряс ее. — Кей, ну же, поговори со мной! Что все это значит? Что случилось?

Она внезапно перевернулась на спину и посмотрела на меня, и я понял, что она не плачет, а смеется так сильно, что у нее перехватывает дыхание, и слезы текли по ее щекам!

— О, Адам, боже мой, ты выглядел таким забавным! Твои глаза были как блюдца, ты просто обезумел! — и она разразилась очередным приступом смеха.

Убедившись, что она не пострадала и не плакала, я ответил:

— Забавно, Кей, просто чертовски забавно! Не стоило будить меня таким образом, когда я крепко спал. Черт!

Все еще пытаясь отдышаться, она выдохнула:

—О, боже, я слышала выражение «олень, застывший в свете фар», и теперь точно знаю, что оно означает! — и снова отвернулась, наслаждаясь моим замешательством.

— Женщина, вон из моей комнаты! Иди посмейся где-нибудь в другом месте, пока я буду одеваться.

— О, ладно, не будь занудой, Адам! Я должна пойти и рассказать об этом Ронни, ему понравится! Кстати, пора обедать, так что пошевеливайся.

— Хорошо, думаю, ты уже достаточно пошевелилась за нас обоих, но если ты уйдешь, я оденусь и сразу выйду, — я посмотрела на нее. — Ты собираешься идти топлесс, или это было только для меня?

Она глубоко вдохнула и выпятила грудь, ее красивые розовые соски все еще торчали впереди.

— Я буду ходить топлесс большую часть времени, когда рядом не будет других яхт. Это будет проблемой?

— Не знаю, подходит ли здесь слово «проблема». Но это определенно отвлекает, и, вероятно, повлияет на кровообращение.

Она улыбнулась:

— Думаю, тебе просто нужно привыкнуть к этому.

Я нахмурилась, глядя на нее:

— Привыкать весь день любоваться красивой парой грудей. Непростая задача, но, думаю, я справлюсь.

— Спасибо, Адам, прости, что так подло с тобой поступила, — она посмотрела на мою промежность, где все еще выпирала простыня, а затем внезапно протянула руку и схватила меня, обхватив пальцами мой твердый ствол. — Но это было приятно. Эм, это когда-нибудь пройдет, или тебе нужна небольшая помощь, потому что я могла бы...

— Если ты просто уйдешь, все уляжется, а теперь вон, Кори!

Она отпустила меня, надувшись:

— Хорошо, хорошо. Хочешь пива за обедом?

— Да, наверное. Сейчас выйду.

Уходя, она снова взглянула на мою проблему:

— Будь осторожен, закрывая дверь!

Снова рассмеявшись она ушла, а я закрыл дверь – на этот раз осторожно – на замок. Предатель! Мне придётся держать его под строгим контролем, потому что, если моё тело возьмёт своё, я скоро окажусь глубоко внутри своей соседки и подруги, жены моего приятеля, и я не видел выхода из этой ситуации!

Я порылся в одной из своих сумок, пока не нашел пару мешковатых и ярких нейлоновых плавок, натянул их на свой угасающий стояк, завязал шнурок и дополнил образ белой футболкой с морскими черепахами на груди, после чего вышел в коридор и направился к камбузу. Кори как раз заканчивала накрывать на стол, раскладывая продукты для сэндвичей, и я с удивлением обнаружил, насколько сильно проголодался.

Она поставила копченую ветчину, швейцарский сыр, острую коричневую горчицу, цельнозерновой хлеб, холодные хрустящие соленые огурцы и картофельные чипсы, я был на седьмом небе от счастья! Холодное пиво стало вишенкой на торте, а Рон, заглушив мотор и позволив плавучему дому просто дрейфовать, присоединился к нам за столом. Мы были далеко от берегов на открытой воде озера, нас окружали скалы и утесы из красного, охряного и бурого песчаника, что было поразительно красиво.

Мы готовили сэндвичи и болтали, как обычно, дразня и подтрунивая друг друга, а затем переместились с едой на верхнюю палубу где и сели обедать под брезентовым навесом, ни на минуту не прерывая разговор. День был жаркий, но легкий ветерок немного охлаждал нас. Рон сообщил мне, что мы возвращаемся на юг озера, туда, откуда они приплыли за мной, потому что по пути на север они углядели заманчивую бухту, где мы могли бы встать на якорь на ночь.

У них были ко мне несколько вопросов о Тифф, на которые я ответил максимально честно, а затем, чтобы отвлечь их, рассказал им о Папаше и о том, чему я был свидетелем и что узнал о нем. Сказать, что Кори была заинтригована, было бы преуменьшением. Она была в восторге и задавала мне вопросы, на которые хотела получить подробные ответы. Я понял, что эта история ее очень возбуждает, и я подливал масло в огонь описывая сцену очень наглядно.

Ронни понял, что я делаю, и подмигнул мне:

— Дорогая, если твои соски ещё больше напрягутся, они лопнут! Адам, заткнись сейчас же и перестань возбуждать мою жену! Детка, я не знал, что тебе нравятся чернокожие мужчины и большие чёрные члены, почему ты мне никогда об этом не говорила?

Она вздрогнула, сжала локтями свои груди друг к другу и, подняв руки, потерла ладонями затвердевшие соски.

— Боже! До этого момента я и сама не подозревала об этом! У тебя отличный дар рассказчика, Адам, но тебе следовало взять того с собой, чтобы мы познакомились, вместо того, чтобы только представлять это про себя. Это так типично, приводить симпатичную девушку только для себя и моего мужа, и ничего для меня!

Я рассмеялся:

— Извини, Кей, у меня просто небольшой опыт знакомств с парнями. Я расскажу тебе, как найти это место, и ты сможешь отправиться за ним сама.

На что Ронни, изображая возмущение, возразил:

— Эй! Не поощряй мою жену гоняться за мужчинами с большими членами! Достаточно того, что она постоянно пытается залезть тебе в штаны, а я тебе доверяю!

Кори вмешалась:

— Ну, я думаю, это очень жестоко с вашей стороны – так сильно меня возбуждать, совершенно не собираясь ничего с этим делать! Вы двое можете навести порядок, пока я пойду полежу на солнышке и пофантазирую о вашем африканском боге секса!

С этими словами она встала и покинула нас, пройдя в сторону кормы мимо джакузи и бросив большой коврик на палубу.

Она набросила на него полотенце и растянулась на спине на солнышке ногами к нам, широко расставив их так, чтобы мы смотрели поверх ее ног на ее едва прикрытую вагину. Ее микроскопические плавки образовали идеальную «верблюжью лапку» на ее лобке, обтянув ее промежность. Зная, что она очень возбуждена, а значит, очень мокрая, у меня невольно потекли слюни. Я виновато взглянул на Рона, как раз вовремя, чтобы увидеть, как он сглотнул, и понял, что мы думаем об одном и том же!

Я легонько толкнул его в плечо:

— Ну же, Ронни, давай перестанем пялиться на твою жену и приберёмся. Кажется, она злится на меня!

— Нет, она просто возбуждена. Она становится капризной, если я оставляю её возбужденной слишком долго. Эй, я могу прибраться, если ты хочешь поплавать или еще чем-нибудь заняться. Ничего не случится, если мы просто подрейфуем.

Я решил быстренько окунуться, чтобы освежиться, несмотря на то, что только что поел. Обед был легким, так что проблем не возникло. Вода была прохладной и освежающей, и я медленно проплыл около ста ярдов от лодки и обратно, дважды, затем снова поднялся на борт. Ронни закончил убираться и снова был наверху, разговаривая с Кори. Она лежала лицом вниз, а он сидел рядом с ней и нежно поглаживал ее спину и ягодицы, пока они общались. Теперь она была совершенно голая, ноги были сомкнуты, ее крошечные плавки валялись на коврике рядом с ней, и я подумал, не снял ли он рукой часть ее напряжения. Думаю, так оно и было.

Я перешагнул через Кори, намеренно позволяя холодной озерной воде стекать с моих волос и плавок на ее разгоряченную кожу. Она задергалась и завизжала, обзывая меня нелестными словами под смех Рона.

— Ты это заслужила, детка, после того, что ты делала с бедным Адамом, пока он спал! — отлично, она ему об этом рассказала! Я почувствовал, как краснею, но он, казалось, был невозмутим. — Эй, Адам, если ты закончил плавать, я пойду, и мы снова начнем двигаться.

Я посмотрел на него, капнув на Кори еще несколько капель воды.

— На данный момент все. Хочешь, я немного побуду за рулем, чтобы вы двое могли приятно провести время вместе?

— Нет, всё в порядке. Просто у нас было немного времени, и последние пару дней мы были наедине. К тому же, я люблю рулить. Но сделай мне одолжение и помоги ей намазаться спину кремом, пока у неё не появились волдыри.

Он бросил мне тюбик солнцезащитного крема, теплого от солнца. Я открыл его, когда он вернулся к штурвалу и завел мотор. Когда он развернул яхту обратно на наш курс, я выдавил щедрую порцию теплого крема себе на ладонь и присел рядом с Кори.

Я глядел на ее обнаженное тело и испытывал легкое смущение от того, что должен прикоснуться к ней. Должно быть, я слишком долго колебался, потому что в конце концов она сказала:

— Ну, что? Начни с любого места, Адам, но не пропускай ни одной части тела. Я не наносила ничего с утра, а ведь я была в воде.

Она положила правую щеку на тыльную сторону ладони, закрыла глаза и раздвинула локти в стороны. Свободной от крема рукой я откинул волосы с ее шеи и начал с нее, распределяя крем цветом слоновой кости по шее, плечам и низу спины, втирая его и выдавливая по мере необходимости. Я тщательно втирал крем в бока, хорошо чувствуя под пальцами ее ребра и выпуклости ее грудей. Когда добрался до ее ягодиц я заколебался. Я и раньше много раз наносил крем на спину и плечи Кори, как и она мне, но никогда на голой спине и никогда ниже пояса.

Она покачала ягодицами:

— Помажь и мою попку, я не хочу, чтобы она обгорела на солнце!

— Ты сама можешь заняться своей попкой.

— Да ладно, Адам, не будь слабаком!

Ладно, мне бросили вызов! Я выдавил немного крема прямо ей на округлую задницу. Не буду говорить, о чем я подумал при виде этого зрелища, но вы, наверное, и так знаете. Я начал втирать его и заметил, что она медленно покачивает бедрами, выгибает спину и поднимает ягодицы навстречу моим рукам, слегка раздвигая ноги. Она явно все еще была возбуждена, и, конечно, я тоже!

— М-м-м, как приятно! Не пропусти середину, Адам, я не хочу обжечь себе задницу, — засмеялась она, приподняв свою упругую округлую попу чуть выше, провоцируя меня.

Ладно, я устал изображать из себя скромника! Я решил, что не дрогну первым и добавил еще немного крема прямо ей в щель между ягодицами, а затем начал скользить пальцами, размазывая маслянистую массу. Кончик моего пальца нащупал ее тугой сморщенный анус, и она ахнула:

— О боже, м-м-м!

Она подалась тазом назад, пытаясь усилить давление, и я сделал то, чего она добивалась, проникнув кончиком пальца, исключительно кончиком, в ее тесный сфинктер. Мой член дрожал от возбуждения, я взглянул на сидящего за штурвалом Ронни, которому обзор на жену был, в основном, закрыт джакузи. Я смекнул, что те слова о доверие мне, недавно им произнесенные, имели совсем иной подтекст и, на самом деле, речь шла о том, что надо научить Кори не играть с огнем! Я протолкнул свой средний палец глубже, до второго сустава.

— О боже, о боже! О-о-о, Адам, чёрт!

Она что-то шептала своим хриплым и полным желания голосом, и я быстро несколько раз окунул палец в ее влажную скользкую задницу. Неожиданно она схватила одной рукой меня за ногу, намертво впиваясь в нее ногтями, когда беззвучно накрыл ее оргазм. Ее задний проход обхватил мой палец и, сжимаясь и толкая, попытался вытолкнуть его сокращениями, но я засунул его еще глубже. Она хрюкнула, отталкивая мою руку, и я понял, что тоже тихонько стону, засовывая руку ей в зад; я погрузил палец глубоко в ее тесный проход, и она вздрогнула и обмякла, сильно дергаясь и постанывая, пока я вынимал палец из ее ануса и продолжал втирать крем в ее бедра.

Когда я закончил с ее икрами и лодыжками, она все еще тяжело дышала, и мне пришлось помочь ей перевернуться на спину.

— Ты сама займешься передом или это делать тоже мне?

— Ну, можешь и сам, раз уж у тебя руки все в креме, — она улыбнулась мне соблазнительно и неторопливо. — К тому же, у тебя начинает получаться!

Я посмотрел на её большие, розовые и твёрдые соски, и выдавил себе на ладонь струю тёплой белой субстанции. Я имел в виду солнцезащитный крем.

Встав на колени рядом с ней я начал втирать крем в ее голени, стараясь обработать и верхнюю часть стоп. По опыту знаю, как больно обгореть на солнце. По мере того, как я продвигался вверх по ее ногам, я заметил, что ее бедра продолжают покачиваться взад и вперед, толкая ее вагину вперед, словно навстречу толчкам любовника, и я понял, что она все еще очень возбуждена. Думаю, она даже не осознавала этого.

Я взглянул на ее лицо, ее глаза были закрыты, губы слегка приоткрылись, а кожа порозовела. Мой взгляд опустился к ее аккуратной киске, маленький треугольничек мягкого пушка едва прикрывал лобковую кость, остальная часть ее влагалища была гладкой и нежной. Ее ноги были слегка раздвинуты, и я мог видеть розовые внутренние губки ее киски, выступающие, сморщенные и припухшие, между пухлыми загорелыми внешними губками, влажно блестевшими от ее возбуждения.

Я оседлал её ноги и продолжил наносить солнцезащитный крем на её бёдра, чувствуя, как напрягаются и расслабляются мышцы, когда она двигается. Мне показалось, что я чувствую женственный мускусный аромат ее возбужденной киски, несмотря на прохладный ветерок с озера, обдувающий нас, и я подавил сильное желание зарыться лицом в ее возбужденную киску, такую близкую и такую доступную, проникнуть в нее языком и ощутить ее жар. Может быть, мне все-таки не просто почудился ее запах; я был мучительно возбужден.

Я быстро слез с неё и бросил тюбик крема на палубу рядом с её вытянутой рукой:

— Вот! Остальное сделаешь сама, ты можешь дотянуться до остального.

Она открыла глаза и посмотрела на меня:

— Что случилось? Я что-то сделала не так?

Понизив голос, я ответил ей:

— Да, Кори, ты кончила! Мне не следовало доводить тебя до оргазма!

— Всё в порядке, Адам, я могу кончить ещё раз. Более того, я бы с удовольствием!

Я уставилась на неё:

— Я не это имел в виду. Я имел в виду, что этого вообще не должно было случиться.

— Тогда тебе не стоило засовывать палец мне в задницу. Кстати, это было очень приятно, — хихикнула она.

— Черт возьми, Кей, ты так быстро кончила! Я просто хотел тебя подразнить, преподать урок.

Она притворно надулась:

— Ну, я была возбуждена. Очень возбуждена, благодаря твоему рассказу об огромных твердых черных членах, так что это твоя вина. И это был отличный урок, который ты преподал – я готова к следующему уроку, профессор, если ты считаешь, что мне нужно еще что-то вбить в задницу.

— Забудь об этом, Кей, просто намажься кремом, чтобы не обгорела. Ты видишь, где я намазал, почти добрался до твоего маленького возбуждающего местечка. Я пойду на нос к Ронни поговорить, там безопасней.

Кори рассмеялась, а затем посмотрела на мою промежность.

— Эм, тебе, возможно, стоит сходить за пивом или чем-нибудь еще и дать этой выпуклости немного уменьшиться. Сейчас ее довольно сложно не заметить.

Она была права, и я последовал её совету, даже задержался на минуту – другую, пока моя эрекция постепенно не спала, а потом взял две холодные бутылки пива и пошел к Рону. Проходя мимо Кори я напомнил ей, что все-таки надо закончить с кремом, так как она уже легла снова и даже задремала, ненамазанной. Она пробормотала: «Пилит и пилит, пилит и пилит!», но тут же села и потянулась за кремом.

Я остановился рядом с Роном, любуясь видом на озеро и его прекрасные, скалистые берега.

— Пиво, дружище, или ты за рулем?

Он посмотрел на холодную коричневую бутылку и облизнул губы.

— Думаю, я могу позволить себе только одну. Открой её для меня, ладно?

Когда я открутил крышку, он искоса посмотрел на меня:

— Ну что, ты уже хорошенько смазал мою жену, она готова к действию?

Я покачал головой:

— Мне пришлось остановиться и позволить ей закончить остальное. Хотя спину и ноги я сделал довольно хорошо.

Он улыбнулся:

— Это её возбудило? Обычно, когда ей так делают с задом и ногами, она сильно возбуждается. Я удивлен, что она не заставила тебя слегка с ней потрахаться.

Я не знал, что сказать!

— Черт, Ронни, не знаю! Наверное, это ее сильно возбудило, да. Она, похоже, не очень хорошо это скрывает, — это было мягко сказано! Я посмотрел на него. — Хочешь, я заменю тебя здесь, чтобы ты мог заняться этой проблемой?

Он задумался:

— Нет, нет, я думаю, ей пойдет на пользу побыть возбужденной какое-то время. Это закаляет характер, не так ли?

— Откуда мне знать?

Он громко рассмеялся:

— Черт, Адам, если ты не знаешь, то кто знает? Я никогда не видел, чтобы кто-то отказывал себе в удовлетворении и при этом оставался таким возбужденным, как ты – если это закаляет характер, то ты, бедный похотливый сукин сын, просто полон характера! В тебе точно что-то есть!

Я не мог не смеяться вместе с ним, даже если это был смех над собой:

— Отстань, Ронни, ты же знаешь, как твоя жена любит меня дразнить! Я делаю все, что могу. Ну, посмотри на нее!

Мы оба обернулись и увидели, что она поднялась на ноги и длинной струей, как при сквирте, маслянистой субстанции покрывала свои плечи, груди и живот, на мгновение став похожей на порнозвезду в неконтролируемой сцене буккаке, а затем начала втирать ее в свою разгоряченную кожу. Мы смотрели, как она растирает крем по коже во всех закоулках своего тела, не подозревая, что у нее есть зрители, и не осознавая, какой эффект это производит на двух мужчин. Ее руки скользили по грудям с торчащими сосками, затем переместились вниз по мягкому плоскому животу, к складкам в верхней части бедер между ног. На ее лобковых волосах я видел капли цвета слоновой кости, ожидающие, когда их вотрут, и представлял, что это я только что вышел из ее влажной киски и разбрызгал свою сперму на ее холмик, создавая такой же эффект.

— Черт возьми, это огонь!

Я и не понял, что произнес это вслух, пока Ронни не сказал:

— Я бы сказал, что это чертовски круто! Моя жена чертовски привлекательная красотка, не так ли? Эй, милая, ты нас просто убиваешь! Если бы здесь было во что врезаться, я бы, наверное, уже разбил нашу посудину!

Кори подняла глаза и улыбнулась, слегка покраснев, когда поняла, что за ней наблюдают, но затем начала демонстративно втирать крем, поглаживать и сжимать свои сиськи, щипая и оттягивая соски, пока они не стали набухшими и болезненными, манящие поцеловать их. Затем она просунула руку между ног и, дотянувшись до своей вагины, стала потирать ее.

Я бы посчитал, что она просто устраивает для нас шоу, но, поскольку это была Кори, и, зная насколько она возбуждена, я был почти уверен, что ее пальцы действительно были внутри, а она активно трет свой твердый клитор и, вероятно, может (и хочет) довести себя до оргазма при нас!

Я вытолкнул Ронни из-за штурвала:

— Вперёд! Иди, возьми свою распутную жену и помоги ей удовлетворить свои желания, пока она не навредила себе! Ради всего святого, иди помоги этой бедной похотливой женщине, рыцарство этого требует!

Он засмеялся, идя к жене, которая продолжала мастурбировать, теперь тихонько постанывая. Он оглянулся на меня:

— Адам, просто продолжай править на ту высокую красную скалу, ту, которая похожа на огромную сиську. Там позади есть бухта, где мы можем остановиться на ночь.

Они спустились по ступенькам, но, очевидно, далеко не ушли, так как вскоре я услышал, как Кори приближается и достигает одного сильного оргазма, затем второго, крича, обзывая Рона, требуя, чтобы он ее удовлетворил и совершенно не заботясь о том, что ее стоны, кряхтение и ругань кто-нибудь услышит. Очевидно, ей очень нужна была эта разрядка, и я был рад, что Рон смог удовлетворить ее. Вот бы у меня был кто-нибудь, кто мог бы обеспечить то же самое моему, до смешного стоячему, члену и распухшим ноющим яичкам!

В конце концов все успокоилось, Кори, видимо, либо насытилась, либо перебралась в другую комнату. Или, полагаю, ее рот мог быть занят чем-то другим. Я, сосредоточившись на горе, которую указал Рон, старался не думать о том, чем они занимаются неподалеку, и вскоре заметил, что скала, похоже, стала заметно ближе. Чистый пустынный воздух затруднял оценку расстояний, и я совершенно не был уверен в размерах этого образования, что еще больше мешало моему восприятию.

На озере было спокойно, и мы медленно плыли. Я наблюдал пару других плавучих домов, скоростной катер, буксирующий лыжника, и пару человек на гидроциклах. Но озеро Пауэлл огромно, и никто никому не мешал. Определенно, ощущения тесноты не было. Я старался сосредоточиться на пейзаже и происходящем вокруг, игнорируя тупую, покалывающую боль в паху, и мне это отчасти удавалось. Эта неделя может оказаться очень долгой из-за провокаций Кори, особенно учитывая, что я совсем не был уверен, что у меня случится секс, даже после появления Тиффани. Ну что ж, это будет не первый раз, когда мне придется брать дело в свои руки!

Погруженный в свои мечты я так и плыл минут двадцать, или около, пока Ронни не поднялся на верхнюю палубу и подошел ко мне. Я взглянул на него, удивленно присмотрелся и расхохотался! Его лицо с покрасневшими и опухшими губами напоминало глазированный пончик, обе щеки и волосы по бокам головы были измазаны жирным кремом от солнца, очевидно, из-за крепкой хватки его головы между скользких бедер Кори!

Он посмотрел на меня:

— Что тут смешного?

— Да ладно, Ронни, дай мне передохнуть! Я рискну предположить, что ты, возможно, немного понырял в промежности?

Он слегка смущенно усмехнулся, провел рукой по лицу и подбородку, вытираясь.

— Оу. Что так заметно, да? Ну, и иди к черту, ты просто завидуешь, что это сделал не ты.

Он попал прямо в точку, я бы с удовольствием удовлетворил его жену любым способом, каким бы она ни пожелала!

— Ну, судя по всему, ей это понравилось.

Он слегка приосанился:

— Да, так и есть, правда? Черт, я хорош! И ничто так не гармонирует со вкусом возбужденной вагины, как холодное пиво. Хочешь?

— Холодное пиво или возбужденную вагину?

— Я имел в виду пиво, придурок. Я гарантирую, что в данный момент на борту этого судна нет ни одной похотливой бабы!

— Ух! Это точно! Что бы ни говорили о моем муже, у него очень талантливый язык, — услышал я голос Кори позади себя.

Она остановилась рядом со мной и прижалась ко мне своим все еще обнаженным телом. Поскольку я сидел за штурвалом, а она стояла рядом, мое лицо было почти на одном уровне с ее шеей, которая все еще пылала от возбуждения. Ее розовые соски, казалось, все еще были возбуждены, и я чувствовал на ее теле смесь секса и кокосового масла. Пока Ронни ходил за пивом, Кори наклонилась и подарила мне долгий глубокий поцелуй, просунув язык мне в рот. Я пососал ее язык и дал ей в ответ свой.

Она отстранилась:

— Извини, наверное, мне не стоило этого делать. Знаешь, учитывая, где только что был мой рот.

— О, Кори, фу! —демонстративно сплюнул я за борт, при этом не заметив никакого необычного привкуса.

На самом деле на вкус она была довольно сладкой, а ее губы и язык мягкими и теплыми.

Она засмеялась:

— Не волнуйся, Адам, он не кончал мне в рот, я просто немного пососала его и полизала его яички. Но он все же кончил мне на грудь, если хочешь, можешь попробовать еще раз.

Я откинулся назад и посмотрел на ее красивую полную грудь с гордо выступающими сосками, и увидел то, что могло быть тонким потеком спермы на ее левой груди. Она снова бросила мне вызов, я мгновенно наклонился и засосал её правый сосок в рот, губами сильно сжимая его и ощущая только вкус солнцезащитного крема и чуть-чуть ее солёного пота. Она ахнула и прильнула ко мне, прижимая грудь к моим губам:

— Боже! А теперь сделай вот это!

Она отстранилась, затем прижала левую грудь к моему лицу, и прежде чем я успел об этом подумать, я проделал то же самое с этим затвердевшим соском. Ощущения были немного другими, он был более скользким, и у него был легкий мускусный привкус, но в тот конкретный момент я демонстрировал свою решительность выиграть у нее пари, и был слишком возбужден, чтобы обращать на это внимание! Что такое немного спермы среди друзей, если человек настолько возбужден, что ему все равно!

Она отстранилась, дрожа:

— Адам, боже мой! В предыдущий раз ты начал с того, что засунул мне палец в задницу, а теперь снова возбудил меня. Прекрати, а то ты совсем загоняешь бедного Ронни!

В тот момент, когда Рон вернулся с тремя ледяными бутылками пива мы, смеясь, отодвинулись друг от друга.

— Что меня так загонит?

— Это Адам, дорогой. Он ведет себя плохо, я вся возбуждаюсь и намокаю, так что мне приходится постоянно обращаться к тебе за разрядкой!

Рон рассмеялся:

— Участь для меня страшнее смерти, да? Приходится удовлетворять мою прекрасную похотливую жену. Не такая уж и плохая работа. Но признай, дорогая, ты бегаешь голышом и ведешь себя как распутница, возбуждаешься от самой себя, так что не вини в этом Адама! — он хлопнул меня по плечу. — На самом деле, он, наверное, единственный, кого мне следует пожалеть, учитывая, что ты такая любительница подразнить.

Кори приблизилась к нему вплотную, обхватила его шею рукой и прижалась губами к его губам, потирая свои возбужденные соски об его грудь.

— Откуда ты знаешь, что я просто дразню, дорогой? Может, я просто опущусь на колени прямо здесь и уделю немного особого внимания большому члену Адама, пока ты смотришь. Спорим, у него уже все встало, и он не отказался бы от небольшой ласки губами. Буду ли я по-прежнему считаться любительницей дразнить член, если сделаю это?

Он ответил не сразу, а я, казалось, онемел. Прежде чем кто-либо успел что-либо сказать мы услышали гул мотора приближающийся лодки, и это нарушило момент. Рон отошел в сторону и посмотрел нам за спину. Он схватил полотенце и бросил его Кори.

— Похоже, они идут прямо на нас. Тебе лучше на время прикрыться.

Она обернулась полотенцем и заправила его выше груди, как это делают женщины. Оно было очень коротким, заканчиваясь чуть ниже ее милой киски, но она все равно выглядела очень сексуально. Через несколько мгновений лодка подошла к борту, и я услышал, как двигатель сбавил обороты. Рон подал мне знак, чтобы я тоже выключил наш двигатель, что я и сделал, затем встал и подошел к фальшборту, пока мы медленно легли в дрейф до остановки.

Рон и Кори стояли у поручня, глядя вниз на небольшую моторную лодку, которая подошла прямо к нам. Один из мужчин, находившихся на борту, держался за поручень, чтобы не сбиться с пути. За штурвалом находились две женщины и еще один мужчина. На вид всем было от двадцати пяти до тридцати пяти лет, одна из женщин выглядела моложе всех, а один из мужчин, возможно, был немного старше.

Все были в купальниках: женщины в маленьких бикини, подчеркивающих их привлекательные фигуры, один из парней в мешковатых нейлоновых плавках, а другой, стоявший у ограждения, в крошечных обтягивающих плавках Спидо, в которых, судя по всему, он проносил контрабандные фрукты – лимоны и большой банан, если быть точным. Это было довольно отвратительно, и Кори настолько возмутилась, что не могла оторвать глаз от его корзины с фруктами.

Мужчина, державшийся за перила, крикнул снизу:

— Привет, ребята, надеюсь, мы вам не помешали!

Ронни ответил:

— Нет, ни в коем случае. Не хотите причалить и подняться на борт выпить покрепче или чего-нибудь еще?

Тот же самый парень ответил:

— С удовольствием, но нам еще нужно многих предстоит объехать. Или, вернее, пройти по воде, так будет правильнее сказать. Меня зовут Дуг, это Стив, а это Мэг и Пэм, и мы собираемся пригласить всех на большую вечеринку завтра вечером в бухте Контрабандистов. Она отмечена на вашей карте, в нескольких километрах отсюда, ниже по озеру.

Я ответил:

— Привет, ребята и девушки. Я Адам, это Рон и его жена Кори, — все коротко поздоровались. — Где вы проводите свою большую вечеринку? Там есть хороший пляж или что-то подобное?

— Ну, есть пара хороших мест для стоянки, но мы хотим собрать вместе много владельцев плавучих домов, а потом связать их все вместе и сделать большой плавучий остров. У вас отличная яхта с джакузи, горкой и всем остальным. Приезжайте пораньше, и мы поставим вас, ребята, посередине! — ответил Стив.

Мы переглянулись и как бы молча пришли к взаимному согласию. Ронни заговорил:

— Черт возьми, звучит весело. Постараемся быть там, на какое время вы рассчитываете?

— Приходите в любое время, до темноты ничего толком не начнется, но если хотите быть в центре событий, постарайтесь приехать не позднее шести, —снова проговорил Дуг.

— Эм, у вас ведь нет детей на борту, не так ли? Такие вечеринки, как правило, не самое лучшее место для детей, — сказала одна из дам, кажется, та, которую называли Пэм.

— Нет, только мы втроем. Некоторые из наших друзей отказались от участия, — ответила Кори.

— Правда, только вы трое на этом большом судне? Что ж, обычно приятно быть лишним на таких мероприятиях. Тебе это должно понравиться, Адам, ты будешь востребован, — ответила Пэм.

Она улыбнулась мне, а я покраснел.

Я посмотрел на Дуга, которого почему-то принял за мужа Пэм, и заметил, что он снизу смотрит на Кори. Я быстро сообразил, что он смотрит прямо на ее вагину, которая для его взгляда была хорошо видна из-под ее короткого полотенца.