Закончив смену, он зашел в бар и выпил пару кружек пива, прежде чем отправиться домой. «Почему она это сделала?» – спрашивал он себя.

К тому времени, как он приехал, Лидия уже была дома в бешенстве.

– Где ты был? – спросила она.

– Закончил смену и пошел выпить пару кружек пива, – сказал он. – А тебе не все равно?

– Мне не все равно, – сказала она. – Ты – мой муж, и я тебя люблю.

– Сколько тебе стоил «Ролекс» Роберта? – спросил он. Глаза Лидии расширились.

– Ты их видел? – спросила она.

– Да, видел. И видел, что ты написала. «Твои две девочки?» Серьезно? Дженни – его дочь? Скажи мне, жена, – сказал он.

– Он – ее дядя и мой шурин, – сказала она. – Вот и все.

– Да неужели? – спросил Эйвери. – Пожалуйста, не оскорбляй мой интеллект. Я видел, как все смотрели на меня в твоем офисе. Я не дурак.

– Это не то, что ты думаешь, – сказала она.

– Да, конечно. Извини, но я тебе не верю, – сказал он. – Послушай, ты спрашиваешь, чего я хочу на Рождество. Сейчас мне нужна только твоя подпись.

– Моя подпись? – спросила она. – Где?

– В документах о разводе, – сказал он.

– Развод? – спросила она. – Я не хочу развода. Я люблю тебя. Ты – мой муж.

– Конечно, – сказал он. – Когда ты раздвигаешь ноги для другого мужчины, это именно то, что ты говоришь. Я знаю гораздо больше, чем ты думаешь, так что, не лги мне. Я просто хочу знать две вещи.

– Какие? – спросила она.

– Почему и как долго, – сказал он.

Лидия опустила глаза в пол.

– Это началось через несколько месяцев после того, как я начала работать в фирме, – сказала она.

– Ты хочешь сказать, что это продолжалось большую часть нашего брака? – спросил он. Она кивнула головой.

– Мне очень жаль, – сказала она. – Я не хотела причинить тебе боль. Это был всего лишь секс, и Роберт сказал, что тебе это нравится.

– Разве ты не помнишь, что я говорил тебе о Роберте? – спросил Эйвери. – Разве я когда-нибудь давал тебе понять, что мне нравится, когда мне наставляют рога?

– Мне очень жаль, – сказала она. – Он был такой искусным и обаятельным. Я сделала все, что могла, чтобы ты не узнал.

– А в какой момент в акции принял участие мой отец? – спросил он. Глаза Лидии расширились.

– Откуда ты знаешь? – спросила она.

– Не имеет значения. Как давно ты трахаешься с моим отцом? – спросил он.

– Это началось около года назад, – сказала она. – Мы все были очень осторожны. Мы действительно не хотели причинить тебе боль.

– Отец Дженни – я? – спросил он.

– Ну, конечно, – ответила она.

– Прости, но я тебе не верю, – сказал Эйвери. – Я проведу анализ ДНК, чтобы убедиться наверняка.

– Как ты смеешь?!.. – начала она, прежде чем Эйвери взорвался:

– Нет, сука! Как смеешь ТЫ?! Ты знала, как сильно я ненавидел этого ублюдка, но все равно должна была пойти и трахнуть его. И моего отца. Нет, все это на ТВОЕЙ совести. И да, я подаю на развод. Все эти годы я любил тебя, и только тебя. Я заботился о тебе, когда ты болела, и заботился о Дженни, потому что ты была слишком занята. Ты была моей жизнью, и ты ударила меня ножом в спину. Хрен тебе. А теперь оставь меня в покое. Я постараюсь не испортить праздник Дженни, но вам с ублюдком лучше со мной не связываться. Точка.

***

Он собрал кое-какие вещи и устроил спальню в своем кабинете. Он избегал жены как мог, и ничего ей не говорил. Он проводил с дочерью столько времени, сколько мог, зная, что скоро станет отцом на полставки.

Позже с ним связался Бен, сказав, что у него есть новое видео.

– Похоже, ты разворошил осиное гнездо, – сказал Бен, когда Эйвери вошел в кабинет. Как только Эйвери сел, Бен включил последнее видео. Видео шло из кабинета его отца. Как обычно, трое любовников были обнажены и занимались своими обычными делами.

– Он все знает, – сказала Лидия.

Роберт и Дэн пожали плечами.

– Ну и что, – сказал Роберт. – Это ничего не меняет.

– Он подал на развод, – сказала Лидия.

– Тебя уже обслужили? – спросил Дэн.

Лидия покачала головой.

– Пока нет, но думаю, что это скоро произойдет, – сказала она.

– Что ж, полагаю, нам придется просветить твоего мужа, дать ему понять, в чем дело. Он может либо идти с нами, либо быть по-королевски трахнутым, – сказал Дэн.

– Просто будь осторожен, – сказала Лидия.

– Не волнуйся, – сказал Роберт. – Он – просто тупой гребаный полицейский. Он ничего не сможет нам сделать.

Когда видео закончилось, Эйвери сидел молча.

– Будь очень осторожен, – сказал Бен. – Я уже передал это Салли и поговорил с твоим начальником. Он сказал, что его патрули будут за всем следить.

Бен протянул ему ключ от квартиры, в которой он устроил Эйвери на некоторое время. Эйвери поблагодарил его и вышел.

***

В рождественское утро Лидия спросила, не собирается ли он в родительский дом.

– Да, я буду там, – сказал он. Она наклонилась, чтобы поцеловать его, но он отмахнулся.

— Прибереги это для своих любовников, – сказал он.

– Пожалуйста, не испорть Рождество, – сказала она, выходя вместе с Дженни.

– Ты имеешь в виду не больше, чем уже все испортил? – спросил он. – Давай, убирайся отсюда. Я скоро приду.

Увидев, что Лидия уходит, он надел форму, убедившись, что на нем бронежилет. Большая часть его одежды и личных вещей уже была упакована и уложена в машину. Он позвонил в службу судебных курьеров, чтобы уточнить время, когда курьер будет в резиденции Уилсона, и договорился встретиться с ним там, а затем позвонил своему начальнику смены, чтобы получить патрульную машину.

Он тщательно рассчитал время своего прибытия и встретился с судебным курьером в квартале от дома. Мужчина сел в машину и та остановилась перед домом. Они оба вышли, и Эйвери позвонил. Дверь открыл отец Эйвери и выглядел потрясенным, увидев своего сына и еще одного мужчину.

– Что все это значит, Эйвери? – спросил он. – Тебе нет нужды звонить. Мы все гадали, когда же ты доберешься сюда.

– Пожалуйста, мистер Уилсон, – сказал Эйвери своим лучшим полицейским голосом, положив руку на пистолет. – Я здесь по официальному делу. Лидия Уилсон здесь?

– Да, здесь, ты же знаешь. Пожалуйста, входи, – сказал Дэн.

Эйвери покачал головой.

– Не сегодня, мистер Уилсон. Пусть миссис Уилсон подойдет к двери, пожалуйста, – сказал он.

Дэн кивнул и сделал знак Лидии, которая появилась вместе с Дженни. Судебный курьер обратился к ней:

– Миссис Лидия Уилсон? – Она кивнула, и он, удостоверившись в ее личности, протянул ей конверт. – Вас обслужили.

Открыв конверт, Лидия заплакала.

– Ты подаешь мне документы на развод на Рождество? – спросила она, и по ее щекам потекли слезы. – Как ты мог?

– Думаю, это намного лучше, чем то, что ты и моя бывшая семья планировали для меня, – сказал Эйвери.

Дженни заплакала, глядя на мать и на отца. Он опустился на колени и обнял дочь.

– Что происходит, папа? – спросила она.

– Прости, милая, но твоя мама решила, что больше меня не любит, – сказал он, обнимая ее, пока та плакала. – Я буду видеться с тобой, как только смогу, и никогда не забывай, что я люблю тебя, хорошо?

Дженни, плача, повернулась к матери и пнула ее в голень.

– Я НЕНАВИЖУ тебя! – закричала она, убегая. Дэн протиснулся рядом с плачущей Лидией.

– Как ты посмел прийти сюда и испортить наше семейное Рождество?!

– Мистер Уилсон, считайте, что вам повезло, что я не собираюсь арестовывать вас и остальных членов вашей семьи за заговор, – сказал Эйвери, протягивая ему еще один конверт с фотографиями и видеозаписями их свиданий в «Мэрриот». Он был очень осторожен, чтобы не включать ничего, что было записано в их офисах. К этому моменту к двери подошли Барбара и Роберт.

– Что происходит? – спросила Барбара.

– Эйвери только что вручил Лидии документы на развод, – сказал Дэн. – Он все знает.

Барбара отступила назад, ее лицо побледнело.

– Да, и я знаю все о том, что вы четверо запланировали для меня, – сказал Эйвери. – Я предлагаю вам очень внимательно ознакомиться с охранным приказом и следовать ему до последней буквы. Я без проблем арестую вас, если вы его нарушите.

– Охранный приказ? – крикнул Роберт. – Я должен надрать тебе задницу прямо сейчас, – добавил он, протягивая руку к Эйвери. Дэн перехватил его, когда Эйвери уже приготовился вытащить пистолет.

– Не трогай его, дурачок, – крикнул Дэн.

Роберт отдернул руку. Дэн посмотрел на Эйвери.

– Ладно, придурок, если тебе так хочется. Ты мог бы стать частью чего-то великого, но ты, блядь, все испортил, – сказал он.

– Я думал, что уже являюсь частью чего-то великого, – сказал Эйвери. Он посмотрел на Лидию. – Я позвоню тебе после первого января и назначу время, когда смогу забрать остальные вещи. А пока советую тебе подчиниться приказу и держаться от меня подальше.

– Хорошо, Эйвери, – сказала она. – Мне очень жаль.

– Да, – сказал Эйвери. – До свидания. Счастливого гребаного Рождества.

***

Эйвери отправился в квартиру, которую приготовил для него Бен, и распаковал вещи. Действительно, счастливого гребаного Рождества. Остаток дня он провел, топя свои печали в бутылке «Джека Дэниэлса».

На следующей неделе ему позвонил отец.

– Я хочу видеть тебя в своем кабинете сегодня днем, – приказал Дэн. Эйвери рассмеялся.

– Люди в аду тоже хотят ледяной воды, – сказал он. – Этого не будет. Ты забыл об охранном приказе? Если хочешь встретиться, то можешь позвонить моему адвокату и договориться о встрече в ее офисе в ее присутствии.

Он закончил разговор, прежде чем Дэн успел сказать что-нибудь еще, и связался с Салли. Та не была в восторге от того, что он позвонил во время ее отпуска, но выслушала то, что сказал Эйвери, и согласилась встретиться с Дэном, Робертом и Лидией в ее офисе. Она также согласилась связаться с Дэном и договориться.

В тот же день все пятеро встретились в конференц-зале офиса Салли.

– А это не могло подождать до Нового года? – спросила Салли.

– Нет, не могло, – ответил Дэн.

– Вы – адвокат миссис Уилсон? – спросила Салли.

Дэн посмотрел на Роберта.

– Мы с Робертом Уилсоном оба ее адвокаты, – сказал он.

– Полагаю, на самом деле вас не тревожат такие вещи, как конфликт интересов, не так ли? – спросила Салли. – Что ж, посмотрим, что скажет по этому поводу адвокатура штата. Что такого есть важного, что вы просто обязаны были встретиться с моим клиентом во время моего отпуска?

Дэн вытащил из портфеля папку и положил ее на стол.

– Я хочу, чтобы Эйвери отменил этот дурацкий развод и подписал соглашение, – сказал он.

Салли прочитала бумагу и рассмеялась. Она протянула лист Эйвери, который тоже прочел его, не веря своим глазам.

– Вы на самом деле ожидаете, что мой клиент откажется от своих мужских прав и согласится позволить своей жене заниматься сексом с вами и его братом? Мистер Уилсон, вы сошли с ума, и будьте уверены, что я передам это дело в суд штата. А теперь убирайтесь из моего кабинета, пока я вас не вышвырнула, – сказала она.

– Я уничтожу тебя на хрен, – сказал Дэн Эйвери. – Когда закончу с тобой, ты пожалеешь, что вообще родился.

– Вы же знаете, что сообщать об угрозе в адрес полицейского – это нарушение закона, – сказала Салли. – Убирайтесь, пока я вас всех не отдала под арест.

Покраснев, Дэн, Лидия и Роберт вышли из кабинета. Эйвери извинился перед Салли и горячо поблагодарил ее.

– Не могу дождаться, когда этот мудак предстанет перед судьей, – сказала она, запирая свой кабинет.

Эйвери сдержал свое слово и позвонил Лидии после Нового года, чтобы назначить время, когда он сможет забрать остальные свои вещи. Она сказала, что в доме никого не будет, и он наивно ей поверил. Едва зайдя в дом, он почувствовал укол в шею, прежде чем все потемнело.

Он все еще был довольно слаб, когда понял, что привязан к стулу. Он попытался пошевелиться, но не смог и понял, что ему заклеили рот скотчем. Он пытался, но не мог освободиться. Он услышал, как кто-то сказал что-то о лишении его жизни, прежде чем увидел яркую вспышку света. Это было последнее, что он запомнил, перед тем как очнуться в больнице.