В Рифте вовсю властвовала осень. С небес, то и дело, срывались капли дождя, делая влажным жёлто-красный ковёр из упавших листьев. В те дни, когда дождей не было, крестьяне и землевладельцы спешили закончить закончить последние уборочные дела и навести порядок к зиме. Сегодня с утра светило, не по осеннему, тёплое солнце. На ферме Соретти, прозванной почему-то фермой Снегоходов, Авруза Соретти и её сестра Адури, сгребали и жгли опавшие листья. Над ближайшей окрестностью вился приятный аромат осенних костров.

— Что ты решила? - Адури вновь продолжила поставленный на паузу разговор с Аврузой. - Я уже могу отправляться в Солитьюд? Я слышала, что там проще встретить художников, которые научат меня рисовать.

— Извини, Адури, в этом году не получится. Может быть в следующем, после уборки урожая... не знаю. У нас так много дел... - Усталым голосом ответила Авруза.

— Ты скажешь тоже самое и в следующем году, и в следующем! Просто твой урожай тебе важнее, чем я.

— Урожай нас кормит, а вот рисование - нет. Наберись терпения, Адури. Когда-нибудь всё будет... Обещаю.

Адури, в обиде, швырнула грабли и, заплакав, побежала куда глаза глядят, едва не сбив с ног подходившую к ферме Сакуру. Сакура лишь удивлённо проводила взглядом полубезумную данмерку.

— Твоя сестра заставляет тебя беспокоиться? - Участливо спросила она у Аврузы.

— Я тебе уже рассказывала, что Адури из тех, кого можно назвать "вольным духом". - Вздохнула тёмная эльфийка. - Она любит часами бродить по осеннему лесу. Если бы мы всё ещё жили в Вивеке, это было бы не так страшно, бродила бы себе вдоль каналов. Но здесь у нас огромная куча работы - и это не говоря об опасностях, к которым она совершенно не готова. Хоть дикие звери, к моему удивлению, её совершенно не трогают, но кроме них есть ещё и лихие люди, которые могут легко обидеть, или даже изнасиловать Адури.

Сакура лишь вздохнула и развела руками. Она не знала, чем помочь этим женщинам, некогда покинувшим Морровинд и перебравшимся в Скайрим.

— Я хотела поговорить с тобой по поводу Айвен, одной из Сестёр Дибеллы.

— Айвен? Надеюсь с ней всё в порядке. - Встревожилась Авруза.

— Боюсь, что нет. Храм погружается во тьму. - Не стала скрывать правды Сакура.

— В каком смысле? Что случилось?

— Она потеряла себя. Ей надо напомнить, кто она есть.

— Понимаю... но, боюсь, я мало что могу сделать. Я провожу большую часть своего времени, выращивая корни Нирна. Но... Я не могу и пренебречь и своей страстью к искусству. - Авруза глубоко вздохнула, будто что-то вспоминая. - Анвен стала моей моделью... Она вдохновила меня.

— Ты имеешь в виду что-то, что связанно с Грацией Дибеллы? - Попыталась повернуть воспоминания эльфийки в нужное русло Сакура.

— Ах да... Это одна из моих последних работ! - Обрадованно вспомнила Авруза. - Это деревянная статуя Дибеллы, Анвен была моделью... так и не закончена, к сожалению. Сама статуя слишком большая, но уменьшенную копию я могу тебе дать. Возможно это поможет Анвен обрести себя вновь.

Авруза дала Сакуре ключ от своей мастерской, располагавшейся в подвале дома. Войдя внутрь, Сакура с большим трепетом и уважением, какое-то время, рассматривала, неготовую ещё, деревянную скульптуру. Что ни говори, но Авруза действительно была отличным художником, а Анвен идеальной моделью. Скульптура передавала все нюансы прекрасного женского тела. Лишь фактура материала портила всё дело. Такие шедевры надо ваять в мраморе, а не вырезать из пористой древесины. Налюбовавшись, девушка, взяла со стола уменьшенную копию и направилась к выходу.

На улице Сакура вновь едва не столкнулась с Адури.

— Как бы мне хотелось переехать в большой город... хотя бы даже обратно в Морнхолд. Лишь бы подальше отсюда. - Произнесла, как ни в чём не бывало, данмерка, и снова куда-то заспешила.

Сакура прикинула, что если добраться до Рифтена, и сесть на дилижанс, это будет быстрее, чем возвращаться в Рифтен через Ноголомный перевал. Поэтому она, попрощавшись с Аврузой, направилась в сторону сторону столицы Рифта.

Вечерело. Но до Рифтена было уже недалеко. На пол пути Сакура почувствовала, что надо пописать. Она отошла от дороги и присела за, начинающий по осеннему лысеть, кустик. Но не успела девушка как следует расслабиться, как её в спину кто-то сильно толкнул. Сакура полетела кубарем и растянулась на желтых листьях. Что-то, или кто-то налег на неё сверху, крепко прижав прижав к земле. Сакура почувствовала как этот кто-то задирает подол её платья. От такой наглой бесцеремонности она аж опешила и собралась всыпать взбучку своему обидчику. Но, почувствовав, что в её половые губки начало тыкаться что-то упругое и горячее, Сакура решила расслабиться. Взбучку она устроить и потом успеет, а сейчас можно немного и покайфовать.

Сакура оглянулась, и увиденное привело её в изумление - её "насиловал" бер-тролль. Как ни странно, но об этих существах в Скайриме знали немного. Низкорослые карлики, или гномы, кому как нравиться, никому вреда не приносили. Они всё время передвигались бегом, суетливо спеша по своим непонятным делам. Лишь некоторые женщины жаловались, что бер-тролли, остановив свой бег на несколько секунд, снимали перед ними штаны и демонстрировали свое не хилое, возбуждённое достоинство. Да, бер-тролли носили незамысловатую, грубую одежду, состоящую из льняных штанов и курточки с карманами.

Сейчас бер-тролль, пыхтя и сопя, тыкался головкой своего члена в письку Сакуры и никак не мог засунуть его внутрь. Оно и понятно, размер у него был даже больше чем у обычных людей. К тому же Сакура была не готова и напряженна. Поняв тщетность своих попыток, вломиться в желанное влагалище девушки сходу, существо изменило тактику: Бер-тролль развернул Сакуру на спину, раздвинул податливые ноги и приник к соленоватой щёлочке своим ртом, жадно и со смаком вылизывая её половые губки. Язык его, надо сказать, тоже был довольно длинным и толстым. Такого издевательства Сакура долго выдержать не могла, и её физиология взяла верх - её тело невольно изогнулось, испытывая накатившую волну оргазма и девушка полностью расслабилась.

Бер-тролль упускать момента не стал и, быстро переместившись, лёг на Сакуру сверху, вводя свою могучую елду в, уже расслабленную, и как следует намокшую, киску девушки. У Сакуры, на какую-то секунду, округлились глаза, ей показалось, что в неё засовывают бутылку из под эля, только бутылка была тёплой и слегка упругой. Её влагалище максимально растянулось, принимая член бер-тролля в себя, вызывая острые, яркие ощущения. Гном безжалостно её трахал, влажно чмокая смазкой, его яйца шлёпали по ягодицам девушки, а язык, ещё недавно бывший в письке Сакуры, нагло вторгся в её полураскрытый от страсти ротик, благо роста коротышка был даже ниже же, чем Сакура.

Кончили они одновременно. Точнее Сакура кончила уже второй раз. Бер-тролль вжался в девушку, загоняя свой, и без того огромный член, как можно ещё глубже. Сакура почувствовала, как её влагалище наполняет горячая сперма существа. Пока она плавала в облаках удовольствия, малорослик, бурно кончив, вытащил из неё свой член, завязал шнурок на штанах, и был таков.

Пока Сакура, помня о взбучке, поднималась на ноги и натягивала на мокрую от спермы попу трусики, из чащи леса показалось ещё десять бер-троллей, ведомых её первым оппонентом. И совершенно непонятно было - подраться с ней они хотят, или хорошенько поиметь. На всякий случай Сакура решила ретироваться, и развернувшись на сто восемьдесят градусов, дала дёру. Её подвели всё те-же трусики: Не до конца завязанная тесёмка развязалась, и трусики съехали вниз. Сакура, споткнувшаяся о собственное нижнее бельё, некрасиво навернулась, едва не пропахав носом землю, и застыла в позе рака. Окружившие её гномы одобрительно зашумели, комментируя увиденное зрелище на своём непонятном языке. Их напряжённые, выпирающие из штанов члены не оставляли никаких сомнений, что с ней произойдёт дальше. Сакура потянулась было за катаной, но решила, что групповой секс не по согласию ещё не повод убивать живых существ, к тому же это можно воспринять как неожиданное, романтическое приключение.

Однако, вопреки ожиданию, малорослики не стали набрасываться на девушку сразу, а о чём-то начали спорить, активно жестикулируя и показывая на Сакуру пальцами. Сакура поменяла позицию, перевернувшись с четверенек на спину, и, упёршись на локти, нагло раздвинула ноги, демонстрируя бер-троллям свою голую киску. Наконец, вдоволь наспорившись, один из гномов достал из кармана несколько монет, сунул их в руку первого, и начал скидывать портки. Сакура невольно залюбовалась его раскачивающейся елдой, но размерам ничем не уступавшей члену её первого партнёра-насильника...

Примерно через полтора часа изнеможённая, но довольная Сакура, на дрожащих ногах продолжила свой путь в Рифтен. Между ног её сильно побаливало. Оно и понятно - десять актов половой близости, с существами, члены которых могли бросить вызов любому породистому жеребцу... То ещё приключение. Благо что через пару-тройку дней, благодаря дару Дибеллы, все её дырочки восстановятся, приобретая прежний, почти девственный вид и упругость.

Переночевала Сакура в ночлежке у Хельги. Почти до утра две Сестры Дибеллы делились новостями, обсуждая текущее положение дел, а утром Сакура села на первый дилижанс, который к вечеру довёз её до Вайтрана, а оттуда она уже благополучно вернулась в храм Дибеллы, в Маркарте.

***

— Анвен, прошу тебя, прочитай это письмо и взгляни на эту резьбу! - Сакура стянула с глаз женщины повязку и развязала её путы.

— Приветствую... Ка эта вещь может вам услужить? - Анвен сощурила отвыкшие от света глаза. Сакура протянула ей письмо от Аврузы и деревянную статуэтку. - Эта вещь... Я... Эта вещь помнит... Как позирует для Аврузы.

— Статуя прекрасна! - Сакура с надеждой следила за выражением лица женщины.

— Да, это так. Эта вещь... - В Анвен, казалось, боролись две личности. Одна личность - это та прекрасная Сестра Дибеллы, с которой делали статую. А вторая - подавленная сексуальная рабыня Молаг Бала.

— Прекрати! Ты жрица Дибеллы! Твоя красота вдохновляла искусство, приносила радость!

— Я... Я помню!

— Ты не вещь, Анвен! Ты прекрасная женщина! - Сакура схватила женщину за плечи и немного потрясла, окончательно приводя её в чувство.

— Всё, что я хотела - Служить. - Тихо заплакала Анвен. - Служить Дибелле... внушать любовь... дарить радость...

— Да, да, Анвен! - Обняла её Сакура. - Вот кто ты есть. Это твоя настоящая личность! Дибелла хочет этого!

— Спасибо... Огромное спасибо! Я... вновь почти я.

— Что ты будешь теперь делать, Сестра?

— Надо помыться и поспать. И тогда, возможно, я напишу Аврузе, что готова вновь позировать для неё.

После этого разговора, Сакура направилась в святилище к Фьотре, чтобы узнать, кто будет четвёртый цветок. Но дорогу ей преградила Мать Хамал, наотрез отказавшаяся пускать Сакуру к Сивилле.

— Сивилла сейчас занята. Она проходит очередной этап обучения. - Грозно проворчала старуха. - А ты не возвращайся, пока не высосешь досуха члены всех мужчин Скайрима.

Сакура растерялась. Мать Хамал всё ещё обладала властью и время открытой конфронтации с ней ещё не наступило, тем более, что за её спиной стоял сам Молаг Бал. К счастью, проходившая мимо Сестра Орла подмигнула Сакуре, и чем-то отвлекла старуху, давая возможность нашей героине перекинуться парой слов с Фьотрой.

— Кто будет четвёртой? - Торопливо спросила у девочки Сакура.

— Сестра Эда. Она одарённая поэтесса. Когда-то её слова возносили дух к небесам и открывали сердца. А теперь они восхваляют лишь низменные страсти и раздвинутые женские ножки. - Фьотра на секунду замолчала, к чему-то прислушиваясь, а затем продолжила: - Однажды она написала историю любви и желания, создав истинную красоту. Теперь она пишет только о похоти. Найди её первую книгу стихов. Напомни ей, о её истинном даре. Она должна вспомнить своё призвание.

***

Сакуре нравилась вулканическая пустошь Истмарка, которая, благодаря большому количеству гейзеров, превратилась в некоторое подобие болота. Здесь, тут и там, к небу вырывались горячие фонтаны и гейзеры, вода в которых была насыщенна минералами и считалась целебной и полезной для здоровья. Пустошь наполовину была затоплена водой, имеющей, как правило, зеленоватый цвет, что делало эту местность сказочно красивой и загадочной. Именно в болотах Исмарка, по данным жрицы Сенны, устроила свой приют Сестра Эда. Её можно было бы считать отшельницей, если бы не одно "но": Небольшое озеро, точнее пруд, с постоянно горячей водой, являлось одним из популярнейших в Исмарке мест, куда приходили и из Виндхельма, и из Рифтена, и, даже, из Вайтрана, все, кто желал восстановить и подлатать в горячих источниках своё пошатнувшееся здоровье. Именно здесь, на этом, своего рода курорте, сестра Эда устроила небольшой алтарь богини Дибеллы, и оказывала интимные услуги всем желающим.

Сакура прошлёпала босиком до небольшого островка, на котором был устроен импровизированный лагерь в виде нескольких, пустующих на данный момент, шалашей. Сестра Эда копошилась возле алтаря, украшая статую Дибеллы свежими цветами. Но что было самым удивительным для Сакуры - здесь было неожиданно пусто и безлюдно, лишь какая-то молодая женщина, по виду охотница, голышом лежала в горячей воде, расслабленно принимая целебную ванну.

— Чем вы заняты вдали от всего, Сестра? - Спросила Сакура Эду.

— Что привело тебя в святилище Дибеллы? - Вопросом на вопрос ответила женщина, не прерывая своего занятия.

— Просто хочу выразить своё восхищение. - Сакура слегка поклонилась. - Над чем вы сейчас работаете?

— Вот как? Значит ты моя юная поклонница? - Улыбнулась Эда, с интересом рассматривая Сакуру. - О! Тебе понравиться, но пока ещё не совсем готово... Я назову это "Покорность Дибеллы". Это знойная история о богине, добровольно отдавшей своё тело Молаг Балу... и целому племени похотливых орков.

В глазах Эды заплясали тёмные искорки. А Сакуре действительно стало интересно.

— Э? - Удивлённо произнесла она.

— О да! По началу богиня делает вид, что не хочет этого, но потом... потом она ползает перед зеленокожими на четвереньках, умоляя наполнить её рот их толстыми членами...

Сакура была ошарашена. Писать такое о богине?.. Даже если это богиня плотской любви?.. Да, Сестра Эда была действительно одержима. Её контролировал тот же дух, что и завладел Матеоью Хамал и другими Сёстрами. Впрочем, мысль о том, что Дибелла отдаётся целому племени орков, сильно возбудила и взбудоражила Сакуру. Ух кто-кто, а она знала, что богиня и не на такое ещё способна.

— Послушай, Эда, ты уверена, что именно так хочешь изобразить Дибеллу? - Спросила она.

— О да! Дааа... Мммм...

— Сестра Эда, пожалуйста, сосредоточься!

— Прости. Меня захватили образы... Но ведь, Дибелла - богиня секса! Она не ханжа. Если для установления мира надо отдаться целому племени орков, ползать перед ними на коленях, открывать рот пошире и умолять, чтобы их огромные...

— Право... достаточно. - Не выдержала Сакура. - Богине не обязательно делать это самой. Для этого есть...

Тут она замолчала. Совсем не обязательно было всем знать, что она специальный посол-аташе Талмора по решению спорных вопросов. И что всё то, что сейчас описывает Эда, делает не богиня Дибелла, а сама Сакура.

— Нет, не достаточно, моя сладкая. - Не стала останавливаться Эда. - Этого никогда не бывает достаточно. Дибелле всегда нужно больше.

— Ого! Сестра Эда, ты пишешь только про секс?

— Сейчас? Да... Но так было не всегда, конечно же. - Вздохнула Эда.

— Не всегда?

— Да. Смешно вспоминать, но несколько лет назад, я писала о любви, тоске и красоте. Я даже опубликовала книгу.

— Расскажи мне о своём творчестве. - Сакура всё ещё не теряла надежды найти ключик к личности Сестры Эды.

— Книга называлась "Поклонение". Это была целая поэма о красоте Дибеллы и о мире. О том, что я когда-то любила и жаждала. О том, что я всё ещё вспоминаю с горькой сладостью... Она была довольно популярна. Даже сама Элисиф, ещё до того, как стать ярлом, приглашала меня почитать отрывки. Ах... какие чудесные воспоминания. - В глазах Эды появилась какая-то человечность и грустинка. - Я подарила ей поистине прекрасное издание, и она финансировала храм целый год.

"Значит нужно найти эту книгу" - подумала Сакура. Проблем с королевой Элисиф Прекрасной быть не должно, они были хорошо знакомы друг с другом ещё со времён приёма в Талморском посольстве.

Сакура оглянулась на небо. До вечера было ещё довольно далеко, но засветло дойти до ямской станции Винтерхолда она явно не успеет.

— Оставайся здесь, если хочешь. - Угадала её мысли Эда. - Понежишься в горячей водичке, почитаешь что-нибудь. А к вечеру вернуться охотники, притащат что-нибудь на ужин.

Сакура подумала, что это хорошая идея. А если что - можно переночевать в одном из шалашей. Она полностью разделась и погрузилась в воду, бережно, чтобы не замочить страницы, держа в руках одну из книг, которые лежали на грубом, деревянном столике, рядом со статуей Дибеллы. Открыв первую страницу, она увидела, что это одна из книг Сестры Эды. И посвящена она была, конечно же, богине Дибелле:

"Книга первая: Решение Дибеллы.

Записано Эдой Лешанс, Сестрой Дибеллы.

И пришло время, когда Дибелла, богиня любви, отправилась в царство Молаг Бала, князя разврата, чтобы наказать его за все прегрешения против неё. Но врата Обливиона могут не открыться даже перед богиней. Поэтому Молаг Бал смог не допустить богиню в свои владения.

"Глупый принц, любовь всегда найдёт способ" - сказала Дибелла.

До неё дошли слухи о тайном святилище, известном лишь самым почитателям Молаг Бала, и поэтому она отправилась в Морвунскар, оплот колдунов.

Ныне боги, в отличие от даэдра, редко говорят напрямую со смертными, да и то лишь с избранными. А потому Дибелла вселилась в тело одной из своих прихожанок, Инги, набожной крестьянки. Инга была необычайной красоты, даже до того, как в ней вселился дух её богини. Голубые глаза, золотистые волосы, полная грудь и щедрые бёдра... множество сердец молодых нордов разбила она.

"Услышь меня, Инга", - прошептала богиня, - "Моя верная, моя возлюбленная."

"Да?" - Воскликнула Инга. - "Да, моя богиня!"

"Ты была избрана! Моя радость, моя сладость."

"Да" - Стонала Инга. - "Да, моя богиня"

"Мой дух наполнит тебя, будет направлять тебя, моя Инга." - Шептала Дибелла. - "Ты станешь моими глазами, моим голосом, моим прикосновением!"

"Оооо даааа!!!" - Стонала Инга, а дух Дибеллы тёк в ней через губы, наполняя её божественной сутью.

Глаза Инги-Дибеллы открылись, пылая сапфирами, и все, кто на неё смотрел, признали её божественность. Так Инга-Дибелла и подошла к воротам Морвунскара с гордо поднятой головой. На стенах цитадели стояли чародеи-заклинатели. Они смотрели вниз на Ингу-Дибеллу с блестящими глазами и золотистыми волосами, и поняли, что это не просто проходящая мимо доярка.

"Ты не пройдёшь" - Крикнул капитан заклинателей, и поднял посох для силовой атаки.

Но Инга, улыбнувшись, подняла руку, и миролюбие Дибеллы обрушилось на этих воинов. Они даже и подумать не могли, чтобы напасть на неё. "Любовь всегда находит путь" - сказала она, и прошла мимо стражей. Ворота открылись, и Инга-Дибелла вошла в цитадель.

В залах Морвунскара были некроманты, боевые маги, ночные клинки и колдуны. Хитры были эти волшебники и злы, могучи и беспощадны. Увидев Ингу, она тотчас стали творить заклинания, собирая силы и готовясь уничтожить сосуд Дибеллы. Однако богиня хранила этот священный сосуд, и все заклинания и проклятия были бессильны. И вновь Инга воздела свои руки, и мир Дибеллы сошёл на собравшихся магов. Ни один из них не мог навредить теперь Инге. Их безжалостные потоки магии истощились, а могучие посохи выпали из рук.

"Где, " - Спросила Инга - "святилище Молаг Бала?"

"Почему, " - в ответ спросили волшебники, - "Мы должны сказать тебе это? Почему мы должны делиться секретами нашего принца?"

И растерялась Инга-Дибелла, ибо Дибелла не богиня-воительница. И в первый раз, с тех пор как она отдалась богине, Инга заговорила в одиночку.

"Как"- спросила она - "я могу убедит вас поделиться со мной вашими секретами, могучие волшебники из Морвунскара?"

И увидев слабость её, волшебники вновь взяли посохи в свои руки, направляя их на Ингу-Дибеллу.

"Присоединись к нам, " - сказали они, - "в нашем поклонении Молаг Балу, только тогда мы покажем тебе святилище господина нашего."

И тогда Инга познала страх, ибо посохи казались ужасно большими, а навершия их ужасно твёрдыми. Нос Дибелла прошептала - "Не бойся, мой сосуд, ибо я с тобою."

"По моей собственной воле, я согласна!" - Сказала Инга. - "И я буду там, вместе с вами, дабы познать тайны Молог Бала."

"Ура!" - Закричали волшебники и вскинули посохи.

Инге поднесли самые редкие вина и самое сладкое мясо. Вновь и вновь наполняли чашу её... Вновь и вновь пила Инга, пока вино не пролилось ей на грудь. Но Дибелла дала ей силу продолжить борьбу.

"Любовь найдёт путь". - Невнятно сказала Инга, ибо была пьяна. Однако могучие волшебники из Морвунскара лежали на полу, и Инга больше не боялась их могучих посохов, даже не смотря на их блестящие навершия.

"Я испила эту чашу!" - Воскликнула Инга-Дибелла. - "Так покажите мне теперь храм Молаг Бала!"

И волшебники, признав поражение своё, открыли святилище.

В святилище была статуя Молог Бала и его приспешников, и были они изображены в столь кощунственных позах, что сама Дибелла опешила. Но, сверкнув глазами, Мнга-Дибелла сделала два шага вперёд, и волшебная дверь открылась перед ней. И тогда Инга-Дибелла шагнула в портал.

Продолжение в книге второй - "Открытие Дибеллы".

Сакура настолько увлеклась чтением, что не заметила даже, как наступил вечер. Как раз с охоты вернулось несколько молодых мужчин. Они приволокли с собой здоровенного секача, весело освежевали тушу и водрузили на большой вертел, над костром. С Чёрного Брода, небольшого шахтёрского посёлка, находящегося неподалёку, пришла бригада молодых, одиноких парней. Они принесли с собой три бурдюка кислого, деревенского вина. А ещё несколько местных крестьян принесли с собой свежие овощи и корнеплоды. Кто-то тут же закопал картофельные клубни в горячую золу, кто-то нарезал домашний сыр, кто-то разложил овощи. По округе повеяло ароматом жареного над костром мяса. У Сакуры потекли слюнки и заурчало в животе.

— Не читай в темноте, зрение испортишь! - Произнёс с улыбкой один из парней-охотников.

А Сакура только сейчас сообразила, что она совершенно голая. Как легла, принимая минеральную ванну, так и осталась до сих пор без одежды. Впрочем, так молодая охотница, которая уже закончила купание, так же не торопилась с одеванием. А Эда всегда была одета только в оранжевый капюшон Сестёр Дибеллы. Мужчины с интересом поглядывали на обнажённых девушек, но никто набрасываться на них не стал.

Наконец, когда на небе рассыпались бриллиантовой россыпью многочисленные звёзды, а единственным источником света остался только костёр, еда была готова. Мужчины разделали исходящую паром, ароматную тушу кабана, достали из золы клубни испекшейся картошки, разлили в кружки вино. Кто-то достал дешёвую лютню и заиграл весёлый мотивчик.

— Ты как, красавица, кушать будешь? - Спросил у Сакуры все тот же молодой охотник. Девушка согласно кивнула.

— Но тут такое дело... Понимаешь... У нас не принято что-то давать на халяву...

— Э? - Удивилась Сакура, но уже понимала, к чему ведёт этот разговор.

— Курочка за секс. Точнее - кабанчик за секс. - Произнёс парень, подмигивая своим компаньонам.

Сакура на на короткое время задумалась. Из женщин здесь были лишь она, Эда и охотница, всего трое. А мужчин было более полуторы дюжин...

— В самом деле, - продолжал убеждать её охотник, - ты же ничего не теряешь. И поешь хорошо, и натрахаешься всласть!

— Ладно, я согласна. Делайте со мной что хотите. - Кивнула Сакура. А в животике её снова голодно заурчало. - Только дайте поесть.

Ужин проходил весело, непринуждённо. Парни шутили, подтрунивая друг над другом, отдавали должное красоте присутствующих девушек, и пели популярные песни.

Когда все насытились и отдохнули, к Сакуре обратился всё тот же молодой охотник, пригласив девушку на ночное купание в закутанном паром, и от того ставшем ещё более загадочным, минеральном озере. Разомлевшая от съеденного и выпитого, Сакура охотно согласилась. Они осторожно вошли в воду. Парень завел её на глубину, и неожиданно нырнул. Его долго не было, и Сакура уже начала тревожиться, как почувствовала, что что-то хватает её снизу и затягивает на глубину. Она даже вскрикнуть не успела. В воде она ощутила, как что-то, или кто-то, начал страстно щупать её тело, мять ягодицы, елозить между ног. Затем, когда она уже подумала, что вот вот захлебнётся и утонет, её с силой вытолкнули наверх, к желаемой поверхности, туда, где можно было вдохнуть глоток драгоценного воздуха.

Рядом с ней вынырнул улыбающийся и довольный своей шуткой парень.

— Дурак! - Начала возмущаться девушка. - Я чуть не утонула!

Но парень, крепко обняв, закрыл её рот своим поцелуем. Он держал и целовал Сакуру до тех пор, пока она полностью не расслабилась и обмякла. затем он, прямо в воде, приподнял девушку и насадил её на свой вздыбленный член.

— А-а-а-х... Раздался над водой полу-вскрик, полу-стон Сакуры.

А в это время на островке трое человек трахали во все дыры Сестру Дибеллы - Эду. Женщина охотница стонала под одним из шахтёров, который страстно имел её в миссионерской позе. Остальные мужчины продолжали доедать кабана, терпеливо ожидая своей очереди.

Ощущения секса в воде отличались от того, если бы это было на суше. Вода замедляла фрикции, делая их более плавными. Всё ощущалось по другому. Особенно приятно стало, когда к ним ещё кто-то подплыл. Охотник не стал возражать против третьего, и Сакура почувствовала, как в её тугую попочку медленно и аккуратно проникает, скачала головка, а потом и весь член третьего участника. Оргазм не заставил себя долго ждать. Сакура сжалась, сидя сразу на двух членах, в судороге наслаждения, и впилась ногтями в спину молодого охотника. Тот отомстил ей тем, что не стал сразу кончать, а продолжил сношать дальше, доводя до следующего экстаза.

Зажатая между двумя партнёрами Сакура, томным взглядом посмотрела наверх, и на минуту забыла о сексе. Над ними яркими, разноцветными всполохами, развернулось северное сияние. Его отражения заблестели на туманной поверхности озера, превращая всё вокруг в волшебную сказку.

Когда всё закончилось, Сакура, на заплетающихся ногах, добралась до своего шалашика и рухнула не одеваясь.

Перед самым рассветом у мужчин начался утренний стояк. Но измотанные и уставшие от ночной оргии Эда и охотница, уже не имели сил с кем-то спать. Поэтому все мужчины выстроились к шалашику сонной Сакуры, которая охотно раздвинула свои ножки, и дала себя поиметь всем, без исключения, по очереди.