![]() |
![]() ![]() ![]() |
|
|
Традиции ч. 02 – Осеменение Автор: Сандро Дата: 13 мая 2024
![]() Traditions Ch. 02 - The Tupping от satindesires ****************************************************** Том сидел на берегу моря с опускающимся к горизонту солнцем и размышлял о том, что это самое спокойное место в его жизни. Здесь был небольшой остров на Внешних Гебридах, в Западной Шотландии. Жена Тома Лоррейн убеждала его переехать из Эдинбурга туда, где выросла она сама и бесчисленные поколения ее семьи. Том надеялся увидеть зеленую вспышку на закате. Он знал, что это объяснимое метеорологическое явление, связанное с земной атмосферой, но как писатель чувствовал, что должна быть более романтическая интерпретация, которую можно было бы использовать в написании, не слишком наступая на пятки Жюлю Верну. Остров был на большом удалении, и все было еще до появления Интернета и массовых коммуникаций; у Тома хватит необходимого спокойствия и умиротворения, чтобы продолжить писать. Он должен был признать, что это – хороший шаг, особенно с учетом их намерения завести детей. Лоррейн права: здесь – другой темп жизни среди близкого окружения. Она рада вернуться домой и, похоже, знает всех на острове. Со стороны местных жителей Том чувствовал некоторую холодность, поскольку являлся «чужаком», женившимся на красивой девушке с острова, но их прямые манеры ему нравились. Впечатляло то, как все дружно взялись за дело, и он подумал, не связано ли все это с независимостью, необходимой для выживания маленькой островной общины. Том познакомился с Лоррейн в университете; оба изучали английскую литературу. Лоррейн надеялась стать учителем, а Том сосредоточился на творчестве в написании. У них сложились прочные отношения, и вскоре после окончания университета они поженились, решив жить в Эдинбурге, где были лучшие возможности для работы. Лоррейн – высокая и атлетически сложенная женщина приросте около метра восьмидесяти, но на острове ее рост – не выше среднего, все местные жители кажутся крупными, а некоторые и вовсе огромными. Том подумал, не сохранилось ли в них что-либо от наследия викингов, характерное для островов западного побережья. У большинства местных жителей – светлые волосы, некоторые с рыжим отливом, и Лоррейн – не исключение: она носит волосы зачесанными назад и заканчивающиеся на уровне верха шеи. Они прекрасно сочетаются с ее пронзительными зелеными глазами. По его мнению, она – совершенство, хотя в последнее время он начал задумываться о том, что во время беременности она бы могла выглядеть еще сексуальнее. Последние несколько лет Лоррейн откладывала обзаведение детьми, но теперь – готова. Он никогда не видел свою жену настолько счастливой, вовлеченной в жизнь острова и постоянно участвующей в работе того или иного комитета. Сейчас она занимается организацией фестиваля солнцеворота. *** В фестивале участвовал весь остров в течение нескольких недель, предшествовавших празднику. Планировалось провести ряд конкурсов и игр, днем собраться вместе на острове и устроить вечеринку с музыкой, танцами и непомерным количеством виски. Соревнования включали в себя серию состязаний, очень похожих на игры горцев. В них могли принять участие все желающие мужчины в возрасте от восемнадцати до тридцати лет, а победитель провозглашался «осеменителем» этого сезона. Серия соревнований для детей представляла собой мини-версии игр для взрослых. Тому предложили принять участие в соревнованиях, он попытался отказаться, но местные жители настаивали. Не желая никого обидеть, он согласился попробовать. Он хорошо проявил себя в забеге, заняв вполне достойное второе место, и мог бы выступить лучше, если бы его икру не свело судорогой на пересеченной местности. Том привык бегать по дорожкам. Он заметил огромного парня, с сердитым видом шедшего предпоследним, хотя как он вообще сумел закончить гонку с таким количеством мышц, для Тома было загадкой. Следующее состязание заключалось в том, чтобы с помощью вил перебросить свернутый в трубку сноп соломы через планку, которая становилась все выше. Том попробовал, но не смог преодолеть самую низкую планку. Он вежливо отказался от участия в соревнованиях, поняв, что все остальные состязания основаны на силе, и что у него нет шансов против гигантов островитян. Это решение оказалось правильным, поскольку гиганты преуспели и в следующих двух видах: метании гири через перекладину и толкании камня – горной версии толкания ядра. Затем было соревнование, которого Том раньше не видел: требовалось поймать и поднять теленка. Он понятия не имел о правилах, но был поражен тем, с какой легкостью участники соревнований управлялись с огромными животными. Одно это подтвердило мудрость решения Тома отказаться от участия. В следующем состязании двое участников сидели на траве лицом друг к другу, прижавшись подошвами ног и держась руками за палку. Это было чисто силовое испытание, побеждал тот, кто отрывал соперника от земли. Финальным соревнованием был традиционный бросок бревна, и он наблюдал, как гигант, занявший второе место в забеге, запустил самое большое бревно, взлетевшее вверх и там перевернувшееся, приземлилось торчком, и выиграл состязание. Соревнования были очень впечатляющими и проходили в ожесточенной борьбе, но Шон Маклеод выиграл все силовые состязания и общий титул под названием «осеменитель». Он – «человек-гора», его тело напоминает тело Криса Хемсворта, хотя он и не может сравниться с внешностью звезды, выглядя в целом более грубым и мрачным. Когда началась вечерняя программа, Тома познакомили с незнакомыми ему островитянами, в том числе с семьей Маклеод и Шоном, поздравив того с победой. Том снова почувствовал себя чужаком, когда Лоррейн и Маклеоды обсуждали старые семейные узы, поэтому он тихонько отошел, чтобы выпить еще чего-нибудь. Том наблюдал за Лоррейн со стороны бара и подумал, что в летнем платье, которое, несомненно, подчеркивает ее полную грудь и стройные икры, она выглядит потрясающе. Он понял, откуда у Лоррейн такая внешность; Меган оставалась яркой женщиной, больше похожей на старшую сестру Лоррейн, чем на ее мать. Они долго разговаривали с Шоном, пока тот не взял со сцены лавровый венок и не возложил его на голову Лоррейн. Том подошел к ним, с интересом наблюдая за происходящим, но, когда он приблизился, Шон отошел. – Как дела, Лоррейн? – кивнул он в сторону ее нового головного убора. – Да так, ничего особенного, это – старая традиция, «осеменитель» выбирает королеву солнцеворота. Наши семьи давно знакомы, это приятный жест со стороны Шона в качестве подарка по случаю возвращения домой, я не могу отказаться от предложения, но на самом деле оно ничего не значит. Ее мама перебила: – Чушь собачья, Лоррейн, все равно это большая честь – быть выбранной, и очень приятно, ведь ты упустила такую возможность, учась в университете. Тому не понравилось, что его жену выбрал другой мужчина: – У тебя есть какие-то обязанности как у королевы? – Нет, ничего особенного, это просто символично... ну, кроме того, что я весь вечер должна буду бродить с этой колючей штукой на голове. – На самом деле это тебе идет, обрамляет твое великолепное лицо. Лоррейн поблагодарила за комплимент, взяла его за руку, и они вернулись, чтобы присоединиться к танцам, в которых, похоже, участвовали люди всех возрастов. Их затянуло Их затянуло на какое-то время, и после одного из обменов Том оказался в танце с привлекательной брюнеткой. Чуть позже он столкнулся с ней в баре и узнал, что она – вдова, и зовут ее Мораг. Они поболтали об острове, фестивале и его традициях. Она была теплой и располагающей личностью, с удовольствием рассказывала истории о предыдущих фестивалях. Том спросил ее о традиции королевы солнцеворота, сказав, что, как он понимает, это необязательно. Мораг, казалось, колебалась, но потом продолжила: – Не совсем так, и сейчас лишь несколько семей придерживаются старых традиций. На самом деле я отказалась, когда несколько лет назад мне предложили это. – О, и почему же? – Просто это было не совсем правильно; мой Фрейзер служил в Шотландском полку горцев и был направлен в Афганистан, поэтому я и отказалась. Семьи смотрят на это по-другому, для большинства из нас это – просто старая традиция, а когда он не вернулся домой, я была рада, что отказалась. – Прости, я не хотел тебя расстраивать. – Все в порядке, это было много лет назад, и боль от воспоминаний о нем со временем утихла. Фестиваль был посвящен плодородию земли, что-то вроде осеннего фестиваля, но в начале вегетационного периода. В рамках этого Меган предложила мне прогуляться с местными рыбаками. Лоррейн считала, что это – способ интегрироваться с островитянами, говоря, что если меня примут рыбаки, то примут и все остальные. Меня предупредили о рыбацких суевериях и о том, как не навлечь на себя несчастье... не свистеть на лодке, не упоминать слово «свинья» и не говорить о женщинах – все это было в списке запретов. Мы вышли в море и направились к местам рыбной ловли, таща за собой связки ловушек, в которые попадались омары, лангустины и крабы. Течения были коварными, я думал, что водовороты – это голливудская выдумка, но те, что были вокруг острова, оказались вполне реальными. Шкипер Фергус объяснил, что приливы и отливы быстро проходят через узкие места в морских заливах и над подводными камнями, образуя водовороты. Они ловят рыбу в промежутках между приливами, чтобы сделать возможным вытаскивание рыбы. Увидев, что на дне лодки скопилась вода, Том встревожился, но шкипер отнесся к этому спокойно: – Не волнуйся, парень, доски иногда высыхают или расходятся, насос даст нам продержаться на плаву, но лучше вернуться в гавань. Том с облегчением выбрался на сушу, хотя Фергюс оказался прав – насос справился. Он спрыгнул с лодки и быстро добрался до участка, который они переоборудовали в дом. Зайдя на кухню, он увидел, что свекровь читает молитвенник, но не это привлекло его внимание. Его внимание привлекли доносившиеся из спальни звуки секса, очень громкого секса. Он проскочил мимо Меган, взбежав по лестнице через две ступеньки, и ворвался в спальню. Лоррейн стояла на четвереньках, не обращая внимания на окружающее, и издавала пронзительные звуки, в то время как Шон трахал ее сзади. Он вбивался в нее как отбойный молоток своим, казалось, огромным членом, отчего сиськи Лоррейн мотались во все стороны. Шон с презрением посмотрел на него: – Я еще не закончил. Он продолжал ее трахать, даже еще сильнее, и Том не мог поверить, но следующее заявление сразило его наповал. Наконец Лоррейн подняла на Тома безумный взгляд и, тяжело дыша, сказала: – Мы скоро закончим, милый. Том был ошеломлен, это не могло быть правдой, он уже собирался повернуть к лестнице, но не успел опомниться. Он схватил то, что было ближе всего: свадебную фотографию в рамке, на которой были изображены он и Лоррейн, и запустил ею в Шона, попав тому в голову. – Ты – маленький ублюдок! Шон отцепился от Лоррейн и бросился на Тома, оттеснив его назад. Это была драка, но не такая, как в фильмах, а просто двое парней, толкающих друг друг. Том нанес Шону скользящий удар по лицу, но тот, похоже, совсем его не почувствовал. Секундой позже он почувствовал, как у него из носа брызнула кровь, Шон одолел его, впечатав в стену и несколько раз ударив кулаком по ребрам. Он услышал крик Лоррейн: – Не бей его, Шон! Следующий удар пришелся ему в челюсть, и он потерял сознание, смутно осознав, что Лоррейн пытается оттащить Шона от него, и чувствуя, как кровь течет у него из носа в горло, а в глазах темнеет. Он очнулся в постели, рядом с ним с обеспокоенным видом сидела Лоррейн. Том прохрипел: – Что это было? – Это было ужасно, Том, ты чуть не захлебнулся, я запаниковала, но мама перевернула тебя и прочистила горло, прежде чем мы вызвали врача. Несколько часов ты был в отключке, в драке у тебя сломано несколько ребер и нос. – Не сказать, чтобы это была драка, просто он, должно быть, продолжал меня бить... все болит. – Это было очень храбро, Том, у Шона подбит глаз и сотрясение мозга, он потерял самообладание и продолжал бить тебя, пока нам, наконец, не удалось его остановить. Он посмотрел на Лоррейн, ожидая объяснений. – Это – просто «осеменение»! Том выглядел озадаченным, она сказала так, будто это все объясняло... но Тому это не объясняло ничего. Лоррейн продолжала: – Мне жаль, что ты пострадал, малыш, в этом не было необходимости. Это не повлияет на нас, оно просто гарантирует, что у нас будут крепкие здоровые дети. Это обеспечивает передачу самых сильных генов, то же самое, что мы делаем с домашним скотом. Сильный осеменитель обеспечивает беременность и отвечает за 70% здоровья потомства. Том выглядел еще более озадаченным. Должно быть, Мега, услышала голоса и вошла в комнату: – Мама, пожалуйста, помоги мне все объяснить, Том не понимает. – Давай вернемся немного назад. Это – не секс в твоем понимании и не интрижка, это – многовековая традиция, которая помогла острову выстоять в трудные времена. Женщины острова, желающие забеременеть, встречаются с самым сильным мужчиной сезона... с «осеменителем». До осеменения мы были слабы, болезни и детская смертность были шокирующе высоки, только один из шести детей доживал до совершеннолетия, и мы не могли себе этого позволить из-за конфликтов кланов и захватчиков. Осеменение спасло нас; оно позволило острову вновь заселиться. Лоррейн не сделала ничего плохого, Том. Лоррейн кивнула в знак согласия: – Это – не занятие любовью, между мной и Шоном нет никакой романтики, это – просто осеменение... как можно более частое в фертильный период. В этом сезоне он будет трахать и других женщин, желающих забеременеть. Я – первая, поскольку меня он выбрал королевой солнцеворота. – Отлично, значит, он трахал тебя не один раз? Лоррейн опустила взгляд, ее шея покраснела. Меган продолжила от имени своей дочери деловым тоном: – Ты ведь хочешь сильных здоровых детей, Том. У нас здесь не всегда было так, у многих женщин случались выкидыши, а многие слабые дети умирали в младенчестве, поэтому для выживания было необходимо наличие сильнейшего генофонда. Просто посмотри на размер и силу мужчин на острове, Шон – яркий пример, и он заслужил право на размножение. – Может, это стероиды делают его таким сильным, очевидно, что он их принимает, это также может объяснить, почему он вышел из себя и продолжил меня бить. Тебя вообще беспокоит, что я могу пострадать? Глаза Лоррейн расширились: – Конечно беспокоит, я так волновалась. Этого не должно было случиться, он был неправ, поступив так с тобой. Том искренне недоумевал, не кошмар ли вокруг. – Хорошая история, чтобы оправдать свою измену, но сейчас нет как ранее чумы и войны, антибиотики и иммунизация понизили детскую смертность. Ты делаешь это потому, что тебе оно нравится! Твое поведение это подтверждает: ты не могла насытиться и, конечно, не хотела, чтобы тебя прерывали. – Я не могла не возбудиться, он был... э-э-э... впечатляющим, и это повышает шансы забеременеть. – Так дети будут от меня, или ты хочешь, чтобы я воспитывала в основное его детей? – Шансы равны, Том, я не исключаю, что от тебя, просто у него отличная генетика. У тебя все равно был бы шанс стать биологическим отцом, и от кого бы ни был ребенок, он был бы наш. – Черт, становится только хуже, теперь ты предлагаешь мне его объедки! Меган вспыхнула от гнева: – Не будь таким вульгарным, ты – посторонний человек и не можешь знать, насколько для нас это важно. Это присутствует в каждом предании, которое мы изучаем, пока здесь растем. – Скажи, Меган, сколько раз ты исполняла эту роль, могу ли я предположить, что ни Лоррейн, ни две ее сестры – не от твоего мужа? – Все они – дети Джона, он – отец, но да, семя пришло от разных «осеменителей», те могут служить только по два сезона каждый, и у нас – три сильные и красивые дочери, которыми мы оба гордимся. – И что? Мы просто останемся вместе, как ни в чем не бывало? – Я буду фертильной еще неделю, Том. – Ты не можешь быть серьезной, ты что, собираешься продолжать с ним отношения? – Нет, Том, не после того, что он сделал... Но мы могли бы, ты бы мог меня оплодотворить? Просто нужно, чтобы твоя сперма дополнила сперму Шона. – Пошла нахуй, Лоррейн, вы обе сошли с ума. Тот факт, что ты отправила нас на рыбалку, подтверждает, что ты знала, что все это – не по правилам. Не волнуйся, я не подойду к тебе и на три метра, и я не останусь здесь, уеду сегодня же. – Ради тебя, Том, мы старались быть осторожными. Ты не можешь уехать с острова: никто тебя не вывезет, пока мы с этим не разберемся. Деваться некуда... Пожалуйста, останься и позволь нам все объяснить. – Ты уже это сделала, и твои объяснения неприемлемы, а теперь ты удерживаешь меня против моей воли и не даешь мне пройти медицинское лечение в больнице. Что делает тебя, Лоррейн, жестокой, заблуждающейся, бессердечной прелюбодейкой и похитительницей? *** Больше всего Тома поразила абсолютная уверенность Лоррейн в том, что подобное соглашение никак не повлияет на их отношения. На следующий день Тому удалось покинуть коттедж, несмотря на боль в ребрах и тошноту. Он спустился в гавань, и, конечно, никто из рыбаков не захотел отвезти его на материк или позволить арендовать лодку. Отказывая, Фергус выглядел смущенным, но был искренен, когда объяснял: – Ты не сможешь добраться туда один, Том, приливы и течения коварны. Сегодня мы все равно не выйдем, погода слишком неспокойна. Том не стал спорить: море было неспокойным, волны покрывались белыми барашками, и от одной мысли о том, что ему придется пробиваться сквозь эти волны на маленькой лодке, у него заранее болело тело. Идти ему было некуда, он не знал, кто в этом замешан, но никто не хотел его приютить. Он отправился в бар, надеясь облегчить боль. К тому времени, как там объявили последние заказы и заведение начало закрываться, это вроде бы помогло. Идти было некуда, и он бесцельно бродил по острову. Было холодно, северный морской бриз пронизывал его насквозь. Алкоголь теперь казался очень плохой идеей, он присел отдохнуть и закрыл глаза. *** Во второй раз он очнулся в теплой постели, не помня, как туда попал. Вбежала Лоррейн, вид у нее был одновременно расстроенный и безумный: – У тебя чуть не случилось переохлаждение. – Надо было дать мне замерзнуть! – Никогда не говори так, я люблю тебя! Тебе следует оставаться в постели и восстанавливаться. Нам повезло, что хозяин заведения сообщил нам о твоем уходе, и все мы бросились на поиски. Прошло еще несколько дней, прежде чем Том смог встать и пройтись вдоль скал; он смотрел на течения и водовороты, представляя Фергюса и остальных крошечными точками на маленьких лодках в огромном море. Он отметил время отлива и пошел дальше, когда к нему кто-то приблизился по тропинке. Лоррейн ждала его, когда он вернулся, полная заботы: – Где ты был, подойди к камину и погрейся. Том слишком устал, чтобы спорить, прогулка вымотала его. – Пожалуйста, Том, это не должно что-либо изменить между нами. – Как ты можешь так говорить?.. Это меняет все. Она прижалась к нему: – Как долго ты собираешься издеваться над собой, Том, если ты меня отвергнешь... мне снова может понадобиться Шон. Ты проиграешь: он не откажется. Да ладно, это все еще я, и... Сквозь усталость прорвался гнев Тома: – Не можешь насытиться, да? Тогда просто иди и трахни его еще раз! Лоррейн всхлипнула: – Все не так, это был просто секс, я по-прежнему хочу тебя, и ты делаешь меня цельной. Мы – все те же, у нас – все тот же замечательный брак. – Ты думала о нашей замечательной совместной жизни, когда трахалась с ним? Это – тот же самый брак, который вдохновил тебя на то, чтобы лечь в постель с другим мужчиной, тот же брак, который ты разрушила, и я до сих пор не могу понять, почему ты это сделала. Что еще нужно, Лоррейн? Я перенес избиение и почти замерз, неужели только моя смерть окончательно убедит тебя? *** Меган нашла Тома на кухне. – Ты знаешь, она тебя очень любит, она уверена, что вы достаточно сильны как пара, чтобы пройти через это. Том хмуро ответил: – На самом деле вы обе заблуждаетесь, это – самое настоящее предательство. Я наивно полагал, что моя жена будет мне верна, как она и заявила в свадебной клятве. – Понимаю, Том, и это должно быть трудно, трудно объяснить, насколько по-разному мы смотрим на все. Мы не считаем это неверностью, для нас это на самом деле важно, и я знаю, что Лоррейн рассматривает это как естественный способ зачатия, как и многие другие примеры в животном мире. – Мы – не животные, почему бы тебе просто не быть честной, Меган, и не признать, что это – всего лишь способ поиздеваться над мужем? – Ладно, если хочешь суровой правды, мы прекрасно проводим время. Самый сильный молодой жеребец в нашей постели с большим твердым членом – это воплощение мечты. Это возбуждает, и они не могут нами насытиться. Совокупление с перспективой оплодотворения – самый эротичный опыт. У нас больше шансов забеременеть, потому что мы настолько возбуждены. Том, у тебя еще есть такая возможность: верни себе Лоррейн, возьми ее и оплодотвори сам. Она всегда предпочтет тебя Шону или кому-либо еще. – Вероятность этого абсолютно нулевая! *** Лоррейн была уверена, что, когда боль утихнет, она сможет вернуть Тома. Ей просто требовалось напомнить ему, насколько хорошо им вместе, и как они мечтают о детях в будущем. – Я не была с Шоном с той ночи, когда он тебя избил, а своими комментариями просто пыталась заставить тебя приревновать. Я остановлюсь и подожду, чтобы узнать, не беременна ли я. Мы по-прежнему любим друг друга, несмотря ни на что, мы нуждаемся друг в друге и зависим друг от друга, Том. Я тебе подхожу, и в глубине души ты это знаешь. Том с презрением посмотрел на нее: – Все кончено, и пути назад нет. Я справлюсь, Лоррейн, я не позволю тебе уничтожить меня и построю новую жизнь. Ты понимаешь, что когда я уеду с этого гребаного острова, то вернусь с полицией. То, что ты делаешь, должно нарушать какой-то закон: похищение, лишение свободы... что-нибудь. *** Лоррейн пошла к матери: – Господи, мама, это – просто катастрофа! Я хотела, чтобы это было чудесное зачатие, главное событие в моей жизни... а теперь все испорчено. – Может, ты и права... надо было сделать так, чтобы Шон оставался тайным любовником. Но так бывает, когда выходишь замуж за чужака, а потом увлекаешься осеменением. Лоррейн вспомнила, как чудесно провела день с Томом и собиралась отказаться от этой идеи, но потом увидела, насколько впечатляет Шон на соревнованиях, и то, что он сделал ее королевой, заставило ее передумать. Секс был потрясающим, она могла винить только себя... Позволив Шону взять ее в третий раз, она увеличила риск того, что Том вернется домой, но не смогла устоять. Меган была невозмутима: – Сейчас у него шок, дай ему привыкнуть к этой мысли, может быть, стоит на время держать Шона подальше, если тот будет тыкать его носом в это, все будет только хуже. Хорошо, что вы еще не сделали второе и третье осеменение! – Да, но сейчас этого не будет. Все это нужно прекратить, это полностью вышло из-под контроля, он даже говорит о привлечении полиции. Меган была в ужасе: Лоррейн права, назад дороги нет, и полиция – не вариант. Возможно, стоит устроить несчастный случай Тому на тропинке у обрыва. Лоррейн будет расстроена, но Шон в конце концов успокоит ее. Он всегда был к ней неравнодушен, и Меган уверена, что он специально тянул время с Лоррейн, чтобы попасться. Правда заключается в том, что Лоррейн будет счастливее с островитянином. *** На следующий день Том бродил по острову и снова наблюдал за рыбаком. Он продолжал идти, пытаясь проветрить голову, но красота раннего вечернего света мало способствовала улучшению его настроения. Петляя по направлению к деревне, он заметил Мораг, сидящую на скамейке с видом на море. Она выглядела нервной, но когда он подошел, похоже, приняла решение и встала. Ее нервный взгляд сменился состраданием: – Боже мой, Том, посмотри на свое лицо. Не могу поверить, что он так поступил с тобой... Как ты? – Лучше всего это описывается словом «оцепенение»! Я понятия не имею, как себя чувствую, это – словно жить в кошмаре, который, как ты знаешь, не может быть правдой, и рано или поздно ты проснешься. Все ли на острове знают, что происходит? – Нет, лишь несколько семей продолжают традицию, большинство считает, что она прекратилась много лет назад. Ходят слухи, что вы с Шоном поссорились из-за того, что он объявил Лоррейн королевой. Меган попросила рыбаков не отвозить тебя обратно, чтобы дать тебе время наладить отношения с Лоррейн. – Ну, да, погода улучшилась, и если я объясню им правду, они, возможно, захотят перевезти меня на материк. – Прости, Том, но все может быть хуже, чем ты думаешь... мне нужно кое-что тебе рассказать. Мораг откинулась на спинку скамьи: – Последние два года осеменителем был молодой человек по имени Джонатан Стюарт, ему не разрешили снова участвовать в соревнованиях, и он все равно поселился со своей девушкой. Шон всегда был вторым, и все знали, что в этом году Шон победит. У них с Лоррейн есть своя история: до того, как она уехала в колледж, они встречались. Неудивительно, что королевой он выбрал ее. – Черт, последние пару лет она откладывала рождение детей. Похоже, все было спланировано, вот сука. Я сказал ей, что все кончено, и я, как только я выберусь с острова, пойду в полицию: не могут же они держать меня здесь в плену вечно. Мораг с беспокойством посмотрела на Тома: – Послушай, Том, я бы не стала здесь задерживаться, не знаю, на что способна Меган. Она фанатичка, и, похоже, это передалось Лоррейн. Шон и некоторые другие сделают все, что она предложит. Тот факт, что ты пригрозил полицией, может заставить их сделать что-либо очень глупое. *** Лоррейн спешила сообщить Тому радостную новость: она беременна! Ей больше не придется ложиться в постель с Шоном, наконец-то они смогут оставить все в прошлом и заняться воспитанием детей. Тома не могли найти, и пропал маленький гребной ялик. Кто-то упомянул, что Том наблюдал за приливами и отливами и рыбачил со скал. Рыбаки вышли в море, но ничего не нашли; шансы на то, что Том доберется до материка – ничтожны. Лоррейн была вне себя: она так поступила с ним, что могла бы и просто его убить! Меган почувствовала... облегчение: по крайней мере, ей не пришлось самой разрешать эту ситуацию. Прошло пять дней, когда на северном берегу острова был найден ялик... перевернутый его обломок. При этом известии хрупкое душевное состояние Лоррейн пошатнулось, и она набросилась на мать, нанеся той значительные повреждения, пока ее не оттащили. Она все еще кричала на мать: – Это ты виновата... ты убила его, ты убила моего замечательного мужа! Ее ярость продолжалась до тех пор, пока врач не ввел успокоительное. В результате нападения Лоррейн у Меган остались глубокие царапины на лице, синяки, выдранные волосы и кровоточащая кожа головы. *** Если не считать Лоррейн, все на острове вернулось в нормальное русло. Через неделю Мораг уехала на остров к сестре, радуясь возможности вырваться из атмосферы пороховой бочки. Меган сидела в гавани, пытаясь придумать, как лучше поддержать Лоррейн, когда услышала слабый шум мотора. Приближался катер береговой охраны, который вошел в маленькую гавань, а затем она увидела их... группу полицейских. Как и ожидалось, полицейские нашли Тома в доме Мораг. Лоррейн не могла поверить, что все это время он находился на острове, когда она считала его погибшим. Она попыталась докричаться до него, чтобы сказать, что беременна, но полицейские ее удержали, когда она в истерике зарыдала и стала дергать себя за волосы. Возможные обвинения были неясны, Шон утверждал, что нападение было совершено в порядке самообороны: – Он первым напал на меня, и есть свидетели. – Действительно, есть, и один из свидетелей утверждает, что вы продолжали наносить ему удары после того, как он потерял сознание. – Нет, все было как в тумане, я уверен, что это не я. – А вы на двадцать сантиметров выше и на тридцать шесть килограмм тяжелее его; в боксерском поединке или в честном бою вас бы определенно не поставили в одну весовую категорию. Шон был арестован за нанесение тяжких телесных повреждений; если его посадят, срок заключения составит от трех до шестнадцати лет. Показания Лоррейн о яростном нападении на человека без сознания предполагают значительный срок. Том свободно перемещался по острову, поэтому достаточно четко обосновать ложное лишение свободы или похищение не смогли. Местные жители просто заявили, что им помешала войти в порт плохая погода. Меган понимала, что у них ничего нет, все это – довольно неловко, но доказать ничего не могли. Потом стали появляться истории и слухи, и тот факт, что Меган вовлекла других и солгала им, вызвал много неприятных чувств. Она была в смятении, когда ей предложили покинуть остров навсегда. Выбор невелик: жизнь на острове без поддержки окружающих оказалась бы невозможной. После отъезда о ней больше ничего не было слышно. Лоррейн также покинула остров, чтобы пройти обследование в психиатрической клинике. Она умерла во время родов, отчасти из-за наследственной слабости, возможно, связанной с ограниченным генофондом и усугубленной ее нестабильным психическим состоянием. Ребенок, крепкая девочка весом три килограмма восемьсот грамм, выжил. Тест ДНК показал, что отцом ребенка является... Том. Это означает, что Лоррейн, должно быть, была беременна до того, как ее «осеменил» Шон, поскольку с тех пор интимных отношений у них с Томом не было. Ирония в том, что весь эпизод оказался бессмысленным, подытожила всю тщетность всего этого для Тома. Том и его совершенно здоровая дочь так и не вернулись на остров, но к ним присоединилась их спасительница – Мораг. Через год Мораг и Том тихо поженились, и в их растущей семье появились сестра и брат. Они отдыхали на Карибах, когда Том, наконец, увидел на закате зеленую вспышку. Возможно, Жюль Верн прав: это – сигнал, что все в жизни сложилось самым идеальным образом и привело к счастью, которое, несомненно, будет полным. 30805 24 30327 289 9 Оцените этот рассказ:
|
Проститутки Иркутска |
© 1997 - 2024 bestweapon.in
|
![]() ![]() |