В Солитьюде Сакура провела около двух месяцев. Под неусыпным наблюдением Анум-Ла и жрецов-священников девяти богов, Сакура избавлялась от своей ментальной и сексуальной зависимости к Ктулху. Её ещё пару раз оставляли на ночь в казарме, где, как говорила легат Рикке - клин клином вышибали. То есть - пускали девушку по кругу, возвращая таким образом тягу к нормальному сексу... Хотя можно ли назвать нормальным групповой трах, когда одну девушку сношают десятки мужчин?.. Тем не менее, методика принесла свои плоды - Сакуру перестало тянуть на болота к Ктулху. Но за это время в ней, наверно, побывали все мужчины города и множество гостей столицы. Люди часто здоровались с Сакурой на улицах, делали комплименты и выражали надежду на продолжение интимных отношений. Вскоре девушке всё это надоело, и как только Анум-Ла дала добро, Сакура покинула город.

Одним из свойств, приобретённых Сакурой в результате её сношений с Ктулху, стала усиленная Эмпатия. Сакура отчётливо стала чувствовать общую атмосферу, и  отношение к себе. К счастью, по большей части это было что-то хорошее. Довакиншу любили в Скайриме, и желали ей только хорошее. В основном это был, конечно, сексуальный интерес. Но часто Сакура ловила и отеческие, или материнские эмоции и симпатию. Самым приятным было восхищение со стороны детей. Те, как только узнавали, что Сакура победила драконов, неизменно и искренне возводили её, в своих мыслях, до уровня - "почти богиня". Молодые люди питали к ней, вполне понятную симпатию, мечтая о женитьбе с такой красоткой. Взрослые мужчины не против были раздвинуть её ножки, а пожилые относились к ней как к доченьке, или внучке... хотя и среди них было не мало желающих насладиться красотами молодой, спортивной девушки. Ко всему этому Сакура быстро привыкла, и воспринимала как общий фон, обращая внимание лишь на некоторые необычные эмоции. 

Желая насладиться самым разгаром короткого Скайримского лета, Сакура решила совершить путешествие из Солитьюда в Вайтран пешком. А то засиделась что-то в городских стенах.

Проходя селением Драконий Мост, Сакура почувствовала к себе осторожное внимание. Повернув голову, она встретилась взглядом с большим сторожевым псом. Тот лежал на подстилке, возле дома и угрюмо наблюдал за проходящими мимо людьми. Девушка почувствовала, что кобель питает к ней некоторый сексуальный интерес, но подавляет своё желание всеми силами. Стало понятно, что пёсик ещё со щенячьих времён приобрёл извращённую тягу к человеческим женщинам, или девочкам. Возможно его сильно любили и баловали, и у собаки сформировалась сильная эмоциональная привязанность и любовь к своей юной хозяйке. Пёс пытался выразить свою любовь естественным для него способом, то есть - заскочить на свою маленькую хозяйку и трахнуть её. Из-за чего был бит неоднократно старшим хозяином. Желание кобеля выразить свою любовь к другим девочкам, или женщинам, вызвало туже негативную реакцию и побои. В результате чего пёс просто закопал свою тягу к человеческим самкам поглубже в своё подсознание, и больше не предпринимал никаких попыток с кем-нибудь случаться.  

Всё это Сакура прочитала в его угрюмом взгляде, на глубине которого жила искорка надежды и интереса. Девушке стало очень жалко пса. Она смело подошла к собаке, присела возле него и стала ласково гладить шерсть на голове.

— Привет, малыш. 

Огромный, лохматый пёс, малышом которого назвать уж никак было нельзя, заинтересованно вильнул хвостом.

— Тебе грустно и одиноко..? Хочешь прогуляться со мной? 

Пёс поднял голову и недоверчиво посмотрел на девушку. 

Сакура поднялась на ног и стала осматриваться, куда бы можно было "погулять" с собакой. Идти куда-то в лес, или далеко в поле ей не хотелось. К тому же это могло привлечь ненужное внимание со стороны стражников. Наконец девушка нашла какое-то заброшенное место, на задворках, за сараями, где, как она считала, их никто не увидит. Пёс, почувствовав, что его самое заветное желание, скоро сбудется, стал кружить вокруг Сакуры, едва не сбивая девушку с ног, радостно виляя хвостом и тыкаясь мокрым носом по юбку.

— Тише-тише, пёсик, ты же не хочешь, чтобы нас увидели? - Постаралась успокоить собаку Сакура.

Сама Сакура тоже почувствовала прилив уже подзабытого возбуждения, и это сладкое, приятное ожидание, что тебя скоро покроет лохматый, воняющий псиной зверь, и совершит с тобой противоестественный половой акт... Её влагалище аж заныло от сладостного предчувствия. 

Наконец, найдя удобное место между двумя сараями, Сакура стянула с себя трусики и, задрав подол юбки на спину, встала на четвереньки. Пёс радостно принялся вылизывать её попку и истекающие соком половые губки. Девушка почувствовала, что ещё немного, и она испытает оргазм. Главное не заорать и не застонать слишком громко. Вдоволь нализавшись, пёс запрыгнул на спину Сакуры и стал делать сачки, пытаясь попасть своей красной, острой головкой в щелочку девушки. Сакура поймала его член и направила в себя. Почувствовав нужный контакт, кобель заработал в полную силу. Девушка ощутила, как в неё проникло что-то большое, горячее, скользкое... стало быстро двигаться и расти ещё больше. Пёс крепко объял талию Сакуры своими лапами и совершал быстрые фрикции, плотно вжимаясь сзади. Девушка ощутила его эмоциональный фон, полный счастья, признательности и обожания.

Примерно через минуту пёс начал кончать. Сакура ощутила, как внутри неё растёт собачий узел, но не стала соскакивать с его пениса, давая животному возможность насладиться ею сполна. Сама она кончила почти сразу, как только кобель вошёл в неё. Удовлетворив свою похоть, пёс потерял к Сакуре интерес. Его член всё ещё находился в её письке, всё ещё пульсировал, продолжая наполнять девушку спермой, но уже кобель слез с неё и перевернулся, при этом оставаясь в сцепке, попка к попке, как будто она настоящая сука. Сакура стояла, уткнувшись лицом в траву, и ощущала лёгкую пустоту внутри себя, как если бы ощущала любая самка, или женщина, которую только что хорошенько поимели, а затем потеряли к ней интерес. Впрочем, послевкусие было весьма приятным. И где-то внутри себя Сакура ощутила развращённое желание стать главной самкой на "собачьей свадьбе", чтобы её отсношало множество кобелей. 

Тем временем, член пса, с влажным звуком выскочил из неё, и из Сакуры обильно потекла сперма. Она встала с четверенек, натянула на себя трусы, ощущая, как тонкая ткань промокает и становиться полупрозрачной, и поплелась к воротам. Всё её тело воняло псиной и было покрыто шерстю, прилипшей к остаткам спермы.  

Пёс же вернулся к своему посту, свернулся на подстилке и сладко заснул, со счастливым выражением на хитрой морде. 

...

Пройдя через Драконий Мост, Сакура свернула в сторону Морфола и направилась в сторону болот. Её сердце бешено колотилось, дыхание стало учащённый, а между ног, несмотря на то, что там всё ещё была сперма кобеля, стремительно намокло и потекло Она ничего не могла с собой поделать. Её неудержимо влекло к Ктулху. 

Однако сколько она не старалась услышать знакомый зов, ментальный эфир молчал. Дойдя до того места, где она обычно случалась с монстром, Сакура ощутила лишь остатки эманаций тоски и одиночества, оставленные существом. Стало понятно, что монстра уже здесь нет. Либо Ктулху ушёл из этих болот, либо умер, либо, что хуже всего, его умудрились убить. Сакура села на сырой мох и заревела.  

Из апатийного состояния её вывело легкое прикосновение, будто кто-то нежно трогал её плечо, желая сто-то сказать. Сакура повернула голову, чтобы посмотреть, кто-бы это мог быть, и с удивлением обнаружила рядом с собой, большого болотного слизня. Тот ощупывал её своими псевдоподиями, будто изучая. 

— Ты же не хочешь меня съесть, правда..?

Сакура, не снимая одежды, легла на спину и расслабилась. Слизень наполз на неё сверху, оставив открытыми только голову и торс. Её бволокло, будто одеялом, желеобразным телом. Девушка почувствовала, как рвётся на ней одежда, лопается ткань трусиков, а голое тело покрывается желеобразной субстанцией, освежая приятной прохладой и создавая приятные тактильные ощущения. В её письку, раздвинув половые губки, стало что-то проникать, твердеть, пульсировать. Она, насколько можно шире, развела в сторону ноги, полностью отдаваясь существу, и искренне недоумевая - почему слизень, который является гермафродитом, противоестественно возжелал её тело?.. А затем она догадалась, что он просто откладывает в неё свои яйца. И каждый толчок его желеобразного тела, это не фрикции, а просто ещё одна, отложенное в её влагалище, икринка. Впрочем, понимание этого не лишило Сакуру удовольствия. Она стонала, наполовину покрытая слизистым телом, и колыхалась от каждой волны проникающего в её письку своими псевдоподиями, желеобразного существа.

Когда слизень закончил и освободил девушку, она так и осталась лежать, вся покрытая слизью, с широко раздвинутыми ногами. С утомлённым видом, после столь неестественного совокупления, Сакура с интересом разглядывала свой надувшийся животик. Интересно, сколько икринок разместило в ней существо?

Впрочем, долго расслабляться ей не дали. Девушка увидела ещё несколько слизней, торопливо ползущих к ней. Слизни явно хотели её изнасиловать, а такого количества икринок её животик точно не выдержит... Как-нибудь в следующий раз. Сакура вскочила на ноги, схватила ножны с катаной и бросилась бежать, в чём мать родила. Свою одежду она так и не нашла, очевидно существо просто сожрало её. Медлительные слизни остались далеко позади. 

Найдя относительно сухой островок, Сакура присела на корточки и стала тужиться, выдавливая из своего чрева скользкие, размером с грецкий орех, икринки слизня. Становиться инкубатором для вынашивания яиц она точно не хотела. Покончив с этим делом, Сакура направилась в сторону Морфола. Надо было найти какую-нибудь одежду. С собой она взяла несколько икринок, в надежде продать их местному алхимику. Все её деньги, как вы понимаете, оказались вместе с одеждой в бесформенном пузе отымевшего её слизня.  

... 

К Морфолу Сакура вышла уже когда солнце спрятало свой диск за горизонтом и на небе появились первые звёзды. Ветер затих, и на болото упал густой туман, делая его ещё более загадочным и мистическим. Девушка оглянулась. Ещё пять минут назад, она спокойно брела по этому болоту, а сейчас оно казалось совсем другим, каким-то мрачным, зловещим, ждущим... Над топью пронёсся какой-то стон, который не мог принадлежать живому существу. Где-то заверещала, а затем затихла, мелкая зверушка, явно пойманная кем-то на ужин. Болото дышало, болото жило своей жизнью. Сакура поёжилась и передёрнула плечами.

Стараясь держаться тени и не попадаться на глаза стражникам, кто знает, что они сделают с голой, незнакомой девушкой, забредшей в их деревню? Запрут в каталажку, а потом воспользуются её беззащитностью..? Она, конечно была ещё той нимфоманкой, но не до такой степени, чтобы трахаться со всеми подряд.        Сакура нашла, судя по вывеске, дом местного алхимика. Осторожно постучав, она дождалась когда внутри сдвинут засов и приоткроют дверь. 

— Кто ты? Что тебе здесь нужно? - Тревожным голосом спросила, выглянувшая из двери женщина.  

— Простите пожалуйста. На меня напали разбойники. - Соврала Сакура. - Они забрали всю мою одежду. Не могли бы вы мне помочь? А я дам за это несколько икринок болотного слизня.

— Проходи. - Женщина шире открыла дверь и впустила Сакуру внутрь. 

— Никогда не броди по этим болотам в одиночку. - Сказала она. Словам девушки про разбойников владелица лавки не очень поверила, и теперь с интересом её разглядывала, будто о чём-то догадываясь. - Ты не знаешь, КТО может за тобой наблюдать. 

— Я заблудилась. - Снова соврала Сакура, заметно краснея.

— После кризиса Обливиона, по всему Тамриэлю остались остатки этого проклятия, которые так до конца и не очистили. Даже существа пытаются спариваться с женщинами, это ужасно... Кстати, меня зовут Лами. Я местный алхимик. 

Сакура представилась в ответ. 

Лами порылась в комоде и извлекла на свет простое сельское платье, которое Сакуре оказалось слегка великовато. 

— Надо немного здесь и здесь подшить. - Женщина снова оставила Сакуру голой и взялась за иголку. - Болоьные существа такие страшные... Кто может с ними сношаться?..

В это время Сакура почувствовала, что какая-то оставшаяся в ней икринка слизня, решила выскользнуть из влагалища. И сколько бы девушка не сдерживалась, икринка выскочила из её письки и с влажным звуком упала на пол.

— Ну разве что только ты. - Закончила свою фразу Лами, внимательно рассматривая то, что не удержалось в Сакуре. - Ладно, я возьму у тебя яйца слизня. А взамен дам тебе это платье и несколько монет. 

— А что, трудно ингредиенты для алхимических снадобий доставать? - Спросила Сакура.

— Нет, нет. То есть - иногда да. - Ответила алхимичка. - Но вопрос не в этом. Болото всегда полно всяких растений и существ, из которых можно добыть разные элементы. Просто некоторые, самые ценные ингредиенты добываются только одним, весьма пикантным способом... И если ты не слишком брезглива... Ну ты это уже знаешь, судя по этой икре. Но болото полно и других, крайне опасных и загадочных существ. Многие собирательницы алхимических ресурсов навсегда остались на глубине топи, или переварились в желудках различных монстров.   

— А ты знаешь Алхимика Йоанну? - Поинтересовалась Сакура, найдя что-то знакомое в методике добычи некоторых алхимических ингредиентов. И когда Лами отрицательно помотала головой, Сакура вкратце рассказала ей о том, как она добывала сперму различных животных для Йоанны. 

— То есть - ты реально сношалась с разными животными, чтобы заполучить их сперму, которую впоследствии использовала алхимик Йоанна для своих зелий?

— Да. - Покраснела Сакура.

— Просто поразительно! - Восхитилась нордка. - Девочка, да ты просто кладезь сокровищ для любого алхимика.

Пока они болтали, Лами успела подогнать платье под фигуру Сакуры.

— Ну вот, всё готово. А теперь извини, мне пора закрываться. Там, через дорогу, есть трактир, в котором ты можешь остановиться на ночь. И не вздумай в одиночку соваться на болота.

...

Сакура вышла на улицу, подсознательно ежась от сырого тумана и ожидая попасть в кромешную темень. Но к её удивлению, весь Морфол был освещён многочисленными факелами, и по периметру примыкания с болотом горели костры, между которыми бродили патрули стражников, вооружённые тяжелыми копьями. Таким образом городок защищал себя от разных тварей, то и дело выползающих из топей. Как позже она узнала, монстры распустились и обнаглели после загадочного исчезновения Тхулху, который, как ни странно, неведомым образом следил за порядком.

— Новое лицо! Да к тому же симпатичное! - К Сакуре приблизилось трое стражников с факелами. Молодые парни с интересом разглядывали незнакомую девушку, появившуюся в их небольшом городе. - Не поздновато ли для прогулок, красавица?

— Я ищу таверну "Верески". - Сакура с опаской разглядывала вооружённых мужчин. С них станется задержать её до выяснения, после чего никто не помешает служивым насиловать её всю ночь. Такое с ней уже бывало.

— А чего её искать? - Улыбнулся один из стражников. - Вон она, напротив. 

— Но если хочешь, можешь остаться и у нас, в караулке. "Теплый приём" мы тебе гарантируем! - Оскалился другой. - Не пожалеешь.

— Я, пожалуй, пойду. - Сакура бочком двинулась в сторону видневшейся на противоположной стороне улицы, таверны. Драться она ни с кем сейчас не хотела.

К счастью, стражники оставили её в покое, и девушка заказав ужин, сняла комнату на сутки.  Это всё, на что ей хватило выданных Ламией денег.

Хозяйкой таверны оказалась симпатичная редгардка по имени Джонна. Она рассказала Сакуре, что осталась в Морфоле из-за своего брата - Фалиона. Мол тот занимался разными видами магии, а болота Хьялморка просто изобиловало аномальными зонами.

Когда Сакура седа за стол и стала ужинать, к ней подсел мужчина, с черными, длинными волосами. Он пожелал девушке приятного аппетита и спросил:

— Надолго ли в нашем городке?

— Я здесь проездом. Слишком задерживаться не планирую. - Ответила Сакура. - Простите, а с кем я имею честь разговаривать.

— Ох, прошу прощения. - Виновато улыбнулся мужчина. - Совсем забыл представиться. Я Асльфур, личный хускарл ярла Идгрод. Я делаю всё, чтобы Идгрод не тратила время зря, и могла заниматься тем, что действительно важно. Сама понимаешь, гости в нашем городе бывают редко, и поэтому мне важно всё о тебе узнать, пока ты не натворила какой-нибудь беды. 

— Что не так в Морфоле? Что-то случилось? - Встревожилась Сакура. - Я видела патрульных и костры на границе с болотом. 

— Ходят слухи о восстании против Империи. А ночами с болот доносятся странные звуки. И потом, эта трагедия в доме Хроггара. Людям просто нужны слова утешения. Что всё будет хорошо. 

— Морфол на вид тихий маленький городок.

— Это то, что люди надеялись здесь найти. Тихую жизнь в тихом месте, вдали от городского шума и тревог. А теперь кое-кто беспокоиться, что этот колдун Фалион всё испортит.  

— Я вас не побеспокою, не волнуйтесь. - Заверила Асльфура Сакура. - Завтра с утра я покину Морфол и продолжу свой путь.

...

Сакура без всяких приключений и эксцессов переночевала в своей комнате. А утром, умывшись и позавтракав, вышла из таверны. Над городом всё ещё стоял туман. С болот донёсся леденящий душу нечеловеческий стон, которому аккомпанировал протяжный волчий вой. Недалеко от таверны, в конце переулка, Сакура увидела остов сгоревшего недавно дома. А сразу за ним начиналось городское кладбище. В целом город будто был покрыт какой-то тёмной, злой аурой.

Пока Сакура размышляла, в какую сторону направиться, к ней подбежал мальчонка, лет шести-семи от роду. Глядя на девушку небесно-голубыми глазами, на дне которых колыхалась пелена безумия, он произнёс:

— Временами я теряюсь. Не понимаю толком, куда иду, и я не... я не здесь. 

— Ты любишь магию? - Подбежав к ним, перебила мальчика девочка, на вид она была на пару лет старше его старше. И очевидно они, и ещё несколько детей, играли вместе, носясь по всему городку. В руках девочка держала тряпичную куклу. - Фалион говорит, я быстро учусь. Я изучаю магию. 

— Фалион? - Задумчиво переспросила Сакура. Уже третий раз она слышала это имя. 

— Мама с папой давно умерли. Теперь обо мне заботиться Фалион. - Пояснила девочка. 

— То есть - ты живёшь в доме чужого, взрослого мужчины? - Опешила Сакура.

— Да. Фалион обучает меня магии и волшебству. - Говоря эти слова, девочка, доселе мило баюкавшая свою игрушку на руках, пристально посмотрела в глаза Сакуре и скрутила своей кукле голову, полностью оторвав её от тряпичного тела. Сакура едва не попятилась. 

— У моей мамы бывают видения. - Снова вступил в разговор голубоглазый мальчик, - Она не знает, как так получается - но она их видит. Правда, иногда она совсем не видит меня...

В это время к Сакуре и детям подошла красивая, стройная девушка, На вид ей было шестнадцать-семнадцать лет.

— Не обращай на Йорика внимания. Он не сумасшедший, это не так.

— Йорик? Это мальчик с голубыми глазами?

— Да. Он мой родной брат. А я Идгрод Младшая. Мы дети ярла Идгрод Старшей. - Представилась девушка. - Я не... У меня нет дара моей матери, но у меня бывают видения. Когда-нибудь я стану ярлом. Мать мне часто об этом напоминает. Надеюсь, я смогу заботиться о народе Морфола так, как это делает она. Мой брат чувствительный... Ему трудно на чём-то долго сосредоточиться. Мы возили его в храм Кинарет, в Вайтране, чтобы лекари убедились, что он здоров. И они сказали, что с ним всё в порядке...

Идгрод младшая всё болтала и болтала. А Сакура смотрела в её глаза и видела там знакомую паволоку похоти, будто девушка что-то рассказывает и одновременно прокручивает в голове какую-нибудь непристойную сексуальную сцену. Но, в принципе, Идгорд Младшей было шестнадцать, или больше, и судя по взгляду и подростковым прыщам она была ещё девственницей. Интересно, если у ярла Идгорд Старшей такие, слегка чудаковатые дети, то какова она сама? И что это за дар, которым она обладает. Да и вообще - что происходит в этом странном городе, стоящем на этих аномальных болотах? 

Болтовню Идгорд Младшей прервал Йорик. Он, со словами - "Это Фалион. Он... он это сделал. Не знаю, что это было, но это всё он!" - Мальчик рванул в какой-то переулок.

— Ты всё врёшь! - Крикнула девочка с тряпичной куклой, голову которой она только что оторвала. - Ты просто ненормальный, Йорик! - И бросилась вслед за мальчиком.

Идгорд Младшая с извиняющимся видом вздохнула, и побежала вслед за детьми.

И всё же, не смотря на свои планы, убраться поскорее и подальше от этого места, Сакура почувствовала, знакомый каждому искателю приключений,   зуд исследователя. Она поняла, что не покинет Морфол, пока не попытается разобраться, что здесь происходит. Она направилась к Залу Высокой Луны, большому административному зданию, являющемуся попутно и домом ярла в Морфоле. Войдя внутрь она столкнулась с Асльфуром, хускарлом ярла, с которым она девеча познакомилась в трактире.

— А, это ты! - Воскликнул мужчина. - Смотрю ты всё ещё в городе. Ну что же... У тебя какое-то дело к ярлу Идгорд Старшей?

— Просто хотела задать пару вопросов. - Пояснила Сакура, если можно.

— Отчего же нельзя... Думаю ярл примет тебя.

Ярл Идгорд Старшая, или как её ещё называли - Идгорд Чёрная, восседала на большом кресле, усьланном мягкими шкурами. Лицо её было иссеченно морщинами, а  сквозь черноту прядей пробивала седина. Взгляд женщины правящей Морфолом, был твёрд и властен, но сквозь него пробивала усталость и всё та же, едва заметная, пелена безумия. 

— Тебя часто насилуют, милашка? - Спросила женщина, вместо ответа на поклон Сакуры. - Ты к этому привыкнешь... К тому же я вижу, что тебе это нравиться.

Сакуре стало немного не по себе. Она стояла перед ярлом, будто голая, даже без кожи. Взгляд Идгорд Черной проникал сквозь неё, видя все её тайны и секреты. Сакура мгновенно представила, что она совершенно прозрачная, будто хрусталь, будто в ней ничего нет, и свет проходит сквозь неё. Таким образом она не раз защищалась от ментального сканирования, не позволяя никому копаться у неё в голове. Ярл Идгорд лишь улыбнулась потрескавшимися губами.

— Итак, судьба привела тебя в Морфол. И ко мне. А уж зачем- это мы поймём, можешь не сомневаться. Добро пожаловать. 

— В Морфоле какие-то проблемы? - Спросила Сакура, не зная о чём говорить.

— Неведомое всегда вызывает неуверенность и страх. Тут нечему удивляться. - Ответила Идгорд Старшая. - Некоторые бояться нашего нового мага, Фалиона. Но они его примут, когда узнают получше. Время докажет, что я была права. 

— Я видела остов сгоревшего дома...

— Пожар в доме Хроггара. Его жена и дочь погибли в огне. Теперь мои люди думают, что это место проклято. Что я могу возразить? 

— Какой ужас. - Погрустнела Сакура. Ей всегда было жалко погибших детей. - А что говорит сам Хроггар? Как он это пережил? 

— Хроггар винит свою жену в том, что она пролила медвежий жир в очаг. Но многие думают, что она сам поджёг свой дом. 

— Зачем ему так поступать со своей семьёй? - Не поверила своим ушам Сакура.

— Похоть может толкнуть на жуткие поступки. - Усталым голосом ответила Идгорд. - Пепелище ещё не остыло, а он уже обручился с Алвой.

— Почему вы его не арестовали?

— На основании слухов и сплетен? Нет. А вот ты, чужак, можешь попытаться выяснить правду. Осмотри пепелище, к которому остальные даже бояться приблизиться. Порасспрашивай местных. Если ты докажешь его вину, или невиновность, я награжу тебя. 

Тут Сакура почувствовала, что ей становиться теплее. Так как деньги были сейчас очень нужны. 

— Я попытаюсь что-то выяснить. - Заверила она женщину. - А правду говорят, что вас посещают видения?

— Да. Боги временами посылают мне видения. Я это не скрываю. Это дар свыше. А те, кто так не считает - ничего не понимают, и не поймут. 

...

Следуя совету Идгорд Чёрной, Сакура смело, ведь она не какая-нибудь трусиха, подобная местным селянам, отправилась осмотреть остов сгоревшего дома. Какие-то обугленные, почерневшие брёвна всё ещё оставались на месте бывших стен. Сакура грустно побродила по пепелищу, пнула ногой какую-то ржавую железяку, торчащую из земли, и едва не подпрыгнула на пол метра, когда услышала детский голос, сопровождаемый каким-то потусторонним эхом:

— Кто там? Это ты, отец?

На фоне обгоревших стен Сакура различила призрачный силуэт десятилетней девочки.

— Кто ты? - Спросила она у призрака. 

— Я Хельги. Но папа говорит, сто мне нельзя разговаривать с незнакомцами. А ты - незнакомец?

— Хроггар - твой отец?

— Да. Он сделал для меня мою любимую куклу, но я её потеряла. А ты точно не незнакомец? 

— Нет, я друг. Что случилось тогда в вашем доме? 

— Я проснулась от дыма. Было очень жарко. Мне стало страшно, и я спряталась. Потом стало холодно и темно. И мне больше не страшно. Но мне грустно одной. Ты со мной поиграешь?

Сакура едва сдерживала слёзы. Похоже, девочка всё ещё не понимала, что уже мертва.

— А тогда ты скажешь, кто поджёг дом? 

— Ладно! Давай сыграем в прятки. - Обрадовалась Хельги-призрак. - Если ты найдёшь меня, я тебе всё расскажу. Только мы должны дождаться ночи. Другая тоже играет, а она выходит только ночью. 

— Какая другая? - Не поняла Сакура. - Кто она?

— Я не могу сказать. Она может услышать. Она совсем близко. Если ты отыщешь меня раньше, я всё скажу. 

Хельги растворилась в воздухе, а Сакура отправилась дольше. Кто-то из стражников подсказал ей, что Хроггар работает на лесопилке.  Сакура хотела задать мужчине пару вопросов.

...

— Ищешь работёнку? Тогда хватай топор и наруби мне дров! - Ухмыляющийся Хроггар похотливо рассматривал Сакуру. На его лице совсем не было печали о погибших жене и дочери. - А ещё лучше - пойдём на сеновал. Я хорошо заплачу, если ты раздвинешь свои ножки.   

— Призрак Хельги обитает в руинах твоего дома. Она заговорила со мной. - Не обращая внимания на подкат мужчины произнесла Сакура.

— Правда? Как хорошо. - Равнодушно произнёс Хроггар.

— Она твоя дочь! Тебе это безразлично? - Удивилась Сакура.

— У меня теперь есть Алва. Мне больше не нужна Хельги. Прощай. 

Мужчина продолжил свою работу, а Сакура какое-то время стояла будто водой облитая. Ведь Хельги до сих пор любила и ждала своего отца, а этот.. . променял свою жену и дочь на какую-то Алву...

До наступления темноты было ещё далеко, и Сакура решилась на безрассудный поступок - посетить дом мага Фалиона. Очень уж неординарной и противоречивой личностью он казался. Она без труда нашла дом мага и опасливо постучала в дверь. Ей открыл, одетый во всё черное, но изящно пошитое, импозантный мужчина средних лет. Голову его обрамляли средней длины черные волосы. А в карих глазах Сакура разглядела искру таланта и неординарности. Фалион одновременно и притягивал к себе и отталкивал.  

— Здравствуйте! Я Сакура. Я тут провожу некоторое расследование и...

— Если ты собираешься обвинить меня в том, что я приношу в жертву младенцев, и ем сердца мертвецов, то не трать зря время. - Рассматривая Сакуру умными глазами, произнёс маг. На губах его появилась загадочная полуулыбка. - И да, Агни я тоже не трахаю по ночам. Ничего подобного у меня и в мыслях не было. Я просто хочу жить тихо и спокойно.

— Агни, это та девочка, родители которой погибли, и теперь она живёт в твоём доме?

— Да. Именно так.

— Но это выглядит весьма странно, если не более.

— Девочка имеет талант в магии, и моя цель врастить из неё одарённую волшебницу. 

— Почему вдруг кто-то будет обвинять тебя в этом? - Спросила Сакура.

— Жители Морфола готовы сочинять про мою жизнь жуткие сказки, чем спросить у меня лично. - Горько усмехнулся маг. - Если им нравиться бояться меня в своём невежестве, то это из выбор. Но истина от этого не измениться. 

— Почему ты решил обосноваться в Морфоле?

— Любой тебе скажет, в Морфоле может быть очень опасно. Мои... Таланты... Здесь полезны. Я помогаю поддерживать порядок, даже если этого никто не замечает. На болотах довольно опасно, советую не соваться туда по ночам.

В это время в дом вернулась Агни, та девочка, которая оторвала своей кукле голову. 

— О! Привет! - Обрадовалась она Сакуре. - Ты теперь у нас жить будешь? Вот здорово!

— Нет, Агни, я просто зашла пообщаться с твоим приёмным отцом. Прости. - Ответила Сакура. 

— Ну раз уж вы знакомы уже друг с дружкой, - улыбнулся Фалион, - Сакура, не поужинаешь ли с нами вместе?

... 

Сакура с благодарностью приняла предложение, ведь денег на ужин в таверне у неё совсем не осталось. Надо ещё было решить, где переночевать, но это уже другой вопрос. Главное сейчас разобраться - виновен ли Хроггар, или нет. За ужином она поддерживала нейтральный, светский тон. Агни рассказывала, что хочет учиться в Винтерхолде, в колледже Магии, но Фалион возражал против этого, говоря что сам обучит девочку всему. 

Так, за разговором пролетело время, и на улице начало темнеть. Сакура почувствовала внутри себя тревожное волнение. Мало того, что рядом болото полное различных тварей, так ещё и Хельги придётся искать в темноте, неподалёку от городского кладбища. От одной только мысли об этом можно было описаться. Сакура поблагодарила Фалиона за ужин, и распрощавшись с Агни, отправилась в сторону сгоревшего дома. 

Понятно, что Хельги там не было. Сакура побродила по ближайшим переулкам, но тоже нигде девочку не обнаружила. Глубоко вздохнув, она направилась в сторону кладбища, её интуиция вела именно туда. Как и ожидалось, костры стражников освещали только ближайшее к мосту пространство, граничащее с болотом. Кладбище было погружено в кромешную тьму. Впрочем, скоро взошла Секунда, одна из Скайримских лун, и стало немного светлее. Сакура бродила между могил, дергаясь от каждого шороха. Нервы девушки были натянуты как канаты. Где-то, неловко оступившись, она соскользнула в свежую могилу, и, громко визжа на всю округу, съехала на самое дно. Страшно было так, что Сакура чуть не кончила от избытка адреналина. 

Замерев на месте, Сакура осмотрелась. В это время туча, закрывавшая Секунду, отползла в сторону, и Сакура увидела, что она сидит на дне свежевырытой могилы, а рядом с ней стоит детский гроб. Сакура прикоснулась к крышке, и из гроба вылетела счастливая Хельги. В ночной темноте призрак девочки был хорошо заметен. 

— Ты нашла меня! - Закричала девочка радостным голосом. - Лалетта тоже пыталась меня найти, но я рада, что ты успела первой! Лалетте велели сжечь мамочку и меня, но она не захотела. Она хотела играть со мной всегда-всегда. Она поцеловала меня в шейку, и мне стало так холодно, что огонь даже не обжигал. Лалетта думала, что сможет взять меня к себе, но не смогла. Я сгорела. Я устала. Я хочу поспать. 

Хельги, прямо сквозь крышку, вернулась в свой гробик и затихла. А пустившая было слезу Сакура, почувствовала чужую, злую волю, метнулась в сторону. В то место, где она только что была, вонзился метательный нож. Сакура обнажила катану и встретила напавшую на неё вампиршу. Она не стала разбираться, кто это был. Сейчас ей надо было выжить в тесноте могилы. Эхом пронеслась по болоту зазвеневшая сталь. Сакура с трудом отбивалась от неожиданно напавшей на неё нечисти. В конечном итоге, Сакуре удалось выбраться из тесноты могилы и выскочить наружу, где она обрела оперативный простор. Вампирша поняла, что проигрывает, и страшно завизжав бросилась прочь. Но Сакура не собиралась дать ей уйти. Сделав быстрый рывок, девушка отрубила вампирше голову.

К этому времени на шум битвы прибежали дежурившие у костра стражники и ополченцы. 

— Лалетта! Она мертва! - Горестно воскликнул один из мужчин, увидев поверженную вампиршу. - Борода Исмира! Она... Она вампирша! - Мужчина закрыл лицо руками и начала плакать и причитать. Остальные патрульные стояли неподалёку и скорбно молчали. 

— Прости, пожалуйста, но почему ты так переживаешь за эту вампиршу? - Спросила Сакура.

— Лалетта?.. Лалетта - моя жена. Однажды она вышла из дома и не вернулась. Ах, моя бедная Лалетта.

— До её ухода в её поведении не было ничего необычного?

— Нет, она не была тогда вампиром, если ты об этом. Но она стала проводить много времени с Алвой. А ведь ещё за неделю до того она её просто презирала. Кстати, в ту ночь, когда она исчезла, она должна была встретиться с Алвой. Алва мне потом сказала, что она так и не пришла. Я так и не попрощался с ней. 

— Похоже, она всё-таки встретилась с Алвой.

— Ты думаешь, что Алва... Но это значит... О боги! По твоему Алва - вампир?

— Я бы не исключала такую вероятность. 

— Нет. Ты ошибаешься. Это не может быть правдой. Лалетта, наверно, утонула в болоте. 

— Я ещё не встречала ни одного человека, который утонув в болоте стал бы вампиром. - Парировала Сакура.

Мужчина угрюмо побрёл к кострам, бормоча под нос, что он не верит, что Алва замешана в этом. А Сакура поняла, что ей всеми правдами и неправдами нужно попасть в дом Алвы. Может хоть там удастся найти какую-нибудь улику. 

... 

Не тратя времени даром, Сакура под покровом ночи, как настоящий шпион, отправилась в другую сторону города, где располагался дом Алвы. Слившись с тенью, она легко вскрыла замок и оказалась внутри, чтобы... Чтобы нос к носу столкнуться с разгневанным Хроггаром.

— Какого даэдра ты здесь делаешь? - Закричал он. - Что ты здесь выискиваешь, чужеземка?

— Простите. Я ошиблась домом. Я сейчас же уйду. - Промямлила Сакура, нашаривая за спиной ручку двери.

— Никуда ты не уйдёшь, ищейка ярловская! 

В то место, где только что была голова Сакуры, в дверь вонзилось лезвие топора. Сакура успела присесть и увернуться. Но Хроггар останавливаться на этом не собирался. Новый замах топора и... Сакура просто снесла ему голову. Осторожно ступая и держа катану наготове, ведь из каждой тени могла проявиться Алва, если она вампир, Сакура двинулась обследовать дом. Сверху всё было чинно и прилично. А вот в подвале Сакура нашла настоящий гроб, в которых так любят спать Вампиры.

Сдвинув крышку, она обнаружила дневник, в котором Алва описывала свои душевные страдания, а затем встречу в Мовартом. Она радовалась, что мужчина открыл для неё истинный цвет ночи, и предвкушала, что он устроит для неё кровавое пиршество, если Алва выполнит его поручение в Морфоле. Далее Алва делилась тем, как ей удалось соблазнить и склонить на свою сторону Хроггара, инициировать пришедшую в гости Лалетту, с целью сделать её своей служанкой, и о желании Моварта, чтобы Алва совратила всех стражников города, одного за другим, делая из них своих рабов. Тогда Моварт нагрянет всем своим шабашем в Морфол и поработит его, сделав всех жителей скотом для утоления жажды. В конце Алва поделилась тем, что семья Хроггара начала создавать некоторые проблемы, и Алва дала поручение Лалетте, убить их, но так, чтобы это выглядело как несчастный случай. Но даже такое простое поручение эта дурёха Лаллета не смогла толком выполнить, питая непонятный интерес к маленькой девочке.

Сакура закрыла дневник. Теперь у неё было железное доказательство вины Алвы. И даже более того - Морфолу грозит серьёзная опасность. Пора бежать к ярлу с докладом.